Алый Лотос.

Утро Вэй Ин началось с того, что от неё пыталась сбежать подушка. Нет, не подголовный валик отрастил ножки, просто во сне она наполовину заползла на Второго Нефрита, тем самым затруднив ему задачу выбраться тихо. - Чего ты подорвался в такую рань? Ещё нет и пяти! - Хотел завтрак приготовить, - объяснил Лань Чжань, поцеловав её в макушку. - Вэй Ин, пусти. - Неа, лежи и грей, - Усянь сонно похлопала глазами и показала ему язык, тут же опустив голову обратно ему на плечо. - Ещё слишком рано. Спальные одежды за эти часы успели немного сбиться, открывая ключицы с частью какого-то знака, привлекшего внимание. - Это неприлично, - вздохнул Ванцзи, пока тонкие пальчики аккуратно отгибали ворот, открывая знак целиком. - Вэй Ин... - Клеймо... Цишань Вэнь? - тихо сказала девушка, увидев след под ключицей, из глаз моментально пропала сонная поволока. - И кого мне убить за этот след? Я же точно знаю, что во время Аннигиляции Солнца никто не мог тебя клеймить. - Я напился и сам себе его поставил, когда не нашёл твою флейту, - мужчина поймал её руки и коснулся поцелуем губ, оставляя целомудренный след. - Это была глупость. - Ладно, клеймо поставил ты себе сам, - бывшая старейшина без труда освободила руки из слабого захвата и запустила их за ворот, пальцы нащупали на верху плеч полоски шрамов. - Но эти следы ты уже не сможешь списать на самостоятельные ранения. У тебя сильное золотое ядро, ты бы легко излечил раны от когтей тёмных тварей. Так что, сам скажешь? - Дисциплинарный кнут, - признался Ханьгуан-цзюнь, сдавшись под требовательным взглядом. - Расплата за то, что ранил Старейшин своего клана, когда защищал тебя. - Сколько? - Тридцать три, по одному за каждого раненного Старейшину. - А это вообще законно, наказывать дисциплинарным кнутом члена главной семьи? У вас же должен быть какой-нибудь внутренний устав, а не эта Стена Послушания, которую очень хочется раздолбать на мелкие камушки? - Я попробую спросить у дяди и поискать в библиотеке что-то похожее. Или отпускай, или пойдешь со мной. - Ну если ты так ставишь вопрос... - Вэй Ин со вздохом сползла с него и откинула край одеяла, тут же поёжившись. - Пошли готовить. - Ты же рано не встаёшь, - слегка поддразнил её Лань Чжань, поднимаясь и надевая аккуратно сложенную одежду. - Не встаю, но мы вчера легли довольно рано для меня, - Усянь почесала нос, кутаясь в одеяло и пытаясь вспомнить, куда она зашвырнула свои верхние мантии. - Заодно поделюсь планами на эту неделю. О, вижу. Ванцзи молча кивнул и подошёл к уже одетой любимой с гребнем в руках, предложив свою помощь с волосами. Начав аккуратно прочесывать с концов, он постепенно поднимался выше, разбирая узелки и превращая волосы в чёрное шёлковое полотно. Оказалось, Мо Сюаньюй была обладательницей гривы до середины бедра, что среди девушек считалось богатством, только не слишком ухоженной. - Ну да, после гребня смотрится лучше, - девушка покрутила головой, рассматривая заплетённую ей простую косу, после чего внимательней всмотрелась в своё отражение. - Кажется, когда я очнулась в этом теле, глаза были карими, а сейчас серые. Впрочем, не думаю, что ещё остался кто-то, знакомый с Сюаньюй достаточно близко. - Вэй Ин прекрасна в любом теле, - сообщил мужчина, подавая ей руку, чтобы она на неё оперлась. - Идём? Повара привыкли к появлению Второго Нефрита на кухне, выделив ему отдельный уголок для готовки, так что они спокойно готовили завтрак и не мешали ему. А на его тихо сидящую рядом спутницу и вовсе не смотрели, занимаясь своими делами. - Не очень люблю медитацию, но придётся воспользоваться ей для более выраженного результата, - вздохнула бывшая старейшина, подцепляя палочками кусочек мяса и отправляя его в рот. - Раз судьба подарила шанс снова взрастить ядро, не стоит его упускать. Только не знаю, получится ли долго медитировать. - А если делиться с А-Нян светлой ци, это поможет? - спросил сын, завтракающий вместе с ними. - Попробовать-то можно, никто этого не запрещает. - Сначала сходим к целителям, пусть проверят твой организм, - сказал Ханьгуан-цзюнь, посмотрев на любимую. - А потом уже разберемся с медитацией и светлой ци. - Не люблю лекарей, - тут же скривилась Вэй Ин, в прошлой жизни загнать его в лекарский павильон удавалось через два раза на третий. Или если попросить шицзе, ей он никогда не отказывал, пусть даже надо сходить в ненавистное место. - Знаю, что надо, но не люблю. - Лучше лекарей никто не разбирается в теле другого человека, - заметил Лань Юань. - Они проверят, всё ли в порядке с твоим организмом. - Ну, Цин-цзе попробуй возрази, страшная женщина. А уж эти горькие лекарства, бе. - Я схожу с тобой, - сказал Лань Чжань, отсекая возражения. - Узнаю из первых рук результаты осмотра и про нужное питание. - Тут даже не стану спорить, - развела руками Усянь, окинув взглядом своё тело. - Не времена Луаньцзан, конечно, но недостаток необходимых продуктов во время взросления виден. - Удачного осмотра, отец, А-Нян, - Сычжуй поклонился, а затем, смущаясь, чмокнул её в щеку. - Я на занятия. - И тебе, редисочка, удачи. Хорошего дня. - Может, ещё? - предложил Ванцзи, показав на котелок риса с мясом. - Мне кажется, плотно наедаться не стоит перед осмотром у лекарей. Вдруг какую гадость заставят выпить? Мальчишки отчёты уже сдали? - Да, я забрал их отчёты перед завтраком. Пока будут проводить осмотр, разберусь и со своим. Выждав около двух десятков фэней, они вдвоем отправились в царство лекарей. В павильоне главной была Лань Сяомин, троюродная тётя Нефритов и талантливая целительница. - Познакомься, это Лань Сяомин, наша тётя и главная в лекарском павильоне. Ей ты можешь доверять. - Малыш Чжань, неужели ты привёл ко мне свою невесту? - весело встретила их Лань Бию, увидев племянника под руку с девой. - Ну это с какой стороны посмотреть, - пожала плечами девушка, чувствуя необъяснимое расположение к этой незнакомой целительнице. - А вы умеете хранить секреты? - Если не во вред Ордену, то вполне, хотя среди нас болтливых нет, - заверила её женщина. - В лекарской помощи мы никому не отказываем. - Даже старейшине Илин бы не отказали? - Тем более этому несчастному ребёнку. И до нас доходили рассказы о весёлом адепте Юньмэн Цзян, вившимся вокруг неприступного Второго Нефрита. И о трагедии с его домом, и о возвращении, а потом войне с Солнцем. - Я сяду у окна, ничего не бойся, - тронул любимую за руку мужчина, показав на столик у окна. - Несчастный ребёнок готов довериться вашим рукам, госпожа Лань, - уважительно поклонилась ей бывшая старейшина. - Рассказывай, и желательно с самого начала, - целительница поняла, почему в глазах племянника поселилось тепло и ласка при виде этой девочки, приступая в осмотру. - Твоя тайна не выйдет за пределы павильона. Рассказать всё-всё было сложно, Вэй Ин не любила признавать свои слабости перед чужими людьми, поэтому то и дело запиналась. Но её не торопили, терпеливо ждали, пока рассказ продолжится, и выражали безмолвную поддержку. Особенно сложным был период трёхмесячного освоения тёмной ци на Луаньцзан, война с Цишань Вэнь и проживание с лекарской ветвью на горе. - Я не лекарь душ, конечно, но тебе стоит признать, что вторая семья на тебя слишком давила своим гневом, равнодушием и постоянными сравнениями, - Лань Бию помассировала переносицу, проанализировав её рассказ. - Твоему брату тоже не помешает пройти парочку сеансов с лекарем душ и проговорить все свои страхи и сомнения, чтобы переступить через обиды. А теперь что касается непосредственно здоровья. Есть недостаток веса, небольшие проблемы с желудком, несколько сросшихся переломов. Ты говорила, что при падении с высоты у тебя тоже были переломы, но здесь их гораздо меньше. Как вообще ходила с такими травмами, непонятно. Возможно, немного сбился цикл из-за недостаточного питания, а так вполне здорова по женской части. Надеюсь, когда решите завести ребенка, доверишь мне наблюдать твою беременность? - Вэй Ин, что такое? - встревожился Лань Чжань, заметив на её лице неописуемое выражение, что-то между ступором, паникой, недоверием и нежностью. - Что такого сказал тётя? - Что я могу родить тебе ребёнка, - отстранённым голосом сообщила Усянь, мысленно пытаясь уложить в голове услышанное. - Вот так пошутишь: "Я сам его родил", а потом судьба пошутит, предоставив тебе женское тело. - Лекцию о том, как делаются дети, провести? - хихикнула Сяомин, прекрасно понимая диссонанс между мужской душой и женским телом. - Спасибо, но о строении женского и мужского тела мне уже Цин-цзе рассказывала, воткнув в меня иглы для очередного лечения. И ими же умудрялась вернуть из обморока, сунув под нос. - С этим мы сами разберемся, тётя, - сказал Ванцзи, покраснев ушами. - Показания к медитации и вливанию светлой ци? - Долгие медитации делать не стоит в первое время, питание усиленное, но небольшими порциями. Делиться ци не возбраняется. - Благодарю за помощь, тётя. Мы пойдем. - А желание врезать твоей тёте подушкой считается за причинение вреда? - пробурчала девушка, прикрывая полыхающее румянцем лицо рукавом. - За мысли не наказывают, а вот за реализацию могут, - хмыкнул мужчина, остановившись посреди дороги и прижав любимую к себе. - Не обращай внимания на смешки, они не со зла. Мы со всем справимся вместе. - Знаешь, что самое несправедливое? Про меня такие слухи ходили о гаремах и разнузданных оргиях, а первый поцелуй случился только на горе Байфэн. И то не видела, кто его сорвал. - Первый? Но разве ты не хвасталась, что уже закалена в "боях"? - Ну приврала. Не могла же ударить в грязь лицом? И у меня сейчас закрадываются резонные подозрения, что это был ты! Ну ты и жук! Перебивать собеседника - плохо, зато целоваться посреди дорожки - верное средство от намечающегося скандала. Хорошо, что никому не нужно было к лекарям, а то адепты рисковали покраснеть до состояния помидорок от вида целующейся парочки.