Красный закат

По телу бежала жаркая дрожь, а в горле словно встал ком. Тёплый летний вечер проходил мирно и тихо, только издали, со стороны тренировочной площадки, слышался радостный голос Дорис, болтающей с кем-то. На дворе же было пустовато. Пыльная тропинка, ведущая к казармам, по бокам от неё дрожащие от слабого ветерка кусты сирени и каких-то ещё цветов, названия которых я не знал. Или забыл. Локти упирались в деревянные перила крыльца, пока взгляд гулял по глухому двору. Пустое солнце только убегало за горизонт, скрываясь за ветками деревьев и каменным забором, прячущим от всего мира. Лазурь приобретала рыжие тона, готовясь снять эти дневные занавески, демонстрируя всю чёрную пустоту неба. Сколько я уже здесь находился? Месяц? Два? Что дальше? Память отказывалась возвращаться. Мысли грызли на эту тему каждый день, с раннего подъёма, во время завтрака, на тренировке с Лемман, на обеде, во время общения с ребятами, за ужином — перерыва не было. Мысли разъедали голову ночами. Оставаться в койке было невозможно — я всегда выходил на улицу, бродил по казарме в попытке уйти от этих раздумий, но это были напрасные старания. Всё, чего я добился, это дополнительное внимание Якова, шныряющего за мной следом. Никаких ответов, никакого понимания, только монотонный шум мыслей в голове. Растёр лицо ладонями, удручённо выдыхая. Выпрямился, слегка разминаясь, пытаясь взбодриться. Не помогло. Думы наседали на голову, вызывая желание спать. Но спать не выйдет, не выходило и не выходит. Нужно с этим разобраться. Нужно разобраться сейчас. И? Что мне делать…? Ударив ладонями по деревяшке, раздражённо выдохнул, пытаясь хоть немного подумать. Мне нужно это узнать. Вагнер всё время говорит, что найти ничего не удалось. Но как?! Сколько месяцев он ещё будет искать?! И ищет ли он? Почему это так сложно? Как можно было забыть, кто я?! Я должен это решить! Я должен знать! Ещё один слабый удар, обжигающий костяшки руки. Я должен. Я должен знать, узнать, как угодно. Почему? Как я мог потерять память?! Что значила эта глупая фраза, при первой встрече со спецотрядом?! Что «получилось»?! Откуда, почему?! По коже пробежал холодный ветер, забираясь под одежду. Встрепенулся, оглядываясь. Всё такая же пустая дорога, ведущая в никуда, отцветающие свой век цветы да алый закат. На миг замерев, мотнул головой и поднял глаза на яркое красное небо, словно тонущее в свежей крови. Небольшие линии полупрозрачных облаков разбавляли этот насыщенный цвет, но зрелище вызывало неясный морозящий трепет в груди. Сглотнув, почувствовал, как кожа покрылась мелким потом. Ветер уже с большим шумом колыхал кусты и деревья. Вдруг я не отсюда? Что тогда? Если бы я был отступником, у меня бы была чёрная кровь, верно? Я не отсюда? Если… если я не отступник, значит сейчас я нахожусь среди врагов? Дорис, Руф, Элиас, Ганс — все они мои враги…? Или я отступник? Тогда почему другая кровь? Кто я? — Шпион? — Дёрнулся, разворачиваясь к подкравшемуся Якову. Тот держал в руке оружие, рассматривая меня на расстоянии пары метров. Как он ходит так беззвучно? Или это я вновь ушёл в свои мысли и не услышал? Склизкий взгляд парня проходил по мне, заставляя отвернуться обратно. Пожалуйста, ещё одна причина, почему становится ясно, что я здесь чужой. Тихо выдохнул, чуть кривясь под внимательным взором Якова. За эти месяцы свыкнуться с его пристальным вниманием я не смог. Как к этому спокойно относились остальные, не понимал. Тот постоянно ходил следом. Как не повернёшься назад, не зайдёшь за угол, не откроешь глаза — везде Яков. Вездесущий чёрт. — Прекрати. — Обернулся на слово к парню, надеясь, что тот отвалит. — Что? — Уточнил я, встречая холод чёрных глаз, окрасившихся в винные тона из-за красного неба. — Ты ведёшь себя подозрительно. — С нескрываемым подозрением рассматривая меня, процедил он, не убирая оружия. — Передаёшь мысленно информацию о нашем лагере? — Что? Он серьё…?! — Я думаю. — Бросил я, отворачиваясь. — А ты мне мешаешь. — Яков противно рассмеялся, делая небольшой шаг ко мне. — Не пытайся. Твой мозг не приспособлен к такой функции. — Проскрежетал зубами, сохраняя самообладание. Яков встал рядом, но не облокотился на перила. Тяжесть взгляда раздражала, заставляя посмотреть на достающего парня. Тот усмехнулся. За маской этого не было видно. Но я видел его глаза. Видел эту толику предвзятой насмешки надо мной. Видел этот лёд в чёрных глазах, украшенных короткими чёрными ресницами. Видел эту надменность, говорящую о уверенности. Уверенность? Разумеется, ведь к затылку приставлен револьвер. Взглянул на красное небо, возвращаясь к своим мыслям. Если игнорировать Якова, он уйдёт. Вступать с ним в разговор, оказаться дураком из-за непробиваемости чужих убеждений. Тот всегда сделает виноватым меня. Неважно в чём. — Ты долго будешь пялиться в пустоту? — Повёл плечами, отгоняя парня от себя. Тот отступил на шаг, пока я выпрямился, взглядывая на него. — Ты. Ты знаешь? — Яков вскинул наигранно брови, ожидая ещё какой-то информации, помимо этого обвинения. По телу пробежал ветер. — Кто я? — Яков должен знать. Он всегда суёт свой нос куда не надо. Почему нет? Уверен, что тот бывал в кабинете Вагнера чаще, чем сам командир. Может, если знает Олдрик, знает и Яков? Чёрные глаза непроглядны. Яков также безразлично смотрел на меня, не показав ни удивления, ни отвращения, ни настороженности. — Знаешь, кто перерезал небу горло? — Я опешил, пытаясь понять, верно ли услышал. Яков оставался таким же спокойным, смотря на меня в ожидании ответа. Оглянулся на алый закат, чувствуя, как по коже пробегает дрожь. Стоять здесь сейчас не было неприятно. Неуютно. Некомфортно. Я прекрасно понимал, что Яков свёл тему, но… чтобы сказать такое? Вернул глаза к парню, даже не пытаясь думать над этим. Яков, подметя это, усмехнулся глазами и сделал ко мне шаг. Стянув маску, он склонился, заглядывая мне в лицо. — Думай, Немо. Напрягай свой атрофированный мозг. — Поморщился, смотря на парня, быстро размышляя над фразой. Перерезать небу горло? Как? Это даже звучит нелогично…. Это Яков. Это полное отсутствие логики. — Я не знаю. — Отозвался я, не имея желания растягивать этот позор по времени. Яков вскинул бровь, презирая такой подход. — Посмотри. — Указав пальцем на небо, произнёс он. Я вновь посмотрел на небо. Парень оказался сзади, схватив мои запястья и прижав их к перилам. Когда он успел убрать револьвер? Дёрнул руками, желая отпихнуть Якова. Это уже переходило границы. — Смотри, Немо. Смотри. — Ровный шёпот заставил замереть. Скривившись, всё же вновь уставился в это тупое небо, бесясь от чужого поведения. Шапка солнца виднелась вдали, а небо побагровело. Какого чёрта он прикопался?! Нечем заняться?! — Яков, прекр… — Думай, Немо. — Повторил он. Мысленно проклинал парня, раздумывая. Ну это бред! Невозможно перер…. — Рассвет. — Обернулся на не выпускающего меня Якова, путаясь теперь ещё больше. Тот прохладно смотрел на меня, а следом кивнул на небо, заставляя глядеть туда. — Рассвет, Немо. Для того, чтобы появился рассвет, должен быть мёртв закат. Чтобы наступило завтра, должно быть мертво сегодня. Это цикл. Чтобы что-то родилось, что-то должно умереть. — Я невольно съёжился, пока дыхание замедлилось. Почему-то внутри всё стянулось, а желание уйти запылало с новой силой. Страх. Тело сковал страх. Почему? — Каждый закат — это смерть дня, и каждый день умирает. Его сменяет новый, который следом тоже умрёт. Оживить же мёртвое или спасти обречённое на смерть невозможно. — Я не п…. — Воспротивился я, но парень меня перебил. Прохладное дыхание бегало по шее. Я пялился на небосвод, на котором были размазаны кровавые разводы. — У всего есть свой закат, шпион. — Отметил Яков, не отстраняясь. — Знаешь, — мои глаза распахнулись, пока парень начал обжигать ухо своим дыханием. — Знаешь, чему ещё перерезали горло? — Сглотнув, медленно выдохнул. Удар ветра был ледяным, но тело горело от страха. Яков ненормальный, это естественно, но…. Поднял глаза на небо, пока сердце в груди ломалось от неровного боя. — Подумай, Немо. Не заставляй меня разочаровываться в твоих мыслительных способностях. — Ладони сжали деревяшку сильней. Кажется, все звуки пропали и только завывание ветра било в ушах вместе с хриплым голосом сумасшедшего. Я молчал. Я не знал. Я не понимал. Перед глазами пожар, а в голове ужасающее затишье. — Долго, Немо. Очень долго. — Всё также равнодушно произнёс Яков в моё ухо. Следом дыхание перешло на щёку, говоря, что парень обернулся к красному закату. — Просто пойми, нам нечего и некого спасать. Что бы ты не пытался удержать, этому придёт конец. Или уже пришёл. — Дополнил он, устроив свой подбородок на моём плече. Я разглядывал умирающий небосвод, уже не пытаясь оттолкнуть парня. В голове стало тихо, а мыслей не находилось. Сейчас я никуда не бежал, обдумывая произнесённый Яковом бред. Но… бред ли? Ветер также стрелял по листьям кустов и деревьев, создавая буйный шелест, который я, кажется, и не слышал. Только болезненное завывание затухающего неба. Или что-то выло внутри?