Её жёлтая машина

Машина спортивной модели ловко едет по пустым улицам, объезжая каждый поворот. Фонари в этом районе мигают, наровясь упасть на автомобили, едующие по дороге, или на случайных прохожих, которые бог знает как зашли в это место. Дома старые, уже с облезлой покраской и миллионом граффити на них. Пожалуй, на каждом здании здесь виднеется надпись белым балончиком «клуб "мы разобьём вам лицо" открыт для посещения круглосуточно». Это лишь клеймо у этого «клуба». Название у них более короткое и характерное, но сами его участники называют себя так, как написано на стенах. А суть этого клуба в надписи. Какие-то два хлюпика избивают друг друга, пока куча народа глядят на них. Это уже какие-то несанкционированные бои без правил. Только есть две небольшие проблемы. Рюджин терпеть такое не может, а вот Йеджи — обожает.

***

— Слушай, Хван-и, — ноет Шин в сотый раз за последние десять минут, — я не хочу глазеть то, как твои друзьяшки бьют друг друга. Давай ты без меня? — Вроде мы договорились, что сегодня всё решаю именно я, — оптимистичным тоном напоминает Йеджи, сильнее сжимая руль, — и из-за этой хрени ты пропустила мою гонку? — Давай не будем об этом. Рюджин не стоило слушать Юну, которая убедила её проколоть язык и ухо дополнительно, уверяя «да Йеджи и не заметит, сама как нибудь скажешь потом». Страшно было даже не то, что Шин что-то снова себе колет (хорошо, что не вену), а в том, что из-за пирсинга ей пришлось не пойти на гонку, где участвовала Йеджи. Это выведет Хван куда быстрее, чем несчастный кривой прокол за сотку вон. — А я считаю, что стоит об этом поговорить, — девушка за рулём тормозит около одной многоэтажки, из подвала которой, где открыта дверь, уже слышны крики поддержки тех, кто уверено бьётся, — но немного позже. — А можно я в машине останусь, мамочка? — Рюджин предпринимает последнюю попытку. — Нет, моя хорошая, ты идёшь со мной. Прямо туда. — Йеджи ехидно усмехается, убирая ключи из зажигания, — поверь, не один мудак там не тронет тебя, пока я рядом. — Хван кладёт ключи в карман, попутно отстёгивая ремень безопасности, — и такие слова по обращению ко мне тебя не спасут от участи.

***

Рюджин едва высидела там полтора часа, когда одни хлюпики сменялись другими. Шин первый раз была в таком месте, и понимая, что парни там преобладают, боялась того, что некоторые из местных качков начнут приставать к ней. Но, на её удивление, девушек там тоже было не мало, правда, все пришли со своими бруталами, как и Шин, впрочем. Только в роли её брутала далеко не потный вонючий мужик. Рюджин осталось дожить до завтра и прийти на следующую гонку. Может, Йеджи хоть так её простит? — Так, Шин, — Рю быстро вылетает из своих мыслей, когда преподаватель звонко бьёт по парте, — раз ты так заинтересованна в уроке... Ответь пожалуйста, почему же здесь сокращаются множетели? Рюджин встаёт для ответа, но всё, что она говорит, вероятно, на языке взгляда. Шин даже банальной отговорки придумать не может. — Садись, — зло говорит учительница математики, — если ещё хоть один из вас не будет слушать меня, я лично каждого этой указкой набью. Не будет слушать меня — сразу съедете по оценкам! А дальше Шин не слушала её оры. — Ты где там летаешь? — Юна, сидящая за одной партой с Рюджин, толкает локтём в плечо, — что уже случилось? Чё ты мне ничего не говоришь? — Я потом тебе расскажу. Шин было бы слишком стыдно на уроке математики говорить Юне о том, как прошлым вечером она глазела на дерущихся полуголых мужиков. Рюджин сразу после окончания дневных уроков бежит на трассу ввиде цифры восемь, чтобы успеть на предстоящую гонку. Она давно наплевала на вечернее уроки, ведь смотреть, как Хван размазывает всех на этих гонках на спорт-карах куда интереснее, чем слушать лекции. Шин давно получила выговор по этому поводу, но ей плевать. Билет всегда куплен на первый ряд, прямо перед проезжающими машинами и местом старта. Так Йеджи всегда сможет узнать, пришла ли Рюджин. Это было не к чему, ведь она приходит почти всегда. Ну, кроме недавнего случая... Хван ехидно улыбается, когда замечает знакомую мордашку на трибунах. Рюджин улыбается в ответ, как влюблённая семиклассница. Всю гонку Шин наблюдает лишь за одной машиной — ярко жёлтая, сразу выделяется на фоне однотипных синих да красных. Йеджи вновь приходит первой. Это не удивительно. Противники ещё перед началом дрожали, даже сидя внутри машины. Они от одной фамилии «Хван» в списках начинают дрожать. Рюджин довольно идёт в сторону гаражей-шатров для участников гонки, чуть ли не в припрыжку. Уже каждый охранник знает её там, а с одним они даже закентились, почти что обнимаются при встрече. Охранник просто за себя боится, зная характер Йеджи. — Отличный заезд! — Шин заходит внутрь, с первых же слов заставляя Хван обратить на себя внимание. Йеджи копалась с колёсами машины, что-то там подкручивая. Но появление младшей заставляет её отвлечься, даже с колен подняться и откинуть какой-то инструмент. Рюджин в этом не разбирается, даже не пытается. Шин подходит к автомобилю. Она любила каждую новую тачку Йеджи, и любит эту, безусловно. Рюджин легко найдёт ту машину, что принадлежит Хван — она всегда клеит на лобовое стекло различные наклейки, а бывает, даже вырезки из газет, книг или журналов. Шин аккуратно проводит ноготком по новой наклейке на стекле, с заинтересованностью разглядывая её рисунок. Рюджин глядит на различные вырезанные надписи, ставшие наклейками в каких-то шопах. Девушка слишком увлекается чтением их, не замечая, как Хван полностью отрывается от своего дела с устранением проблем с колёсами. Рюджин вспоминает о присутствии Йеджи, когда её щека знакомится с царапанной поверхность капота. Руки плотно сжаты и прижаты к собственной пояснице крестом на запястьях. Шин тяжело вздыхает, даже не сопротивляется. Рюджин даже посмотреть на Хван не может. Только это её и разочаровывает. Дыхание Йеджи совсем близко, где-то в шею. Молча дышит, так горячо, разгоняет всех бабочек в животе. Хван нависает над ней, прижимаясь всем телом к Рюджин, что уже готова молить от своей безысходности и жажды. Йеджи вчера, как только они вернулись домой, молча легла спать, пока Шин рассчитывала на что-то большее. — Я же могу получить свой главный приз за победу? — Рюджин сглатывает и тихонько угукает. Хван отпускает руки Шин, ведя под тело, чтобы касаться передней части торса. Йеджи легко переворачивает Рюджин, теперь прижимая спиной к жёлтому капоту. Старшая расстёгивает пуговицы на школьной рубашке. Её пальцы расправляются с этим быстро, но очень не аккуратно, почти что разрывая тонкую ткань. Хван заводит руки за спину младшей девушки, расправляясь с застёжкой белого бюстгальтера. Теперь тот свободно свисает на плечах Шин. Йеджи отодвигает его вверх, чтобы лишний раз не мешался. Хван мягко касается губами левого соска Рюджин, обхватывая. Рука быстро перемешается на нетронутую грудь, слегка сжимая. Шин закидывает голову назад, когда язык Йеджи предательски хорошо творит грязные вещи чуть ниже. Их никак не волнует то, что охранники могут зайти в любой момент, или любые другие гонщики. Им обеим явно не до этого. Хван отстраняется, глядя в глаза Рюджин. — Поцелуй меня, — младшая просит себя. Действия Йеджи не заставляют себя ждать. Она сама этого хотела, ждала лишь просьбы. Их губы разрывают контакт по резкому движению Хван. Поцелуй был как мимолётный. Для Рюджин время идёт слишком быстро. Йеджи ведёт раскрытой ладонью по оголённому животу младшей, а ниже — аккуратно залезает под мини юбку. Хван находит мокрое нижнее бельё, усмехаясь с того, как сильно Шин нуждается в ней. Рюджин не может выровнять своё дыхание, пока рука Йеджи находится близко к её горячем в центру. — Тебе хорошо там? — Шин ругается, когда старшая не делает никаких действий. Словно дальше нельзя. Застряла на одном месте. — Прости, моя малышка, – Хван моментально извиняется, залезая в трусы Рюджин. Рю глядит вниз на движения руки Йеджи под юбкой. Старшая аккуратно касается клитора, сразу же переходя к быстрым круговым движениям, вынуждая Шин выгнуть спину дугой чуть ли не до хруста. Рюджин полностью ложится спиной на капот, едва удерживая себя в таком состоянии. Для Рюджин это что-то новое. Они не раз трахались здесь, например, на сидении одной из прошлых машин Йеджи. Но вот чтобы так открыто, ещё и на капоте любимого авто Хван... Это что-то удивительное. Младшая дрожит от агрессивных движений внизу, пока губы Йеджи покрывают открытый верх влажными и смазанными поцелуями. Так не аккуратно, за то нежно. Шин, кажется, готова кончить лишь от этого. Но Йеджи останавливается. Останавливается, чтобы перейти к истекающему естественными соками влагалищу, и, почувствовав лёгкий доступ, погрузить средний палец в горячее лоно младшей девушки. Рюджин тихо выдыхает, когда второй палец Хван незамедлительно добавляется. Шин дрожит оттого, как Йеджи растягивает её изнутри. Из-за нижнего белья, Хван не может размашисто двигать рукой, но она находит альтернативу — двигать не целой рукой, а пальцами внутри Рюджин. Шин понимает, что всё это время просто нуждалась в хорошем фистинге. Йеджи останавливает резкие движения, переходя на более плавные, большим пальцем касаясь набухшего пульсирующего клитора. Рюджин уже не подходе, Хван чувствует. Голова Шин откидывается, когда волна оргазма заставляет бёдра дёргаться. Йеджи довольно улыбается, и, вытаскивая пальцы, небрежно вытирает их о свою кофту. — Не думала, что ты нагнёшь меня на капоте. — Тут даже машину не жалко. — Меня тоже? — Не, тебя жалко, — Хван ведёт по новому проколу, — ухо разве что. — Да иди ты!