~
19 апреля 2023 г., 00:00
Кавех нервно стучит ручкой по столу и нервам аль-Хайтама. Ну серьёзно, сколько можно его мучить? Он уже час сидит над этим несчастным тестом в 30 вопросов, бегая взглядом то на бланк, то на часы на стене. Пять минут перешли в десять, а после и в пятнадцать.
Кавех был ужасен в грамматических правилах. Несомненно, он писал практически без ошибок, но то была его «врождëнная» грамостность. Но сейчас парень был в полнейшей растерянности.
Аль-Хайтам, наблюдающий за единственным студентом в аудитории, пришедшим на пересдачу его предмета, устало потëр виски и неторопливо подошëл к столу студента, склоняясь над ним и одаривая приятным запахом парфюма с древесными нотками. Светловолосый резко встрепенулся и перевëл испуганный взгляд на преподавателя, молясь всем богам, чтобы его сейчас за шкирку не выгнали из аудитории и не поставили неуд.
— Время почти закончилось, — Хайтам скользит взглядом по практически пустому листу ответов, читает торопливые пометки на черновике. — Ты ведь знал, что у тебя проблемы с моим предметом, почему нормально не подготовился?
Кавех сглатывает и отводит взгляд, тихо мямля: «Моя голова не хочет запоминать все эти правила правописания, я сидел над ними две ночи и никаких результатов.»
Хайтам недоверчиво ведëт бровью и скрещивает руки на груди, смотря в упор.
— Но с сочинениями у тебя, насколько я помню, проблем не было.
— Да, это так. Я не знаю, в чëм проблема…
Аль-Хайтам на минуту задумывается, решая, что делать с этим горе-отличником. Казалось, он был хорош во всëм: точные науки он лускал как семечки, а вот здесь его ждал подвох. И ведь предмет даже не профильный, его добавили для общего развития.
— Хорошо, я поставлю тебе пять автоматом за посещение моих пар, но с одним условием: ты будешь приходить по определëнным дням после пар сюда и мы будем заниматься грамматикой.
Кавех опешил, но вынужден был согласиться. Если бы он получил оценку ниже пяти, то его чувство вины и стыда бы попросту сожрало его.
Так и начался его, по ощущениям, самый длинный месяц в году. По вторникам и четвергам он заходил уставший, изнемождëнный в пустую аудиторию, и пока его одногруппники шли в общежитие отдыхать, он усердно грыз гранит науки, стараясь впитать в себя больше знаний.
— Кавех, здесь неправильно.
Преподаватель в своëм излюбленном тëмно-зелëном костюме наклоняется над ним и, взяв его карандаш, делает пометки об ошибках на листе.
— В этом обороте запятая не ставится, а здесь, наоборот, еë недостаëт.
Кавех чувствует спиной, как к нему сзади прижимается твëрдая грудь и немного хриплый, но отчего-то успокаивающий голос мягко снова объясняет ему правила построения предложения на примере. Кавех напрягает мозги и старается вникнуть, но почему-то его сердце неожиданно делает кульбит и от сухости в горле он закашливается. Аль-Хайтам прерывает своë объяснение и обеспокоенно спрашивает, всë ли в порядке, пока блондин утирает слёзы от кашля.
— Да, всë в порядке, просто горло пересохло.
Хайтам понимающе кивает, смотрит с какой-то непривычной для обоих нежностью во взгляде и Кавех теряется. Теряется в этом вгляде бирюзовых глаз, которые так подчëркивает этот строгий костюм. Хайтам же про себя отмечает, что у Кавеха выразительные черты лица и мягкие на вид волосы.
Удивительно, что он вообще замечает такие вещи.
Спустя ещё пятнадцать минут Кавех тяжело вздыхает и подпирает рукой голову. На его лице прослеживается усталость и последствия бессонных ночей из-за зубрëжки.
И Хайтам решает его пожалеть.
— Это наше последнее занятие. Я вижу, что ты способный ученик и усвоил довольно много материала, который я тебе объяснял. Ты хорошо справился с последним тестом, так что твоя оценка теперь оправдана.
Мужчина замолкает и слегка прикусывает кончик языка. Кавех поднимает голову на него и их взгляды встречаются. И аль-Хайтам видит в них… грусть. И лëгкую разочарованность то ли в нëм, то ли в себе.
— Спасибо вам за потраченное на меня время, я рад, что оно окупилось, — натянутая улыбка скользнула на странном выражении лица и Кавех принялся собирать вещи.
Хайтаму не нужно много времени, чтобы понять, что что-то не так и задать вопрос.
— Погоди, Кавех, я что-то не то сказал? Ты чем-то обеспокоен?
Студент мнëтся, кусает губы и взвешивает слова. Стоит ли игра свеч?
— Честно говоря, для меня эти занятия стали некой отдушиной от повседневности, они мне… нравились. И, кажется, вы мне тоже нравитесь.
Что-то внутри Хайтама ломается с треском, а может это была его ручка в руках, и не успевает он ответить, как студент выбегает из аудитории и мчится к выходу из Академии. Куда угодно, лишь бы скрыться от позора. Слëзы надоедливо скатываются по щекам и Кавех наскоро утирает их рукавом. Прочь, прочь отсюда, от аль-Хайтама и его бирюзовых глаз.
Кавех проводит всю ночь с чувством вины и одиночества, давясь слезами и заглушая подушкой крики. Он сильный, он обязательно справится. Всë пройдëт, и Хайтам тоже. Они могут пересечься только в коридоре, но он не осмелится что-то сказать ему среди других учеников.
Кавех всегда был сильным, всегда находил выходы из самых сложных ситуаций и из этой выкарабкается.
Наверное.
На следующий день он снова был весëлым студентом без забот, смеялся и шутил, писал контрольные и болтал с друзьями. Но чувства никуда не делись, не ушли за ночь и выплаканные слëзы.
Неожиданно дверь его аудитории открывается и Кавех ожидает увидеть там кого угодно, но только не его.
Всë тот же костюм без единой складочки, идеальная укладка и всë тот же задумчивый взгляд. Аль-Хайтам подходит к столу его горе-студента и кладëт на ровную поверхность тетрадь, которую в спешке вчера забыл забрать Кавех у преподавателя.
Парень еле выдавливает «Спасибо» и берëт еë в руки, намереваясь засунуть в рюкзак.
— Открой. — Спокойный голос, как ни в чëм не бывало, донëсся до ушей Кавеха и тот чуть не побледнел.
Что там? Свод новых правил для повторения? Записка о том, какой Кавех неудачник?
Подрагивающие руки открывают тетрадь и Кавех видит ЭТО.
Аккуратным, ровным почерком написанное «Твои чувства взаимны».
Блондин перечитывает эту надпись раз, второй и ему кажется, что он разучился читать или глаза подводят его и там написано «Ты жалкий». Но нет, аль-Хайтам ему действительно признался в ответных чувствах.
Кавех плачет беззвучно прямо при своëм преподавателе и одногруппниках, поднимает алые глаза на зелëные и счастливо улыбается, шепча еле слышное «Спасибо».
Мужчина довольно хмыкает и улыбается уголком губ.
— Зайдëшь ко мне после пар, Кави.
