Следы на мокром асфальте

Тело пробивает мелкая дрожь. Никогда ещё он не был так напуган. Несколько минут назад всё было в порядке, но сейчас..Склонившись, словно показывая то, насколько он превосходит паренька по массе, Чанбин держал того за грудки, тряся, как тряпичную куклу и всё из-за неудачной шутки в сторону лучшего друга Со. – Тебе напомнить, как в прошлый раз отлеживался в больнице? – буквально рыча от злости, старшеклассник откидывает и так напуганного Джисона к стене. – Ты уже должен был запомнить, когда нужно заткнуться. Обессилено оседая на пол, Хан с облегчением наблюдает за тем, как все уходят из класса, ловя на себе какой-то огорченный взгляд Хёнджина. Парень не знал, что именно Хвану могло не понравиться, но, скорее всего, это связано как раз с тем, что он вовремя не заткнулся. Джисон не знал, как описать свои отношения с этой семёркой. Он был одиночкой и все об этом знали, но эта компания создавала иллюзию друзей, которых он так желал. Мальчик на побегушках, так его знали. Парень всегда был с ними, но мог вставить своё слово лишь когда ему скажут. Он стал принимать это за обыденность. И сегодня он совершил ошибку. Пошутил про Ли Феликса. Шутка показалась смешной лишь ему. *** – Погоди, он избил его вчера? – Да-да, они снова подрались. – Этому придурку давно пора свалить отсюда. Дверь в класс открывается. Все затихают и Джисон под осуждающие взгляды и смешки проходит к своему месту. По его виду нельзя было сказать, что его избили, да в принципе никто и не дрался. Единственное, что можно было заметить, это рассечённую губу. Всё же, не каждому везёт после встречи с кулаком Чанбина. После прихода всей компании, они начали говорить Хану какие-то обыденные вещи и общаться так, будто вчера ничего не случилось. Это означало лишь то, что им что-то нужно. И брюнет не ошибся. Им было необходимо после занятий завалиться к кому-то, но у всех родня была дома или в принципе в городе. Пока родные Джисона были в отъезде, другие решили воспользоваться этим и тем, что им не посмеют отказать. *** Громкая музыка, голоса и крики перебивали все мысли. В доме пахло алкоголем и сигаретным дымом, от чего Хана явно вывернуло, если бы было чем. Он оказался нужен парням лишь до того момента, пока они не выхлебали бутылку соджу. Дальше он был предоставлен лишь себе, никто не обращал на него внимания и хозяйничали, как у себя. Джисон не стал упускать этот момент и ушёл в свою комнату, которая за закрытой дверью казалась довольно тихой. Скрипящий карниз, лежащие на нём и свисающие с окна ноги, прохладный ветер и желание забыться. Парень был полностью погружен в свои мысли и не замечал ничего. Он думал обо всём. О том, как стал изгоем в компании ребят ещё давно, когда неплохо с ними общался. О том, что ему делать дальше и чего он хочет. Он не находил ответы ни на один свой вопрос, потому что всё это бессмысленно. Даже смысла в его жизни нет. Все живут для чего-то важного, он живёт, чтобы не разочаровать родителей. Он перестал биться ради мечты, потому что она давно угасла. Хан опускает голову и смотрит вниз. Так тошно от того, что он продолжает жалеть себя и верить, что его примут. Все его мысли прерывают чужие руки, оказавшиеся на талии и затащившие его обратно в комнату. – Придурок. – Я не.. – оборачиваясь и видя перед собой Хёнджина, Хан удивляется ещё больше, пытаясь понять, что он тут делает и вспоминая о том, почему у него вообще собрались. – Точно. Вам нужно ещё соджу? – Нет, – раздраженный взгляд Хвана дал понять, что Джисон сказал что-то не то. Только сейчас отпуская парня из крепкой хватки, блондин убирает свои руки в карманы джинс, окидывая собеседника взглядом. – Поговорить нужно. – Хорошо, – кивая, паренёк продолжает смиренно стоять на месте, кидая свой взгляд на кровать и кивая в её сторону. – Присаживайся. Хёнджин лишь молча берёт того за запястье, ведя за собой и усаживая на постель, рядом с собой. Сейчас не казалось, что он собирался предъявлять что-то, да и остальных было не слышно рядом. – Тебе не надоело? – Что? – Такое отношение. Джисон молчит. Лишь смотрит в чужие глаза напротив, которые не внушали страх, как это было иногда. Хван действительно интересуется и его напрягает то, почему брюнет так долго молчит. – Давай уйдём. – Куда? – недоумевая, Хан поднимается следом за Хёнджином. – А остальные? – Плевать. Не хочу, чтобы они шли с нами. Не сопротивляясь тому, что старший берёт его за руку и буквально выводит из комнаты, направляясь к входной двери, проходя гостиную, где сидели парни. Они довольно сильно выпили, так что не обратили внимания на них двоих. Джисон почувствовал невероятное облегчение, когда они оказались на улице. Шум ветвей деревьев успокаивал, а закат будто заставлял забыться и хоть на немного почувствовать что-то кроме всепоглощающей безнадежности. Он крепче сжимает руку Хёнджина в своей ладони, когда тот начинает бежать по улице. Хан слышит смех. Искренний и звонкий смех. Резко хлынувший ливень заставил Хана засмеяться следом, продолжая бежать и чувствуя невероятную лёгкость. Одежда намокает, липнет к телу, но он не замечает. Джисон..счастлив? Он действительно счастлив. Он почувствовал себя живым спустя столько времени. Появившаяся надежда и Хёнджин, который продолжает улыбаться, смеясь с их нелепого вида. Они останавливаются лишь для того, чтобы упасть на мокрый асфальт. Младший не отпускает руку Хвана. Он нашёл то, что так долго искал, благодаря чему он не сдастся. Это лишь начало их истории и теперь Джисон точно знает, что обожает дождливую погоду.