Выпить не желаете?

Автокатастрофа — это то, что может случится с каждым. Чуя никогда не принимал это на свой счёт. Он считал, что с ним этого ну просто никак не может случиться. Но жизнь, как известно, — подлая штука. И вот он здесь — на больничной койке. Очнулся он всего пару минут назад, подключенный к аппарату измерения пульса и в куче проводов. Он возвращался с задания в офис. Начинал накраповать дождь. Намокнут не хотелось, поэтому парень решил срезать через дворы. Мотоцикл не машина, может проехать по узким улочкам. Все шло как по маслу, он проскакивал дворы и переулки один за другим. До офиса оставалась пара кварталов, когда он выехав из очередного двора выскочил на широкую дорогу, не успев сбавить газа, и на полном ходу влетел в чью-то машину. Он почувствовал, как слетает с мотоцикла и ударяется об асфальт, по инерции перекатывается дальше. Его пронзила острая боль во всём теле. Отключился он где-то в процессе, так что теперь он даже не знает где находится. Это не похоже на больничную палату из офиса мафии, наверное это городская больница. Из коридора слышаться голоса и спешные шаги. Ручка двери опускается вниз и в дверном проходе появляется две фигуры. Они выглядят немного размытыми, но Чуе не составляет труда узнать долговязую фигуру напарника. Рядом с ними стоит, кто-то в белом халате, наверное медсестра. Она подходит ближе, проверяет показания приборов, что-то записывает и удаляется в коридор, закрывая за собой дверь и оставляя парней одних. — А ты чего припёрся? — Мори послал. Эх, Чуя, нужно быть осторожнее. Если бы ты разбился, то кого бы я отправлял за кофе на первый этаж, когда самому лень идти. В такие Дазай бесит ещё больше, чем обычно. Раз не может сказать чего-то хорошего, лучше бы молчал. — Где я вообще? — Ты что головой ударился? В больнице. — Это я и без тебя знаю, гений. Чуя, кряхтя садится на постели, опираясь на руки. Всё тело ломит так, что хочется сдохнуть. — Похоже мы с тобой поменялись местами, обычно я что-то ломаю. Неужели ты решил занять моё место, Чу? — Да заткнись ты! Врачи что-нибудь говорили? Дазай молчит долгую минуту, а у Чуи замирает сердце, пока он ждёт ответа. — Говорили. — И что же? Дазай молча выходит из палаты, оставляя дверь открытой. Чуя не понимает, что происходит, но ему это совершенно точно не нравится. Напарник возвращается через пару минут, толкая вперёд себя инвалидную коляску. Чуя не хочет в это верить. — Нет. Только не говори, что… Он сглатывает ком в горле, не в силах продолжить. Он надеется, что это очередная глупая шутка от придурка напарника, но когда он пытается встать с койки, он просто не чувствует ног. — Мори хочет видеть тебя в офисе. Кто знает, может быть ему удастся поставить тебя на ноги снова, да и к тому же Арахабаки тоже не лыком шит, выкарабкаешься как-нибудь. Но это вообще не обнадёживает Чуя продолжает молчать, когда Дазай подходит ближе. Медсестра возвращается, отцепляя от Чуи трубки и провода, и она вместе с Дазаем помогают юноше усесться в кресло-каталку. Парни выходят из здания на свежий воздух. На Чуе всё ещё больничная одежда, но его это не волнует. Солнце уже почти зашло за горизонт, и на улице зажглись фонари. Они где-то в центре города, до офиса около часа ходьбы, но Дазай решает пройтись пешком, толкая коляску напарника вперёд себя. Пускай уж Чуя немного побудет на улице и успокоиться. Накахара продолжает напряжённо молчать, опустив голову и смотря на ноги в гипсе. — Не переживай ты так, через время будешь, как козёл по горам скакать. — А если нет, что тогда? Мори выкинет меня на улицу? Это немного удивляет Дазая. Он вообще не ожидал, что ему ответят. — Пф, да щас! Ты слишком ценный кадр и много знаешь. Мори скорее посадит тебя за какие-нибудь документы или типо того, чтобы ты работал в офисе. Но этого всё равно не случится, потому что ты встанешь. Они заворачивают в какой-то маленький парк, немного отклоняясь от маршрута, но Чуя этого не замечает. — Да почему ты так в этом уверен?! — Я же уже сказал, у тебя есть Арахабаки. — Арахабаки тебе не средство против бессмертия! — Это ты мне говоришь?! Они останавливаются где-то в тени под деревьями. Вокруг никого нет и свет от фонарей до них не доходит. — Знаешь как я узнал, что ты попал в аварию? Я сидел в баре, а мне позвонил Мори и сказал, что тебя нужно забрать из травматологии! — Дазай звучит обеспокоенным, и это немного сбивает с толку. — Я сначала удивился, мол как это ты и попал в травм-пункт? Подумал, что ты просто упал откуда-нибудь! — Это ты у нас любитель падать со всего, что плохо стоит. — Не перебивай меня. Ты хоть представляешь, что было у меня в голове, когда Мори сказал, что ты попал в аварию?! Я тогда подумал, почему мне нужно ехать за тобой в больницу, а не морг! Чуя хочет возразить, но Дазай не даёт и слова вставить. — Чем ты вообще думаешь?! Ты постоянно рискуешь, при чём по любому поводу! Стараешься спасти всех подчинённых, подставляясь под пули, первым лезишь в бой. Ведёшь себя так, будто Арахабаки может спасти тебя от смерти! И мало тебе моих потраченных нервов на заданиях, так ты теперь решил меня и в жизни добить?! Неужели так важно было побыстрее вернуться в офис?! Почему нельзя было потратить двадцать лишних минут на более длинный путь?! Дазай падает на колени перед коляской, волосы падают ему на лицо, скрывая глаза. — Вот что бы я делал, если бы ты умер? Чуя слышит дрожь в его голосе. И парень настолько поражён всем этим, что даже не находит, что сказать в ответ. — Прости меня. Дазай утыкается лбом в чужие колени, тяжело дыша. — Какой же ты дурак, Чуя. Чуя чувствует, как по его щеки катится небольшая солёная капелька и падает с подбородка. Слёзы начинают идти, и он сам не знает почему. Дазай, слышала тихий всхлипы поднимает голову и его глазах тоже стоят слёзы. — Дурак. Парень поднимается с земли и обхватывает Чую, прижимая к себе. Тот утыкается мокрым носом в чужой пиджак. — Обещай, что будешь аккуратнее. Чуя молча кивает, обхватывая напарника за плечи.