TASTE

Джисон слишком долго ждёт. На часах двенадцать ночи и он ворочается в своей кровати, не находя себе места. Они только отыграли последний концерт в Америке, поэтому все парни, хоть и были слегка уставшими, но все же решили ещё немного отдохнуть вместе со стафом на афтепати. Хан же напротив, совершенно не хотел напиваться и тусоваться, он просто хотел отдохнуть только с одним единственным человеком - с Минхо. В этом туре им, как назло, не везло с комнатами в отелях. Их селили в разные комнаты и Джисон был уверен, что это делалось специально, чтобы парни не изводили себя ещё больше по ночам и на утро были свежими и готовыми к работе. Только Хану от избытка эмоций и перевозбуждения становилось намного тяжелее «быть готовым». Он часто витал в облаках, залипал на бедра Минхо на репетициях, забывал слова чаще обычного - попросту говоря был рассеянным. Теперь же, когда Хёнджин, с которым он делил комнату в этом отеле, наконец удосужился свалить на вечеринку, Джисон лежал в ожидании прихода Минхо. Тот сразу ответил на умоляющее трахнуть его сообщение Хана. Джисон лениво листал ленту в инстаграме, натыкаясь на свежие видео с концерта, когда в гостиной их с Хваном номера послышались шаги. Дверь в спальню открылась и в комнате показался Ли. - Долго ждёшь, малыш? - Минхо, не удосужившись даже высушиться после душа, прикрыл дверь, расслабленно подходя к кровати в одном халате. Джисон хмурит бровки и дует губы, откладывая телефон на тумбочку. Он сам напялил на себя лишь длинную футболку, которую когда-то позаимствовал (читать, как «спиздил») у Минхо, открыто соблазняя парня своими красивыми ножками и еле прикрытым достоинством. Чужой взгляд проходится по его телу, отчего Джисон покрывается мурашками, легко приподнимаясь на кровати. - Давай без лишних слов, - Хан притягивает Минхо резко, буквально роняя на себя и впиваясь в губы. Жадно обсасывает, исследует языком, нагло и по-хозяйски. От напора у Ли тут же сносит крышу. Руки Хана проворно развязывают пояс халата, уже ощупывая чужую крепкую грудь. Джисон пылкий и страстный, горячий до безумия, что под его касаниями Минхо плавится. Хан зубами оттягивает нижнюю губу, рычит, впиваясь пальцами в чужую кожу и ловко меняет их местами. Минхо улыбается в поцелуй, позволяя своему парню властвовать над собой. Он был возбужден не меньше Джисона. - Мой хороший мальчик так скучал по мне? - усмехается Минхо, нагло располагая руки на чужих ягодицах, неприкрытых даже тканью боксеров. Хан развязно стонет, сжимая ладонь на чужой руке, располагающейся на одной из округлых половинок. Минхо с удовольствием впивается в мягкую кожу короткими ногтями, поддаваясь движению Хана. У того сбивается дыхание, целоваться становится все сложнее, поэтому он попросту скулит в чужие губы, активно двигая бёдрами. Ли мягко гладит спину парня, пробегаясь рукой под футболкой. - Сними уже это, блять, или я разорву его на кусочки! - кажется, Хан и впрямь сходит с ума, когда он борется с чертовой тряпкой на любимом ему теле. Он чертовски соскучился по родной разгоряченной коже и твердому члену внутри. Настолько сильно, что готов был взорваться. Минхо вновь губы в ухмылке растягивает, но мучить своего парня не хочется - приподнимается, стягивая с себя халат с помощью рук Джисона, откидывая вещицу в сторону. Хан сразу прижимается ближе, выцеловывает шею, руками ведет по груди, останавливаясь на сосках. Под прикосновениями Минхо распаляется только больше, ласкает чужие бедра, слегка толкаясь своими, имитируя толчки. В ответ ему стонут громко, не стесняясь. Джисон сжимает чужие соски, мнет грудь, вызывая хриплые вздохи у Ли. Тот продолжает уверенно толкаться, сильнее сжимая чужие ягодицы, раздвигая их в стороны. Хан оставляет множество укусов на шее, не беспокоясь о том, что их все придется прятать и замазывать, проходит языком по кадыку, поднимаясь выше, находя губы. - Если ты сам меня сейчас не трахнешь, то я пойду на эту тупую вечеринку и раздвину ноги перед первым попавшимся мембером, - угрожающе рычит Джисон в самые губы, после чего кусается, показывая свою решимость. Минхо тоже рычит в ответ и передвигает одну из рук прямо к дырочке. Он нежно оглаживает ее по краям и с легкостью входит сразу двумя пальцами - Джисон готовился. - Черт, да, - выстанывает Хан, насаживаясь на пальцы. Те активно двигаются, растягивая сильнее. Минхо чувствует горячие стенки, оглаживает каждый миллиметр и наблюдает за запрокинувшим голову Джисоном. Его кадык дёргается, когда Ли добавляет третий палец и четким движением попадает по простате. Минхо наслаждается видом, продолжая трахать дырочку пальцами. Джисон совсем потерялся в пространстве, поэтому просто хнычет, царапая ногтями чужую грудь, задевая затвердевшие соски. Ли шипит, толкается на пробу ещё пару раз и с легкостью покидает горячее нутро. Хан обиженно дует губы, двигает бёдрами в попытках вернуть ощущения, пока Минхо не хватает его за волосы с силой наклоняя голову так, чтобы Джисон смотрел в его глаза. - Малыш, где смазка? - Хан хлопает глазами, опоминаясь. Суть вопроса доходит до него и он без промедления тянет руку под подушку, вытаскивая оттуда заветную баночку. Ли принимает упаковку из чужих рук, зачерпывает пальцами достаточное количество вязкой жидкости и наскоро размазывает по своему члену, остатками покрывая сжимающийся сфинктер. Джисон пыхтит над ним, сглатывая от предвкушения, когда чувствует горячую и мокрую головку около входа. Он тянет протяжное «ммм», когда Ли как назло играется, просто проходясь членом по дырочке, но не входя. Минхо и впрямь лежит с наглой улыбкой, довольный от мучений своего парня. Джисон на это злится, рычит недовольно и грубо берет чужой член в свои руки. - Заебал, - цедит Хан и резко погружает головку в себя. Минхо весело от реакции парня и хорошо от горячего нутра. Он еле сдерживает себя, чтобы не насадить Джисона сразу на всю длину и передвигает свои руки на тонкую талию. - Вот так, Сони, - подбадривает Ли, поддерживая Хана, пока тот плавно раскачивается на чужом возбуждении, привыкая. Слегка повременив, Джисон почти за раз впускает в себя всю длину, вплоть до основания, стукаясь о чужие тазобедренные косточки. Оба парня стонут в унисон. Внутри Хана так узко и влажно, что Ли готов всю жизнь провести с ним на своем члене. Чертовски хорошо. - Хён, - Джисон смотрит на Минхо с пылающими щеками и немного приоткрытым ртом, спрашивая немое разрешение на движение. Ли притягивает его за шею ближе, ловя чужие вздохи собственными губами. - Двигайся, малыш.

***

Хёнджин изначально собирался пойти на эту вечеринку, развлечься, отдохнуть, попивая алкогольные коктейли. И он уже с полной готовностью писал стаффу, что выходит, как вдруг понял, что слишком устал. От шума у него и так уже болела голова и вяли уши, а если он пойдет ещё и на вечеринку, то на следующее утро просыпаться не захочет явно. В их номере была шикарная ванная, а в его карманах была приличная сумма, поэтому он попросту вышел из отеля, направляясь в сторону ближайшего магазина. В голове он уже вовсю рисовал картинку, где он нежится в горячей пенной ванне, потягивая красное полусладкое из бокала и просматривая какую-нибудь дораму. Да, это было бы более идеальным отдыхом для него. Возвращаясь в отель, он грезил лишь о горячей ванной. Дверь в их с Ханом номер оказалась открытой, но может Джисон подумал, что Хёнджин забыл взять ключи. Однако, как только он переступил порог, то понял причину столь небрежного отношения к двери - её не закрыли из-за спешки. Из спальни доносились громкие стоны, красивой мелодией разливаясь по комнате гостиной. Хван затаил дыхание и прислушался. Джисон и Минхо. Конечно же. Эти двое не пошли на афтепати и просто ждали, пока Хван свалит, чтобы оставить их наедине. Чертова парочка со своим чертовым недотрахом. Хёнджин завидовал им, ведь свой недотрах удовлетворял лишь собственной рукой, когда эти двое без стеснения трахались при всех удобных на то случаях. Хван не раз заставал их по углам в компании, в общежитии и даже в гримерках во время перерывов между концертами. Эти двое были что-то с чем-то. А ещё до чертиков возбуждали своими разгоряченными и развратными телами. Будем честны, Хёнджин мечтал однажды присоединиться к ним. Оттрахать Джисона под ревнивым взглядом Минхо за что потом получить какое-нибудь наказание в виде грубого траха в рот. Черт, Хван готов был и сам ноги раздвинуть для этих двоих, отдаться полностью и без сожаления. Но всё, что ему оставалось это иногда подслушивать за стеной чужие стоны вперемешку с влажными звуками или делать вид, что спит, когда после тренировок они уезжали в одной машине на троих, пока Минхо внаглую сжимал и потирал чужой член сквозь одежду, а Джисон мычал в его плечо. И даже после такого Хёнджин не думал о своих желаниях, как о чем-то неправильном. Было в этом что-то само собой разумеющееся, что-то, что должно было произойти в любом случае. Неизбежное. Взвесив все за и против Хёнджин уверенно принял решение, о котором возможно пожалеет. Он максимально тихо снял верхнюю одежду и опустил пакет с купленными продуктами, чтобы после почти на дрожащих ногах пройти к чуть приоткрытой двери спальни. Оглушительные стоны, задыхающиеся, смазанные продолжались. Джисон громко выкрикивал неразборчивый бред явно получая удовольствие. Минхо вторил ему влажным дыханием и тихой похвалой. Член напряжённо дернулся под тканью облегающих джинс и Хван слегка надавил на него длинными пальцами. Прислонившись к стене около двери, он выбрал более менее удобное положение, в котором мог наблюдать пару сквозь щель и одновременно дрочить. Что ж, не впервой заниматься подобным. На кровати, в слегка приглушенном свете, что так идеально обрамлял чужие тела, лежал Ли. Его накачанные бедра напрягались, поддаваясь навстречу активно скачущему на его члене Хану. Мускулистые руки грубо сжимали аккуратные ягодицы, впиваясь ногтями в медовую кожу. Лицо Минхо было видно плохо, но затуманенные похотью глаза оставались на виду. Джисон же остервенело цеплялся руками за широкую грудь Ли, царапая кожу. Его бедра скакали вверх-вниз так четко, будто он вышел из самого дорогого в мире порно. Идеальная узкая талия скрывалась по тканью футболки, но Хёнджин мог поклясться, что отчетливо видел её изгибы и очертания напряженных лопаток. Хвана вело нехило. Возбужденный член со скоростью света был избавлен от оков одежды. Головка мокро мазнула по ладони, что с уверенностью накрыла плоть, сжимая в кулак. Слегка поиграв с самой чувствительной частью члена, торопливыми движениями рука прошлась пару раз вверх-вниз по стволу. Губы нещадно сохли, отчего язык проходился по ним в миллионный раз. Он неотрывно наблюдал за чужой страстью, отчаянно пытаясь подстроиться под их темп и не издавать звуков. Собственный член приятно дергался от каждого нового стона. С головки текло все больше естественной смазки, облегчая задачу, поставленную воспаленным мозгом. Видимо, Минхо особенно сильно ударил по простате, когда Джисон слегка наклонился и чуть не рухнул на чужую грудь. - Хён, блять, - он выругнулся, плаксиво выкрикивая и наугад тычась в родные губы. Поцелуй выходит смазанным, но таким горячим, что тугой узел внизу живота Хвана вот-вот развяжется. Они целуются грязно, с пошлыми чмоками. Минхо бьет по ягодице, ускоряя темп и одновременно за талию прижимает другой рукой Хана ближе. Тот стонет прямо в поцелуй и содрогается пару раз. Его накрывает сильный оргазм, от которого движения становятся более беспорядочными. Ли продолжает уверенно трахать чужую дырочку, отрываясь от сладких губ, пока Джисон чуть ли не плачет от сверхстимуляции. Он совершенно теряется в ощущениях, несвязно бормочет какие-то обрывки слов, пока Минхо наконец не рычит, кончая глубоко внутрь, буквально вжимая хрупкое тело в себя. Вместе с ним кончает и Хёнджин, позорно кусая собственную ладонь. Сперма толчками выплескивается на руку, чуть попадая на джинсы и пол, пока бедра рефлекторно двигаются, продлевая ощущения. Оргазм накрывает его с головой, погружая в некий транс, от которого Хвану нужно ещё отойти. Он прикрывает глаза, давая себя время, чтобы отдышаться. - Джинни, а ты в курсе, что подглядывать за другими нехорошо? - чужой охрипший голос раздаётся слишком неожиданно. Хёнджин резко приходит в себя, широко открывая глаза и пытается быстро спрятать член в трусы, чтобы с позором отрицать свою вину. Сквозь щель в двери он видит, как Минхо смотрит прямо ему в глаза и нагло ухмыляется. Хан все ещё лежит на нем, не слезая с опадающего члена и будто совсем не волнуется о том, что за ним наблюдали все это время. Он лишь разворачивает голову на груди Ли и тоже смотрит в сторону прячущегося Хвана. Минхо размеренно гладит его по волосам. - Хён, я-я… это не то… я просто, - Хёнджин глупо отнекивается, отступая назад и жутко краснеет. Вот ведь черт! - Стоять! - командует Ли, отчего по телу Хвана пробегаются мурашки, - зайди. Хёнджин недоверчиво смотрит на дверь. Минхо учтиво кивает, вновь повторяя приказ. И Хенджину остаётся только повиноваться. Оказывается, в комнате намного душнее, чем казалось со стороны. Вся спальня пропиталась резким запахом секса и пота. Дверь за спиной Хвана закрывается и на этот раз плотно. Ватные ноги не позволяют пройти дальше, поэтому парень лишь топчется на месте, опуская свой испуганный взгляд в пол. Он не сможет теперь смотреть этим двоим в глаза. Как же стыдно. Хёнджин чувствует себя провинившейся овечкой, загнанной в угол. Со стороны кровати слышится едва уловимый смешок. - Тебе понравилось представление? - Минхо с наглостью в голосе и абсолютной властью во взгляде задаёт слишком откровенные вопросы, - Всё удалось рассмотреть? Хёнджин кусает свои губы, нервно сжимая пальцы. Ситуация хуже некуда. - Минхо-хён, я… - Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, - Ли не кричит, тон даже нежен, но нотки стали отчетливо проскакивают в чужом голосе. Хван вздрагивает и все же поднимает взгляд. Джисон все также нежится под чужими поглаживаниями, только теперь Минхо слегка приподнялся и пара больше сидела, нежели лежала, на кровати. Дырочка Хана, Хёнджин готов был поклясться, что пытался не смотреть, но взгляд сам возвращался именно туда, все ещё держала член старшего внутри, позволяя семени стекать по обмякающему члену. Ли усмехнулся, заметив направление чужого взгляда. - Нравится то, что видишь? - Хван резко переводит взгляд на Минхо, - Сони нравится греть меня между раундами. Он тащится от таких вещей, правда, Хани? - узловатые пальцы слегка почесывают по голове пристроившегося на груди Джисона. Тот лениво поднимает голову, следуя за движениями в волосах и мило улыбается, все ещё не обращая никакого внимания на Хвана. - Он в порядке? - Хёнджин немного волнуется, видя абсолютно замыленный взгляд Хана. Минхо отрывается от своего занятия и хитро улыбается. - Все в порядке. Он чувствительный и долго отходит от оргазма. В отличие от тебя, да? - Ли кивает в сторону Хёнджина, опуская взгляд на его пах. Уши Хвана моментально вспыхивают и он торопится застегнуть джинсы, ведь до этого его член прикрывали лишь боксеры. - Хён, это все… прости, я правда не хотел, чтобы так вышло… я-я не знаю о чем думал и… - Хочешь вылизать его? - бредни Хвана резко прекращаются. Он останавливает свои движения и замирает, широко раскрывая глаза, не веря своим ушам. Минхо предложил что? - Я хотел сделать это сам. Хотел наградить за то, что он хорошо объездил меня. А ты настолько откровенно спалился сегодня, что я подумал о том, чтобы дать тебе шанс подобающе извиниться за все свои грязные подглядывания. Вот оно что. Хёнджина спалили задолго до сегодняшнего дня и Минхо явно дал это понять. Как он мог быть настолько небрежным в отношении своих мерзких фантазий? Вот только, кажется, что ни Ли, ни Хан не считали это чем-то отвратительным. Им нравилось то, что творил Хван на протяжение долгих месяцев? Нравилось, что он бесстыдно дрочит на каждую проведенную ими вместе ночь? А теперь Минхо лично предлагает Хенджину вылизать своего парня. Хван лишь на секунду представил, как Джисон сладко выгибается под его мокрым языком, как цепляется за длинные волосы, направляя. Как бы он пытался свести ноги от перевозбуждения или же отчаянно пытался насадиться на юркий язык. Хёнджин поплыл. Уже в который раз. Окончательно и бесповоротно. Он не успел принять решение, как уже стоял около смятой постели, нервно облизывая губы. Минхо, казалось, устроил такой немой ответ и он с легкостью приподнял Джисона со своего члена. Тот недовольно замычал, надувая щеки и попытался вновь вернуть ощущение наполненности, но сильные руки не позволили. Ли аккуратно подхватил его за талию, перемещая парня на простыни и нежно, почти целомудренно, целуя в мокрый от пота висок. Хан сводит колени и хнычет, хмуря брови. Кажется, он пытается задержать в себе стремительно вытекающую сперму. От этого зрелища член Хвана снова приятно дернулся, понемногу твердея. - Хани, позволь Хёнджину загладить свою вину перед нами, - Ли мягко оглаживает чужое тело, слегка щипая прикрытые тканью футболки соски, чтобы обратить на себя внимание разнеженного взора. - Хён? - парень на подушках хлопает слезливыми глазками пару раз, переводя взгляд с Минхо на Хенджина. Обрабатывает полученную информацию пару секунд, будто приходя в себя, а после довольно кивает. - На спине или на животе? - единственное, что спрашивает Хан, прежде чем приподняться и снять с себя пропитанную насквозь потом футболку. Хёнджин не сразу понимает, что вопрос адресован ему. - Н-на животе? - Ты меня спрашиваешь? - Джисон потихоньку приходит в себя, возвращая былую уверенность и некую доминантность в голосе. Минхо с очарованием смотрит на него, отползая на край кровати. Немного помолчав, Хан хмыкает и переворачивается на живот, призывно приподнимая задницу и утыкаясь лицом в подушку. Из сжимающейся, слегка красноватой дырочки все ещё вытекает сперма, скатываясь по бедрам. Лишь смотря на это будоражащее кровь зрелище Хёнджин уже готов кончить. Чертовски горячо. - Разденься, - буднично говорит Ли, слегка поглаживая свой наполовину твердый член. Хёнджин тут же слушается, не без стеснения избавляясь от всей одежды разом. И встает прямо напротив поднятых в ожидании ягодиц. - Можешь делать, что душе угодно. Только руки и язык, - комментирует его неуверенность Ли, и Хван усваивает информацию, начиная движение. Он с ногами забирается на кровать поудобнее располагаясь около чужих упругих ягодиц. Почти невесомо касается пальцами медовой кожи в районе поясницы, отчего Джисон больше прогибается в спине. Уже увереннее оглаживает бока, щекоткой спускаясь к стройным бедрам. Щипает, мнет и гладит, иногда поглядывая в сторону подушек. Хан послушно молчит, чуть прикусывая собственную ладонь и покрываясь мурашками от ласковых движений на коже. Мысль о том, что сейчас его касается кто-то другой, а не Минхо, сводит с ума. И не только самого Джисона. Наконец Хёнджин поднимается к мягким ягодицам. Сжимает, оттягивая в стороны, чтобы полюбоваться на дырочку, что так призывно сжимается вокруг пустоты. Руки Хвана большие, больше чем у Минхо, отчего миниатюрная задница в его руках выглядит ещё более привлекательной. В голову тут же ударяет шаловливая мысль и Хёнджин наотмашь бьет по одной из половинок. Со стороны подушек слышится приглушенное скуление. Хёнджин более чем доволен подобному звуку и поэтому резко приближается к манящей дырочке. Мажет языком по ягодице, ведя мокрую дорожку к самой интимной части чужого тела. Бережно обводит по контуру припухшие края, ощущая сладкий привкус смазки, перемешанный с соленым потом и слегка горьковатой спермой. Джисон тихо скулит, плавясь под горячим языком. Его тело после оргазма всегда до ужаса чувствительное и даже небольшие прикосновения заставляет кровь вновь приливать к члену. Что уж говорить о мокром, мягком языке в столь интимном месте. Минхо наблюдает за ними, поглаживает собственную головку, дразня тягучее возбуждение. Он затаивает дыхание при первом прикосновении языка Хвана к его парню. Ревность гложит, но больше всего горячит, возбуждает до кончиков пальцев. Хан, весь такой послушный и податливый, поддается бёдрами назад, отчего Хёнджину приходится сильнее схватиться за его бедра. Ловкий язык собирает вытекшую сперму, оставляя после себя лишь дорожку из слюны. Хван натурально наслаждается тем, что делает - его глаза закатываются, брови заламываются. Он спускается к яичкам слегка всасывая те, выбивая новые стоны, которые Хан глушит в подушку. Еще чуть поиграв, Хван снова возвращается к сжимающемуся сфинктеру. Проводит напористее, чуть надавливая и погружая внутрь самый кончик. Все трое шумно выдыхают, когда язык наконец проталкивается глубже. Хана бьет дрожь, одна рука сама по себе ищет опору и находит её в твердом бедре Ли. Хватается отчаянно, сжимает до синяков. Минхо блаженно стонет от опасливой близости родной руки с пахом. Хёнджин продолжает более уверенные действия, с каждой секундой набирая обороты - лижет, толкается, потом всасывает края. Через мгновение Джисон чувствует влажный и длинный палец внутри. Намного длиннее, чем у Минхо, отчего ощущения кардинально другие. Ловкий язык и изящный палец двигаются внутри, ощупывают влажные, горячие стенки в поисках простаты. С добавлением второго пальца Хван наконец её находит. Джисона трясет, он сильнее выгибается навстречу, зубами впиваясь в уже влажную от слюны и слез подушку. Минхо такое положение дел явно не устраивает и он позволяет себе вцепиться в шелковистые волосы, чтобы потянуть за них голову вверх. - Хани, покажи Джинни насколько тебе хорошо. Не прячься, милый, - Ли шепчет нежно, на контрасте сильнее сжимая в кулак волосы. Джисон моментально повинуется. Опухшие губы раскрываются, позволяя грязным звукам беспрепятственно выйти наружу. От сладких стонов Хёнджин сам начинает дрожать и активнее бьет по простате, вылизывает старательнее. По подбородку течет слюна, а член ноет от боли. Пошло, мокро, но так правильно. - Хорошие мальчики, - Минхо удовлетворенно хмыкает, отпуская волосы любимого. И не просто так. Он встает с кровати, отцепляя сжимающую бедро ладонь, напоследок ласково оглаживая её пальцами. Хёнджин не видит, что делает Ли, ведь он увлечен совершенно другим, но когда по его собственной ягодице проходится сильный удар, он резко вскрикивает. Минхо стоит сзади него и бьет ещё пару раз, до красноты. Хван бы и рад был повернуться или постонать чуть громче, но он занят другим и отвлекаться, если честно, не хочется. Ведь Джисон так изящно принимает все его ласки. Слышится ещё пару шуршащих звуков, прежде чем по более худым ягодицам начинает течь что-то холодное, липкое и пахнущее персиком. Ли выливает большую порцию смазки на бедра Хёнджина. Это заставляет его слегка отвлечься, повернув голову на Минхо. - Джинни, ты же не девственник? - вопрос не столь откровенный, учитывая сложившуюся ситуацию, но все равно вгоняет Хенджина в краску. - Н-нет. То есть, я никогда не был снизу и все такое, - бормочет он. Со стороны Хана слышится смешок. - Ох, тогда это будет проблемкой, - Ли о чем-то задумывается на несколько секунд, а потом смотрит в сторону Джисона, - Хани, что думаешь? Джисон кое-как, на трясущихся конечностях, приподнимается, переворачиваясь на спину. Выглядел он по-блядски хорошо. Растрепанные волосы, заплаканные глаза, губы искусаны, а все лицо беспорядочно залито собственной слюной. И взгляд чертовски затраханный. - Ты не заревнуешь? - он выгибает бровь, смотря на своего парня с наглым видом. Хёнджин между ними притих, так и замер в полусогнутой позе. Минхо сверяет их обоих взглядом и уверенно кивает. - Если ты не захочешь его в мужья, то нет. - Тогда позволь ему трахнуть меня. А потом выеби его чертовы бедра, - Джисон говорит уверенно и звучит намного более доминантно, чем Минхо. В их паре Хан явно имел больше власти. Хвана прошибает током от сказанного, приятной дрожью сковывая конечности. Ему позволят сделать что-то такое? - Ты его слышал, Джинни? - Ли приближается, обдавая ухо Хёнджина горячим шепотом, - Выполняй. За этим следует легкий шлепок по ягодице, после чего Минхо пару раз проходится меж половинок твердым членом и подталкивает Хвана прямо к Джисону, к призывно разведенным ногам. Как только он достаточно приближается, эти самые ноги, блядски изящные и сильные, притягивают ближе, сцепляясь в замок на чужой пояснице. Хёнджин в который раз за сегодня умирает. То, как выглядит Хан, расположившийся под ним, с красными щеками, наливающимися маленькими синяками, оставленными пальцами Минхо. Совсем небольшие бусинки сосков, обрамленные ареолами, выпирающие ребра, рельефный животик. Тазобедренные косточки выделяются особенно сильно, хочется укусить, провести пальцами, что Хёнджин стремительно делает. В ответ на прикосновения кожа покрывается мурашками, а небольших размеров член пускает предэякулят на кожу живота, образовывая лужицу. Взглядом Хван очерчивает фигуру и останавливается на дырочке, что ещё пару минут назад так хорошо принимала его язык. - Хён, я бы рад кончить от одного твоего взгляда, но хотелось бы всё таки ускорить этот процесс, - Хан ухмыляется, слегка двигая тазом, задевая чужой член. Хёнджин несдержанно скулит и уже собирается отыскать смазку, как из-за спины появляется рука Ли, которая стремительно обхватывает его член. По влажности Хёнджин понимает, что Минхо размазывает ту самую смазку, специально чуть подольше останавливаясь на головке, стимулируя ту. Хёнджин поддается, двигая тазом, рвано выдыхая. - Блять, - тянет он, опуская взгляд вниз. Минхо близко, дышит ему в затылок и самостоятельно направляет его член в Хана. - Ты же хочешь порадовать Хани как можно скорее, так? - он чувствует ядовитую ухмылку своей кожей и отчаянно кивает. Головка упирается в растянутый проход, ощутимо легко погружаясь внутрь. Хан наблюдает за их действиями хищным взглядом, пытаясь не закатить глаза от ощущения наполненности. Член Хёнджина плавно погружается внутрь. Не без помощи Ли, конечно. Сантиметр за сантиметром член исчезает, растягивая Джисона все больше. И вот сладкий стон заполняет душную комнату, когда бедра Хвана соприкасаются с ягодицами Джисона. - Господи, наконец-то, - выдыхает куда-то в потолок Хан, виляя бёдрами по кругу, чтобы лучше ощутить плоть внутри себя. Член Хёнджина слегка меньше в диаметре, но ощущается ничуть не хуже члена Минхо. - Знали бы вы как это выглядит, - шепчет Минхо, наслаждаясь каждой секундой своего наблюдения. Он перемещает руки на талию к Хёнджину и помогает ему толкнуться туда-сюда на пробу. Оба парня стонут от совершаемых фрикций. - Черт возьми. Хёнджин так давно мечтал об этом, что его голова идет кругом. Он смелеет под напором чужих рук, начиная медленно раскачиваться, наблюдая за тем, как дырочка поглощает его член. Так правильно, горячо, мокро, узко, хорошо. Хёнджин хочет навсегда запечатлеть это в своей памяти. - Оттрахай его хорошенько, милашка, - Ли задевает мочку уха, кусая ту и оттягивая. А у Хенджина срывает тормоза. Почти сразу он набирает высокий темп, хватаясь за худые бедра Хана и выбивая из того скулеж. Чертовски чувствительный. На удивление, Хёнджин с легкостью находит простату, бешено стимулируя железу. Джисона подкидывает на кровати, дыхание сбивается, а сердце делает кульбиты, как сумасшедшее. Он даже не успевает нормально вздохнуть. Глаза закатываются, руки хватаются за простыни. Глотку рвут стоны, переходящие в хрипы. Хёнджин справляется на отлично. Трахает особенно глубоко, каждый раз вдалбливая чужое тело все дальше и дальше в матрас. Темп нарастает с каждой чертовой секундой. Хочется поцелуев безумно, но ему не разрешали, поэтому он лишь хватается за руку Хана, поднося его пальцы к собственным губам и захватывает в свой грязный рот сразу два. Что Хана, что Минхо, скользящего языком по плечам Хвана, ведет от этой картины и время до финала сокращается в несколько раз. Сам Хёнджин тоже на пределе. Он с удовольствием обсасывает чужие пальцы, не сбавляя темпа, смотрит с жадностью и неподдельным вожделением в слезящиеся карие глаза. - Сильнее, сильнее! - отчаянно хрипит Джисон, пытаясь догнать эйфорию, - Блять, пожалуйста! И Хан сдается. Оргазм прошибает его насквозь, быстро и неожиданно. Член дёргается, расплескивая сперму по животу. Продолжающиеся толчки внутри продлевают удовольствие и он натурально воет, судорожно сжимая член внутри. Хёнджин не выдерживает такого давления и кончает следующим, прямо внутрь, агрессивно вбиваясь и рыча. Чужие пальцы покидают его рот, мягко проскальзывают по груди и он замедляется. Они оба сбито дышат, пытаясь прийти в себя. - Это было горячо, но, малыш, - Минхо мягко гладит лодыжки Хана, с легкостью расцепляя и опуская те на кровать, обращаясь к Хёнджину - я хочу воспользоваться твоими бёдрами. Горячая ладонь резко давит, опускает Хёнджина прямо над Джисоном. Хван еле успевает облокотиться на собственные руки. Его член все ещё находится в тепле внутри Хана, разливая по телу приятный жар, а Минхо упрямо устраивается прямо позади. Поза не совсем удобная, но Хёнджин послушно подчиняется, немного сбито выдыхая, позволяя делать с разнеженным после оргазма телом что угодно. Минхо сжимает его ягодицы, пристраиваясь так, чтобы можно было легко скользить между ними. И начинает движение. Член проходится по девственной дырочке, но не проникает внутрь, лишь дразнит чувствительную кожу. Хёнджин ощущает тяжесть чужой плоти, с каждым движением сжимая кулаки. Джисон под ним будто не замечает ничего такого, находясь в прострации. А Ли хватает пару горячих вдохов-выдохов, резких толчков и он кончает на спину Хвана с громким стоном. Сперма разливается белесыми каплями по нежной коже. Минхо немного проводит головкой по спине, размазывая остатки, целует между лопатками и с довольным мурлыканьем падает рядом на кровати. Наконец, Хёнджин расслабляет тело и аккуратно выходит из Джисона, вторя действиям Минхо. В голове полная каша из мозгов, взгляд вовсе не фокусируется. Он приземляется по другую сторону от хнычущего вдруг Хана, только потом вспоминая о том, что ему нравится чувствовать внутри себя тепло немного дольше. - Тш-ш, сейчас, Хани, - Ли что-то быстро нащупывает на тумбочке и протягивает руку к промежности Джисона. В его руке Хван замечает небольшую анальную пробку, что быстро исчезает внутри Хана. На удивление, тот сразу замолкает, начиная нежно улыбаться и сворачивается клубочком, утыкаясь носом в шею Минхо. Тот притягивает Джисона ближе, грея его, разнеженного, в объятиях. Хёнджин смотрит с одинокой завистью, собираясь встать и оставить влюблённых одних. Он оказался здесь случайно и также случайно должен уйти. Тем более, его ждёт ванная и вино, ведь так? Но как только он садится на кровати, его руку хватает другая - рука Минхо. - Оставайся, - шепот, почти ласковый, растворяется в тишине комнаты. Ли притягивает Хвана ближе, позволяя ему прижаться к спине Джисона и, черт возьми, гладит по волосам, успокаивая. Хёнджин млеет, щеки покрывает румянец. Теплая влажная кожа Хана у его груди ощущается по-родному, а рука, перебирающая длинные пряди, приносит с собой нежность и любовь, затягивая в сон. Беспокойное утро расставит всё на свои места, но пока что ночь светит луной в приоткрытое окно.