Прикосновения

      Ощущение меха под пальцами. Это было самое удивительное ощущение в его жизни. Он осторожно провел рукой по пушистому меху, стараясь не повредить его. Его пальцы трогали шерсть, мягкую и шелковистую. Подушечки пальцев нежно касаются щеки пса, и осторожно пробегаются до подбородка. Прикосновение легкое, но и его хватает, чтобы Барнаби вздрогнул и посмотрел на своего друга. Уолли мягко улыбнулся, видя изумление на морде Барнаби, и продолжил массировать его щеки, плавно переходя к ушам. Уолли ощущал, как по телу Барнаби пробегает дрожь, и пёс не в силах больше сдерживать себя, принялся тереться головой о его руку. Слов не было. Барнаби не мог говорить, потому что был слишком поражен. Его разум был полностью отключен. Глаза Барнаби были закрыты, и он наслаждался прикосновением руки Уолли. Позже, рука Уолли переместилась на макушку головы Барнаби, и тот слегка опустил её. Он мог слышать, как Уолли дышит, его дыхание было глубоким и размеренным. Барнаби тоже дышал размеренно и глубоко. Он чувствовал, что его тело полностью расслабилось, он чувствовал себя очень спокойно, и это ощущение в сочетании с любовью Уолли, было прекрасным. Глаза Уолли расширились от неожиданности, когда почувствовал, как лапы Барнаби обхватили Уолли за плечи. Он чувствовал, что Барнаби прижимается к нему. — Господи, Барнаби.. — прошептал Уолли. Его голос дрожал. Его сердце начало бешено биться, и он не знал, почему. Уолли почувствовал это, словно волна тепла прокатилась по его телу. Это было похоже на то, как будто кто-то включил обогреватель в доме, но при этом тепло было более приятным. Это было... приятно. Уолли мог чувствовать тепло, исходящее от тела Барнаби.       Глаза Уолли внимательно наблюдали за выражением лица своего друга. Он видел, что Барнаби был смущен. Но при этом его лицо выражало и что-то еще. Что-то похожее на радость. Уолли, который чувствовал, что его сердце сейчас разорвется от переполнявших его чувств, постарался скрыть свои эмоции за легкой улыбкой: — Ох, друг мой, ты бы знал, как прекрасно ты выглядишь Большие лапы Барнаби медленно скатились к пояснице Уолли, крепко обнимая его. Он прижался к нему всем телом, уткнувшись носом в его шею. Барнаби издал короткий, но громкий вздох, и его теплое дыхание согрело шею Уолли. Уолли обвил руками шею Барна, сильнее прижимая его к себе. Он почувствовал, как его щеки нагрелись ярким румянцем, и не стал противиться этому ощущению. Барнаби был рядом, а он не мог припомнить, когда так приятно чувствовал себя в его объятиях. У него даже закружилась голова, и он вцепился в плечи Барнаби, чтобы удержаться на месте. Он чувствовал, как бьется сердце у него в груди, как дыхание с шумом вырывается из его легких. Глаза его почти закрыты, а сам он практически тает в объятиях синего пса. Барнаби нежно гладил его по голове, шепча что-то ему на ухо. Уолли не мог разобрать слов, но они словно ласкали его кожу, успокаивая его. Он закрыл глаза и полностью отдался этому чувству. Вскоре он уснул.