Однажды

*** Брок Рамлоу — чёртов двуликий Янус. С одной стороны, Рамлоу командует СТРАЙКом-«Альфа» и работает на Щ.И.Т. А ещё СТРАЙК-«Альфа» постоянная команда прикрытия свежеразмороженного Капитана Америки, и Кэп с Рамлоу успели пару раз спасти друг другу жизнь. В свободное от работы время Брок Рамлоу присматривает за Стивом Роджерсом и помогает ему адаптироваться к нынешнему времени. Можно сказать, они двое почти приятели. С другой стороны, Рамлоу, как и почти весь СТРАЙК-«Альфа», давным-давно завербован ГИДРОЙ и выполняет её задания наравне с заданиями от Щ.И.Т.а. А ещё он постоянный куратор Зимнего Солдата. Они двое сложившийся тандем, и для Рамлоу Зимний Солдат не киборг, не вещь, не какое-то там живое оружие. *** ГИДРА отправляет их в очередной полевой выход, и ничто не предвещает. Ничто. Во время обсуждения деталей при планировании операции нет никаких признаков нестабильности, нет возражений или сомнений. Зимнего сносит. На ровном месте. Брок не понимает, что случилось. Не было повода, не было ничего сложного, вообще ничего такого. Поручено добраться до очередного самоубийцы, деятельность которого пошла вразрез с интересами ГИДРЫ. Единственное — нужно не прикончить, а взять, ну да Зимний Солдат и не с такими задачами справлялся. И, чисто практически, плёвое же для них для всех дело: съехать вдоль натянутого каната, спрыгнуть в конце полёта, на последней трети, потом внизу подхватиться и бежать. Зимний ставит ролики на канат первым, Брок идёт почти сразу за ним и видит, как всё происходит. Зимний просто не отпускает руки. Просто не отпускает. Его разбивает об опору. Когда Брок спрыгивает и подбегает к Зимнему, тот жив только потому, что он чёртов модификант. Удар чуть смягчило то, что в последнюю долю секунды Зимний вроде инстинктивно выставил перед собой металлическое предплечье; но, в общем, это значения не имеет. Задание провалено полностью; мало того, приходится вызывать джет в режиме стелс для эвакуации. Двое суток на базе Зимний проводит в коме, а когда пробуждается, не помнит о происшедшем ничего. Вообще ничего — для него всё начинается и заканчивается тем моментом, как его вывели из крио. Спецмедики не выказывают удивления: Агенту столько раз стирали память, что от сотрясения мозга, которое он перенёс, замыкание могло произойти там самопроизвольно. Обсуждения происшествия нет, отчёт о провале сдан, тема закрыта. Брок ничего не рассказывает Зимнему. — Тебя просто ранили, детка. Ничего, на нашей работе и не такое бывает. — Я подвёл? — ровным тоном спрашивает Зимний. Брок пожимает плечами. — Кого?.. — Он кривит рожу: — Другому, конфетка, я бы сказал «Фигня делов, просто забудь». Солдата возвращают в заморозку. А у Брока, невзирая на легкомысленный тон, где-то внутри ворочается ощущение близящегося конкретного песца. Оно оправдывается: через несколько месяцев снова возникает возможность дожать-таки того типа, и Броку приходит приказ выполнить то, с чем он облажался в прошлый раз. В предыдущем провале никто не виноват: Зимний ни при чём, Брок тоже ни при чём, всё происшедшее — долбанный несчастный случай... И всё же задание не выполнено, операция с участием Зимнего Солдата провалилась, и отвечать за это должен Рамлоу. ГИДРА наказывает так, как наказывает ГИДРА: рационально. Брать ублюдка, который по счастливому для себя стечению обстоятельств прожил лишних несколько месяцев, направлен СТРАЙК-«Альфа», под началом, понятно, своего командира. Только вот объект их работы за дарованный ему срок успел подготовиться к потенциальному покушению. Его берут, само собой, но тяжело и кроваво, многие убиты, и некоторые тела даже не удаётся увезти домой. Под грохот мотора на обратном пути Брок думает, что вот сейчас конкретно ненавидит организацию, на которую приходится трудиться. *** Брок Рамлоу не был бы Броком Рамлоу, если бы не попытался понять, что же всё-таки и почему случилось. Он отдаёт себе отчёт, чем может поплатиться за попытки лезть туда, куда не просят, узнать засекреченное для него прошлое Зимнего Солдата, и всё равно начинает копать. Нарезает круги, вынюхивает, подключает связи, тратит собственные деньги, и деньги немалые. Он, фактически, совсем уже близок... Только открытие приходит само. Кэп однажды открывает ящик стола и достаёт фотографию. Рамлоу с Роджерсом почти никогда не говорят о потерях: зачем, в этом вопросе обоим понятно всё и так. Но тут как-то складывается одно к другому, и вот эта вырезка из старой хроники, чёрно-белая, зернистая... — Вот он, Баки, — тихо говорит Стив. В его голосе такая утрата, такая тоска... Для него прошло два года или чуть больше, но тут это вообще никакой не срок. Не та рана, которую может залечить даже и суперсолдатская регенерация. — Он упал в пропасть у меня на глазах, — пальцы Стива крошат уголок столешницы, а сам Роджерс, похоже, даже не замечает этого. — Мы прыгали на идущий поезд с каната, перед тем шутили ещё, что это похлеще «Циклона» на Кони-Айленде... Но прыжок получился нормально, а вот потом... Рамлоу слушает остаток истории, почти не слыша. Он смотрит на фотографию, которую держит в руках, и ему хочется разгромить всё вокруг. Выхватить «зауэр» и палить, высадить всю обойму в какой-нибудь несчастный предмет обстановки, разнести его пулями вдребезги, в клочья. Роджерс бережно вынимает фото в картонной рамке у него из ладоней. — Что-то на меня нашло, извините, Брок. Обычно я не... Спасибо, что выслушали. И что — я вижу — что поняли. При любых других обстоятельствах Брок скозлил бы. Скозлил бы точно. Он ненавидит пафос, где бы ни встречался. Брок состроил бы сейчас морду и ухмыльнулся бы цинично: «Да ладно, чего там. Обращайтесь, Кэп». — У нас у всех такое есть, — хрипло говорит вместо этого он, неожиданно даже для самого себя. Стив кивает. Он понимает тоже. *** Брок особо не дымит сигаретами в своей машине. А тут, пока крутит руль, высаживает едва не полпачки, прикуривая одну за другой подряд. Он потратил туеву хучу времени, денег и нервов, одного из его контактов убили... А надо было просто смотреть телевизор. Или сходить однажды в чёртов музей. На чёртову выставку про Капитана Америку. ...Брок Рамлоу — двуликий Янус. Лишённый морали, циничный наёмник, давным-давно начавший служить сразу двум господам и не находивший в этом до сих пор особых неудобств: напротив, двойная служба — двойной тариф, удвоенные хлопоты, но и удвоенная выгода. Отчего же сейчас — если уж продолжать сравнивать себя с Янусом — как будто кто-то раскалывает голову римского бога напополам? Кому, зачем нужно, чтобы его лица развернулись на сто восемьдесят градусов, встали оба глаза в глаза, друг против друга?.. ...До выхода проекта «Озарение» на проектную мощность, до столкновения между ГИДРОЙ и Щ.И.Т.ом остаётся совсем немного времени.