Весенний дождь бабочки смерти

Что значит не иметь свободы? Не иметь право на выбор или быть безвольным? Или же слабохарактерным? Шиноа Чиоме не подходила ни под один из критериев, но все равно была лишена свободы. Бунтарство — это борьба за свободу, свободу, что так желала девушка. Свободу разума, свободу действий и свободу выбора. Сейчас менеджер волейбольной команды стояла на сцене в ожидании начала конкурса вместо того, чтобы быть сейчас на матче Камисоры и Шести. Со всей Японии на государственный конкурс традиционной литературы собралось всего пять участником и претендентов на победу. Девушке чувствовала безразличие ко всему этому, но она была уверенна в своей победе. Чиоме обладала исключительной памятью, можно сказать нечеловеческой. Ее память была ее даром, а также проклятьем. Вечно все помнить — значит быть одержимым. Но память не распространилась на ориентирование по местности. Девушка могла выйти из дома, чтобы пойти в лавку, находящуюся внутри парка Уэно и не суметь найти дорогу ни туда, ни обратно. Но как же было смешно Чиоме, что она стоит здесь на литературном конкурсе, на который заставила ее пойти мать. На телефон пришло уведомление, Ойкава Тоору спрашивал, где она. Чиоме усмехнулась, напечатав: « На свидании. » И выключила мобильник. Конкурс начинался, также, как и матч. Стоило Мие подать, как члены Камисоры поняли, что победа достанется им тяжко, если вообще достанется. Любую подачу команда соперников могла принять и это оказалось проблемой. В первой партии одержала победу команда Шесть. Дух Камисоры был подавлен. Они проиграли со счетом 25:15. Рюсей будучи либеро, винил во всем себя, как в прочем и каждый. Сакуса Киеми обычно молчаливый подошел к напряженному Ойкаве и что-то шепнул ему на ухо. Губы волейболиста растянулись в нервной ухмылке и он произнес. - К кому бы не летел мяч, все пасуем Сакусе-куну. Свисток. Подает длинноволосый парень из Шести. Мяч почти падает на линию, но Рюсей успевает отбить, прокатившись по полу на коленях. Подпрыгнув, Тоору принимает мяч и кидает Киеме, чья аура слишком ярко ощущается. Беглый взгляд на соперника у сетки, ладонь слегка поворачивается влево, тело замирает в воздухе и вместо сильного удара, на который все рассчитывали, последовало мягкое касание. Мяч перелетает через приземлившегося соперника и падает, одаривая Камисору первым очком. Раз за разом, осторожность Сакусы поднимала счет игры, но противники тоже заметили его способности и следили уже только за ним, чем и воспользовались два связующих. Атсума принял подачу и отдал пас Тоору, но вместо того, чтобы ударить по нему, тот поймал и снова отправил Мие. Сильный удар, противники крикнули, что попадет в аут, но у самой линии мяч коснулся пола. Команда Шесть несмотря на новые трюки Камисоры не отставала, счет шел ровно. Бокуто Котаро злился, что ему не пасовали мяч, Куроо объяснял, что это стратегический ход, но все без толку. Цукишима сумел заблокировать подачу соперника и вторую партию взяла Камисора. Тренер Ямомото раздраженно натягивал усы на палец, игра была слишком напряженной и сейчас все зависело от третей партии. - Мы победим, другого варианта и быть не может. - усмехнулся Атсума, вытирая пот с лица. Ойкава с натянутой улыбкой кивнул. Тецуро сел на скамейку рядом с ним и с улыбкой ударил его по спине так, что звук шлепка отозвался по всему залу, заставив волейболиста вытянуться. - Мы победим. - повторил Куроо, глядя на Тоору. - Иначе, Шиноа-тян надерет нам всем задницы. - Представляю ее доброжелательные высказывания в нашу сторону. - добавил Мия. - Я выиграю и тогда, Шиноа-тян, согласится подтянуть меня в анатомии. - радостно произнес Бокуто, энергично подскочив с места. Ойкава, все еще напряженный, не сдержал усмешки. Парни верили в свою победу, они сделают все, лишь бы победить. - Не опозорьте меня и Шиноа-тян, которая сейчас на государственном конкурсе. - с угрозой в голосе сказал тренер. - Идите и докажите, что вы лучшие. - Победим. - в один голос крикнули волейболисты. Сказать — не значит сделать. Третья партия оказалась намного сложнее предыдущих. Команда Шести изучила все приемы Камисоры и не давала им и малейшего шанса на удачную атаку. Но Камисора также проанализировала противников и теперь, ни одна из команд не уступала друг другу. Счет был 23:22. Но точная подача Тоору уровняла очки. Он снова подал, но длинноволосый отбил и сам перекинул через сетку. Никто не ожидал этого, рюсей с другого конца площадки побежал к мячу, но не успел. Сакуса Киеми сам принял подачу противника и также, как и он сбросил через сетку, получив очко. Куроо подбросил мяч и, не отрываясь от земли, ударил по нему. Подачу приняли и с необычайной скоростью атаковали их. Цукишима коснулся мяча, не дав ему упасть на пол. Атсума поймал его и кинул Куроо, что ни разу за матч не атаковал. Слабое, почти ленивое движение рукой и мяч уже на линии. Счет 24:25, команде Камисора нужно было одно очко для победы. Снова Шесть приняли подачу, но на этот раз пасовали своему нападающему, тот размашисто ударил. Рюсей с трудом смог отбить мяч, Тоору поймал его, Сакуса подбежал, чтобы атаковать, но Ойкава сбросил мяч. Вот, казалось что, победа в кармане, но длинноволосый прыгнул к сетке и перехватил, почти с рук Тоору. Он ударил по мячу. Ойкава резко побежал, чтобы не дать забить очко, но мяч был быстрее. Яркий шар коснулся пола и отскочил. Шестеро радостно закричали, а Камисора хранили молчание. Прозвучал свисток судьи. - Команда Шесть коснулась сетки и забрала мяч у номера два. Очко отдается Камисоре. Радость Камисоры было не описать. Они победили очень сильную команду и не могли сдержать возгласов облегчения. Лишь Тоору был напряжен, его тело слегка подрагивало от гнева. Он не считал это победой, лишь счастливой случайностью. Темное небо было таким безмолвным и глубоким, словно оно было живым. Глухая и пустая, такая же, как и люди. Ночь - нечто тайное и загадочное. Шиноа Чиоме не понимала, почему приехала в спортивный зал. Домой ехать не хотелось, место в котором она жила вряд ли можно назвать домом, если только ее комнату. Это светлое и одновременно темное место видела многое, прятала девушку от действительности и жестокости мира, но оно не было дорого ей. Шиноа не имела привязанностей ни к вещам, ни к людям. И вообще относилась к жизни слишком легко. Но это было не всегда. На входе в спортивный зал на нижней ступеньке сидел Ойкава. Тело волейболиста было напряженно до предела, а взгляд был направлен в пустоту. Парень не заметил появления менеджера. Чиоме встала перед ним и слегка наклонилась. - Что ты здесь делаешь? - мелодичный голос девушка заставил волейболиста поднять глаза. На лице не было привычной самодовольной ухмылки, лишь измученное и усталое выражение вперемешку с ненавистью. Он не ответил на вопрос, только смотрел на девушку, что легко улыбалась. - Слышала вы выиграли, почему не празднуешь победу? - Как твое свидание? - стараясь скрыть уныние, с нарочитой грубостью спросил парень. Девушка склонила голову на бок. Уголок ее губ приподнялся, создавая впечатления насмешливости. - Прекрасно, думаю пойти еще. Голос волейболиста был низким, а взгляд его пылал гневом. Гневом направленным на себя. - Выиграла в конкурсе? - спросил Тоору. - Да. Ойкава усмехнулся. - Конечно, кто бы сомневался. - в его словах была слышна горечь, странная и глубокая. Девушка слегка нахмурилась и непонимающе посмотрела в коричневые, словно зерна кофе, глаза. - Вы выиграли, разве нет? - беззаботность, с которой менеджер спросила, заставила парня напрячься. - Выиграли... - произнес Ойкава, опустив голову, его голос был резок. - Из-за случайности. Чиоме входила в все большее непонимание, почему это так волновало волейболиста. - И что? Вы все равно победили. - Ты не понимаешь? - глаза парня округлились в изумлении, он нервно усмехнулся, гнев раздирал его душу и выливался из его уст. - Мы одержали победу, лишь из-за случайности. Я бы ничего не смог сделать, но тебе этого не понять. Шиноа наклонилась к волейболисту и ее волосы упали на лицо. Взгляд Ойкавы был сосредоточен на серебристых глазах, что казались льдинками. - То, что я жива тоже случайность. - промолвила девушка, опираясь ладонями на свои колени. - Вся жизнь состоит из случайностей. То с какой легкостью говорила Чиоме, ставила парня в заблуждение. Он протянул руку к лицу менеджера, чтобы заправить пряди волос, падающие на глаза, за ухо, но остановился. Его пальцы замерли в миллиметрах от холодной кожи девушки. Мгновение борясь с собой, Ойкава убрал руку. - Я ничтожен. - прошептал парень. - Хватит страдать ерундой. - голос девушки приобретал стальные нотки, но легкая улыбка, что согревала волейболиста, не исчезала. - Если бы я воспринимала все это также сложно, то вряд ли так долго прожила. Поникшее лицо парня не поднималось, он опустил голову вниз и сжимал волосы. Тело было напряжено. Шиноа убрала руки волейболиста от лица. - Тоору… - менеджер коснулась щеки парня, заставляя его взглянуть на нее. - Ты не ничтожен. Тяжелое дыхание Ойкавы сбилось. Он прикрыл глаза и прижался к ладони девушки. Гримаса, что украшала его лицо, исчезла, оставив на нем лишь облегчение. Чиоме отстранила руку и устало коснулась лба. - Забудь, что я сказала. Люблю философствовать. - усмехнулась девушка. - Просто, в шесть лет я прочитала Конфуция и познала эту жизнь и всю бренность бытия. Смешок вырвался из губ Ойкавы. Он открыл глаза и посмотрел на менеджера снизу вверх. - Серьезно? В шесть лет я читать не умел, а ты изучала Конфуцианские учения? Девушка улыбнулась и села рядом, поднимая глаза на бескрайнее темное небо, где не было ни одной звезды, лишь полная яркая луна. - Красивая. - произнес Тоору, завороженно смотря на фарфоровое лицо. - Луна? -менеджер повернула голову в сторону волейболиста и поймала увлеченный взгляд. - И она. Так они сидели вдвоем на ступеньках спортивного зала, наблюдая за обволакивающей гладью ночи. В груди потяжелело, а сердцебиение участилось. Чиоме коснулась рукой района тяжести, а биение сердца наоборот стало стихать, становясь медленным. Девушка не придала этому особого значения. Казалось, что сейчас это спокойствие было единственным, что имело значение. Вернулась домой Чиоме в середине ночи, что не оставила без внимания Сенджу. Женщина часто дышала, что говорило о сдерживаемом гневе. - Шиноа, где ты была? Почему ты приходишь домой так поздно? Ответа от девушки не последовало. Она села на диван и хотела включить телевизор, но пульт не работал. - Ты когда-нибудь ответишь мне? - закричала женщина. - Ты такая неблагодарная. Я все делаю для тебя и вот, что я получаю взамен? - она с силой сжала подбородок дочери, заставляя смотреть на нее. - Ты столь сильно ненавидишь меня? Неужели тебе не жаль меня? Молчание. Истерический смех Сенджу пронесся по всей гостиной, гримаса ярости искажала ее красивое лицо. - Что ты ела сегодня? Молчание. - Конечно. Ты же вся такая крутая, ничего не ешь. Постоянно и делаешь, что привлекаешь к себе внимание. Сложно что-ли просто пойти и поесть? - женщина схватилась за голову. - Я виновата, что бегаю за тобой. Просто ты моя дочь, я не могу бросить тебя… - Как вовремя ты вспомнила это. - Почему жизнь не имеет для тебя ценности? Тебе и так дважды подарили этот шанс, а ты пытаешься угробить себя. Ты видела себя в зеркале? Словно ходячий труп, вся красота и живость твоего лица увяли. Сколько ты весишь? Сорок три? Или сорок два? - слезы лились из глаз Сенджу и она их усердно вытирала. - Стоило закрыть тебя в психиатрической клинике, может там они смогли бы вправить тебе мозги. Сколько можно, ты ведь вредишь не только мне, но и себе? Почему ты так ненавидишь себя? Холодный взгляд девушки заставил замолчать мать. Она встала и ленивой походкой с насмешливой улыбкой на лице пошла в свою комнату. - Ненавижу тебя! - закричала женщина. - Я хочу помочь тебе! Я… так хочу тебе помочь… Ты моя сломанная кукла и я хочу починить тебя. Шиноа остановилась и не оборачиваясь равнодушно произнесла. - Нельзя починить то, что не сломано. Горячая, кипящая вода обжигала кожу Чиоме. Но это не имело для нее никакого значения. Нагое тело было полностью погружено в адскую воду. Духота и жар не могли согреть стуженное сердце девушки. Тот мороз навечно застрял в душе и холод никогда не покинет тело. Ненависть… Ненависть — слишком сильное чувство, чтобы она ее испытывала. Слова матери казались смешными, ее слезы, истерика и волнение. Все это было безразлично девушке. Задержав дыхание, она погрузилась в раскаленную воду и выдохнула. Маленькие пузырьки доходили до поверхности и лопались. Чиоме закрыла глаза. Тишину в голове нарушало бешеное сердце, грозящееся выпрыгнуть из груди. Девушка закрыла лицо руками, пытаясь уничтожить лезущие воспоминания. Это было единственным, что девушка не могла отбросить, как бы не хотела. Прошлое не забыть, с ним нужно научиться жить. Игнорируя его, делая вид, что этого не было. Но что ей сделать, если жизнь не является чем-то важным. Когда легкие начали гореть, а голова пульсировать, Чиоме резко села, шумно глотая воздух. Взгляд девушки упал на цепочку с кольцом, висящим на шее. Бабочка с белыми нефритами, казалась живой и такой красивой. Зачем она носит его? Ей просто понравилась бабочка или тот, кто его подарил. Нет, определенного ответа у нее не было, она просто носила его. - Он скоро уедет. - напоминала себе девушка каждый раз, когда смотрела на кольцо. Повторяла это, как мантру, чтобы не забыть. - Не позволяй себе привязаться к нему. Девушка прикрыла глаза, откидывая голову назад, и глубоко вздохнула. Менеджер сидела в кабинете многоэтажного офиса. Ранний звонок и просьба прийти сюда в интересах команды. Мужчина средних лет сидел на кожаном диване и попивал кофе. Закончив, он облокотился о столешницу локтями и заинтересованно посмотрел на девушку. - Меня зовут Юто Окада и я хочу позвать вас на « шоу у Юто». Меня заинтересовал проект Ямомото Кина с командой из лучших волейболистов страны. Я случайно наткнулся на Камисору. Проходил мимо и зашел посмотреть на матч с Шестью, признаюсь они меня удивили, смогли одолеть такую сильную команду. Да и вообще, я сам увлекаюсь волейболом и считаю, что людям тоже будет интересно посмотреть и узнать о их жизни. Это поможет и самим волейболистам продвинуться по карьерной лестнице, их смогут принять в любой университет. - В этом же есть подвох не так ли? - спросила девушка, внимательно наблюдая за воодушевленным мужчиной. Окада рассмеялся и откинулся на спинку дивана. - Вы очень проницательны, Шиноа-сан. - он убрал темные пряди с лица, открывая свои неестественно голубые глаза. - На шоу я приглашу еще одну команду, чтобы зрители почувствовали дух соперничества. Но не волнуйтесь, никаких конфликтов или что-то в этом роде. Даю вам свое слово и несу ответственность за прохождения шоу. - заискивающий взгляд и быстрое — вы согласны? Мгновение обдумав и взвесив все, девушка слегка улыбнулась. - Да.