Весенний дождь бабочки смерти

Ойкава Тоору не был одарен талантами, не обладал особенным умом и вообще был обычным простым парнем с вечной самодовольной ухмылкой на губах. Он приходил на тренировки раньше всех и уходил позже остальных, казалось, что его старания чрезмерны, но каждый раз он надрывал себя, не зная пощады. Сейчас парень стоял в раздевалке и долгое время смотрел на шкафчик, слова Такизавы Акиры не выходили у него из головы. Сразу после скандального шоу он пришел в спортзал, но не один. Ключи от раздевалки и зала были только у тренера и менеджера, поэтому пришлось попросить Чиоме пойти с ним и открыть ему дверь. Девушка смотрела на Тоору, что сжимал кулаки и пялился в одну точку больше десяти минут. Его напряжение менеджер чувствовала коже, она никогда не видела волейболиста таким. - Ойкава, ты так и будешь стоять? Парень не отреагировал на вопрос. Он казалось и не слышал ничего. Лишь горящий взгляд говорил о его внутреннем гневе, который сжигал его. Стиснутые зубы, грозились треснуть от того, с какой силой он их сживал. - Ты позвал меня, чтобы я лицезрела тебя? - с раздражением в голосе проговорила Шиноа. - Нет, ты позвал меня, потому что хотел, чтобы я выслушала тебя. Она обошла его и встала перед ним. Сейчас волейболист не наклонялся к девушке, поэтому ей пришлось высоко поднять голову, чтобы увидеть искаженное гримасой ярости лицо. - Ты так обескуражен из-за того, что сказал тот идиот? Злые глаза, напоминающие зерна кофе, мгновенно направили свой взор на менеджера. Тоору снова не ответил, он сдерживал себя из последних сил. Но Шиноа молчание не устраивало и она произнесла то, чего не следовало. - Что заставило тебя убить того парня? В мгновение волейболист крепко схватил менеджера и с силой прижал к твердой поверхности. С яростью сжатый тяжелый кулак ударил по стене совсем рядом с девушкой. - Я не убивал никого! Глухой грохот прозвенел в ушах Чиоме, ее глаза, широко раскрытые, с опаской глядели на покрасневшую ладонь, от которой штукатурка на стене треснула и обсыпалась. Раздутые ноздри, тяжелое и шумное дыхание, сжатая челюсть и потемневшие от гнева глаза, в которых плясало необузданное бешенство, свирепо смотрели на лицо девушки. Менеджер подняла напуганный взгляд на Тоору. Тот словно бы очнулся от пелены белой ярости, увидев страх в глазах девушки. Тяжело вздохнув, волейболист положил подбородок на мягкую шелковую макушку и прикрыл глаза. - Это была случайность... - тихо произнес Ойкава с хрипотцой в голосе. - Я не хотел этого. Чиоме хранила молчание, боясь отпугнуть парня. Яркий свет солнечного дня освещал раздевалку и рисовал тени, что создавало атмосферу тайной интимности. - Это произошло в первом году старшей школы на тренировочной игре. Мы проигрывали и капитан команды противников насмехался над нами, считая себя непобедимым. Это сильно разозлило меня, ведь он был превосходен, очень сильный и умелый связующий, курящий и употребляющий алкоголь, которому все досталось просто так. Какая-то первобытная ярость проснулась во мне, я разозлился на него и... на себя. Когда я подавал, то ударил мяч с такой бешеной силой… я целился в него. Как и рассчитывалось, мяч попал ему прямо в голову и с таким характерным звуком сломал ему шею, что я слышу этот хруст до сих пор. Я правда не хотел. - Как тебе удалось избежать наказания? - просто спросила девушка без осуждения, обвинения и ненависти, казалось тот факт, что он убил человека особо не волновал ее. - Отец устроил так, что полиция быстро закрыла дело, посчитав это несчастным случаем. Девушка задумчиво посмотрела в карие глаза. - Не мог бы ты на предстоящем матче целиться в голову Такизаве? - серьезный тон заставил Тоору насторожиться. - Он меня очень раздражает. Волейболист усмехнулся, наклонившись к Чиоме. - Также, как и я, бабочка? - тихо спросил Тоору низким голосом, оставляя между их лицами несколько сантиметров так, что его дыхание касалось слегка приоткрытых губ девушки. - Нет. - также тихо произнесла Шиноа. - Ты раздражаешь меня еще сильнее. Бархатистый смех парня пронесся по раздевалке, заставляя участиться сердцебиение Чиоме. - Я очень хочу поцеловать тебя. - произнес волейболист и сделал три шага назад. - Но не сделаю этого, пока ты сама не попросишь меня об этом. - Тебе придется долго ждать. - усмехнулась девушка. - У меня впереди много времени. - Даже если время идет, оно все равно оказывается позади. Слова менеджера озадачили Ойкаву. Чиоме звонко рассмеялась, увидев непонимание на лице парня. - Конфуций. - пояснила менеджер. Волейболист впервые улыбнулся, это не была самодовольная ухмылка или же притворная усмешка. Нет, это была искренняя и такая живая улыбка. - Ты очень странная, бабочка. - В твоих же интересах, чтобы это был комплимент. - Шиноа слегка прищурила глаза и в шутку легко ударила парня по плечу. Девушка посмотрела в небольшое окошко раздевалки: багряно-красное солнце, ласково дарило свои последние лучи, прежде чем уснуть, а затем завтра снова подняться в небо и ярко-ярко светить, создавая людям впечатление комфорта. Разрушать их одиночество, что ночью в темноте это более чем остро ощутимо. Чиоме склонила голову набок и спросила. - Ты будешь тренироваться? - А что? Ты не хочешь оставаться? - Я устала. - Хорошо, я провожу тебя домой. - проговорил Ойкава и вышел из раздевалки. Девушка закрыла дверь и повернулась к волейболисту. - Я не хочу домой. - Хочешь ко мне в отель? - удивление на лице Тоору было притворным и он продолжил. - Нельзя бабочка, там же все-таки ребята. Закатив серебряные глаза, Чиоме фыркнула и разочарованно надула губы. - Что за досада?! У меня были такие планы… Смешок слетел с губ Тоору и девушка опустила голову, смотря на свои туфли. Она задумчиво поправила кожаную куртку, теребя железную молнию в виде круга. - Может, пойдем в кино? Менеджер подняла глаза на парня и кивнула. - Тогда пошли, это здесь рядом. - схватил ладонь девушки и потянул за собой. В кинотеатре в это время шли лишь ужастики. Тоору обвел взглядом пустой зал и предложил. - Бабочка, сядем на последний ряд? - Ага, конечно. - Чиоме села на кресло в среднем ряду. Волейболист опустился рядом, держа в руках большую коробку попкорна. Запах соленой карамели щекотал носы, парень взял несколько штук и отправил в рот. Тоору протянул коробку девушке, но та отказалась. - Почему ты не ешь, бабочка? - Не хочу. - Значит у тебя правда расстройство пищевого поведения. - проговорил волейболист, рассматривая худощавое лицо девушки. - Ты и так похожа на ребенка, куда тебе еще худеть? - Я не худею. - Тогда почему не ешь? - Этот вундеркинд Такизава, думал что если огласит на шоу мой диагноз, то этот факт, как-то опорочит меня или команду. - раздраженно произнесла Чиоме. - А ты думаешь, что если будешь спрашивать меня о причине этого диагноза, то я резко выздоровею. Тоору молчал, казалось, что он не мог ничего ответить ей. - Я больше не хочу есть. Это уже привычка. - Хорошо-хорошо. - поднял руки парень и положил коробку на соседнее кресло. Ужастик был совсем не интересным, сюжет отсутствовал, а игра актеров оставляла желать лучшего. Ойкава устало потянулся, хрустнув костями, от чего девушка нахмурилась. - Прости, что напугал тебя. - прошептал парень, касаясь белоснежной пряди. - Я выколю тебе глаза, если ты посмеешь еще раз так сделать, Ойкава-сан. - с невинным лицом и милой улыбкой произнесла Шиноа. Оба замолчали и подняли глаза на мрачный фильм, каждый думал о своем, не вникая в суть ужастика. Взгляд Чиоме остановился на покрасневшей ладони парня, расположенной на подлокотнике. На коже были царапины, а краснота не проходила. Девушка протянула руку, чтобы коснуться поврежденной ладони, но остановилась. Ее пальцы замерли. Тоору, внимательно следящий за рукой менеджера, притворно зевнул и положил голову на плечо девушке. - Я устал, позволь мне немного отдохнуть. - жалобно протянул Ойкава, с облегчением втягивая запах лаванды. Парень сильнее прижался к шее менеджера, вызывая по ее телу мурашки от теплого дыхания. Девушка молча опустила голову, скрывая порозовевшие щеки, и шепнула. - Придурок. - Да брось, - промурлыкал волейболист. - Тебе это нравится. И я тоже нравлюсь тебе. - Это только твои мечты. - Чиоме коснулась холодными пальцами слегка порозовевших щек. Тоору усмехнулся, поднимая глаза к девушке. - Ты так мило смущаешься, бабочка. - Я не смущаюсь. - Смущаешься. - Заткнись. - с раздражением закатила серебристые глаза менеджер. Ойкава щелкнул девушку по носу и снова опустил голову, прижимаясь щекой к худощавой ключице. Его губы дрогнули в самодовольной улыбке. - Врунишка. Менеджер команды Тануки долгое время не мог дозвониться Чиоме, он старательно уговаривал ее и предлогал всевозможные бонусы. Только на третий день девушка согласилась Матч Камисоры и Тануки был назначен на начало последней недели их пребывания в Токио. Все выходные ребята усердно тренировались, надрываясь по несколько часов подряд без перерыва. Тренер Ямомото был зол, и понятное дело, Тануки оскорбили Камисору. Тренировки за тренировками, игры за играми, каждый хотел доказать противникам, что они лучшие. Боги неба сплотились, стали единой командой, никто не возвращался к шоу и тому, что было сказано тогда. Они вернуться на небо, станут сильнее. Камисора готовилась побеждать.