Что больнее всего

      — Не двигайся и дай мне тебя осмотреть! — рявкнул Грег, подталкивая Майкрофта к краю кровати.       — Со мной всё в порядке, Грег! — запротестовал тот. — У меня всего лишь небольшая царапина, перестань раздувать из мухи слона. Ауч!       Грег скептически поднял бровь, наблюдая за реакцией Майкрофта в тот момент, когда дотронулся пальцами до расползающегося по рубашке пятна крови.       — У тебя всего лишь царапина, разве не так? Покажи мне, — Майкрофт снова начал сопротивляться, и Грег одёрнул его резким: — Сейчас же!       После минутного колебания Майкрофт всё-таки поднял ткань, вздрагивая от пронзившей тело боли, когда ткань рубашки оторвалась от кровоточащей раны.       — Да ты просто издеваешься надо мной! Майкрофт, это, по-твоему, «небольшая царапина»? Не двигайся!       Грег бросился в ванную и вернулся спустя несколько мгновений, неся в руках их домашнюю аптечку.       — Какого чёрта с тобой произошло? И не вздумай мне лгать, понятно?       Пока Грег готовился обработать рану, Майкрофт вкратце рассказал ему, как наёмный убийца попал на дипломатическую встречу, одним из участников которой был он сам.       — Скажем так, я случайно оказался на пути одной из его пуль.       Однако Грег не позволил Майкрофту сгладить жестокую правду размытыми формулировками:       — Тебе очень повезло. Несколькими сантиметрами правее, и ты был бы уже мёртв, — он поднёс к коже дезинфицирующую салфетку, предупреждая: — Сейчас будет больно.       Майкрофт не смог сдержать болезненного стона, когда Грег накладывал компресс, и, инстинктивно схватившись за его локоть, впился ногтями в кожу. Он убрал руку сразу же, как только волна пробирающей боли, что сковала его тело, слегка ослабла.       А затем Майкрофт заметил, с каким напряжением и тревогой Грег продолжает обрабатывать его рану.       Не говоря ни слова, Грег вышел из комнаты, видимо, на кухню, потому что спустя несколько минут он вернулся со стаканом воды в одной руке и несколькими таблетками обезболивающего в другой. Он протянул их Майкрофту, по-прежнему не произнося ни слова.       Как только стакан опустел, Майкрофт оставил его на прикроватной тумбочке и притянул Грега к себе как можно ближе.       — Грег? Поговори со мной.       Сквозь зубы Грег пробормотал в ответ что-то нечленораздельное, но у Майкрофта не получилось разобрать, что именно.       — Не мог бы ты повторить, пожалуйста? — осторожно попросил он, усаживаясь ближе.       — Я едва тебя не потерял, — Грег поднял взгляд, и его голос сорвался в конце фразы.       — Прости, — прошептал Майкрофт, но Грег только отрицательно покачал головой.       — Ты здесь ни при чём. Мы оба выбрали профессии, которые подвергают нас опасности, причём далеко не единожды. Мы оба живём с этим, просто иногда, как сегодня, например, я лицом к лицу сталкиваюсь с последствиями, которые показывают, насколько всё на самом деле серьёзно.       Майкрофт кивнул, соглашаясь, а затем отодвинулся назад, облокачиваясь на спинку кровати и протягивая Грегу раскрытую ладонь.       Грег положил голову ему на грудь, слушая размеренное биение сердца, будто хотел убедиться, что с Майкрофтом и правда всё в порядке.       — Самое ужасное, что я могу себе представить, — это прожить жизнь без тебя. Пожалуйста, постарайся, чтобы это осталось лишь в кошмарах.       — Сделаю всё, что от меня зависит, — ответил Майкрофт, оставляя нежный поцелуй у Грега в волосах.       Он не давал никаких обещаний, потому что Грег в любом случае ему бы не поверил.       Учитывая профессиональные риски, они оба понимали, что с ними может произойти что угодно.       Единственной константой была сила их любви друг к другу, и только в этом они были абсолютно уверены.       Однако и этого им было более чем достаточно.