Идем домой

Выкрики пьяниц в компаниях, что яро спорят, музыка и песни бардов, смех толпы, все сливалось в одну симфонию в пьяном разуме. Блондинистая голова лежала на руках, что покоились на столе, а пьяный и уставший взгляд алых, совсем потухших глаз, смотрел на наполовину пустой стакан. Под столом уже было около пяти пустых бутылок дешевого пойла. Мысли молодого архитектора явно были не тут. Некоторые проходящие даже пытались его как — то под задеть, но сталкивались с опустошенным и жутким взглядом тут же убирались прочь. — Добрый вечер… — раздался до омерзения знакомый голос, Кавех поднял голову и посмотрел в сторону бара. — Мне как всегда. Этот человек посмотрел на него, зеленые спокойные глаза, что вызывали у архитектора только одно — неприязнь. Но как назло парень направился точно к столику Кавеха, вызывая у него внутренний взрыв эмоций, что отражалось на лице алоглазого. — Ты… — блондин сглотнул чтобы не плюнуть в лицо этому пепельноволосому индюку. — Иди к черту, Хайтам… — Прошипел архитектор, сглотнув мерзкий ком в горле. Но тот и не думал уходить, сложил руки на груди и нахмурился. — Неожиданная встреча — спокойный голос, гордый, отвратительный. — Я сказал тебе убираться! — Архитектор повысил голос, что привлекло внимание местных зевак, но блондину было как — то плевать. Он залпом выпил то, что было в бокале и поставил его на стол, чудом не разбив к чертям. К горлу в новь подступил ком. — Что с тобой стало? — покачал головой секретарь, на это блондин не ответил, лишь зло посмотрел на того. Ненависть окатило его жаром, а по телу прошла дрожь. Появилось резкое желание хорошенько начистить морду этому напыщенному идиоту. — Даже сказать нечего? Кавех отвернулся от собеседника и схватил свой чемоданчик, ставя его на колени. — Уходи. Оставь меня. — тело вновь пронзила дрожь, а по щеке скатилась слеза, психика не справлялась, а из — за алкоголя он стал куда эмоциональней. Аль — Хайтам тяжело вздохнул, где тот яркий архитектор, что сиял идеями, не спал ночами дабы закончить очередной проект. — Нет. — покачал головой зеленоглазый. — Пойдем. Тут слишком шумно. — Никуда я не пойду. Особенно с тобой. — в глазах чистая ненависть, а в уголках глаз собираются соленые кристаллики слез, что вот-вот покатятся по бледным чуть впалым щекам. Хайтам забрал из рук официанта свой напиток, и направился на выход. Бросив вслед: — Знаешь, мне плевать, я не буду тебя уговаривать пойти со мною. Но если в тебе остался здравый смысл, то ты пойдешь со мной. Блондин посмотрел ему вслед и задумался. В опьяненном разуме вновь стало до жути пусто, чего он добился?.. где он оказался?.. Он почувствовал, как слеза оставила горячий след, прошлась по губам, и блондин на рефлексе облизнул их, чувствуя горечь алкоголя и собственных слез. Тяжело признавать правду, скорее всего он выглядит жалко. Ему нужно выговориться. — Хайтам… он чертов эгоист… но… — алоглазый поднимается и чуть шатаясь последовал на выход. — Будь что будет… Свежий прохладный воздух, после душного пропахшего спиртным помещения, резко ударил ветерком, тот зажмурился и облокотился о стенку. Стоявший недалеко пепельноволосый хмыкнул. — Рад что ты все же решил спокойно поговорить. — Кивнул головой секретарь — пойми Кавех. Хоть наши точки зрения кардинально отличаются я остаюсь на твоей стороне. Что произошло? Блондин так и стоял, облокотившись о стену, взгляд алых глаз опустился на руки, в правой он сжимал чемоданчик. Они дрожали. Что рассказать? Как черт возьми начать? — Я… Я устал — послышался тихий, хриплый голос парня. — я не хочу… не могу… почему все не так как хочется нам? Я. — парень сглотнул — я хотел просто любви и счастья всем, и себе…- слезы посыпались градом, — я просто хотел нормальной жизни! А что я получил?! Ничего! Аль — Хайтам внимательно слушал юношу, который скакал от темы к теме, желая рассказать все, скомкано, обрывками, стирая слезы левой рукой. — Неужели ты был прав?.. этот мир… он ужасен… не таким я его представлял. Зеленоглазый впитывал рассказ, находя словам собеседника место в своей душе. Он давно все решил. Он не оставит его одного. Этот огонек не должен потухнуть. Такие люди как Кавех, добрые и чистые, они не должны гаснуть. Рассказ закончился, блондин обхватил себя руками, его всего трясло, сильно трясло. Аль — Хайтам сделал шаг к нему, и архитектор тут же прильнул к зеленоглазому, обнимая друга, по щекам Кавеха так же текли слезы. Пепельноволосый выдохнул, приобняв его в ответ, проводя по светлым волосам рукой. Кавеху нужно это. Хоть и был немного смущен действием парня. Хайтам подавил кашлем свое смущение, и услышал тихий голос алоглазого. — Спасибо…- выдохнул блондин, утыкаясь в плечо секретаря. — Тебе не за что меня благодарить — покачал головой Хайтам. — идем домой.