А что было бы, если...

Канун Рождества. Джек Кэмпбелл всё ещё в офисе. Да, это в его духе. Став руководителем солидной компании, он забыл о праздниках и выходных. Вот и сегодня, чтоб не сорвать крупную сделку, пришлось задержаться допоздна. Когда Джек наконец вышел на улицу, то с удивлением увидел, что падает первый в этом году снег, медленно, как бы нехотя, накрывая серые тротуары, стоящие машины, скамейки. Настоящий праздничный вечер. Домой он решил вернуться пешком, захотелось, как в старые времена, прогуляться по вечернему городу. Остановившись на перекрёстке, Джек вдохнул морозный воздух и, запрокинув голову, смотрел, как в глубокой густой темноте неба возникают и летят, кружась, снежинки. На мгновение показалось, что всё вокруг наполняется сказочным волшебством и ожиданием чего-то чудесного. Он прикрыл глаза и улыбнулся сам себе. Вокруг было тихо и пустынно, как и у него в душе. В этот предпраздничный вечер Джек особенно остро ощутил своё одиночество. Казалось бы, он добился всего, к чему стремился: он богат и успешен, у него есть собственная дизайнерская квартира на Манхэттене, последняя модель «Феррари». Но он не чувствует себя счастливым. Помимо карьеры в его жизни ничего нет. Из головы не выходил неожиданный звонок Кайла. – Кайл Рэйнольдс. Его помощница сказала, что он будет дома после восьми, – секретарша Адель положила перед Джеком на стол листок с номером телефона. – Кайл Рэйнодольс был моим другом в колледже. – Наберу его номер. – Нет! – Ты даже не хочешь знать, зачем он звонил? – В канун Рождества люди вспоминают прошлое. Зачем звонить ему и тревожить. Это всё было слишком давно. Джек не мог решиться позвонить Кайлу. Он не знал, что сказать. Тогда, десять лет назад он расстался с возлюбленным ради учёбы в Лондоне. И теперь не хотел ворошить прошлое, не хотел расстраиваться из-за ностальгических воспоминаний о той счастливой поре, когда они были вместе. А попросту – Джек струсил. Он снова глубоко вздохнул и огляделся по сторонам. Его внимание привлекла ярко освещённая и украшенная рождественскими венками витрина маленького китайского магазинчика. Долго не раздумывая, он направился к светящейся двери. Она открылась с весёлым перезвоном подвесных колокольчиков, и Джек оказался в несуразном помещении, заставленном полками с товарами. Но после промозглой сырости на улице магазин показался ему вполне уютным. Вслед за ним в магазин влетел небрежно одетый чернокожий парень и сразу же устроил перепалку с продавцом. – Приятель, у тебя здесь лотерея? – прокричал он с порога. – Да, – встревожено ответил китаец. – Хорошо, тогда я выиграл. Я выиграл. Вот мой билет. Я знаю, что многие в лотерею не выигрывают, но только не я. Знаешь, что я тебе скажу? Мне очень повезло! Я выиграл! Вот мои номера. Проверь. Проверь. Я выиграл 238 долларов, – продолжал кричать парень, размахивая билетом. – Вот посмотри мой билет. Отдай мои деньги. – Извини, но у тебя неправильный билет. – О чём ты говоришь? – Ты не выиграл! У тебя фальшивый билет! – Посмотри! Проверь сам билет! Проверь! – Нет! Убирайся! Убирайся, или я позвоню 911! – Боже мой! Проверь билет, болван! Сейчас я устрою тебе встречу с господом, клянусь, – чернокожий парень выхватил револьвер и, кинув билет на прилавок, пригрозил продавцу. – Можно я посмотрю билет? – вмешался Джек, с опаской подходя ближе. – Я что, с тобой разговариваю? – выкрикнул скандалист и наставил револьвер на Джека. – Может, я у тебя его куплю? Давай заключим маленькую сделку, – проговорил Джек, стараясь не выдать своего волнения. – Белый придурок в костюмчике за две тысячи долларов решил стать героем? Ты хочешь сдать меня? Или, может, жить надоело? – Нет. Послушай, давай заключим с тобой сделку. Я покупаю у тебя билет за 200 долларов, обменяю его там, где продавец поверит белому. Мне останется 38 баксов. Как ты понимаешь, тебе это выгодно. Это сделка. – Хм… Хорошо. Я согласен… – парень опустил револьвер, и на его лице появилась наглая улыбка. Он вернулся к прилавку и, забрав злополучный билет, потряс им перед носом китайца: – А ты проиграл. Билет был настоящим. Ты упустил свой шанс. Китаец стоял как вкопанный, боясь пошевелиться. – Пойдём отсюда, Джек, – уже вполне дружелюбно сказал чернокожий парень и, толкнув дверь, вышел на улицу. Снег валил крупными хлопьями, переливаясь в свете фонарей. Джек зябко поёжился и втянул голову в плечи. – Откуда ты знаешь, что меня зовут Джек? – спросил он, протягивая обещанные двести баксов. – Я всех парней называю Джек, – ответил тот. – С тобой приятно иметь дело, – добавил он с добродушной усмешкой и сунул Джеку в руку свой лотерейный билет. – Слушай, ты что, будешь всюду таскать этот свой пугач? Смотри, ещё влипнешь в неприятности, потом пожалеешь. – Минутку, минутку. Ты пытаешься спасти мою душу? – приподнял брови парень и захохотал. – Просто потрясающе! – он картинно развёл руками. – Этот человек думает, что меня нужно спасать. – Знаешь, всем что-то нужно. – Да? А что нужно тебе, Джек? – Мне? У меня всё есть. – Наверное, хорошо быть тобой, Джек, – перестав смеяться, задумчиво протянул чернокожий знакомец. – Я не сказал, что всё это мне легко досталось. Я много работал... Я получил всё, что хотел. – Правда? – губы парня снова расплылись в улыбке. – Ну, смотри, Джек, ты сам на это напросился! С Рождеством тебя. Он пошёл по заснеженному тротуару, а Джек, глядя вслед удаляющемуся силуэту, думал о Кайле и о странностях этого вечера.

***

По привычке Джек проснулся в половине восьмого утра. Ему снилось, как чьи-то горячие руки обнимают его, прижимая к себе, он чувствовал тепло дыхания, такого же безмятежного, как и этот обволакивающий, томный сон. Спокойствие волной разливалось по телу, заставляя расслабиться и глубоко вздохнуть… как же хорошо… Первое, что ощутил Джек, проснувшись, непривычно крепкие объятия. Он опустил глаза вниз и увидел взлохмаченную темноволосую макушку. Кайл?! Тот прильнул к его плечу и мирно посапывал. Джек застыл, задумчиво глядя на спящего мужчину и боясь пошевелиться. Создавалось впечатление, что он на мгновение выпал из реальности, перенёсся на несколько лет назад, в то время, где он обещал быть вместе всегда, любить всегда, быть «тем самым» для Кайла. Джек улыбнулся уголками губ и, поддавшись порыву, наклонился и оставил невесомый поцелуй на лбу любимого, вдыхая знакомый и такой родной запах. Его запах… – Ещё десять минут, Джек. Сегодня же Рождество, – не открывая глаз, пробормотал Кайл и снова погрузился в сон. Джек повернул голову, чтобы оглядеться, и увидел комнату, обставленную просто, но с большим вкусом, а напротив него, у окна, сидящего в кресле худощавого чернокожего господина средних лет, с бородкой, в стильном костюме. Его яркие, живые, совершенно чёрные глаза с золотыми искорками смотрели на Джека если не с участием, то с явным любопытством. С удивлением Джек узнал в нём вчерашнего новоявленного приятеля. – А ты неплохо владеешь собой, Джек, – вдруг произнес он, слегка растягивая слова. – Я понимаю, что тебе всё кажется странным, ты немного шокирован… Хочешь объясню, что с тобой произошло? – Что со мной произошло? У меня галлюцинации? – Мне понравилось, как ты вёл себя в магазине, Джек. Я был удивлён твоими способностями улаживать дела. Это правда. – О, боже! Ты можешь сказать прямо, что со мной произошло? Без всяких прелюдий. – Это иллюзия, Джек. – Иллюзия? Иллюзия чего? – Ты должен понять, что ты из себя представляешь. И что тебе нужно на самом деле. Это твоя другая жизнь, Джек. Проблеск твоей другой жизни. Подарок к Рождеству. И выбор сейчас за тобой. – Но что мне делать? – Извини, Джек, я больше не могу уделять тебе время. У меня ещё очень много дел. – Подарок к Рождеству? Хочешь сказать, что ты Санта? – Всё может быть, – он снова улыбнулся и начал медленно таять в воздухе, словно Чеширский Кот из сказки Кэрролла.

***

– А где шоколадный торт? Кусочек здесь лежал, – спросил Джек, заглянув в холодильник. – Вот этот что ли? – Кайл взял рукой торт с тарелки на столе и откусил от него большой кусок. – Да. Это мой торт. Я заначил его для себя. – Ммм… Как вкусно! – Отдай мне. – Не отдам. – Ну дай. – Ни за что, – с этими словами Кайл выскочил из-за стола и, смеясь, бросился убегать. Джек преградил ему дорогу возле лестницы на второй этаж, сгрёб в охапку, прижав к себе, и они плюхнулись на ступеньки. – Это мой торт! Отдавай! – с наигранной сердитостью говорил Джек, нависая над Кайлом. – Ты хочешь этот кусок? – Да, хочу! – Держи, – Кайл ловким движением размазал шоколадный крем по губам и щекам Джека и громко засмеялся, закидывая голову назад, отчего на лице вырисовались мальчишеские ямочки, знакомые ещё с тех времён. – Спасибо, – кивнул Джек, широко улыбаясь. – Правда вкусно? – Очень! – и, не давая опомниться, запихал Кайлу в рот оставшийся кусок торта и весело захохотал, увидев его перепачканное шоколадом лицо. В какой-то момент они, не сговариваясь, замолчали и уставились друг другу в глаза. После секундного замешательства Джек наклонился к Кайлу и поцеловал. Чувствуя горячее дыхание, видя шальные искорки в глазах, пробуя шоколадную сладость на его губах, Джек ощутил, как вселенная сжалась, и не осталось больше границ и пределов. – Ты сногсшибательный, Кайл… – с удивлением и восхищением всматривался он в лицо любимого. – Спасибо, Джек. – Нет, я серьёзно. Я даже не ожидал. – Это очень возбуждает. Я хочу, чтобы ты продолжал, – Кайл улыбнулся. Это была та самая улыбка, которой так не хватало Джеку все эти годы. – Я хочу сказать, что ты всегда был хорош. В этом не было никаких сомнений. Но ты превратился… – Как тебе это удаётся? – Кайл обхватил лицо Джека ладонями и заглянул ему в глаза. – Что? – Смотреть на меня так, как будто ты не видел меня десять лет. Не зная, что на это ответить, Джек молча сграбастал Кайла в охапку, и до спальни они так и не добрались.

***

Решив прогуляться перед сном, Джек направился к старому парку. Как и в тот вечер медленно падал снег, поблёскивая в свете фонарей, ложась крупными снежинками на одежду пробегающих прохожих. Вдруг прямо перед ним остановилась дорогая чёрная машина, в которой Джек с лёгкостью узнал свой «Феррари». Окно со стороны пассажирского места медленно опустилось, и он встретился взглядом с уже знакомым чернокожим Сантой. Тот, довольно улыбаясь, помахал ему рукой. – Это моя машина! – Привет, Джек. – Ты украл мою машину! – Сейчас я пользуюсь всем тем, что было у тебя. Садись, – мужчина за рулём усмехнулся, открывая пассажирскую дверь. – Как дела, Джек? Как жизнь? – Что ты тут делаешь? – Надо же, – качнул головой Санта. – Теперь ты кое-что понял. – Ты не отправишь меня обратно. Я не вернусь назад, слышишь? Ты не можешь врываться в жизнь людей и всё менять. Появляешься, исчезаешь, всё запутываешь. Так не годится, – раздражённо говорил Джек. – Понимаешь, когда-то нужно возвращаться. Иллюзия заканчивается. Она не бесконечна. Джек умолк, нахмурился и пристально посмотрел в лицо мужчины. Тот извлёк из внутреннего кармана своего вычурного сюртука небольшой красный конверт и протянул его Джеку. – Что это? – Сюрприз будет, – подмигнул он и похлопал Джека по плечу. – Только сейчас не открывай, это на завтра. Джек с недоумением взглянул на Санту, но конверт всё же взял, повертел, рассматривая, и, пожав плечами, сунул его за пазуху. – Кайл ждёт. Я домой, – он громко хлопнул дверцей автомобиля и, развернувшись, пошёл к дому. Санта, глядя ему вслед, едва заметно вздохнул и покачал головой. – Эх, Джек, теперь ты думаешь не о своей сделке, а… о любви, – с лёгкой усмешкой произнёс он. – Ну что ж, твоё желание будет исполнено.

***

Кайл тихо спал, укутавшись одеялом. На его лицо падал свет от настольной лампы, и ресницы отбрасывали на щёки длинные тени. Рядом на кровати лежала раскрытая книга. Джек осторожно лёг рядом. – Прости меня, – прошептал он одними губами и придвинулся чуть ближе. – Что, уже утро? – спросил Кайл, не открывая глаз. – Нет, нет. Спи дальше. Он приподнялся на руках и посмотрел на Кайла. – Я хочу, чтобы ты запомнил меня, Кайл. Запомнил таким, какой я сейчас, вот в этот момент. Хочу, чтобы ты хранил меня в сердце, что бы ни случилось потом. Кайл внезапно открыл глаза, всматриваясь в лицо Джека. – Ты в порядке? – Да, – кивнул Джек. – Просто обещай мне. Ты должен обещать мне, Кайл, потому что, если ты этого не сделаешь, всё исчезнет. А без этого я не смогу жить. – Я обещаю. – Пообещай ещё раз. – Обещаю. – Хорошо. – Теперь ложись спать. – Скоро. Скоро лягу. Джек решил не спать в эту ночь. Он надеялся, что тогда волшебство не сработает, и он сможет остаться в этом мире навсегда. Он устроился в кресле рядом с кроватью. Положив голову на ладонь, сидел неподвижно, слушая ровное дыхание Кайла и стараясь не уснуть. Джек изо всех сил боролся со сном, но силы были не равны…

***

На следующее утро Джек проснулся в полном одиночестве и понял, что чудо закончилось, и он снова лежит у себя дома на своей кровати, в своей шикарной квартире. Сказка закончилась. А вместе с ней его покинуло и ощущение счастья. Он осознал, что это было именно счастье. И ещё он вдруг подумал, что если человеку даже некого поздравить с Рождеством и он провёл праздник один, значит, он как-то неправильно живет. И нужно срочно что-то делать, потому что это его жизнь. Джек резко сел на кровати и схватил телефон. Непослушными пальцами он нажал кнопку вызова и поднёс трубку к уху. – Манхэттен. Кайл Рейнольдс. Мне нужен его адрес. И уже через десять минут Джек мчался к Кайлу. Он быстро нашёл его квартиру, но какое-то время стоял у двери, прежде чем решился нажать на звонок. Дверь тут же распахнулась. На пороге стояла хрупкая темноволосая девушка в джинсах и свитере. – Вы из компании по перевозкам? – спросила она, окинув Джека быстрым взглядом. – Я... старый друг Кайла. – Кайл, – крикнула девушка вглубь квартиры, – к тебе здесь какой-то мужчина пришёл. – Да? Джек… – за спиной девушки появился Кайл. Такой же элегантный, как и прежде. Почти не изменился за эти годы, только стал чуть взрослее, если так можно сказать. В руках он держал стопку книг и планшет. – Боже мой, как давно мы не виделись. – Ты... Ты здорово выглядишь, – голос Джека дрожал от волнения. – Спасибо, ты тоже, – усмехнулся Кайл. – Заходи, заходи. Мы тут собираем вещи, складываем в коробки. – Извини. – Нет, Джек… Не надо. Пожалуйста, не извиняйся. – Ты переезжаешь? – Да, в Париж. Мы открываем там новый офис. Кайл огляделся по сторонам. – Лоэри, – обратился он к девушке, – ты не видела здесь коробку? На ней написано «Джек». И куда я её задевал? Да, и позвони, пожалуйста, в авиакомпанию. Узнай про рейс. – Уже звоню, – донеслось из соседней комнаты. – У тебя есть кто-то? – еле слышно спросил Джек. У него всё замерло внутри. А вдруг Кайл… любит кого-то другого? – Нет, я с тех пор один, Джек, – продолжая переставлять коробки с вещами, ответил тот. – А ты? – И я, – кивнул Джек в подтверждение своих слов. – Рейс отложили до вечера, – выглянула из двери Лоэри. – Ты должен прибыть в аэропорт в 7 часов. – Отлично! – улыбнулся Кайл. – Я могу идти домой? – спросила девушка. – Да, конечно, спасибо за помощь, Лоэри. – Послушай, может, выпьем по чашке кофе где-нибудь? – спросил Джек, дождавшись пока помощница Кайла скроется за входной дверью. – Ага… Нашёл! – воскликнул Кайл, оборачиваясь. Он подошёл ближе и вручил Джеку коробку: – Вот, держи. Это твои старые вещи. – Ты когда-нибудь вспоминаешь о нас, Кайл? Когда-нибудь думаешь о том, что могло бы произойти? О том, что могло быть… Кайл задумчиво посмотрел на Джека грустными глазами, полными сдерживаемой обиды за прошлое. – Джек, знаешь что, если когда-нибудь будешь в Париже, найди меня, и мы выпьем по чашечке кофе. Хорошо? В кафе. Кафе О Ле! – вскинул он руку в красивом театральном жесте прощания. – Кайл! Ты не можешь улететь! Не улетай! Пожалуйста, не улетай! – в голосе Джека чувствовалось отчаяние. – Джек… – Пожалуйста, давай выпьем по чашечке кофе. Это всё, что я прошу. Ты не должен сегодня улетать в Париж. Ведь будут же и другие рейсы. – Джек, мы десять лет не виделись, – сказал Кайл и покачал головой. – Со мной всё в порядке, всё хорошо, понимаешь? Не волнуйся. Да, я был расстроен, Джек, ужасно расстроен. Но я жил дальше, я уже успокоился, всё прошло и… Я думаю, что тебе тоже нужно жить дальше. Прости, но сегодня мне нужно лететь. Прости, Джек. Прости. Он развернулся и снова пошёл к своим коробкам. – Но у нас дом в Джерси! У нас дом есть в Нью-Джерси. Дом, конечно, не очень, но он наш. И, в общем-то, не так много за него денег осталось отдать. Кайл склонил голову набок и непонимающе уставился на Джека. – А ты адвокат, – продолжал тот. – Не самый удачливый. Но тебя это не беспокоит. И мы с тобой всё ещё любим друг друга, хотя вместе целых десять лет. Мы по-прежнему безумно друг друга любим. Конечно, нам было трудно. Мы многим жертвовали, но мы остались вместе. Знаешь, ты намного лучше меня. И я был рядом с тобой и тоже стал лучше. Кайл молчал, он не знал – верить или нет. Но у Джека был такой вид, что не поверить ему никак нельзя. Но как такое может быть? Надо было найти всему этому нормальное объяснение. – Не знаю, может быть… может, мне всё это приснилось, – со вздохом сказал Джек. – Может, я заснул рождественской ночью в своей одинокой постели и всё это выдумал, но клянусь, это было так реально. И если ты сейчас улетишь, это всё исчезнет навсегда. Я знаю, мы будем жить каждый своей жизнью, забудем об этом. Но я видел, какими мы можем быть вместе. Кайл ещё некоторое время с недоумением смотрел на стоявшего перед ним Джека, потом шагнул вперёд, протянул руку и коснулся его подбородка. – Прошу тебя, Кайл, одну чашку кофе со мной, – проговорил Джек, заглядывая в его глаза. – А потом ты можешь лететь в Париж. Но, пожалуйста, не сегодня. – Хорошо, Джек. – Хорошо, – облегчённо выдохнул Джек и засмеялся. – Иди сюда, – тихо сказал он и притянул Кайла к себе, обхватив одной ладонью затылок, как обычно делал прежде, и прижал его лицо к своей щеке. – Ты ведь любишь меня, да? – прошептал он ему на ухо. – Да, Джек, – так же шёпотом ответил ему Кайл, утыкаясь в его шею и обдавая тёплым дыханием, – я люблю тебя. Джек почувствовал, что в этот момент Кайл улыбнулся. На сердце сразу стало так легко. Ведь утром он думал, что больше никогда его не увидит, а если увидит, то точно не сможет обнять. – Мне же это не снится? – спросил Кайл, слегка охрипшим от волнения голосом. Ему всё ещё не верилось в реальность происходящего. Он схватил обеими руками Джека за плечи, слегка отстранив от себя, и внимательно посмотрел ему в глаза. – Нет, не снится. Я более чем реальный. И я люблю тебя. Это единственное, в чём я сейчас абсолютно точно уверен. Ах да, чуть не забыл! – спохватился Джек и достал из кармана куртки тот самый красный конверт: – Вот смотри, два приглашения на бал-маскарад. Сегодня же Рождество. – Ну ты хитрец! Договаривались же на чашку кофе, – заулыбался Кайл. – Это не я. Это всё Санта. А он таки знал… Джек снова сгрёб Кайла в охапку и крепко прижал к себе. Тот, кого любишь, всегда остаётся в сердце. И не имеет значения, как много прошло дней, недель, лет… И если бы сейчас кто-то спросил Джека, «как у тебя дела», он бы без раздумий ответил – «всё отлично, лучше всех».