Белая ночь

Белая ночь, сиреней листву Ветер качает то робкий то смелый, В белую ночь в час когда я усну Приснится мне сон удивительно белый! Именно эта песня играла в наушниках у кареглазого Влада. Да, и именно в белую ночь Глент шёл домой после очередной съёмки. Он слишком устал, чтобы думать о чём-то кроме дома, ведь там его ждал сюрприз, но он даже не подозревал этого. — Чёрт! Я что, забыл закрыть дверь когда уходил? — воскликнул шатен, вытаскивая ключ из замочной скважины — Ну я и дудон! — А вот с этим я не согласен! У входной двери стоял красивый, высокий, стройный голубоглазый блондин. — Ну блять, ты меня и напугал! Не делай так больше. — Как скажешь, сладкий! Старший открыто заигрывал с Глентом, на что тот ответил: — Извини снежок, не сегодня. Я слишком устал. Младший отложил телефон с наушниками на тумбочку и отправился мыть руки. Бумага приобнял парня со спины, а тот поцеловал его в скулу. Они отправились в спальню на мягкую кравать. Легли в том что на них было: футболки, джинсы. — С чего ты вдруг решил навестить меня? — Я соскучился. А ты не рад? – Рад – сказал шатен, скрывая улыбку сжатым кулаком. По лицу Влада тоже расплылась глупая, но до боли знакомая и нежная улыбка. Они легли на кровать. Брюнет положил голову на плечо голубоглазого и начал засыпать. –Белая ночь опустилась как облако, Ветер гадает на юной листве. Слышу знакомую речь, слышу стон я твой, Ну почему это только во сне? Очень тихим шопотом начал петь шатен. — Ты всё-таки хочешь меня? Таким же шопотом спросил Влад. — Долбоёб… Произнёс кареглазый и повернулся к старшему спиной. На лице Глента на несколько секунду промелькнула усмешка. А старший в свою очередь ждал пока его любимый мальчик заснёт, чтобы совершить преступление. Холодная рука блондина пробралась под футболку и гладила сначала торс, потом рёбра и наконец добралась до груди. Пальцами он водил по соску и слегка пощипывал, переходя к другому. Младший, который претворялся что спит, возбудился, но не подал виду (хотел посмотреть на сколько далеко всё может зайти). Неловкими, но аккуратными движениями Бумага снял с брюнета футболку, перевернул его на спину. Начал целовать его. Целовал горячо, целовал страстно. Сначала целовал щёки и шею, оставляя алеющие пятнышки, потом долго целовал грудь всё также помечая её пятнами. Языком облизывал, а затем посасывал затвердевший от холода сосок, пытался согреть и переходил к другому. Пуцелуями осы́пал каждый кубик пресса, добрался до штанов. Толстый кожаный ремень не давал возможности лёгким движением стянуть их. Шатен хотел сам расстегнуть ремень, дабы помочь Владику осуществить задуманное, но не мог, его охватывали волны нарастающего возбуждения. «Снежок», как ласково называл Бумагу Глент, довольно быстро справился с ремнём и снял штаны с мальчишки. Одежда полетела под кравать. Перед тем как стянуть боксеры, наш блондин решил посмотреть на лицо любимого парнишки. Оно выглядело довольным и ещё более красивым чем всегда. Наклонившись к Глету и уткнувшись носом в чужой, Бумага поцеловал его в губы. Не как в дурацких фильмах, а по настоящему. Слегка покусывая нижнюю губу брюнета и всё равно немного прокусывая, чувствуя железный вкус крови во рту. Шатен не может утерпеть и приоткрывает рот, давая возможность чужому языку пробраться к себе в рот и хозяйничать на протяжении 2-5 минут. Чужой язык был очень горячим. Сначала он провёл по коронкам зубов, затем по нёбу. Потом два языка соприкоснулись и начали кружится друг с другом. Голубоглазый подумал, что Глент проснулся, но он ошибся. Мальчик спит (якобы). Разрывая связь между языками, Влад отстраняется и сново наклоняется к паху. У брюнета встал... Снежок удивился и придвинулся ближе, медленно, с наслаждением стянул боксеры, после чего они оказались под краватью. Член встал как столб. Бумага открыл рот и языком начал водить по головке вставшего друга Глентика. Облизывал каждый сантиметр, пытался распробовать вкус. Шатен не мог больше терпеть и насадил рот Влада на свой член, старший расслабил горло как только мог и начал двигаться. Теперь он точно знал – младший хочет этого, он больше не спит. Брюнет держался за неслишком длинные волосы парня и направлял его куда надо. Старший старался сделать как можно приятнее, чтобы мальчик понял, что он не один, его любят. И вот шатен изливается в горло Бумаге, а тот послушно проглатывает слегка солёную и тёплую сперму, отстраняется, говорит: – Люблю тебя... – Я...я тоже...– немного постанывая говорит шатен. – Я тебя разбудил? – Я и не засыпал... – Понравилось? – Очень... Протерев губы тыльной стороной руки, Бумага улёгся рядом с младшим, снял футболку и накрыл парнишку одеялом. – Посмотри в окно... Там белое небо, совсем как твои волосы. – Конечно, ведь сегодня белая ночь. Шатен прижался к груди Влада. – Я тебя люблю... – горячим дыханием шпарил ухо голубоглазый и сново затянул в поцелуй. На этот раз язык Глента оказался в чужом рту. Нет, он не проводил по зубам или нёбу, он сразу приступил к языку. Они кружились будто в танце, который точно называется не вальс. Первым отстранился брюнет. Он целовал шею и ключицы, и как старший оставлял засосы. – Стой... Ты хочешь?... – Да... Я хочу... Я правда хочу... Снежок! – Раз так то..... поварачивайся! Резким движением Бумага перевернул Глента и сдёрнул с него одеяло. – Подожди немного, мне надо справиться со штанами. В ту же секунду штаны улетели, как будто их и не было вовсе. Старший успел взять из кармана шатена смазку и вылил немного на руку. Смазка приятно холодила кожу. Размазав её по руке и члену, Влад ещё раз удостоверился: – Ты точно готов? – Как никогда раньше! – Ну держись! Первым вошёл указательный палец. Внутри было тепло. –Ааах! – Ты что? – Продолжай! Влад двигал пальцем осторожно, потом добавил ещё один и ещё... Глент очень громко стонал из-за чего сосед стучал в стену. Потом он успокоился. Через некоторое время пальцы сменились на что-то более приятное и тёплое. – Влад... Ты ахуенный ,ну...ну можно без церемоний... – Ты хочешь жостко? – Ах, чёрт побери... ВЫЕБИ МЕНЯ КАК СЛЕДУЕТ! – Хорошо сладенький! После нескольких нежных движений Бумага начал двигать быстро и почти вдалбливал шатена в кровать. От превосходных движений старшего, Глент чуть не потерял сознание от счастья. – Я скоро... – Я тоже... – Ааа! – вмести завопили парни, после чего кончили кто куда: Влад в ахуенную задницу Глента, а Глент на одеяло. – Ладно, с тебя хватит. Лучше поспи, ты же устал. Говорит Бумага, собирая вещи с пола. – Ты уже уходишь? – Я люблю тебя... – Я тоже... Ты пойдешь только в джинсах, а футболка? – На улице лето, дурачок мой! Зови, если замёрзнешь. Я всегда готов тебя согреть! ... Утро. Шатен ничего не помнит. Ни как одевался, ни как проважал старшего. Ничего не помнил. – Эх, он сново ушёл и оставил меня одного. Или это был сон? Глент одет, постель чистая и заправленная. Дверь всё так же открыта. – Чёрт, это был сон... Вот это я заработался... Брюнет посмотрел под кровать. Там лежала футболка старшего. – Это был не сон... На лице появилась улыбка до ушей. – Мы всё-таки сделали это. Кареглазый поднял футболку с пола, лёг на кровать и начал обнимать её. Он был счастлив... Он так же сильно любит Бумагу, как Бумага любит Глента. ... Краска зари небесная высь Жаль что ведения мои всё короче, Сон повторись, я прошу повторись, Но так коротки эти белые ночи! Белая ночь опустилась как облако, Ветер гадает на юной листве. Слышу знакомую речь, слышу стон я твой, Ну почему это только во сне?