Endless tears

Я быстро встала с кровати и побежала в сторону туалета. Я ладонью прикрывала свой рот, чтобы меня не стошнило на пол. Я забежала в туалет и открыла крышку унитаза. А затем из меня, как из фонтана, полилась тёмная и тягучая кровь. Привкус железа во рту был отвратительный. Когда я закончила, я услышала как ко мне кто-то зашёл. Я повернулась в сторону звука. У двери стояла Грейс и смотрела на меня так, словно увидела во мне монстра. Я подошла к раковине и начала умываться. Мой взгляд устремился в зеркало. Выглядела я и вправду, как чудовище. Кожа была бледной, скорее серой. На лице были видны кости , как и на всем теле.«Похоже этот ребёнок меня хочет высосать, как бутылку молока». Мне очень хотелось есть, а внутри всё жгло, как будто мне органы изнутри ели. Грейс подошла ко мне и взяла меня за руку, если мою руку можно было назвать рукой. Она усадила меня на кровать и дала завтрак. Я быстро всё съела и легла обратно в кровать. Мои конечности заледенели так, словно их укунули в сугроб. — Мне...очень....холодно, — сказала я хриплым голосом. Грейс накрыла меня тёплым пледом и села рядом со мной. — Я буду всё время рядом с тобой. А пока засыпай, тебе нужно больше спать, — сказала Грейс.

***

Спустя несколько часов. Рамон Салазар сидел в тронном зале, размышляя над предстоящими родами. Прошёл уже один день с дня зачатия, а девушке всё хуже и хуже. Что же будет на пятый день? Ему казалось абсурдным то, что замышляет владыка Сэдлер, но Салазар всё равно остаётся ему верен и считает его план по захвату мира вполне рабочим. Первый план не сработал из-за того, что агенту Кеннеди пришлось убить дочь президента, так как паразит в её теле захватил до конца её разум. Сэдлер тогда был в ярости и приказал долго и мучительно пытать агента. В темнице Салазара осталась даже его чёрная рваная футболка. Но Рамон не понял мнение Владыки. Леон был тоже хорошо сближен с президентом, он был бы им полезен. Теперь не факт, что и этот план пойдёт так, как считает Владыка. Сложность в том, что девушка может не выжить. А если она не выживет, то плод вместе с ней погибнет и Лорд Сэдлер это прекрасно понимает. Салазар сидел на троне, закинув ногу на ногу и думал. Думал о «ней». Рамон никак не мог разобраться в своих чувствах. Он начинал понимать, что отдаляется от Лаилин. Но каждый день и каждую ночь он о ней думает. Девушка, как паразит заполонила разум маленького человека. Рамон стал ею одержим. И его это не на шутку пугало и даже моментами раздражало. Он хотел по чаще смотреть в её карие глаза, хотел всё время ощущать её запах, слышать рядом её голос. Салазар знал что девушка его ненавидет и не желает с ним разговаривать, знал что у неё не может быть чувства любви к нему. Его никогда никто не любил и не признавался в любви, из-за внешности. Над ним насмехались, говорили ему в лицо обидные слова. Над ним издевались, думая что он не ответит за это, думая что в маленьком человечке не может быть столько злости и гнева. Салазар всегда мстил тем, кто его обижал или даже просто посмеялся не так. Затем всё зашло слишком далеко. Если Лорду Салазару просто не понравилось то как на него посмотрели, этого человека отправляли в темницу, где происходили жестокие зверства. Ходили слухи даже о том, что лорд выпивал кровь обидчиков и добавлял эту кровь в вино. Хозяин замка поднял свой туманный взгляд. Он захотел всё же признаться в своих чувствах. Дать понять девушке, что он вовсе не жестокий монстр. Рамон Салазар встал со своего трона. И отправил свою правую руку к Лаилин.

***

Меня сново куда-то нёс на руках один из Вердуго Салазара. Из-за того что я не видела поблизости Грейс, стало как-то не по себе. С Грейс я чувствовала себя как дома, где было уютно и тепло. А сейчас мне было холодно и страшно, потому что меня несли к жестокому и обиженному на весь мир - Салазару. Что он на этот раз придумал? Он отправит меня в более роскошную комнату, тем самым показывая какой он все-таки добрый и что у него есть хоть капля любви ко мне!? Хотя в последнее время Салазар ко мне и в правду относится с заботой и любовью, что было вполне себе странно и неестественно для его характера. Лаилин замечала знакомые арки и коридоры, по которым она прогуливалась с Грейс. Полуразрушенный бальный зал, коридор с рыцарями, тёмная и пыльная библиотека. Все эти места оставили в её воспоминаниях небольшой след, который никак не сотрешь. Меня поставили на ноги и накинули на меня тёплый плед. Своими когтистыми лапами Вердуго открыл дверь, я зашла в большое помещение. Стоп....Не может быть...Это же то самое место, которое мне снилось сегодня ночью... Погода была такой же суровой и дождливой, такой же полуразрушенный балкон. Только одна вещь отличалась от той картины. Это то что с ней была Сара, а сейчас стоит Рамон Салазар. Аристократ стоял, уперевшись руками об разрушенное, каменное ограждение. Он обернулся. Его глаза показались мне сумасшедшими. Впрочем, как и всегда. Они были неестественно-янтарного цвета, поэтому выдавали такой эффект. — Подойди ко мне, моë дитя, — сказал Салазар. Его взгляд опять метнулся на вид с балкона. Я медленно шла к нему. Ноги сами по себе, как по привычке начали трястись. То-ли от страха, то-ли от беременности. Я сама не могла понять. Салазар был спокоен и на душе как-то стало легче. Я уже смотрела сверху на изумительный вид, на котором можно было увидеть: большое озеро, деревенщину с факелами в лодке, а в далеке можно было увидеть таинственный и туманный лес. — Нравится?, — спрашивает Салазар, не отводя взгляда. — Очень, — кратко ответила я, продолжая всматриваться в озеро, как будто что-то выискивая в озере. Я дёрнулась, когда заметила силуэт под водой, движущийся в сторону лодки. Рамон повернулся ко мне. Его выражение лица было озадаченным, ведь меня не просто так сюда привели. Он собирался сказать мне что-то важное. — Вы необыкновенная леди, мисс Лаилин. Вы подарок..Подарок для этого загнившего мира и значимая фигура для меня и всей истории моей семьи, — начал Салазар, всё ближе приближаясь ко мне. Я обеспокоенно двигалась назад. Он на мою реакцию взял мою ладонь в свою. — Вам не о чем беспокоиться. Я на самом деле многим обязан перед вами, mi amor, — он придвинулся ко мне ближе. — Я ни за что не дам вам умереть. А если вы умрёте...то.....то....,— он взялся за голову, отошёл от меня и быстро покинул меня. На душе стало как-то больно. Я не думала, что Салазар действительно меня искренне любит. Но его интонация и то как он со мной разговаривал было совсем на него не похоже. Я была в недоумении, но одновременно хотелось заплакать и выплеснуть эмоции наружу. Но я не могла. Хотела, но не могла. У меня не было сил. После этого недолгого диалога меня забрал Вердуго.

***

Ночь. Церковь. Осмунд Сэдлер стоял за престолом. — Старосты, завтра особенный день!, — начал восклицать он. На деревянных скамейках сидели старосты деревни: Салазар с нетерпением ждал, чего же скажет их Лорд, а Мендез сидел как обычно с суровым лицом, почесывая седую бороду. — По словам Серы, уже завтра появиться на свет «священный плод»!, — радостно сказал он, ожидая такой же реакции от своих содеятелей. Мендез продолжал сидеть с каменным лицом, делая вид что он рад за эту прекрасную новость. Рамон озадачился. Он знал, что плод растет быстро. Но завтра они смогут извлечь его только с помощью разреза брюшной полости. А это означает только одно, Лаилин может погибнуть. Сэдлер заметил недоумение в лице Салазара. — Нам придётся убить несчастную девушку, чтобы извлечь плод. Луис сказал, что она может умереть в муках при родах, если продолжим ждать. Или вовсе умереть вместе с ребёнком, — объяснял Сэдлер. — Лучший выход - это сечение, — Сэдлер закрыл глаза, делая тем самым гримасу печали и досады. Хотя ему было абсолютно наплевать на жизнь девушки. Ему нужна была только власть и ничего больше. Салазар был в ужасе, но старался не показывать эту слабость своему владыке. Он за это время так привык к Лаилин, что теперь чувствует к ней... любовь. Именно любовь. Ни ненависть и ни чувство причинить ей вред, от которого так становится приятно. А любовь. Он не мог поверить в то, что опять потеряет человека, которого действительно полюбил, был дорог. Лаилин заняла место в его разбитом сердце, она ему стала как ещё один член семьи. Она дала ему опыт, подарила любовь, искупила от грехов семьи. Девушка была очень дорога Салазару и он не мог так просто её отпустить. Он не позволит ей умереть. Ни за что!

***

Спальня Салазара. Я не как не могла уснуть. За окном шёл дождь и не давал покоя. Я лежала на боку, поглядывая на сад и следя за каплями, стекающими вниз по стеклу. Живот болезненно тянуло, от чего я иногда постанывала из-за невыносимой боли. Постепенно я даже стала привыкать ко всему этому. В спальне было прохладно и темно. Я была укрыта тёплым пледом, которым меня укутала Грейс. Я закрыла глаза, услышав звуки чьих-то шагов. Эти шаги были давно мне знакомы. По спине пробежались мурашки, словно в спину воткнули холодный нож. Дверь в комнату открылась, с мерзким скрипом. Ко мне подкрадываясь «он» лёг, приобняв меня за талию. Я чувствовала его дрожащее дыхание на своей шее и спиной почувствовала что-то мокрое.. «Он что плачет?» Я повернулась к нему лицом и всем телом прижалась к нему. Он поцеловал меня, прижимаясь ко мне крепче.