Шерлок, ты словно маленький ребенок!

      — Джон, Шерлок пропал, его нет уже два дня. Ты знаешь, где он может быть? — послышался голос Майкрофта из телефона. О да, Джон знал, что этого засранца нигде нет, он первый это и заметил. Правда думал, что Старший Холмс позвонит раньше, чем через два дня.       Шерлок любил внезапно исчезать в порыве расследования, он был зависим от этих острых ощущений. Из-за чего и не следил за собой, постоянно недоедал, был худой как спичка, а чтобы его мозг работал как часы и не уставал, он принимал наркотики. У него всегда была заначка этой дряни. Я множество раз говорил, что это очень опасно и он доведет себя. Его страсть — его проклятье!       — Понятия не имею, где он, — Джон бессовестно врет, прекрасно зная, в какой жопе его друг. Знает и то, что Майкрофту тот будет ой как не рад, знает, что помочь может только он. Шерлок не переносил своего брата за километр.       — … Хорошо, мы продолжим его искать, — Холмс бросил трубку. Хм. Я ухмыльнулся - знает же, что его обманывают, в голосе скользнуло недоверие, он не умеет врать. Столько людей на стражу поставил, что они как няньки и там и здесь пристально наблюдают. Что, кстати, порядком раздражает. Хотя каким-то образом они смогли упустить из вида Шерлока. За что явно получат по шапке от начальника. Ну, в этом их винить нельзя. Шерлок и от гепарда в чистом поле спрячется.       Ах, да. Как я узнал, где он? Ну, это же великий детектив: он оставил «намеки», куда идет и что ему скоро наверняка потребуется помощь. Это было удивительно, он редко так делал - а значит, лезет в муть почти слепым.       Ну а пока я думал, как буду наказывать этого несносного, пробирался в какую-то заброшенную фабрику с кучей пыльных темно-серых коридоров и комнат, давно обшарпанных и даже с мхом в углах.       Я знал, что Майкрофт следит за моими действиями, и очень настороженно - он по-другому не может. Не вмешивается: понимает, что Шерлок будет раздражён, если узнает подробности, а он узнает. Все же родной брат и прекрасно знает характер, как и то, что он ему совершенно не нравится.       По крайней мере притворяется, младший Холмс, в отличие от старшего, прекрасно. Врет - идеально. Поэтому он многих напрягает своими действиями и намерениями которых считать невозможно. Этим он и пугает и привлекает. Я, пожалуй, единственный человек, которому по силам уловить, когда Холмс младший врет.       Я подобрался к большому помещению видимо бывший зал, и выглянул из-за угла.       И вот - наша проблема ходячая: сидит, привязанный к стулу, выглядит не очень… Все ли хорошо? Перед ним двое накачанных громил. Один стоит на страже, а второй что-то в сумке черной ищет… Впрочем, неважно, против пушки даже эти амбалы не выстоят. Наскоро оценив ситуацию, постарался убедиться, что Холмс жив, но без сознания. Дождавшись подходящего момента, я подобрался к одному головорезу и перерезал ему горло. Второй заметил меня и замахнулся для удара. Я увернулся и выстрелил ему в колено, попутно вырубая. Да уж, вроде громилы, а безмозглые. Военная подготовка, в такие моменты я тебя обожаю. А сейчас главное с Шерлоком разобраться, там дальше Майкрофт подключится.       Я подбежал к нему, судорожно пытался нащупать пульс. Да, он живой, но ой какой потрепанный. Я развязал его и осмотрел повреждения: синяки, ссадины, ожоги и множество мелких царапин. Самые большие на животе и правой руке, согнутой под неестественным углом. Я уверен — она сломана. Подняв его голову, приоткрыл глаза: все нормально, живой, пока дышит. И перестанет, если срочно не вызвать скорую. На голове я заметил достаточно глубокую ножевую рану. Приподняв его, уложил на каменистый пол, подложив рюкзак под голову, который принёс с собой.       Боже, Шерлок, я, конечно, уже не раз видел тебя окровавленным и избитым, но не до такой же степени! Быстро, но аккуратно перевязав самые критичные и возможные для перевязки места, благодаря себя, что взял достаточно перекиси и бинтов. Как говорится, не прогадал.       Услышал скорую – да, Майкрофт об этом позаботился. Приехали врачи, забрали Шерлока, я настоял на том, чтобы и меня взяли. В ответ на их недовольное: «Если только вы приходитесь пострадавшему родственником», мне пришлось довольно долго объяснять, что мы как два года помолвлены. Вот что значит забыть паспорт. Я видел, что мне не верят, но все же они сдались: Шерлок нуждался в неотложной помощи специалистов, ехать нужно было как можно быстрее. В итоге приехали в больницу, над ним «похимичили» и отправили в палату на отдых. Я все время был рядом, пристально наблюдая за суетящимися белыми халатами, и сейчас сижу с ним вместе. Спасибо мистеру "Британское правительство" - после одного случая это прозвище ему приелось.       Он пришел в себя.       — Д-джон? Что? гд… А-а… больница. Джон, почему я в больнице? Ты же знаешь, что я ее ненавижу! Я ухожу, — тот резко поднялся и рухнул обратно с болезненным стоном.       — Уходишь?! Не смеши! Лежи и не двигайся! У тебя рука в порошок перемолота, месяца два восстанавливаться будет! Если хочешь уйти, то только через три недели как минимум! Все понятно?! — будучи врачом, я осознавал, что кричать на только очнувшегося человека не самая хорошая идея, но я очень разозлился. Как он иногда бесит! Подсознательно понимал, он и недели в больнице не продержится. И чтобы он хотя бы эту гребаную ниделю отсидел, я преувеличивал.       — Цени свое здоровье и мои нервные клетки! — Шерлок поморщился, отводя взгляд, но перечить не стал.       — Вот и хорошо, я пойду. Отдыхай.       Я вышел, оставив этого придурка, и наконец отправился домой.       Спустя два дня пришел его навестить. С порога увидел, что он что-то читает, и постарался разглядеть — это оказалось новое следствие. Увидев меня, он сразу его скрыл под тонким больничным одеялом, неловко и еле заметно улыбнувшись. Мда, как будто это поможет. Глубокий вдох, спокойно.       — Шерлок, — медленно произнес я. Тот посмотрел мне прямо в глаза.       — Что? — вопросительно, немного грустно выпалил он.       — Никаких следствий, пока не восстановишься! Ты же знаешь, что я против этого!       — Ну Джо-о-он!       — Нет — и точка.       — Тогда можно через неделю? — умоляюще спросил он, состроив милую мордашку с щенячьими глазками. Ну а я что говорил? Больше недели не продержится.       — Ты же не отстанешь?.. — измученно вздохнул я. — Ладно, но только через неделю, ты меня услышал?       Он улыбнулся и продолжил листать дело, оставив мой вопрос без ответа.       — И все же, разве ты не хочешь извиниться или, может, спасибо сказать за то, что я опять вытаскиваю тебя откуда-то и вынужден переживать из-за тебя? — я сел на стул рядом с кроватью, вопрошающе уставившись на него. Ну надо же этого социопат приобщать к обществу. Тот посмотрел мне в глаза, потом опустил взгляд чуть ниже, предположительно на губы. Я прям почувствовал напряженный мысленный процесс.       — Прости.       — За что?       — Ну-у... Я просчитался. Опять полез туда, куда не следовало. — он запнулся.       — Это еще не все. — Твёрдо проговорил я.       — Полез, хоть ты и просил не рисковать. Но… Но я оставил записку! — он говорил тихо, немного зажато, неуверенно - его рот не привык произносить такое, казалось бы, простое слово, как «прости». Он непонимал значение этого слова, почему люди его так ждут?       Недовольно взглянув на в конец замолчавшего Холмса, я проговорил:       — Ну а самое главное?       — Я получил... Травму, агх... Прости. — Уголки моих губ приподнялись, его прищуренный взгляд и поджатые губы явно выражали недовольство. Мне показалось это милым, но сразу после он добавил:       — Прости, я постараюсь так не рисковать.       — Ложь.       — Что?       — Ты лжешь всегда, везде и всем. — Я в который раз за эти двадцать минут вздохнул, — Даже мне, но если ты читаешь людей по фактам, то я - по эмоциям. — Он уставился на меня, как будто до этого этих слов не слышал. — Я знаю твои привычки, стиль поведения и взгляды наизусть, иногда могу даже предугадать, что ты скажешь. Я знаю, как ты устроен, твои слабости и сильные стороны. Я. Тебя. Знаю, — Шерлок был наигранно удивлён - он тоже знает меня. Вот только не так хорошо, как я его, а причиной всему непонимание человеческих чувств, их взглядов и неэффективных, бессмысленных действий. Он лишь примерно понимает, что я чувствую, когда тот врет. Знает, но все равно лжет.       — Гах.. Я… Я постараюсь, ты же знаешь! — он отвел взгляд.       Я довольно прищурился. Теперь стал искренним.       — Хорошо, я тебе верю, —подойдя к нему, поцеловал в лоб, после в губы, он ответил. Оторвавшись, Холмс прошептал:       — Я люблю тебя.       — Я тебя тоже, Шерлок.