Будьте нежны! Роботам тоже может быть больно!

Утро — начало новой жизни. В большом городе начинается суета: озабоченные люди собираются на работу, стоят в пробках сотни автомобилей, под землей гудит метро, киша разными людьми. Кого здесь только нет! И студенты, и учителя, и пенсионеры, и пожарные, и милиционеры, и обязательно роботы … Утро будто сплачивает всех перед тем, как выбросить в большую жизнь для наступления будней. Утренний город — приглашение к тому, чтобы начать танец нового дня. Сегодня всё предвещало какое-то новшество, доселе невиданное людьми... Для кого-то оно начинается с кофе, но явно не для Сергея Нечаева. Напротив его утрие настало с нежданного звонка Шефа, а точнее его правой руки – Михаэля Штокхаузена, в котором агент от души "души нечаял". Недовольно буркнув, но всё таки из уважения к Дмитрию Сергеевичу, майор ответил на гудок. — Чего тебе надобно, старче?, - изобразив голос золотой рыбки, издевательски пропел Сергей. — И Вам не хворать, товарищ майор! Попрошу проявлять ко мне уважение! Не думаю, что Дмитрию Сергеевичу понравиться такое обращение с его заместителем, - хитро протянул Шток, обязательно выделяя свой немецкий акцент. С той стороны трубки послышался тяжкий вздох. Вот хитрюга, знает, на что надавить. — Ладно, хрен с тобой, куда ехать? - скучающим голосом поинтересовался П-3, он ещё успеет поговорить с дорогим товарищем по душам. — В научный центр Сеченова, естественно, - с гордостью произнёс немец, а после спокойно продолжил, - за Вами прибудет " Турбина", постарайтесь не задерживаться! Как какая-нибудь молодая фройляйн, - послышался сдавленный смешок. На прощение, непременно, обменявшись пожеланиями долгой и счастливой жизни друг другу, Сергей положил трубку. И, смачно одарив Фрица незамысловатым русским проклятием, принялся быстро собираться. На минуту задумался:« Почему в центр? Что-то случилось? Или кто-то попытался снова ввести роботов в боевой режим?», но отмахнувшись от лишних вопросов, поспешил на улицу, где его уже ожидал агрегат. И всё же нечто внутри ощутимо распаляло интерес. Видимо, шестое чувство, а оно, как всем известно, никогда не подводит.

***

В отличие от большинства других комплексов, научный центр Сеченова отличается сравнительно малым масштабом. Наиболее заметные объекты на территории комплекса — радиорубка, архив, медпункт, а также лифт, связывающий комплекс с расположенным под ним испытательным полигоном № 8, также известным как «Океан 45». Наиболее заметной достопримечательностью научного центра является памятник Владимиру Владимировичу Маяковскому — расположенный на въезде в комплекс монумент, выполненный в виде исполинской головы знаменитого поэта. Кроме того, именно этот центр ― один из двух комплексов, имеющих доступ к центральному узлу управления сетью «Коллектив 1.0» на территории Предприятия, головному ретранслятору «Узел».

Агент П-3 вышел из автомобиля и по-борцовски хрустнул суставами, отчего получая неизъяснимое наслаждение. Он поднял взгляд на монумент. Нахмуренный лоб и строгий взгляд куда-то вдаль... Поэт будто-то задумался над очередным шедевром литературы. Сергей невольно попытался вспомнить хотя бы строчку ещё со школьных времён, но "дыра" в голове не дала такой возможности. В ту минуту лишь ветер услыхал беззвучный вздох, вырвавшийся из груди мужчины. Отвлечься от мыслей помог подозрительный шорох за спиной. Не долго думая, Нечаев развернулся со смачным бэкфистом. Этим изящным приёмом он хотел усыпить бдительность оппонента, подготовив в догонку более эффективную атаку, или по крайней мере оформить красивый нокаут. Только через секунду обнаружил свой внушительный кулак в миллиметре от бледного лица дрожащего, как осиновый листок, Штока. Его расширенные бегающие глаза скользнули по мощному кулачищу, а брови резко поднятые вверх и сдвинутые к центру лба дрогнули. Находился он в неописуемой позе: руки прижаты к груди, одна нога согнута в колене, туловище сгорбленно. — Тьфу ты, ебучие пироги, - сплюнул майор, опустив руку. - Ну, точно крыса! Что ж ты со спины крадёшься, щас бы подправил тебе личико... Хотя всё же стоило, чтоб знал, как с людьми обращаться. Штокхаузен же ошарашено вздохнул и опустился на обе ноги. Наконец приняв надменный вид, отряхнул пиджак и раздражённо бросил: — Типичный русский! Сначала делает, потом думает. П-3 усмехнулся и захватил шею немца треугольником одной рукой, а другой - принялся костяшками тереть макушку. — Не дуйся, лопнешь! Думаешь, я горел желанием докладывать Шефу, что ты от страха помер, - ситуация по-настоящему веселила Сергея. Жаль телефона не было, он бы точно запечатлел это выражение лица. Где-то внизу Михаэль пытался вырваться из медвежьей хватки, но его отпустили сами. Миша недовольно фыркнул и принялся приглаживать всклокоченные волосы. В конце концов, чтобы не тратить драгоценное время их начальника, оба поспешили войти внутрь центра и прошли в лифт. Остальной путь прошёл в угрюмом молчании. При выходе из лифта их встретили телохранительницы академика - Близняшки. В такой же тишине образовавшаяся кампания поторопилась в комнату, где из терпеливо ожидал Дмитрий Сергеевич. — Ну, наконец-то! Я уже начал переживать, куда вы пропали. Как добрался Серёжа? - приветливо улыбнулся Волшебник. — Благодарю Дмитрий Сергеевич, отлично! - Плутоний кинул хитрый взгляд с коварной улыбкой на Штока, из-за чего тот надулся, как сыч, и ретировался за спину ума всея СССР. — Что ж, рад слышать. Наверно тебе интересно зачем я пригласил тебя в такую рань? - Сеченов кивнул головой в жесте "за мной". Все как по команде одновременно двинулись за главным, - уверен тебе известна наша всеми любимая Терешкова... — А как же, - уголки губ поднялись в полуулыбке и тут же опустились, - натворила что-то? Вышла из строя и есть жертвы? — Не переживай, сынок, - спокойно продолжил академик, - к нашему великому счастью, ничего серьёзного! Просто по поводу модели ТЕР-А1 поступили жалобы. — Что, в порыве счастья размахивая руками, сбила кого-то? - майор представил себе эту картину и прыснул. — Не совсем так, - Сеченов улыбнулся, разделяя смех "сына", - многих по какой-то причине стал пугать, как мне доводилось слышать, "слишком неживой" облик Терешковой и её чрезмерная радость. Часто происходят поломки из-за лёгких и хрупких материалов, что ограничивает область её применения. И да, про активную жестикуляцию тоже верно подмечено. Она для людей уже устарела..., - Дмитрий Сергеевич задумался, выдерживая паузу, - сопоставив все эти факты, я принял решение усовершенствовать эту модель! Ну вот мы пришли! Они зашли в какую-то просторную комнату, окутанную лёгким полумраком. Свет под потолком был почему-то пригашен, но в противоположном конце комнаты горело что-то другое. Платформа. Она излучала холодный свет, создавая ясную и чистую атмосферу, но утомительную для человеческих глаз. Выше уже находился тёмный силуэт, но свет его уже не касался. Если приглядеться, то можно было увидеть над фигурой что-то вроде подсветки, которая дожидалась своего "звёздного" часа. — Готовы? - с энтузиазмом поинтересовался Дмитрий Сергеевич, не скрывая собственного любопытства. Все, включая Близняшек, кивнули, как по команде, сами едва сдерживаясь от жгучего интереса. Академик оживленно хлопнул в ладоши и подсветка вспыхнула таким же освещением. Пред ними предстала необычная девушка.