Будьте нежны! Роботам тоже может быть больно!

Небо стало светло — голубым, раскаленный шар солнца все вокруг нагревает все сильнее и сильнее. Только легкий ветерок слегка освежает, но скоро и он станет горячим. Вот сидишь жарким летним деньком на качели, которая легонько покачивается под тяжестью твоего тела и оглядываешься вокруг: тёмно-зелёные листочки деревьев, также, как и люди, радуясь лету, протягивают свои заострённые кончики к солнцу, словно загорая. Им помогает лёгкий ветерок, который поддувает их, пролетая мимо с беззаботным свистом. Летний день — это время поедания бесконечного количества мороженого и питья лимонада, которое всегда сопровождается разнообразием летних ароматов: травы и цветов на газонах и клумбах, цветущих кустарников и деревьев, утренней влаги и вечернего запаха недавно рождённой, сочной листвы. Этим и собиралась заняться необычная команда. А точнее Сергей, который уже изнемогал от полуденного солнцепёка. В комбинезоне было невероятно душно, но и являться к Дмитрию Сергеевичу в обычной гражданской одежде было неуважением. В битвах с обезумевшими роботами, наверное, в последний раз было не так жарко, как сейчас. Майор лишь вымучено вздохнул и обернулся к умолкшей Терешковой. Ах, да! Новейшей модели. Та видимо тоже не очень хорошо переносит такую жарынь. Верно, нейрополимер, что был внутри неё уже успел закипеть. — Слышь, не хочешь освежиться? А то, вижу, сама сейчас растаешь, — приметил мужчина. — Ну что, Снегурочка? — Снегурочка, — по-девчоночьи хихикнула роботесса на необычное для неё обращение, а после мученически выдохнула — Было бы неплохо… — Ты хоть пить или есть умеешь? — уточнил Сергей, от подобного вопроса уголки рта непроизвольно поползли вверх. — К сожалению, нет, — снова вздохнула робо-девушка и с пылом залепетала, активно жестикулируя, — А так хотелось бы! Чтобы, как человек, чувствовать вкусы и запахи! Наверняка, это чудесно! — немного успокоившись, спокойно продолжила, — Я же робот. Я не могу употреблять пищу, только нейрополимер. — Ты ешь нейрополимер? — в удивлении Нечаев выгнул бровь. Девчонка захохотала, еле-еле удерживая слёзы, скопившиеся в уголках глаз. На такое действо П-3 поднял и вторую бровь. « Ни фига себе! Она ещё и плакать умеет?! Нет, но уже реально не смешно… » — он застыл в немом удивлении, всё также разглядывая, смахивающую слезинки от смеха новейшую ТЕР-А1. Наконец успокоившись, она вопросительно подняла взгляд на майора, тот задумчиво качнул головой и вместе с тем, устало кинул: — Ну да, ну да! Куда на обычным смертным до таких достижений науки. Дожили, твою мать, — не сдержавшись, выругался агент и мгновенно вспыхнул, перейдя на высокие тона, — роботы уже плачут, там гляди и людей переделают. Полимер затолкают, железки нацепляют и вот тебе, пожалуйста! Зачем такие несовершенные люди, когда вокруг будут такие совершенные роботы! За то с искусственным интеллектом! Я прекрасно понимаю Дмитрия Сергеевича, но это — уже перебор! Дошёл прогресс! Да я такой прогресс… Плутоний чувствовал опустошённость и закипающую злобу, еле держал себя в руках. Но боль прошлого была сильнее и бес тихо нашёптывал на ухо сладкие, подбивающие на безрассудство речи. Из-за нависших бровей глаза сузились и приобрели угловатую, заостренную форму. В них плясал бешенный огонёк. Губы сжались, превращаясь в две тонкие параллельные линии, при этом они были слегка выпячены. Углы рта стали резко очерченными. Напряжение росло с каждой секундой. Хотелось по-настоящему зареветь, чтобы все услышали как же ему сейчас хреново и где он видел такие впечатляющие достижения науки. До скрежета стиснув зубы и сжав кулаки, он удушающе вдохнул, а после облегчённо выдохнул. Тело расслабилось и лицо выражало умиротворение. Славяна сконфуженно замялась, обеспокоенно прижимая ладони к груди. Она вовсе не понимала, что могло вызвать у Сергея Алексеевича бурный эмоциональный всплеск. Внутри что-то неприятно зашевелилось, оставляя не менее приятный осадок. Чувство вины захлестнуло её с головой. Нейрополимер принялся неприятно волноваться, а в горле, в голосовых модулях застыл, чёрт знает откуда, жгучий комок, не давая выговорить ни слова. Да и что тут скажешь? Не то что говорить, дышать страшно. В конце концов робко проронила: — Серёжа, я всё понимаю., — но её раздасованно оборвали. — Ничего ты не понимаешь, — горько выдал обладатель имени, расстроенно махнул рукой и примирительно бросил, — Ладно, не держи зла. Сколько с роботами ни живу, так и не привык. Ебучие пироги… Девчушка расслабилась и осмотрелась где бы охладиться и перевести дух. На глаза попался небольшой яркий ларёк, где работал РАФ-9 или «Инженер», получивший народное дружелюбное имя «Рафик», всегда оказываясь в центре внимания публики. «Рафика» часто можно встретить в роли официанта или даже бармена на показательных мероприятиях. Он нашёл себе место не только на предприятиях, но и в домашнем быту: машина с лёгкостью выполняет функции уборщика, электрика, слесаря и сантехника, освобождая людей от повседневной рутины. — Не переживай! Я ни капельки не обиделась. Нам всем иногда нужно выпустить пар, — дружелюбно улыбнулась Слава и схватила протестующего против роботов за руку, — Кажется я знаю, где мы сможем немного отдохнуть. Ну же, побежали! И вприпрыжку рванула в сторону прилавка, таща за собой уже хохочущего Нечаева. Вблизи лавочка оказалась настоящим Сладким Королевством! Начиная от ирисок «Кис-Кис», «Тузик», «Буратино», «Золотой ключик», мятных монпансье в металлических коробочках и других всевозможных карамелек и шоколадок до золотых, искрящихся на солнце петушков, зверушек и, наконец, до знаменитого гостовского мороженного. Сливочное, пломбир, фруктово-ягодное, вафельные стаканчики с кремовыми розочками, эскимо, рожок с шоколадной глазурью… Вот она — эра советского мороженого! О его качестве ходили легенды. Славяна глядела на все эти богатства с неописуемым детским восторгом. В её серебристо-голубых глазах полыхало и искрилось несказанное счастье. Эмоции наполняли её с головы до кончиков пальцев, как радуга наполняет небо в теплый летний день. Улыбка светилась на её лице, как летнее, облачко сияющее на чистом голубом небе. Приложив ладони к щёчкам, жадно принялась изучать каждую сладость. Глазёнки разбегались от ярких обёрток. « Совсем, как ребёнок. » — вздохнул Сергей. В какой-то момент стало невообразимо стыдно. Желание провалиться сквозь землю увеличивалось с каждой секундой. Веки тяжело прикрыли серые глаза. Да, он прячет взгляд, чтобы скрыть переживание стыда, который плавно перерастал в вину. Перед кем? Конечно же, перед роботом! В чем она виновата? Разве это плохо, что она может чувствовать себя настоящим человеком? А захочет ли после этого им быть? Или посчитает людей плохими? А существуют ли плохие люди вообще? Кутерьма вопросов не давала спокою. Нечаев измученно провел по лицу и изобразил подобие рыка. Что ж сегодня за день такой, ебучий он пирог? Агент поднял глаза с целью увидеть, что там уже делает Славяна. Та в свою очередь, с восторженной улыбкой мучала бедного Рафика, задавая вопросы и прося рассказать обо всех вкусностях во всех подробностях. Обнимала его, нарекая смешными и милыми прозвищами, и болтала о пустяках. « Похоже любовь к Рафикам и болтовне у Терешковых - это семейное. » - майор искренне улыбнулся. Вот же чудачка! Главное внимание привлёк завороженный взгляд Терешковой на сахарного петушка, купающегося в ослепительных лучах солнца. Тот сиял золотом, игриво подставляя малиновый бочок, и казалось лукаво шептал: « Купи меня! Купи! Не пожалеешь! ». Петушок на палочке - самое желанное и запретное лакомство для большинства детей СССР. Наверное, ни одно кондитерское изделие этих времен, которое можно сделать кустарным способом, не имело вокруг себя столько легенд и фантастических выдумок, как самый обычный леденец, сделанный в виде петушка на палочке. Эта простая конфета, имевшая сладкий до приторности вкус, чаще всего продавалась на рынках и базарах у частников. Причем, основными "монополистами" по производству и продаже таких петушков считались цыгане да бабушки-пенсионерки. У цыган петушки были более привлекательны для детей - ярко-зеленого или малинового цвета, а иногда леденец мог иметь форму не только петушка, но и звездочки, пистолета, белочки, и еще каких-нибудь зверушек, которых не всегда можно было узнать из-за слегка расплывшейся формы. Стоила такая радость всего-навсего пять копеек, и наверное, не было ни одного ребенка, который не притормозил бы у прилавка с петушками и не начал бы клянчить у родителей заветную конфету. В голове тут же созрел " коварный" план. — Славка, ну, где ты там! - якобы по делу окликнул неугомонную роботессу П-3, - Долго торчать собираешься? — Иду! - поспешно крикнула ТЕР-А1 и на прощание махнула своему новому робо-другу. Инженер отсалютовал свое клешнёй в ответ и роботизированным голосом пожелал доброго дня. — Так, дуй пока вперёд по аллее, - скомандовал Плутоний, - А я ещё посмотрю чего тут. Задача ясна? — Так точно, - "отдала честь" девушка, наигранно хмурясь и делая серьёзные бровки. — Без шапки честь не отдают, - усмехнулся Алексеич и посмотрел вслед удаляющейся Славяны, после всунул РАФ-9 5 копеек и тихо буркнул, - Малиновый петушок на палочке. "Продавец" спокойно принял деньги и протянул сладкую радость, наивно блеснув глазами: — Приятного аппетита, товарищ! — Ага. И тебе не хворать. Сергей Нечаев поспешил в сторону аллеи, по которой сейчас топала новейшая Терешкова, даже не подозревающая о чудесном подарке.