На темной стороне луны

***

Сегодня первый раз, когда Хенджин сможет осмотреть свою университетскую общагу. Родители привезли его ко входу в общежитие и помогли выгрузить чемодан из багажника. Мать парня разочарованно обвела взглядом здание. — Может, мы поищем квартиру? — Нет, я не хочу, мама, — Хенджин решил попробовать научиться жить самостоятельно при поступлении в университет. Научиться зарабатывать и осознать ценность денег. Попробовать совмещать учебу и подработку. Родители его были не в восторге. Все же Хенджин единственный сын. Отец баловал его так, как только мог и совсем не хотел верить, что сын решил заселиться в общагу и пойти работать, но безумно гордился своим мальчиком. Хенджин попрощался с родителями и зашел в здание. На первый взгляд все не так уж и плохо. Он надеялся, что сама комната будет выглядеть так же прилично. Комната выглядела убого. Серые обои больше походили на голые бетонные стены. Даже яркое деревянное покрытие не спасало ситуацию. Огромное окно впускало много солнечного света, что порадовало парня. По обе стороны у стен стояли две кровати, к окну придвинут стол и у противоположной стены шкаф. Хенджин не сразу заметил дверь, ведущую в душевую и туалет. «Ну хоть это не общее» — подумал парень и слегка улыбнулся. Он поддерживал идеальную чистоту в своей ванной комнате дома и совсем не горел желанием делить душ с толпой парней. Не все было так гладко, как хотелось бы. Протопав обратно в маленький коридорчик, Хенджин увидел лист регистрации, что был прикреплен к двери. Ли Феликс. Так звали его соседа по комнате. Студентам первокурсникам давали три дня до первого учебного дня для заселения в общежитие. И Хенджин, заселившись утром первого дня, решил сменить интерьер. Он оставил чемодан на кровати, которую выбрал своей и проверил баланс на карте. Денег хватало на обновление интерьера и еще на пару месяцев жизни, если немного экономить. Парень занимался подработками и успел скопить приличную сумму денег. Но стоит и родителей поблагодарить, которые сделали щедрый подарок, получив ответ от университета о поступлении. Хенджин принял его только потому, что отец пообещал больше не вмешиваться в жизнь сына и дать ему возможность всего добиться самому. Хенджин выскочил из общежития и двинулся к такси, которое уже ждало его. Парень решил сменить обои, повесить занавески на окно и облагородить стены картинами. В дороге Хенджин попытался представить своего соседа. Он надеялся, что тот убирает за собой и моется. Ему не хотелось делить комнату с неряхой. Но также Хенджину хотелось подружиться с этим Феликсом, потому что настоящих друзей у него не было. Нами встречалась с ним в выпускном классе, потому что Хенджин был сыном богатых родителей. Он водил ее на свидания в рестораны и театр и никогда не скупился на подарки. По этим же причинам с ним дружили и Ын Джи с Сохунгом. Хенджин был удобным другом. От этих мыслей парень загрустил. Строительный магазин встретил его огромным обилием обоев. Разных цветов, текстур и узоров. Он пытался найти более нейтральные, которые не станут давить на мозг, но и не будут наводить тоску. Он остановил свой выбор на теплом бежевом оттенке. Выбрал темно-коричневые шторы и прозрачную тюль. Хенджин был доволен своим выбором и поспешил обратно.

***

Всю дорогу до общежития Феликс смотрел в окно и вспоминал слова директора. Ему было противно от этих мыслей. Живот скручивало от одного воспоминания. Ему становилось противно от себя. Почему его жизнь такое дерьмо? Почему обладая такой внешностью его все еще заставляли заниматься такими вещами? Хотелось плакать и блевать. Он взглянул на часы и понял, что не ел со вчерашнего обеда. Феликс был доволен, что продержался без еды так долго. Через два дня съемка. Он должен влезть в этот чертов корсет. Машина притормозила возле трехэтажного здания. Парень обреченно взглянул и вздохнул. Водитель помог вытащить чемодан из багажника и попрощался. Феликс остался стоять один на крыльце. Все его вещи вмещались в чемодан. Ему много и не нужно. Одежда, уходовые и гигиенические средства. Феликс немного грустил от этого. — Привет, — его встретил высокий и симпатичный блондин. — Хван Хенджин. — Привет, — Феликс пожал протянутую руку, — Феликс. — Приятно познакомиться. Феликс с нескрываемым интересом рассматривал парня напротив. Пухлые губы, широкие плечи, длинные волосы — идеал в глазах Ли. Точное попадание по всем пунктам. Но что-то не давало покоя. Хван Хенджин. Где-то он уже слышал эту фамилию. — У меня что-то на лице? — поинтересовался парень. «Да, там нет меня» — подумал Феликс, но вслух произнес: — Нет, прости, все хорошо. У меня дебильная привычка рассматривать людей. — Хм, мне постараться привыкнуть? — Хенджин попытался разрядить остановку. — Нет, забудь. Феликс взял чемодан и пошел к свободной кровати. Больше он не разговаривал с парнем до самого вечера. От смущения он не знал, как начать разговор.

***

Хенджин был доволен своим соседом. Он опрятно выглядел. От него приятно пахло. И он безумно красив. Блондин хотел познакомиться с парнем поближе. Но лицо Феликса выражало такое разочарование, что он не решался и рот открыть. Почти три дня он прожил один в собственноручно отремонтированной комнате и не чувствовал дискомфорта, а теперь ему кажется, что он занял слишком много места и Феликсу некомфортно. С этими мыслями Хенджин присел на кровать и уставился на Ли. — Давай сходим куда-нибудь? — Зачем? — с искренним непониманием спросил Феликс. — Ну, типа хочу подружиться, — Хван сглотнул и виновато улыбнулся. — Плохая идея. — Ага, еще скажи, что я должен держаться от тебя подальше, — Хван закатил глаза и улыбнулся. Губы Феликса изогнулись в почти незаметной улыбке. — Да, считай, что так. — Это пиздец как убого звучит, друг. Как в сопливой мелодраме. Только там такие слова притягивают девчонок, а в жизни хочется послать «не таких как все» загадочных парней, — Хенджин откровенно веселился. — Куда ты хочешь сходить? Хенджин застыл, он не думал, что Феликс согласится. — Ну поесть куда-нибудь, — Хенджин вскочил с кровати. — Эй, я не соглашался, так что не суетись, — Феликс бросил короткий взгляд. — Не сегодня, Хенджин. Я устал и нехорошо себя чувствую. — Ладно, — смирился, — я могу помочь? — Нет. Феликс взял полотенце и пошел в душ. Пока горячая вода струилась по торчащим ребрам, Феликс думал, сколько он еще протянет в таком режиме. Сколько бы он не голодал — им все мало. Постоянные нотации за лишние цифры на весах. Его всегда ругали, когда одежда была ему не по размеру. Он не помнил, когда последний раз полноценно ел. Вечные легкие перекусы и сплошные голодовки. Горячая слеза скатилась по покрытой веснушками щеке, когда Феликс вспомнил об утреннем разговоре с директором. Он знал об обратной стороне моделинга, когда подписывал контракт, но не думал, что все уходит настолько глубоко. Когда ему приказали перестать есть — он согласился. Когда его стали знакомить со спонсорами — он мило улыбался и непринужденно болтал с ними. Когда его впервые отправили на вечеринку одного из спонсоров, которых хотел заполучить директор, Феликс во всей красе появился на приеме и смог зацепить того самого мужчину. Теперь его отправляли на приватные встречи. Феликсу хотелось блевать от себя самого. Неужели можно пасть еще ниже? Горько. Очень горько становилось от этих мыслей. И если бы он мог, то бросил бы все это дело и ушел работать хоть на стройку. Но директор крепко вцепился в парня с ангельской внешностью. Денег выплатить неустойку за нарушение контракта не было. Да и идти ему было некуда и не к кому больше. От горячего пара становилось тяжело дышать. Феликс схватился за дверь душевой кабины и дернул. Холодный воздух ударил по мокрому телу со всей силы. Он быстро вытер влагу с кожи и накинул полотенце на волосы. Хенджин уже дремал, когда Феликс зашел в комнату. Он тихонько прошел к своей кровати, достал из шкафа огромную футболку, в которой спал и улегся. — Простынешь, если не высушишь волосы, — Хенджин подал голос. — Доброй ночи, Хван Хенджин. — Ага, и тебе доброй. Феликса прошибло дрожью, когда он понял откуда знает эту фамилию. Господин Хван присутствовал на одной из вечеринок, на которую Феликса заставили пойти. Он прикинул в голове их возраст и предположил, что Хенджин сын неудавшегося спонсора. «Еще один богатенький придурок». Феликс улыбнулся своим мыслям. Если бы не обстоятельства, он попытался бы сблизиться с красавчиком-богатеем. Но разве у Феликса есть шанс на спокойную и хорошую жизнь?

***

Первый учебный месяц для Хенджина прошел очень легко. Он понимал учебный материал, легко усваивал программу и нашел подработку в частной художественной студии. Хенджин стал позировать начинающим художникам. Владелец сразу согласился, когда увидел парня. Платили не очень много, но Хенджину хватало на жизнь. Феликс не шел на контакт. Парень возвращался с занятий уставший и еле стоящий на ногах. Он оставлял вещи и уходил, всегда возвращаясь после десяти. Его лицо украшал макияж, а образы заставляли останавливать взгляд и в конце третьей недели Хенджин словил себя на том, что ждет его возвращения. Просто что бы смотреть. Просто любоваться. Сегодня Хенджина позвал в кафе один из художников студии, где он подрабатывает. Ян Чонин всегда по-особенному смотрел на парня. Всегда старался оказаться рядом и прикоснуться. Совсем не тактильный Хенджин вежливо отодвигался от нарушающего пространство парня. Ему не сразу дошло, что Чонин обзавелся чувствами в его сторону. Хенджин не стал отталкивать парня, но согласился на ужин, чтобы разъяснить все. Кафе находилось достаточно далеко от общежития и Хенджин взволнованно поглядывал на часы. Сегодня они очень задержались в студии и потратили почти час на дорогу сюда. — Это мое любимое заведение, — первым делом сказал Чонин, когда они сели за стол. — Хороший у тебя вкус, — Хенджин вежливо улыбнулся. — Да, тут уже и не поспоришь, — Чонин смущенно опустил глаза. Хенджин сразу понял, что имел в виду Чонин. Ужин они провели за непринужденной беседой о масляных красках, холстах и художниках современности. Чонин не сводил восхищенного взгляда с блондина. Тому становилось неловко. — Чонин, прости, что скажу это, но мне нравятся девчонки. — Я уже понял, Джинни, — Хенджина передернуло от этого обращения. — Ты совсем не дашь мне шанса? — Прости, — виновато опустил взгляд. — Я хочу дружить с тобой. Ты нравишься мне как человек. Ты творческая личность и внутренний мир твой настолько глубок, что, иногда, мне кажется, будто я тону в твоей внутренней эстетике. Но не более. Настроение Чонина пропало, но он старательно не подавал вида. Парни посидели еще полчаса, вызвали машины и разъехались по домам. В общежитии Хенджин столкнулся с незапертой дверью. Это показалось ему странным. Феликс всегда закрывал дверь, даже если возвращался за учебниками на минутку. Хенджин прошел в комнату. Обуви не было, значит, Феликса тоже. Парень совсем испугался. Он разблокировал телефон и нашел номер охранника здания. В их комнате горел свет и маленькую прихожую освещала тоненькая ниточка света. Феликс сидел перед дверью в ванную комнату и прижимал руки к разбитым губам и носу. Засохшая кровь была везде: на лице, руках, белая шелковая блузка впитала яркие капли. Парень смотрел вперед невидящим взглядом и почти не дышал. — Блять, Феликс, — Хенджин бросился к нему. — Все хорошо? — Прости, Хенджин, — Феликс попытался встать. Голову тут же прострелило резкой болью и в глазах потемнело. Его повело, и Феликс решил, что сейчас упадет. Хенджин схватил его за плечи и потащил в душевую. Он включил воду и принялся стягивать пропитанную кровью одежду. На секунду он подумал, что если бы не кровь, то Феликс выглядел бы как спустившее с небес божество. Он не понял свои мысли. Всего пару часов назад он отшивал Чонина, объясняя, что не смотрит на парней «такими» глазами. Неужели наврал ему и себе? Феликс не сопротивлялся. Больше не вырывался и позволял Хенджину раздевать себя. Его дико тошнило, и он не понимал от чего. От самого себя или от произошедшего. Как он мог согласиться? Неужели деньги и слава могут заставить его быть подстилкой богатых стариков? Неужели он может отдаваться за узнаваемое имя? Феликс плакал. Беззвучно и горько. Хенджин видел это, но с вопросами не лез. Феликс расскажет все сам, когда посчитает нужным. Хенджин расстегивал инкрустированный стразами ремень, когда зацепился взглядом за назревающую гематому на ребрах с левой стороны. — Феликс, может, съездим в больницу? — Нет, пожалуйста, — парень зарыдал в голос. — Все. Понял, — попытался успокоить. — Тут синяк, — он провел пальцами по синеющей коже. — Тебе больно. — Не так, как больно внутри. Хенджин внимательно посмотрел в красные глаза парня напротив. Боль, отчаяние, ненависть. Хенджин разом испытал все это. Он помог снять штаны младшему и ахнул, увидев следы на мягких бедрах. — Тебя изнасиловали, Феликс, — вслух произнес. — Это моя вина. — Ты с ума сошел? Ты жертва, Феликс. Ты должен заявить об этом. — Нет, я не смогу разрушить то, что построил с таким трудом, — Ли плакал. — Не мое это дело, — Хван злился. — Но ты не заслужил такого. Никто не заслуживает. Хенджин включил воду в душевой кабине и провел туда Феликса. Он намылил его тело и стал нежно оглаживать кожу. От каждого движения младший сжимался сильнее и Хенджин понимал почему. Он слышал всхлипывания и тихий скулеж. — Я оставлю тебя, хорошо? — Хван решил не давить своим присутствием на парня. — Не надо, просто побудь здесь, — Феликс вжимался в кафель. — Один я с ума сойду. И Хенджин остался. Он закрыл дверь душевой кабины и сел спиной к ней. Мысли роились в голове. Руки сжимались в кулаки и огромный ком давил на грудь. Он не понимал, почему он готов забрать всю боль Феликса на себя, почему готов пойти на убийство всех его обидчиков. Хенджин был готов позвонить отцу и найти обидчиков невообразимо красивого и нежного парня, что глотает сейчас горькие слезы ненависти к себе. Время тянулось медленно. Слезы высохли со щек Хенджина, когда Феликс отодвинул дверь кабины. Старший рывком встал и схватил полотенце с полки, отвернулся и протянул Ли. Феликс намотал на себя полотенце и прошлепал в комнату, оставляя Хенджина и мокрые следы за собой. — Ты заболеешь, если не высушишь волосы, — Хенджин вошел за ним. — Не заболею. Ночь они провели в своих постелях и без сна. Один сгорал от ненависти к себе и несправедливости мира, другой корил себя за бесполезность.

***

Следующие две недели прошли без изменений. Феликс не объяснял тот случай, Хенджин не лез в душу и ждал. Медленно сходил с ума от любопытства и пытался принять, что чувствует симпатию к парню. Последнее особенно сильно давило на Хенджина. Он спрашивал у Чонина, как тот осознал свою «ненормальность». И Чонин потратил почти два часа, объясняю Хвану, что он не ненормальный. Что если люди хотят любить кого-то, то пусть любят и если он повесит на себя ярлык, то окончательно и бесповоротно сломает себя. Чонин просил его дать самому себе шанс на счастье. Их беседу прервал звонок. Хенджин удивился, когда увидел, что звонит Феликс. — Феликс? Что-то случилось? — Ты можешь приехать за мной? — Феликс говорил шепотом. — Пожалуйста, сейчас приедь за мной, Хенджин. Я обещаю объяснить. — Адрес? — Я пришлю местоположение. Скажи, что ты директор Сонхва и тебе нужно забрать меня, чтобы подготовить ко встрече со спонсором. — Я понял. Хенджин получил местоположение младшего и рванул из кафе, извинившись перед испуганным Чонином. Таксист довез его до клуба за пятнадцать минут. Хван пулей выскочил из машины и залетел внутрь. Охранник не спросил документы, лишь внимательно осмотрел и указал рукой на верхний этаж. Хенджин быстро поднялся по лестнице и стал заходить в каждую приватную комнату в поисках Феликса. Открыв вторую дверь, он понял, почему охранник не выгнал его, а пропустил сюда. «Бордель» — пронеслось в голове. — Блять, — пробурчал он под нос. В комнате молодой брюнет отсасывал взрослому мужчине, который целовал такую же молодую девушку. — Сука, сука, сука, Феликс. Он нашел Феликса в шестой и последней комнате. Там, за круглым столом, заставленным различными бутылками, сидело трое мужчин. Дорогие костюмы, хорошие часы и идеальные укладки. — Директор Сонхва, — представился, — мне нужен Ли Феликс. Феликс сидел на коленях одного из мужчин. Его глаза были красными из-за слез и таблетки, что силой затолкали ему в горло. Он услышал свое имя и стал вырываться из крепкой хватки. — Кто? — поднял голову мужчина. — Не пизди тут. Тебе сколько лет? Вали, пока можешь, сопляк. — Мне нужен Ли Феликс и я заберу его, — уверенно повторил Хенджин, пряча трясущиеся руки за спину. — У него приватная встреча со спонсором. — Я его спонсор, — безучастно ответил мужик, что прижимал отбивающегося парня. Хенджин заставлял себя стоять на месте и не разбить что-нибудь о лицо этого уебка. — Кто? — спросил другой. Хенджин не знал, что отвечать, Феликс ему не объяснял. Он решил рискнуть. Либо все, либо ничего. — Господин Хван, — заявил Хенджин. Лицо лапающего задницу Феликса мужика вытянулось. Другой присвистнул и потянулся за стаканом. — Отпусти, — приказал третий. — Да ты охуел! — мужик принялся махать рукой. — Я, блять, его сегодня выкупил. — Нам проблемы не нужны, — поднялся другой. — Мы поедем, а твой труп завтра найдут под мостом. Все еще хочешь связаться с Хваном? Хенджин замер от удивления. Они боялись его отца. Он, конечно, знал, что отец влиятельный бизнесмен, но не думал, что настолько. — Сука, — недовольно вздохнул мужчина. — Он под молли*. Не знаю, как ты его подготовишь. Не знал, что этот старый хрен интересуется мальчиками. Хенджин подошел и поднял Феликса. Тот на ногах не стоял. Посмотрел красными глазами в глаза и, обняв руками шею, повис на Хване. Домой добирались в тишине. Феликс тихонько постанывал и ерзал на груди Хенджина. Таксист украдкой поглядывал в зеркало. — Его не стошнит? — наконец подал голос. — Все под контролем, — заявил старший и перехватил руку Феликса, которая тянулась к паху. «Блять, блять, блять» — пронеслось в голове Хенджина. Он взял тонкие ручки Феликса в свою ладонь и прижал к груди младшего. Хенджин мысленно умолял водителя ехать быстрее. Тот, будто специально тащился медленнее всех в потоке машин. Феликс продолжал попытки освободить руки. Когда понял, что не выйдет, что Хван сильнее, он прижался лицом к груди старшего. Шумно втянул воздух и поднял голову, скользнув носом по ключицам, что красовались из-под широкой футболки. Хенджина прошибло дрожью. Он старался не показывать реакцию и не провоцировать Феликса. Свободную руку он убрал с костлявой спины Феликса и положил на макушку. Зарыл длинные пальцы в мягкие светлые волосы и прижал к себе, сковывая движения. Феликс захныкал, когда понял, что Хван его почти обездвижил. — Далеко еще? — прошептал он, касаясь губами ключицы. Хенджин вздрогнул и пожалел об этом. — Нет, почти приехали. Феликса не интересовал ответ, он почувствовал дрожь старшего и приложился губами еще раз, скользнул языком. Хенджин надавил сильнее. — Я задохнусь, — пожаловался младший. Хенджин не ответил. Он внимательно смотрел на приближающее здание общежития. — Приехали, Феликс, — он потормошил парня. — Хорошо, — ответил Филикс, не двигаясь. Хенджин понял, что младшего придется нести на руках до кровати. Ли не сопротивлялся. Лишь крепче прижался к крепкому телу Хвана, обвил руками, уткнулся в шею, оставляя невесомые поцелуи. — Ты пожалеешь об этом завтра, — Хенджин попытался его предостеречь. — Завтра я уже буду мертв. И ты, по моей милости, тоже. — Не неси хуйню, все обойдется. — Ты не представляешь, с кем я связался. — Ты не представляешь, с кем свяжутся они, — уверенно ответил Хенджин, вспоминая реакцию на имя отца. Феликс не ответил, но продолжил чмокать шею старшего. Он пропустил язычок и сделал пробное движение. Хенджин снова вздрогнул. — Отнеси меня в душ, — попросил младший. Хенджин отнес. Поставил Феликса и отпустил. Тот моментально согнул ноги в коленях и упал. Хван не успел его поймать и присел рядом. — Все хорошо? Ты не ударился? — Поцелуй меня? — заглянул в глаза старшему. — Нет. — Ну конечно. Куда тебе целовать шлюшку Ли Феликса, — грустно улыбнулся он. — Нет, Феликс, не в этом дело. Ты под кайфом, завтра будешь жалеть. — Оставь меня, — огрызнулся Феликс. — Съеби нахуй. Дай мне захлебнуться жалостью к себе. Хенджин понимал, что это наркотик говорит в нем: — Ты обещал рассказать. — Ах, точно, — Феликс показал безумную улыбку. — Я шлюха, что отдается за обложки журналов и посредственные рекламки, потому что мой директор обещает продать меня сутенеру, если я ослушаюсь или нарушу условия контракта. Хенджин попытался переварить сказанное. Он знал, что Феликс имел контракт с модельным агентством. Видел его в журналах. Но не думал, что парнем пользуются в свою выгоду. Он точно знал, что принуждение к этому незаконно и контракт не предусматривает секс со спонсорами. — Как давно ты этим занимаешься? — Хенджин встал, он чувствовал, что закипает. — Почти два года, — Феликс уже не стеснялся. — Два года я верчу задницей на членах ебаных буржуев. — Хватит, прошу тебя, не говори так. — Но это же правда. Ты хотел правду. — Больно слышать это. Ты безумно красивый, Феликс. Ты заслуживаешь все контракты мира. — Ха-ха, — улыбка младшего становилась все более безумной. — Не бывает все так просто. Что бы что-то получить, нужно что-то отдать. — Отдать? Себя отдать? — Хенджин перешел на крик. — Ну, получается, что так. — Где твои родители? Как ты в это попал? — Где-то в Японии. Какое им дело до сына неудачника. За эти два года они ни разу не позвонили. Феликс поиграл с волосами и, схватив руку старшего, дернул его на себя. Хенджин в последний момент успел выставить руку, чтобы не приземлиться на Феликса. Младший быстро среагировал, нашел его губы и прижался своими. Хенджин не сильно удивился. Он попытался отстраниться, но быстро понял, что сам этого не хочет. Позволил младшему сминать свои губы и отвечал на поцелуй. Феликс целовал его нежно, томно и тягуче. Так, как никогда никого не целовал, но очень хотел. Нежные губы Хенджина идеально подходили к его собственным губам. Он провел языком по верхней губе старшего, потом по нижней и проник в его рот. Хенджин испытывал противоречивые чувства. С одной стороны, он целует парня, при этом ему совершенно не нравились парни. С другой стороны, он целует Феликса. Пару часов назад он осознал свои теплые чувства к нему, но еще не успел принять их. Поцелуй вскружил голову старшему. Он чувствовал стремительно разливающееся по телу тепло. Чувствовал движение в штанах. Движение от маленькой ручки Феликса, которая уверенно пробиралась к ширинке старшего. Его сладкий язычок имел рот Хвана, а рука принялась двигаться по всей длине. Хенджин стонал в поцелуй. Он схватил руку Феликса и убрал от себя. — Я не буду жалеть, — Феликс посмотрел на него огромными глазами. — Обещаю. Просто помоги мне. — Я ни разу не… — Я помогу, — сжал плечо Ли. — Ты нужен мне, Хенджин. И Хенджин поможет. Сейчас и в дальнейшем. Он уже понял, каким образом. Но в данный момент перед ним горячий, в прямом смысле слова, парень, который своим языком трахает его рот. Хенджин поднял Феликса и принес на постель. Младший сразу же стянул с себя одежду и принялся раздевать Хвана. Хенджин завис на гладко выбритом теле младшего. «Он же модель, чему ты удивляешься?» — про себя подумал он. Опустился и поцеловал острое плечико. Кости Феликса торчали. Нездоровая худоба пугала старшего. Хенджин покрывал поцелуями каждую торчащую косточку, пока Феликс не оттолкнул его. Феликс протолкнул два пальца в рот Хвану и другой рукой принялся ласкать его горячий член. Хенджин сосал его пальцы, обильно смачивая слюной. Ли убрал руку от его рта, сам плюнул на пальцы и перевернулся. В коленно-локтевой Феликс приставил палец ко входу и протолкнул. Палец вошел легко, без боли и неприятных ощущений. Хенджин наблюдал с легким удивлением. И Феликс добавил второй палец. Он вошел труднее, Ли зашипел от дискомфорта. Он растягивал себя, двигая пальцами быстрее и расставляя их широко. Хенджин любовался. Ему захотелось поцеловать мягкие ягодицы Феликса. Он наклонился и коснулся их губами. Рука Феликса остановилась, а губы Хенджина скользили ближе ко входу. Он провел языком вокруг пальцев, и Феликс застонал, но не от неприятных ощущений, а от удовольствия. Уловив пошлые стоны, Хенджин сжал обеими руками ягодицы и впился в дырочку Феликса. Младший с громким хлюпом вытащил пальцы, передав главенство Хвану. Хенджин пробирался языком внутрь, скользил вокруг и громко причмокивал. Вязкая слюна стекала по подбородку и капала на постельное белье. Феликс захлебывался удовольствием. Его трясло, как осиновый листик. — Я сейчас кончу, Джинни. Хенджин поморщился от обращения и сильнее толкнулся языком внутрь. Рукой он прикоснулся к мокрому и горячему члену Феликса. Провел туда-обратно и почувствовал, как на пальцы потекла горячая жидкость. Феликс задрожал крупно, но продолжил держать зад. — Войди в меня, быстрее, — приказывал он. Хенджин со скоростью света метнулся к рюкзаку, достал презерватив и вернулся к Феликсу. На пробу вставил два пальца, провел по горячим стенкам и резко заменил их на член. Грубыми толчками он цеплял простату Феликса. Младший громко стонал и Хенджин переживал, что завтра их отчитают за шум соседи, поэтому он перехватил Феликса под грудь, положил руку ему на рот и прижал затылком к себе, продолжая вбиваться в хрупкое тело. Капельки пота стекали по вискам и подбородку. Светлые волосы облепили лоб. Звук шлепков разносился по всей комнате, разбавляемый мычанием Феликса, которому заткнули рот. — Тише, — прошипел Хенджин. Он опустил руку с губ младшего и уложил на его шею, слегка надавливая. — Сильнее, — попросил Феликс. Дважды повторять не надо. Хенджин крепче сжал тонкую шею. Феликс закатил глаза в удовольствии. Его член снова стал наливаться кровью и твердеть. Парень готов ко второму раунду. Хенджин улыбнулся и особенно сильно толкнулся в Феликса. Одной рукой он сжимал горло младшего, а другой дрочил ему в так своим толчкам. Феликс задрожал, как в припадке. Хенджин испугался и опустил руку с горла. В этот же момент Феликс громко простонал и кончил. Хенджин убрал руку с его члена и положил на тазобедренную косточку. За них притягивая к себе младшего, он вдалбливался в него сильно и быстро. Феликс откинул голову на плечо Хенджина и толчки резко замедлились и стали беспорядочными. Хенджин достиг своего удовольствия. Он еще пару раз толкнулся в младшего и вышел. Снял презерватив и бросил его на пол. Развернул к себе почти бездыханное тело и прижал к своему. Феликс громко вздохнул и отключился.

***

Утро встретило его ярким солнцем и чужим запахом. Феликс открыл глаза и обнаружил, что спит в постели Хенджина. Он поднял одело и не нашел на себе белье. — Блять, — пробурчал он. Феликс попытался встать, но поясницу прострелило резкой болью. — Блять, — выругался громче. Он перевел взгляд на окно и мысленно отругал Хенджина за раскрытые шторы. На своем телефоне он нашел прилепленный стикер. Хенджин писал: «Я помог тебе помыться и уложил в свою постель. Твое белье постирал. Сегодня оставайся в общежитии, я решу твою проблему. Ты обещал не жалеть. Я обещал помочь.» Феликс улыбнулся. Он вспомнил прошедшую ночь. Он не мог точно сказать, что набросился на Хенджина из-за наркотика. Феликс хотел это сделать давно. Но ситуация с агентством не давала даже рассмотреть шанс на крохотное счастье. — Неужели это все? — подумал Феликс. Он решил, что Хенджин воспользуется связями отца и Феликс лишится работы. Дрожь прошла по телу. Он любил камеру, как и камера любила его. Любил вспышки и съемки. Жаль с этим прощаться, но он готов. Ради себя. Ради Хенджина. Почему он не мог сделать этого раньше? Что его держало? Контракт и неустойка. Директор Сонхва. Блядские спонсоры. Благодаря Хвану, Феликс сможет вылезти из этого. К полудню вернулся Хенджин. Он тихонько приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Шторы плотно завешаны. На кровати, замотавшись в одеяло, мирно сопело божество, называемое Ли Феликсом. Его белые волосы растрепались на подушке, красные и припухшие от ночных поцелуев губы слегка приоткрыты. Густые ресницы подрагивают. Хенджин прикоснулся пальцем к веснушкам парня. Он пообещал себе сосчитать их все. — Привет, — улыбнулся младший. — Так ты не спал, — возмутился Хенджин. — Да, а ты пялился, — Феликс потянулся. — Где ты был? — У отца. — Это все? — Все? — переспросил Хван. — Конец моей карьере? — Нет, Феликс. Как ты мог такое подумать? — притворно возмутился Хенджин. — Кто я такой, чтобы перечеркнуть твои труды? — Блять. — Тебя переведут в другое агентство. Сонхву посадят. Ты не первый, с кем так поступили. Там полиция сама разберется. — А контракт? — Не переживай, хорошо? — Хенджин чмокнул младшего в лоб. — На следующей неделе познакомишься со своим менеджером. Не буду обещать билборды, порекламируешь косметику и бижутерию, постепенно ты сможешь все. Ты еще студент. Посовмещаешь, а там решишь, что тебе больше подойдет. — Я не знаю, как благодарить тебя, — щеки Феликса обжигали горячие слезы. — Ты мне нравишься, Феликс, — Хенджин заглянул ему в глаза. — Я не знаю, где мы будем через пару лет, но, прошу, давай попробуем быть счастливыми вместе здесь и сейчас. Феликс прижался своими губами к губам старшего и отчаянно обнял тонкими ручками. — Давай, Хенджин, — согласился он. — Ну все, перестань плакать. Пойдем поедим. Худющий, как смерть. Кожа да кости. Феликс улыбнулся так же ярко, как ярко засветило внутри него солнце, что разогнало густую тьму.