Его место не в галерее, а в моей квартире

— Юнги, пожалуйста, отпусти, отступи. А он не может, если он сейчас отступит, то больше никогда не увидит Тэхена. С большой вероятностью и жизни он больше не увидит. Как это вообще произошло? — Юнги? — аккуратно дверь в комнату открывается, а на пороге стоит Чонгук. Мин всегда поражался, как же он умудряется в себе сочетать это милейшее, буквально детское лицо с этим невероятным совсем не детским телосложением. — Ну куда ж ты в такую рань приперся? — недовольно бурчит Юнги, отворачиваясь к стене и прячется под одеялом. — Знаешь чтооо сейчас произошло? — бесцеремонно Чон плюхается на кровать. — Боже, конечно, я не могу даже представить, что же может произойти в такую рань, что ты даже припёрся разбудить меня. И если это что-то не такое грандиозное, как ты об этом говоришь, я задушу тебя вот этими руками. — Юнги вытягивает одеяло из-под пятой точки Чона и крайне недовольно смотрит на, ну уж слишком, светящегося от радости младшенького. Они дружат уже очень много лет, и кроме разницы в возрасте, в них ну столько разного, что поражает факт того, как это вообще? Юнги, который спит до обеда, а потом всю ночь может провести в студии за работой, противостоит тому как Гуки встает с самого утра, идет на пробежку, следом разминка, завтрак, а затем уже на работу, обед по расписанию, домой во время, пробежка, ужин. А вот рацион Юнги состоит из энергосов и хорошо, если пары бутеров, да и вообще, активностью он не отличался, ссылаясь на «энергосбережение, а не лень». Юнги вообще больше любит побыть один, либо в компании Чона, но не слишком долго. Мин любит тишину, покой, и спать. А Гук полная его противоположность, тому шумные тусы подавай, он еще и умудряется нет-нет, да затащить Мина туда. — Я сегодня, как обычно, встал в без пятнадцати шесть. — начал Чонгук, и в этот момент Мин понял свою ошибку, для больших приукрас мелкий решил сделать «ход конем» и начал рассказ с самого своего пробуждения, чтобы когда дело дойдет до события о котором изначально шла речь, хён действительно воспринял это целым событием, устав от всей предыстории. Но увы, пути назад нет, от чего Мин лишь тихо простонал, состроив моську недовольного кота, на которую Гуки не обратил, конечно же, никакого внимания. Юнги всеми правдами пытался вникнуть во весь рассказ, на каждом предложении спрашивая: «Это оно?», но каждый раз получал отказ. И окончательно сдавшись просто смотрел на Чона, так внимательно, что мог разглядеть каждую ресничку, но. тот будто и не замечал. — Ну и вот, когда я зашел в кафе, там не было Со Джуна, бармена, который обычно продает кофе. Обычно в этот день недели и в это время его смена, нет, конечно возможно, что он заболел, или у него дела, но! — Чон сбивался, а это значит рассказ подходил к самой его сути, и можно было начинать действительно слушать то, о чем говорил младшенький. — Видимо он уволился, потому что вместо Со, кофе мне наливал другой басиста. Черт, Юнги, мне кажется, я влюбился. И не безосновательно. Он смог сделать для меня кофе с первого раза, да так идеально! А ещё у него такие глаза. Он очень красивый. Ещё мы с ним разговорились, оказалось, что он недавно переехал в наш район, устроился на работу и собирается ходить в зал, куда я хожу. Его зовут Ким Тэхен. Юнги, ты слушаешь? Юнги слушал, он это умел, слушать и слышать и более, чем отлично делал это, возможно из всех знакомых — лучше всех. Юнги слушал лучше, чем говорил. И. он любил это. — Так, ты прибежал сюда так рано, чтобы сказать мне, что влюбился в нового баристу? — Мин, ты меня совершенно не слушаешь, это не просто какой-то бариста. Его зовут Ким Тэхен, он дал мне свой номер. У него карие глаза, на одном из них двойное веко, его волосы — это милые темно каштановые кудри, а его речь. такой бархатный голос и очень хорошо поставленная речь, он смог сделать мне кофе именно так как нужно. Господи, я просто не понимаю, почему он работает баристой, а не моделью. хотя, если бы он был моделью, мы бы не познакомились. Он просто невероятный. — продолжа тараторить Чонгук, а Мин все еще пытался понять, что же такого случилось, что возникла надобность его будить. — Так, Чон. Чооон. — начал Юнги, но монолог Юнги не прекращался. — Гуки, твою мать! — крикнул Юнги, чтобы привлечь внимание младшего. — Я слышу тебя. И я за тебя очень рад. — искренне улыбнулся Юнги. — Раз уж он так понравился тебе, и у тебя есть его номер, напиши. Напиши и пригласи прогуляться и попить кофе, а можно и сразу выпить. — это наконец привело Чона в чувства, и он, словно окаченный холодной водой, уставился на Мина. — А точно. — он так глупо улыбнулся, будто только, что это понял. — Чонгук! — Мин покачал головой и усмехнулся.

. . .

Интересно, что связывало этих двоих. Юнги снова проснулся под вечер, он до самого утра сидел на студии, делая музыку, что-то пытался записать. И в который раз не получалось, он психовал, несколько раз швырял что-то со стола, и запивал усталость энергетиком. Чон писал каждый день, спрашивал, как его дела, звонил и рассказывал о Тэхене. — Юнги, завтра Тэ позвал меня после работы в ресторан, ну тот, который недалеко от твоего дома. Как думаешь, мне стоит пойти в костюме? Или все же, что-то менее официальное. — Гуки, это не предложение, а просто поход в ресторан, вы знакомы неделю, ты еще в смокинг вырядись, и бабочку не забудь, ага. — в привычной манере, говорил Мин, но понял, что сказал глупость, услышав тишину в трубке. — Гук, это шутка! Джинсы и водолазка, будут отлично. — О, спасибо! Представляешь, Тэхен переехал в этот район, чтобы жить поближе к своей бабушке, чтобы ухаживать за ней, он просто невероятный. А еще у него есть собака — Ёнтан, такой милый шпиц. Кстати, он в совершенстве знает английский и французский. — Чонгууууук. — уже заныл Юнги, который никак не мог сконцентрироваться, и в сотый раз удалял и добавлял один и тот же отрывок. — На сегодня информации о Ким Тэхене достаточно. Еще один факт, и он вытеснит нужную информацию, типа той, что мне нужно спать или есть. — А я думал, ты никогда не владел этой информацией, ведь все твое питание — энергетические напитки, а спишь ты, когда тебя просто вырубает. — смеется Чон, а Юнги только закатывает глаза. — Все все, я тебе позвоню завтра, расскажу, как прошел ужин. — Хорошего вечера, мелкий. — Спасибо хён. Просидев так еще несколько часов, Юнги все же заварил лапшу, перед тем как уснуть. Теперь можно сказать, что он все же знает, что такое еда и нормальный сон.