Рваная рана

* * * Проснувшись, Леон почуствовал боль и резкое покалывание в груди. Как будто несколько сотен иголок беспрерывно попадают ему в грудь. Открыв глаза, увидел на удивление чистую повязку. Джек хоть и псих, но с инфекцией не шутят. Он явно не хотел чтоб его объект внимания умер от неглубоких и явно не шибко серьёзных ран. Кеннеди встал с кровати, всë его тело под бинтами покрывала засохшая кровь. На столе лежала записка. На рваном и не самом аккуратном листке бумаги, резким и уж слишком непонятным подчерком был написан маленький текст- — Доброе утро, принцеска, я поменял тебе повязку. В твоей комнате есть душ. Комната была пуста, и это было хорошей новостью, ведь блондин собирался принять душ. Леон смог дойти до ванны и встал перед зеркалом. Он осматривал своё тело и лицо, как ни странно лицо его казалось совсем не тронутым, только шея агента говорила о вчерашнем безумном дне. Разорвав бинты и сняв повязки он, увидел результаты тщательной работы Краузера. Порезы оказались не столько глубокими чтобы причинить реальный вред, но и оставить шрам вполне могли. Леон любил, любил шрамы, они напоминали ему о событиях прошлого, хотя, шрамов от этого пиздеца он явно не хотел. Его легко можно было не заметить, учитывая сколько засохшей крови было на груди и шее. Сняв чёрные от грязи и крови штаны, забрался в душ и включил горячую воду. Струйки воды спускались по стройному телу и скатывались вниз, кусочки засохшей крови отваливались, открывая рану. Это приносило боль, но не настолько сильную чтобы отказаться от столь нужного в этот момент — душа. Мысли путались, в его голове как будто завязалась паутина из событий, паутина, которую было трудно расспутать. Леон набрал немного мыла из дозатора на раковине осторожно промывать раны, пытаясь лишний раз не травмировать их. Запрокинув голову, направил сильный поток воды на мягкие, светло-пепельные волосы Кеннеди. Надо попытаться узнать что-то об Эшли у Краузера, хотя вряд-ли он что-то скажет просто так, значит ему надо подыграть. Усыпить его бдительность. — Нравиться, что получилось, да? — Хватит ко мне подкрадывается, Краузер, — парень попытался отодвинуться, чтобы меньше показывать своë тело майору, ему было противно даже от его взгляда. Он казался то ли озобоченым, то ли одержимым психом. — Называй меня просто Джек, — сильные руки опустились на бëдра Леона, грубо сжимая и поднимаясь выше. Оставляя красные следы от прикосновений на бледной коже, — Подойди ближе, Леон. Агент послушно приблизился к своему похитителю, свирепо смотря на него, — Такой послушный…- его руки поднимаются к груди Кеннеди. — Выходи у тебя есть пять минут салага, я не буду ждать. Краузер вышел из ванной, он оставил чуть открытую дверь, которая спускала в комнату холод, который будоражил тело Леона. Уëбок. Леон выключил воду и обернулся полотенцем, которое он нашёл в тумбочке под раковиной, и побыстрее вышел. Не очень хочется испытывать терпение этого придурка. Выйдя из ванной, заметил поднос с едой на тумбочке, но майора не было. На подносе был не маленький кусок мяса, овощи и вода. Всë выглядело довольно прилично для этого места, или Леону так казалось из-за дикого голода и жажды. Хотя есть это было бы слишком неразумно, из лап этого монстра, неизвестно, что он туда сможет добавить. Но голод не тëтка, тем более если бы хотел, Джек давно убил бы его. Леон сёл на кровать и положил поднос на ноги и начал потихоньку есть. Он тщательно всё пережевывал углубляясь в свои мысли. У еды был странный вкус, но Леону было плевать. Он был слишком голоден и утомлен. Всё что он хотел это сбежать домой от этого придурка, Леон вспоминал свою уютную квартиру. Как по вечерам он сидел и смотрел на закат, будто в пустоту. Но это была не пустота, в пустоте он видел мир и вселеную. Как будто его что-то звало туда, в даль, в неизбежность. Звук открывающейся двери отвлëк его от трапезы, Краузер с не большой стопкой одежды прошëл в комнату. Всё же Леон понимал к чему идёт дело и от этого его агрессия как будто скапливалась в горле и вставала толстым комом, перекрывая дыхание. — Вижу ты тут обустроился, ждëшь меня как верная домохозяюшка? — Краузер прошëл дальше, и сёл на край кровати. — Я не твоя вешь, ублюдок! Сказал Леон скрипя зубами от злости. Краузер протянул руки близко к Леону, гладя его по щеке. — Ты настолько тупой ,что не понял? Леон рыпнулся и резко убрал руку Краузера. Внезапно Джек снова потянул руки к Леону. Он взял его за подбородок, обхватывая часть шеи. Даже если бы Леон попытался выбраться, то это было бы неразумно. Он был в полной власти Краузера. Он находился в его руках, в его доме, и в местности, которая частично под его контролем. — Сукин ты сын. Сказал Леон, неровным голосом, ему явно не хватало воздуха. В комнате стояла тишина, лишь всхлипы Леона в надежде набрать немного воздуха разносились по комнате. Мужчина приблизился к Кеннеди и находиться прямо напротив его глаз. Майор приблизился к уху Леона, —Стонешь как сучка, — Прошептал Джек. — Где Эшли, ублюдок? Ослабив хватку Краузер, отстраниться от Леона. — С девочкой всё хорошо, тебе бы лучше заботиться о себе. Краузер улыбнуться. — Её вылечили и отправили домой, а Седлер, его я тоже убил, всё же я не достоин преклоняться какому-то слабаку, чье звание держиться ни на чем. — Колбу я тоже забрал, ведь в ней была вся его сила, а без неё он чертов сопляк. — Теперь я здесь хозяин. Закончив свой монолог, Краузер окончательно отпустил Кеннеди. Отдышка разносилась по комнате. Несмотря на то что ему уже ничего не мешало набрать воздух, Кеннеди было дико душно. Его посещали странные чувства. Самое яркое из них — Эйфория. Он сам не понимал почему, но его мысли были в тумане, поэтому ему было сложно оценить свои действия и мысли. Приятная теплота, как будто облако в штанах. — Салага, а ты походу мазохист. Глаза Джека были уставлены на штаны блондина. — Ты мне наркоту в еду подсыпал ублюдок, — постанывая из-за настойчивого приятного ощущения теплоты. Захотелось прижаться ближе к Краузеру. Хочу его. Хочу Краузера. Майор придвинулся ближе к шее блондина, вдыхая его запах. Кусая бледную кожу, вызывая у Леона сдавленные стоны, — Что то мне хочешь сказать, детка? — Я. я — Кеннеди с трудом вырывал из себя слова, каждая частичка его тела просила внимания Джека, — Я хочу. — Что ты хочешь? Я бы рад тебе помочь если бы знал, — Дразнил агента Краузер, поднимаясь ближе к губам блондина. — Хочу тебя. — Что именно? Я не по... — Хочу твой член. Лицо Кеннеди залилось краской, хотя нельзя было сказать, что ему это не нравится. Леон опрокинулся на кровать спиной, краузер быстро стянул с себя брюки карго и фудболку с боксёрами. Леон смог увидеть увесистый член между ног Краузера, хотя об этом можно было догадаться по довольно большому, мощному телу Джека, по грудной клетке, усыпанной шрамами, и большим рукам. Леона возбуждало доминирование такого сильного мужчины, как его бывший напарник. Пристроившись между ног Леона, сбросил вафельное полотенце с бëдер агента. — Только если ты хорошо меня попросишь, — Краузер вставил два пальца в рот Кеннеди, то убирая, то загоняя всë глубже и глубже. Блондин издавал причмокивающие звуки, и пытался интенсивней отсасывать пальцы бывшего напарника, которые по хозяйски шарились и растягивали рот Леона. Наконец, когда слюны на них скопилось достаточно, вынул и приставил их к отверстию Кеннеди. — Давай, Леон, не стесняйся, я знаю чего ты хочешь — Папочка, я хочу чтобы ты трахнул меня, пожалуйста. — Жар охватывал тело Леона, ему нужен был ОН. — Ты такая шлюха сейчас, — Краузер вставил два пальца в задницу парня, растягивая и исследуя его. Кеннеди выгнулся и ближе придвинулся к Джеку, когда тот задел небольшой комок нервов, — Мм, кажется я понял. Леон почувствовал не приятное чувство опустошения, когда майор вынул пальцы, но оно было недолгим, ведь их сразу же заменил толстый член Краузера, ворвавшийся по основание. Блондин пошло простонал, как стонут только самые дешëвые шлюхи, выгнувшись на встречу майору. — Вот блядь. Ты такой узкий, сука, -издав сдавленный хрип Джек, начал потихоньку растягивать Леона членом. Постепенно увеличивая темп майор, трахал Кеннеди в ту самую желанную агентом точку, глаза блондина полны желания, и Краузер это видит, — Надо было раньше тебя нагнуть, раз ты такая сучка. Грязные слова мужчины ещё больше заводили молодого агента. Джек начал поглаживать член Леона в темп. — Пожалуйста. Я сейчас. -Давай, кончи для меня, принцесса, — сперма Кеннеди брызнула на живот, пару резких толчков и Краузер излился в упругую задницу блондина. — Теперь ты точно принадлежишь только мне, запомни это, салага. — Джек надел штаны и поспешно покинул комнату, укрыв его одеялом, оставив новую одежду для Леона. Нельзя сказать что Кеннеди сожалеет о совершенном, радует единственное, это то, что этот мудак подсыпал ему наркоту, поэтому у него есть хоть какое-то оправдание безумному сексу с врагом. Учитывая, что у Леона не было связей с мужчинами до Краузера. Но мысли что Эшли жива и здорова, успокаивали Кеннеди. Леон закрыл глаза, и на его удивление сразу же провалился в глубокий сон. * * * В слове гнев отрицания, Словно душ ледяной. Погасил пыл желания, Отрезвляя собой. Марковцев Ю. * * *