***
— Мы вчера встретили двух Леших в лесу, — Хосок сделал глоток фруктового чая, запивая откушенный сэндвич. — Чонгук сказал, что они обеспокоены лесом в округе, — Тэхён уже знал об их вчерашнем разговоре с Лешими. По их словам, деревья очень неспокойны, хотя большинство из них должны спать в это время года. — Да, но эти старики очень остро реагирует на малейшие волнения растений. Я не думаю, что там что-то серьёзное. Может, люди затеяли вырубку для строительства недалеко, — безразлично высказал своё мнение старший Чон. — Намджун вчера заезжал и просил посмотреть на одно дело. — Что за дело? — Чонгук вошел на кухню, присоединяясь к утренней трапезе. И он рассказал о визите кузена и о том, что Гильдия по какой-то причине игнорирует это заявление. Джин, сидевший также на кухне, с надеждой ожидал вердикта оборотней. — Можно съездить и поговорить с ней, — дочитывая документ с пометкой «Принято к рассмотрению», предложил Хосок. И Тэхён заметил, как взволнованно пружинил на месте его брат от осознания, что скоро будет вылазка. — Когда Юнги и Чимин возвращаются? — Завтра будут уже дома. Парочка уехала на новогодние праздники в отпуск к морю. Конечно, это было желание Чимина, потому что Юнги собирался всю зиму лежать в тёплом пледе у камина. Но его неугомонный друг изводил кота каждый день, и в результате тот, сказав «Одна неделя», купил билеты на Бали. Правда, те пришлось два раза менять, потому что их дважды задерживали в аэропорту по причине: «Только тронь этот нож, и я тебе его воткну между глаз» и второй раз: «Почему нельзя брать гранаты? Это не холодное оружие». И вот уже семь дней телефон Тэхёна разрывался от изобилия фотографий, на которых радостный Чимин таскал недовольного Юнги по острову. Хотя была одна, которую Тэхён даже собирался распечатать и подарить Бастету. На ней тот стоял с открытым от удивления ртом, наблюдая за парапланом в небе. По словам Чимина, Кот ещё долго не мог понять, зачем люди добровольно поднимаются так высоко в надежде, что ветер их не прикончит. Но то же самое тот говорил и о самолёте, в который Пак заталкивал брыкающегося Юнги пятнадцать минут. И только припугнув, что он поедет в переноске, если не сядет, тот фыркая, прошёл в салон. — Ну, тогда дождёмся их и поедем. Всё же лучше если Юнги тоже осмотрит место. — Напишу Намджуну. После завтрака Тэхён продолжил работу над проектом «Дом». Хосок поехал на работу. Его ученики готовились к весеннему чемпионату, поэтому тренировки проходили почти каждый день, а кладовая в доме заполнялась разнообразными ракетками, подаренными компаниями, желающими выступать в качестве спонсоров. Чонгук также поехал в офис, чтобы встретиться с дядей. И Джин напросился с ним, обещав не издеваться над его родственниками. Чародей уже давно не оставался в доме один. И если ещё год назад ему нравилась тишина и одиночество, то сейчас ему было даже некомфортно. Пустой дом был слишком большой, и Тэхён всегда представлял, как в фильмах ужасов маньяки проникают именно в такие дома. Даже факт, что он являлся наполовину ведьмой, не успокаивал его. Он несколько раз проверил, закрыта ли дверь, и обошёл дважды дом. Наконец, погрузившись в работу, он отвлёкся и, старательно выводя каннелюры, даже забыл на время о маньяках. — Джин отстань, я занят, — не оборачиваясь, он отмахнулся от дующего в шею брата. Он закончил все четыре колонны и самодовольно посмотрел на результат. — Хорошо получилось, — улыбнулся он. — Да, — произнёс сзади голос. И Тэхён, смахнув сохраненную работу, открыл набросок самого дома. Он приблизил окно на экране и выделил его для отдельной вкладки. И, неожиданно, будто озноб прошёлся по всему телу. — Что ты… — он обернулся, чтобы спросить брата, как тот сумел понизить температуру в комнате. Но за спиной никого не было. И когда он развернулся обратно к планшету до него вдруг дошло… Джин уехал вместе с Чонгуком! Тогда… Кто ему отвечал? Он вскочил со стула и, запутавшись в ножках и собственных ногах, с грохотом упал на пол. Озираясь по сторонам, он отползал от планшета и стены, что прежде была позади. От страха сердце отбивало чечётку, а ноги, будто ватные, не хотели удерживать тело, когда он пытался подняться. — Кто тут? — наконец, поднявшись с пола, он продолжал вертеть головой. Тишина дома давила, словно тяжёлое одеяло, под которым было трудно дышать. Тэхен выскочил из комнаты и устремился вниз по лестнице. Встав посередине гостиной, он вращался в пространстве, ища подозрительный силуэт или тень. Но ничего и никого не было. — Джин? — решив на всякий случай уточнить, если брат вернулся и просто дурачится теперь. Но ответа не было. Накинув куртку и сунув ноги в кроссовки, он вышел из дома и, отойдя дальше, осматривал уже здание снаружи. Всё было как обычно. Нащупав сигареты и зажигалку в кармане, он сунул в рот фильтр и подкурил. — Показалось? — спросил он сам себя, будто надеясь, что мозг ответит «да, ты просто увлёкся работой». Его всё ещё потряхивало, но от страха или уже от холода было трудно различить. — Что делаешь? — голос сзади выбил землю из-под ног. — ААА! Блять! — он отскочил от источника звука, как от огня и обернулся. — Привет, — ошарашенный эльф махал рукой. — Джунки, чтоб тебя! — хватаясь за почти выскочившее сердце, выругался Тэхён. — Прости, я звал тебя, но ты так заворожено смотрел на дом, что видимо не слышал, — виновато сказал он. Джунки был их соседом. После того, как молодой эльф вызвал демона и чуть не погиб, он иногда заходил в гости и даже несколько раз помогал. Как оказалось, эльфы отлично разбираются в травах и прочих ингредиентах, нужных для чар. Парень жил один. После смерти родителей другие родственники не горели желанием забрать себе подростка, поэтому он предпочёл перебраться подальше от города и снимал небольшой домик на соседней улице. Подрабатывал на ферме Чонов и учился в частном колледже, открытым специально для мифических существ в соседней деревне. — Я просто задумался, — постарался улыбнуться Тэхён. — Ты не мог бы потушить? — Что? И эльф мотнул головой, показывая на чародея. Он закрыл глаза и выдохнул два раза, восстанавливая дыхание. Почувствовав, что эмоции улеглись, он посмотрел на парня. — Ты обедал? — Нет еще, я только вернулся с учёбы. — Тогда пошли, поедим, — и он шагнул к дому, приглашая эльфа войти. Подойдя к дверям, они уже не могли увидеть, как в окне на втором этаже тёмная тень скрылась за занавеской.Часть 2
20 апреля 2023 г., 16:29
Тэхён проснулся довольно рано. В последнее время он часто это делал. Точнее, он просто открывал глаза в пять утра каждый раз, словно внутренний будильник поднимал его, независимо от того, во сколько тот уснул. Посмотрев на мирно спящего рядом Чонгука, он поправил пряди волос с его лица.
Этой зимой чародей открыл для себя новый факт: у оборотней во время холодов шерсть становится гуще. И когда они находятся в человеческом виде, их волосы также были немного длинней и объёмней. И даже если их подстричь, они снова отрастали за ночь. Поэтому сейчас по дому братья ходили с забавными хвостиками на макушке. Но Тэхёну это даже нравилось, Чонгук был просто невероятно сексуален в таком образе.
Он нежно поцеловал спящего в родинку под нижней губой и хотел осторожно вылезти из кровати.
— Куда ты? — сквозь сон пробормотал Чон, обхватывая его рукой.
— Не спится, — Ким улыбнулся тому, насколько чутко спит оборотень.
— Тогда я знаю, чем можно заняться, — уголки его губ поползли вверх и он притянул его ближе.
— И чем же? — Тэхён подхватил эту игру, вырисовывая пальцем узоры на обнаженной груди.
— Сейчас покажу, — и он резко перевернулся и прижал его к кровати, нависая сверху.
— Я весь во внимании.
Его тело мгновенно отреагировало на действия Чонгука, и утренний стояк дёрнулся в предвкушении. Тёплая ладонь коснулась шеи и медленно заскользила вниз. А Чародей почувствовал острую необходимость в губах напротив и, обнимая за шею, потянул его ближе до тех пор, пока их губы не встретились. Тягучие и нежные утренние поцелуи были лучшим заклинанием, уносившим обоих в их собственный мир. Тепло тел под одеялом обволакивало, а чёрная и золотая ауры переплетались в вихре чувств. Чонгук двинулся от губ ниже, покрывая кожу чародея ласками и оставляя влажные и горячие следы. Его руки касались нежно и чувственно, заставляя Тэхёна плавиться, словно свеча.
Он провёл кончиком языка по ореолу соска, вырывая шумный выдох чародея. Его голова опускалась ниже, пока полностью не скрылась под одеялом. И когда Тэхён почувствовал, как клыки слегка царапают кожу на тазовых косточках, возбуждение, словно бульдозер, проехалось от ступней до макушки. Он запустил руку под ткань покрывала и вплёлся пальцами в отросшие чёрные волосы оборотня.
Когда Чонгук раздвинул его ноги шире, опускаясь между ними, чародей уже неконтролируемо ёрзал по простыне. Предвкушая ощущение его губ на своей плоти, Тэхён готов был выть от того, насколько долго ему казалось, этого не происходит. И когда, наконец, головки коснулись влажные губы, он выгнулся от вожделения, которое переполняло его и уже готово было выплеснуться. Дразня, Чонгук провёл несколько раз языком по всей длине, от чего Тэхён вцепился в его волосы, сильнее сжимая их у корней.
— Гуки, боже, не издевайся, — взмолился он, когда оборотень кончиком острого языка ласкал уздечку.
Из-под одеяла донесся лёгкий смешок и затем чародея просто размазало, когда член, наконец, погрузился в мягкий влажный рот Чонгука. Он начал медленно двигаться, опускаясь сперва до середины и с каждым новым спуском продвигался дальше. А Тэхёна выворачивало и крутило от желания получить больше стимуляции. И когда тот втянул щёки, создавая вакуум, а затем зарычал прямо на члене, выпуская волну вибрации, перед глазами чародея уже всё полыхало. Контролировать себя было выше всех возможностей. И он, удерживая голову оборотня, толкнулся несколько раз глубже, ощущая, как головка скользит внутри горла. Вероятно, эта манипуляция, а также усиливающие хриплые стоны завели Чонгука сильнее, и он начал двигаться быстрее, уже полностью пропуская член Тэхёна в глотку.
Чародей выгибался, насаживая голову оборотня сильнее и быстрее, комкая второй рукой простынь под собой. Сколько бы раз они не занимались сексом, ему будет мало. Он хотел своего волка всегда, будто сам был голодным зверем. Ощущение влаги от смешения слюны и предэякулята, плотно обхватывающие кожу губы срывали с тормозов, заставляя буквально насиловать рот оборотня, безжалостно толкаясь глубже. Сердце уже, кажется, просто остановилось. Золотая аура наполнила собой почти всю комнату, и Тэхён взорвался от переполняемого экстаза, кончая внутри мягкого горла.
Когда обмякший чародей, наконец, отпустил его волосы, чёрные глаза выглянули из-под одеяла.
— Иди сюда, — он потянул к себе его за плечи и впился в опухшие губы, жадно целуя и вылизывая.
Перевернув Чонгука на спину, он хитро улыбнулся и, откинув одеяло, сполз вниз. И уже волчье рычание и чёрная аура заполняли собой помещение от горячего минета, который делал Тэхён, заставляя извиваться оборотня на простыне в судорогах.
Всё же сделать ремонт и обшить комнату звукоизоляцией было верное решение.