* * *
Позже, в дневнике Тани: «Моих суждений больше нет, все стереотипы рассыпались в дребезги. Люблю я Ваньку, тут ничего не попишешь, но он повёл себя как настоящий козёл. Я - растрёпанная и заплаканная пришла к Поклёпу на урок, и видя моё состояние, сам гроза Тибидохса меня отпустил. даже Клёпа проявил больше великодушия, чем Валялкин.» В дневнике Вани: «Таня... о тебе хочется мыслить и философствовать, но я человек ревнивый, и не смог понять, как можно так смотреть на Бейбарсова. И только теперь я осознал. Ты смотрела на него с холодным равнодушием, уж точно не с пламенной страстью. Я чувствую своё вину.»* * *
– Вань! - звучным басом крикнул Тарарах, - будь другом, услужи! Там русалки разнылись, а у меня гарпии, а гарпии вида особого, чернозубые... – Неужели достал? Мне за ними последить? – ненавязчиво поинтересовался Ваня. – Да нет. Ты русалок успокой и иди своей дороженькой. Ваня мысленно проклял всех богов и пошёл на болото. Болото было небольшим, но загадочность в нём всё-таки присутствовала. Огромные плазмы ила, зелёного, пахучего придавали палестинке некой задумчивости. Но ил - обманщик. Он помогает русалкам - этой простейшей человекоподобной нежити - заманивать простодушных красавцев в стальные капканы. Завидев маечника, русалки скрылись из вида, осталась только одна, с сизо-синими волосами, в которых нелепо висела тина, широкотелая, улыбчивая русалка по имени Роза. – Какие люди! И в наших непроходимых болотах?! Тебя уже наша Ксюша недели 3 ждёт – ты же обещал ей жениться! – Я обещал жениться, но не говорил что на ней! – Ах ты вруно-обманщик! Зачем тебе тогда она рассказала о закате оранжевой маргаритки? Он и сегодня будет, - русалка зарделась, - я проговорилась! Но ванька фразы не дослушал. Обещания надо выполнять. Он уже на всех парусах мчался к рыжеволосой.* * *
Склепова вошла в комнату, покусывая ярко-лиловый корешок. Атрофонцинтила (необычное название для корнеплода) - смесь сикиллы и стротозамбия. Кто-то из младших, учащихся по новой программе, дал Склепове совет - пожевать "морковку" (такой она была формы). Этот чудак (или совсем даже нет) сказал, что это поможет Анне (именно так он её называл) стать ещё краше. Гробка простодушно поверила. На Таню же в то время напала ностальгия. Она лежала на кровати и смотрела на старый, полуобвалившийся потолок тибидохса, не замечая ни соседки, вошедшей в комнату, ничего даже самого яркого и видного. – Танюх, что с тобой?! Бейбарсов убил хомячка Валялкина, и из-за него они переубивали друг друга?! – ... – Ааа, вы ж с маечником не общаетесь... а вот корешок для красоты, возьми, Гроттерш, пожалуйста, может кривульки в ноги превратятся, – Склепова засмеялась. — Атрофонцинтила? Та, что для удаления прыщей? Не советую её жевать,- заплаканная таня подала голос. – Тьфу ты, Кирьянов, не смешно! Ой, а кто же так настойчиво стучится?..