he remembers it all too well...

Прогуливаясь вдоль темной аллеи, Нетейам Салли устало вдыхает холодный воздух, пропуская его через себя. Чувствует, что действительно изголодался по кислороду за последние несколько дней, которые безвылазно просидел дома, запивая одиночество очередной бутылкой вина. Шум ветра успокаивал, а звезды, медленно гаснущие на пока еще темном небе, завораживали. Невольно Нетейам сравнивал себя с ними, такой же одинокий в куче остальных. Вот только небесные огоньки зажгутся снова следующей ночью, в отличие от него самого. Нетейам Салли погас еще месяц назад. Вытаскивает пачку красных «Мальборо» из кармана старой кожаной куртки, когда-то подаренной Ло'аком на день рождения, и ладонь тут же обдает морозным воздухом, на календаре конец ноября, но Нетейам не ощущает этого. Вместо мороза — сильное фантомное жжение. Тело все еще помнит его прикосновения. Помнит вечно теплые руки, которыми Ао'нунг любил зарываться под воротник домашней рубашки Салли, помнит каждое переплетение пальцев. Парень чиркает зажигалкой, поджигая кончик сигареты, и глубоко затягивается, позволяет никотину проникнуть в легкие. Он думает, что это подарит ему долгожданное успокоение. Ошибается. Воспаленный мозг лишь подкидывает свежие воспоминания о том, как Ао'нунг ругался на Нетейама, ненавидя эту его привычку, и выхватывал сигареты из рук, выкидывая те то в окно, то в мусор. Нетейам помнит, как хмурились темные брови парня, когда он злился, и так же помнит, как быстро он сдавался, стоило только Салли полезть к нему с влажными поцелуями, со своими чертовыми горячими губами, которые обычно выбивали у Ао'нунга почву из-под ног. «Идиот ты, Салли» — именно так всегда говорил Ао'нунг, укладывая голову на колени своему парню, а Нетейам заходился заливистым хохотом, отвечая, что все влюбленные люди — идиоты. Воспоминания — его горькая услада и его же проклятие. Нетейам даже не успел попрощаться. Ао'нунг решил все за них двоих. От боли, сжимающей грудную клетку, хочется реветь и кричать в небеса, которые, по несчастному совпадению, сейчас принимали цвет его глаз, кричать на весь мир: «Вернись ко мне! Неужели ты не видишь, что я не могу без тебя?» — Вернись, либо научи жить без тебя, — шепот теряется в потоках ветра, становясь практически беззвучным, — Научи любить кого-то, кроме тебя, Ао'нунг. Но он не может. Он не сделает ни первого, ни второго, потому что это невозможно. Теперь Нетейам Салли может видеть Ао'нунга только во снах. Болезненных снах, подкинутых такой же больной фантазией. Именно поэтому парень больше не спит. Он просто не может смотреть в голубые глаза и понимать, что больше никогда не увидит их наяву, не может смотреть на губы цвета зимней вишни и принимать тот факт, что больше никогда не поцелует их, не увидит, как они растягиваются в легкой расслабленной улыбке, которую на самом деле мало, кто видел. Большинство людей считали Ао'нунга придурком или тупым качком, но Нетейам помнил, что тот мог сидеть в три часа ночи на маленькой кухне их квартиры в одних трусах и есть пиццу, с вечера принесенную из какого-то ресторанчика от Циреи и Кири. Ло'ак убеждал Нетейама, что все наладится, что он переживет все это и будет жить дальше, забудет Ао'нунга. Но Нетейам не может. Больно даже пытаться. Разве возможно забыть того, кто стал для тебя всем? Ао'нунг ворвался в его жизнь и вырвал сердце наживую, оставив истекать кровью. Парень не замечает, что уже обошел несчастную аллею взад и вперед уже раз десять. Он не мог уснуть и решил выйти проветриться, надеялся, что морозный ветер сможет «вынести» Ао'нунга из закоулков памяти. Этот месяц выдался мучительно тяжелым и долгим, но одновременно и самым быстрым в жизни Нетейама. Иной раз он бросал взгляд на часы, секундная стрелка которых пропускала, кажется, все тридцать вместо положенной одной. Месяц без Ао'нунга казался сюрреализмом, а не реальностью. Мир для Нетейама выцвел, потерял краски и всякий смысл. Бредя, словно сомнамбула, по утреннему парку, парень все еще надеялся, что это просто затянувшийся кошмар, от которого он вот-вот проснется. Надежда... Какое глупое слово. Нетейам помнит, как Ао'нунг обещал, что никогда его не покинет. Помнит, как шептал на ухо слова о любви и каких-то планах на будущее. Общее будущее, которого теперь не будет.Он со злостью пинает какую-то палку, валяющуюся на пути, будто бы это она виновата во всех бедах, а перед глазами, как диафильм, проносятся моменты из прошлого. Нетейам помнит, как однажды летом Кири потащила всех в лес. Они с Ао'нунгом потерялись, уйдя за хворостом, и всю ночь провалялись в поле, целуясь под звёздами. Он улыбается. Это воспоминание особо отпечаталось на подкорке, ведь в тот день Нетейам впервые в открытую сказал о своих чувствах и, к его же удивлению, они оказались взаимными. Нетейам помнит, как однажды Ло'ак притащил в их квартиру фотоаппарат, и как увлеченно Ао'нунг крутил ее в руках весь вечер, пытаясь разобраться, как он работает. А когда у него все же получилось это сделать, то он фотографировал абсолютно все, что происходило вокруг. Его забавляло в ожидании трясти полароид и наблюдать за тем, как на белой бумаге проявляется картинка. В тот день у них появился первый фотоальбом. Нетейам помнит, как злился Ао'нунг после того, как Салли решил прокатиться на мотоцикле Ло'ака без шлема. Он тогда едва не попал в аварию, но все равно выгреб отличных пиздюлей и от Ло'ака, и от Ао'нунга. По забавному стечению обстоятельств, из воспоминаний парня вырывает как раз звук мотора. Уже светает. Сколько же он проходил вот так? Нетейам ушел из дома в начале первого ночи, а сейчас часы на запястье показывают восемь часов утра. Надо же, Салли настолько погрузился в себя, что даже не заметил, как сел на скамью напротив летнего кинотеатра. Когда-то они ходили сюда с Ао'нунгом, Ло'аком и Циреей. Фильм оказался настолько нудным, что ребят не хватило даже на сорок минут, и они ушли посреди сеанса, захватив с собой пару ведерок с карамельным поп-корном. Он закидывает шею назад и рассматривает сереющее небо, становящееся всё светлее с каждой минутой, и быстро плывущие по нему облака. Часто моргает, чувствуя как мороз нещадно терзает покрасневшие роговицы глаз. Нетейам Салли плакал. Нетейам Салли плакал, потому что ему больно. Не стесняясь плакал с той самой минуты, как пустой гроб опустили глубоко под землю. — Я люблю тебя, Ао'нунг — Я люблю тебя, Нетейам. Помни об этом. И он помнит. Он помнит всё слишком хорошо.