Insomnia

Глава 12. По пути к дому Богданы, ей позвонила Вика и настойчиво пыталась узнать точное время ее возвращения домой. Если Исаева сдерживала смех, пока говорила с подругой, то любопытный Тимур тут же отскочил от телефона девушки и начал ржать в голос. Развернувшись от подъезда, пара друзей прошли к детской площадке. Богдана молилась на звонок подруги, чтоб скорее вернуться домой и не краснеть от неловкости рядом с Гаязовым младшим. — Не впервой. — Тимур с улыбкой пропускает девушку в квартиру и заходит за ней. — Имеешь полное право занять кровать Ильяса. — Спасибо, в гостинной подожду. — Исаева снимает кроссовки в прихожей и идет в известном направлении. — Анита обидится, что ты её кинул и больше не пустит. — Пустит, если я захочу. — А мне интересно, при каких условиях вас свела жизнь? — Все по схеме. Пришла на концерт, прорвалась в грммерку, откровенно подкатила и все. — И сколько у тебя таких? — Ревнуешь? — Тимур наклоняется лицом к лицу Богданы и нагло улыбается. — Безумно. — Я сразу это заметил. — Как слепой котенок, тыкаешься мордочкой в пустоту. Лучше бы чай предложил. Тимур усмехается и уходит на кухню, пока Богдана с надеждой смотрит в телефон. Вика звонить не спешит, ей явно не до этого. — Чай на столе. — Поет Тимур себе под нос и смотрит на Исаеву. — Жаль, что не ты. — Может все-таки поедешь к Аните? — Девушка устало вздыхает, хватая кружку с горячим напитком. — Она классная, но много хочет. — И чего она от тебя еще хочет? — Отношений. — Почему бы и нет? Будешь бегать к ней так же, но для нее это уже будет серьезно. — Я не хочу вешать на себя кандалы. Это ответственность, а я не люблю что-то тащить на себе. — Если отношения приходится тащить, то это не отношения. — Как у вас с Владом? — А я смотрю вы подружились. — Ты тащила всë на себе. — Я тащила всë на себя, потому что не могу доверять другим. Зато мы остались хорошими друзьями. — А как ты с Анитой связалась? — Она кинула своего бывшего на бабки и он нахватил ее в парке ночью, где я переживала очередной срыв. Я выхватила у него дубинку и прошлась немного по ребрам. Два сломала, на трех трещина. Зато он больше не лез к ней, потому что узнал, что я хорошо общаюсь с его крышей. — Кто ты такая? — Тимур удивленно смотрит на девушку, пока та смеется, закрывая рот ладонью. — Он ходил под Тошей, который у нас в детском доме был моим хорошим другом. Жаль, что в последний год только подружились. — Я в а*уе. Милая такая девочка, в этом черном сарафанчике, на каблучках. Оказывается, что ломает ребра мужикам, дружит с какой-то «крышей» и херачит лирику. Сколько в тебе тайн, Богдана Исаева? — Да это всë, в общем то. А у тебя? Расскажи про себя. — Не, ты про себя только под лирикой рассказала. Даже обидно немного. Ты вообще в курсе, что я впервые обнимал голую бабу и у меня не встал? — Это оскорбление или комплимент? — Комплимент, конечно. Это значит, что я обнял тебя по-человечески, а не для того, чтоб тра*нуть. А потом то узнал, что Бодя наша таблетками объ*балась, поэтому такая откровенная была! — Спасибо. — Исаева встает из-за стола и подходит к Тимуру, крепко зажав в объятиях. — Ого, мать! — Гаязов зарывается лицом в карамельные волосы и улыбается, обнимая в ответ. — А мне говорят, что от тебя слова доброго не услышишь. — Я только учусь быть открытой. — У тебя хорошо получается. Молодец. Спать не хотелось от слова совсем. Тимур предложил сыграть в приставку, чтоб хоть как-то убить время. Под утро Богдана проснулась от голоса Тимура. Парень отрывисто что-то говорил во сне, дергая руками и ногами. Девушка сонно смотрела на парня около минуты, а затем ринулась успокаивать, когда тот громко закричал. — Хватит! — Кричит Тимур во всë горло и подскакивает на кровати. — Спокойно, это сон! — Исаева хватает брюнета за плечи и встряхивает, чтоб разбудить. — Это сон, всë хорошо. — Твою мать! — Парень отскакивает в сторону от девушки и та удивляется. — Ты раз тридцать меня пырнула! — Да хватит орать, это же сон! — Вернулись старые добрые сны с твоим участием. Я знатно при*уел, конечно. Прям больно было, как будто в жизни. — Чай будешь? — Не, спасибо. — Гаязов двигается ближе к Богдане и кладёт голову к ней на плечо. — Может тут ляжешь? — Мне и там удобно. — И шатенка растягивает улыбку, понимая, что сейчас ему придется попросить. — Ладно. — Тимур хватает рукой талию девушки и заваливает её на кровать, положив голову на живот. — Вариантов у тебя всë равно нет. — Это только потому, что я тебя понимаю. Можно мне хоть кусочек одеяла? — А ты попроси. — А я уйти могу. Тимур тянет одеяло, что лежит позади него и укрывает им себя и Богдану. Парень возвращается в прежнее положение на животе у девушки и заводит руку под футболку. Исаева хоть и чувствует прежний страх, но уже не с такой силой, поэтому не возмущается даже, а закрывает глаза. Ильяс и Вика тихо заходят в квартиру братьев, сразу заметив обувь Богданы у порога. Пара с улыбкой идет к гостинной, где нет ни души, как и в комнате Ильяса. Оба понимают, что последнее место, где могут находиться Тимур и Богдана — комната парня. Улыбки становятся ещё ярче, когда за приоткрытой дверью виднеется милая картина. — Любопытным обычно носы отрывают. — Исаева переворачивается на бок, утыкаясь лицом в грудь Тимура, а тот сгибает руку в локте и обнимает девушку. — А я вырву глаза. — Гаязов склоняет голову и упирается подбородком в лоб шатенки. — Они тут еще? — Смотреть не на что, расходимся. — Тимур поднимает одеяло, показывая, что они оба в одежде и укрывает девушку обратно. — Дверь закрой. Ильяс тихо прикрывает дверь и улыбается Вике, которая готова визжать на всю квартиру, только бы знать точно, что подруга счастлива. А Тимур в это время тихо вытаскивает руку из-под девушки и встает с кровати. Исаева чувствует резкий холод и поднимается следом, потирая глаза. — Никто не тра*ался. — Богдана сразу смотрит на подругу, которая закатывает глаза. — И даже не пытались. — Уточняет Тимур, включая чайник и берёт со стола сигареты. — Идем покурим. — Курить! — Шатенка лыбится во все тридцать два и шагает за парнем. — Но они достаточно спокойно ведут себя друг с другом. — Ильяс пожимает плечами, пока Вика подозрительно смотрит на пару за окном. — Ты чего? — Слишком все подозрительно. — Лукина утыкается лбом в грудь Гаязова и вздыхает. — Мне кажется, что между ними все-таки есть какая-то химия. — Может нам просто не стоит вмешиваться? — Если бы они не вмешались в своё время, то «нас» бы сейчас не было. — Мы абсолютно разные. На нас с тобой надавить сложно, а на них вообще невозможно. Они вместе не будут, сама подумай. Убьют друг друга через пару часов. — Может ты и прав, но… Посмотри, как они друг на друга смотрят. Не просто так это. Бондана и Тимур молча курят. Это уже как особый ритуал по утрам. Сигарета, рассвет, спокойствие перед тяжёлым рабочим днем. После совместного завтрака, компания расходится у подъезда братьев в разные стороны. Тимур и Ильяс на студию, а подруги на работу. Вика весь день пытает Богдану о прошедшей ночи, но не слышит то, что хочет и расстраивается даже немного. Она же видит своими глазами их сплетение душ. Они, словно змеи, вьются друг с другом, а это только взглядами. Очень узнать хочется, что там внутри у обоих творится. Хочется быть счастливой за подругу, которая живёт в каменной корке. Богдана сама себя не понимает. Она тянется к Тимуру и совсем не против его прикосновений. Она вообще ему много позволяет, что всем до этого строго запрещала. Признаться боится самой себе, что неровно дышит к Гаязову. Что при его прикосновениях сердце стучит бешено и бабочки в животе пархают. Что дыхание замирает, когда он смотрит пристально и чуть улыбается. Понимает, что влюбляется, но принять это не хочет. Боится до ужаса всех этих слабостей. Тимур ведёт себя так же, подтверждая этим слова Ильяса, что у брата такой стиль общения со всеми. Гаязов младший все чаще сталкивается с Богданой и честно признает, что ему нравится её компания. Они понимают друг друга, поддерживают и «грязно» шутят. Кажется, что на земле действительно «каждой твари по паре» и они нашли свою «тварь» друг в друге. — Уже три месяца вместе. — Вика улыбается смотря в потолок. — Уже десять недель сухого закона. — Богдана собирает волосы в высокий хвост и поворачивается к подруге. — Отметим? — Ильяс сейчас в зале, потом приедет. Тимур с нами? — Я писала ему, он игнорит. Может тоже взялся за ум и пошел в зал? — Нет, Ильяс один. — Тогда пусть не ноет, что пропустил вечеринку. Богдана знает, где Тимур, но подруге не говорит, чтоб избежать сюсюканья и разговоров о её симпатии. Голова уже кругом от бесполезных попыток свести их. Не созданы они для отношений и тем более друг для друга в качестве пары. Исаева в этом уверена, поэтому давит в себе все теплые чувства и гордится тем, что у неё это получается. Хоть и получается ровно до того момента, пока он не появится перед ней и не посмотрит в глаза с ядовитыми шутками. — А меня звать не надо? — Тимур садится за столик и обнимает шатенку. — Единственная обо мне думает. — Конечно, кто ж ещё будет поддерживать её подъ*бы? — Усмехается Ильяс и разливает по стаканам виски, пока Вика добавляет в каждый колу. — За нас мы пили. Теперь за вас, Богдана! — Что за повод? — Десять недель полной чистоты. — Исаева ударяется стаканом с остальными и чувствует поцелуй на лбу. — Ещё раз так сделаешь и я тебя ударю. — Есë разь тяк… — Передразнивает Тимур и получает удар локтем в бок. — Грубиянка. Так, ладно, пейте уже. Клуб наполнен людьми, но компания не замечает никого вокруг. Им действительно хорошо и уютно вместе. Они будто были рождены для того, чтоб стать друзьями. Абсолютно разные характеры создают идеальный баланс в дружбе и на этом они держатся. Вика — спокойствие и доброта. Ильяс — рассудительность и серьёзность. Богдана — сила и упрямство. Тимур — веселье и стойкость. Такие разные, но друг другу подходящие и уже родные. Богдана этот союз рушить не хочет своими чувствами. Тимуру проще менять партнерш, чем начать отношения и она понимает это. Неприятно, досадно, больно от своих чувств, но терпит и молчит. Знает, что взаимности не будет, поэтому убивает себя раз за разом. — Влюбилась, да? — Спрашивает Ильяс в упор, пока Вика на баре, а Тимур в толпе с одной из девушек. — Вика разве не сказала, что это был наш план? — Исаева смотрит прямо в глаза собеседника, пытаясь сбить его с толку этим, но он не поддаётся. — Тогда может и план был, а сейчас я сомневаюсь. — Не сомневайся. — Я говорю то, что вижу. Вы когда вместе, страшно от любой искры, потому что вокруг все на воздух взлетит. — Да вашу мать, у нас характеры такие. Если бы он нравился мне, я бы сказала прямо. — Почему тогда не скажешь? — Потому он мне не нравится! Мне достаточно Вики с её навыками свахи, а тут еще и ты до*бался. Мы не будем парой никогда, смиритесь. — Она слишком легкодоступная. — Тимур прыгает на диванчик и хватает свой стакан. — Чë такие напряжённые? — Подвинься, тут и так жарко. Богдана с этого дня выпускает свои колючки наружу, как и было раньше. Не хочет больше терпеть сводничество с Тимуром, поэтому и поводов давать больше не станет. Так и заглушит в себе чувства намного быстрее, либо ещё больше страдать будет.