Insomnia

Глава 37. — Я испарюсь, убегу, улечу словно птица. — Тихо напевает Богдана, пока снимает туфли в прихожей. — Чë ты поешь? — Тимур вешает куртку на вешалку и закрывает шкаф. — Где-то услышала, теперь из головы не выходит. — Бля̶ть, как же я счастлив с тобой. — Гаязов обнимает девушку за талию и утыкается носом ей в шею. — Буду к тебе приходить, я тебе буду сниться. — Соскучилась по совместным снам? — Будешь меня вспоминать ты лишь ласковым словом. Только с тобою мы больше не встретимся снова. — Что? — Тимур поднимает голову и смотрит в серые глаза, которые наполняются слезами. Тимур чувствует головокружение и хватается за шкаф. Резкий белый свет бьет по глазам и парень уже не в силах держать равновесие. Удар. Боль. Свет тускнеет. Тимур открывает глаза и страх сковывает тело. Он оглядывается вокруг и пытается понять, откуда вокруг него столько врачей и почему он вообще в больнице. Все говорят громко и невнятно, что отдаёт болью в голове. Веки тяжелеют и сон снова настигает сознание. — Тимур. — Где-то в дали слышится голос Ильяса, который впервые дрожит так сильно. — Он опять без сознания? — Нет, он в сознании, но ещё не понимает, что происходит. — Грубый мужской голос проходится в голове эхом и кажется совсем незнакомым. — Тимур, вы слышите нас? Пошевелите пальцем, если слышите. — Пить. — Всë, что может сказать Тимур, приподняв кисть на пару сантиметров вверх. — Пить вам нельзя сейчас, так что я смочу марлю и приложу к губам. — Чë было? — Так, сейчас вы постараетесь собраться с мыслями и силами, а брат придет к вам утром. После недельной комы нельзя так резко активничать. — Чë? Кома? — Тимур, не шевелитесь и не нервничайте. Сейчас вам поставят капельницу и вы отдохнете. Ильяс, приходите утром. Ильяс приходит в шесть утра, а рядом стоит Вика с пакетом вещей. Оба волнуются, не знают, что сказать Тимуру и как он вообще отреагирует на то, что провёл в коме целую неделю из-за собственной невнимательности. — А Бодя? — Тимур кое-как обнимает брата и удобнее укладывается на подушке. — Зачем тебе боди? — Вика с удивлением смотрит на друга, пока Ильяс осматривает его голову. — Смешно. Как я тут оказался? — Бежал через дорогу, а там красный свет. — Старший брат садится на стул и улыбается. — За сигами влупил и ничего не видел. Говорил же, доведут тебя твои привычки. — И сколько я тут спал? — Неделю. — Аху̶еть! — Тимур смотрит на ссадины на руках и вздыхает. — Богдана то где? — Ты на приколе? Какая Богдана? — Это вы на приколе, видимо. — Гаязов переводит взгляд на Лукину. — Подружка твоя лучшая — Богдана Сергеевна. — Тим, ты бы отдохнул ещё. — Так, хватит меня лечить, где она? — Тимур, я доктора позову. Ильяс уходит за доктором, пока Вика пытается понять, что от нее требует Тимур. К счастью девушки, её парень возвращается быстро и с ним вместе заходит доктор. После нескольких опросов, врач напрягается и с испугом оглядывает всю компанию. — После длительного сна бывает такое. — Объясняет мужчина, присаживаясь на стул. — Вы видели сон, который теперь принимаете за реальность. То, что вы помните на данный момент, никогда по факту не существовало. — Вика есть. — Тимур глотает ком в горле от последних слов врача. — Ильяс есть. Группа наша есть. Нет только одной девушки. Либо она конкретно решила меня подъе̷бать из-за вчерашнего скандала с Владом, либо я сплю сейчас. — Вы уверены, что не хватает только её? — Ну, конечно! Вика, Ильяс, вы познакомились где? — В клубе. — Лукина жмется ближе к Ильясу. — Пожалуйста! Познакомились в клубе, потому что ты подружка Влада, который наш звукарь? — Ну, да. — Отлично. Бармен там Полина, а ты и Богдана официантки. — Там два парня на баре. Я не знаю никакую Богдану. — А живешь ты где? А училась с кем? А подружка у тебя Ильяс? — Я переехала в Москву год назад. — Из Питера? — Да. — Чë вы из меня дебила делаете? Подъе̷б засчитан, зови Бодю. Ильяс, Вика и врач пытаются объяснить Тимуру, что не существует девушки, которую он описывает. Это был всего лишь сон, пока он находился в коме. Всего лишь его фантазия. Только Гаязов упирается, как баран, доказывая, что такие сны не снятся и он более полугода был влюблен в эту девушку с серыми глазами. — Какой декабрь? — Ильяс с психом открывает шторы и показывает за окно. — Май на дворе! И тут Тимура осеняет. Это действительно так. Его фантазия решила сыграть самую злую шутку с ним. Создала идеальный мир для него, пока он боролся за жизнь. — Тимыч, всë будет хорошо. — Ильяс хлопает брата по плечу и опускает взгляд. — Жалеешь, что за сигаретами побежал? — Жалею, что проснулся вчера. — Тимур смотрит в окно, где всë зеленеет со страшной силой. Квартира недалеко от центра Москвы. Девушка встает с кровати как только слышит знакомый голос. Она накидывает халат и бежит в прихожую встречать дорогого гостя. В голове всë ещё крутится сон, который она успела запомнить отрывками. — Доброе утро, мамик! — Девушка целует женщину в щеку, пока та что-то жарит. — Племяшка, привет. — Из ванной выходит мужчина и обнимает девушку. — Как там книга твоя? — Доброе утро, дядь Саш. — Шатенка садится за стол и открывает конфету. — Дописываю последнюю главу. Вариантов куча, даже не знаю, какой все-таки лучше будет. Вчера решила перечитать все с первой главы, чтоб полностью погрузиться в тот мир и решить насчет завершения. Перечитала, а сегодня во сне ещё и визуально прожила там. Больше на ночь не читаю, а то до сих пор отойти не могу. — Оксан, я молоко забыл. — Мужчина виновато смотрит на женщину, пока та снимает фартук. — Схожу? — Сиди. — Оксана ласково улыбается и выключает плиту. — Я в магазин, а вы тут обсуждаете свои книги. Как только хлопает входная дверь, мужчина меняется в лице и строго смотрит на племянницу. Она давится чаем и напрягается, вспоминая всë, что могла натворить за последнее время. — Ты когда напросилась помогать мне с Гаязовым, что делала с ним? — Взгляд мужчины не меняется и от этого девушка сильнее прижимается спиной к холодильнику. — Всë, как вы говорили. — Шатенка чуть успокаивается, понимая, что ей не грозит разговор о её проказах. — Ну, музыку включала, книжки читала. — Не свою ли книжку? — А что случилось? — Случилось то, что квалифицированный доктор начал сомневаться в отсутствии магии, услышав только что о твоем сне. — А мой сон тут причём? Дядь Саш, тебе может к коллегам из психиатрии обратиться? — Богдана, тебе снится сон о твоей книге, а Тимур Гаязов, придя в себя, утверждает, что он встречается с некоей Богданой Сергеевной уже пол года. Не знаешь такую? — Ой. — Твоë «ой»…! Парень два дня отойти уже не может. Он был уверен, что сейчас декабрь и его девушка над ним прикалывается из-за ссоры с Владом. — А мне че делать? Последнюю главу он не услышал, в себя пришёл. Расскажи ему, что включали аудиокниги. — Ты мне расскажи, как ты попала почти в каждую мелочь из его жизни? — Какую мелочь? Взяла то, что было в открытом доступе. Просто немного познакомилась с их творчеством, интервью глянула. Я же не знала, что он такой поддатливый. — А глаза чего забегали? Тебе впервые сон с ним снится? — Нет. Мне и до этого снились сценарии, а я их в книгу добавляла, мешая с реальными фактами. Я хотела дописать про них, а потом на редакции имена все изменить, чтоб за использование с публикации не сняли. — А билет на концерт откуда? — Блин, ну, нравятся мне их песни. Тебе не говорила, чтоб ты разрешил помочь в клинике. Я же как лучше хотела. — Ой, Богданка, не знаю. Либо вас судьба сводит и сны у тебя пророческие, либо ты мне чешешь. — Не вру. И Богдана не врет. Действительно видела сны, которые потом быстро в заметки записывала, чтоб не потерять и полноценную историю создать из них. Каждый сон между собой связывала, а сегодня ночью будто фильм от первого лица посмотрела. И сердце у неё по-настоящему замирает при упоминании кумира. Не так, как раньше, будто героя увидела, а по теплому, родному как-то. Тимур через неделю выписывается из больницы, но обещает врача посещать хотя бы еще месяц. Хоть и вспомнил, как жил до аварии, но недельный сон все еще в голове сидит и чувство неполноценности преследует его до сих пор. Слишком реалистично всë было. Теперь он на каждую шатенку на улице оглядывается в надежде, что над ним все-таки подшутили и существует на самом деле его любовь сероглазая. — Меня даже не смущало, что во сне маму звали Оксана. — Тимур делает глоток кофе на баре и оглядывается вокруг. — Ну, в точности место видел. Там гримерка, тут Полина со своим соком апельсиновым, а там… Да к черту это. — Ты влюбился в девчонку, которую нарисовала твоя фантазия. — Усмехается Ильяс и отодвигает от себя пустую чашку. — Ты знал, что наш мозг не может придумать человека? Все, кого ты во сне видел, ты и в живую встречал. — Раз встречал уже, значит и ещё встретишь. Главное, что ты принял тот факт, что это все было сном. — Сон во сне. — Тимур смотрит на пачку сигарет и улыбается. — Она с тонких перешла на такие, потому что я их люблю. Если меня когда-нибудь так полюбят, я душу дьяволу отдам. — Ты главное мозг на донорство не отдай, а то людям жизнь испортишь. Идем, скоро народ запустят. Тимур волнуется перед выступлением настолько, что дрожат руки. Детально вспоминает, как на балконе стояла та девчонка и смотрела на него с любовью. Только со временем Тимур понимал, что есть небольшие «косяки» во сне, которые доказывают ему, что это всë не по-настоящему было. И несмотря на окна в сюжете, парень чувствует десятки бабочек в животе, когда вспоминает серые глаза и каждый шрамик на спине. И в глубине души он все еще надеется, что услышит ещё хоть раз её голос, который обещает быть всегда рядом. Богдана сжимает в руках билет, пока очередь медленно двигается, несмотря на наличие у неё вип-билета. Она боится, что увидит его с другой стороны, когда будет брать автограф или делать фото. Боится, что он узнал о её поддержке во время комы и убьет за чтение любительских рассказов. А еще боится, что он все-таки такой, как она описывала и из-за этого влюбится уже не в парня из снов, а в самого настоящего Тимура Гаязова. — Ты так выглядываешь, будто никогда людей не видел. — Ильяс поправляет волосы перед зеркалом. — Да волнение какое-то — Тимур еще раз смотрит в зал, где появляются первые слушатели. — Много народу то? — Билеты все разобрали. Выпей чай, не трясись. У нас еще минут тридцать. После выхода на сцену наступает облегчение. По ощущениям это то же, что вернуться домой после долгой поездки. Тимур наконец-то расслабляется и начинает заряжать публику своими танцами. И все идет отлично, но до тех пор, пока Тимур не поворачивает голову к балкону справа. Его прошибает разрядом двести двадцать, а исходят эти молнии из серых глаз наверху. И глазам верить отказывается, и микрофон разбитый у ног не замечает. Старший брат помогает ему придти в себя, но взгляд оторвать от Богданы не может, боится, что она исчезнет, если он даже моргнет. — Отвлеки остальных, мне с той девчонкой поговорить надо. — Младший показывает на шатенку у бара и брат одобрительно кивает. — О, Тимур вернулся? — Ильяс выпивает остаток воды в бутылке и идёт к девушкам в зале, которые жду общие фото и автографы. Тимур быстро идет за шатенкой в чёрном платье и хватает её за руку. Девушка пугается резкого поворота и упирается ладонями в грудь парня. Оба смотрят друг на друга с замиранием и пошевелиться боятся, вдруг снова глаза откроют там, где их не существует друг у друга. Тимур опускает руки на талию девушки и сцепляет их в замок, прижимая к себе, как на автомате. А сероглазая только смотрит удивленно, как бы сердце не выпрыгнуло от переизбытка эмоций. — Мы видимся впервые, но… — Тимур опускает взгляд на губы девушки и прикусывает свою нижнюю. — Не впервые. — Богдана чуть улыбается, пока руками добирается до шеи Гаязова. — Я уже была на концерте прошлой осенью. — Так вот, где я мог тебя увидеть? — А потом проектировать в сны? — Что? — Нам многое стоит обсудить, правда? Хоть и хочется прямо сейчас поцеловаться, но это ведь глупо? — Если желание к действию у обоих, то вовсе не глупо. Тимур тянет Богдану к себе и впивается в губы. Ощущение, будто он и не просыпался, а она всегда была с ним. Чувствуют друг друга и дополняют в каждом действии. — Может теперь познакомимся? — Богдана пытается отдышаться, прижимаясь лбом ко лбу Тимура. — Книгу то дописала? — Гаязов усмехается, уводя шатенку за дверь в служебный коридор. — Очень интересно, чем же закончилось? — Они встретились после концерта, в том самом клубе «INSOMNIA» и целовались в служебном коридоре, как школьники. — А потом обменялись номерами, адресами и кольцами. — Узнаем друг друга заново? — Узнаем, Богдана Сергеевна. Поцелуй в лоб и крепкие объятия. Ощущение у обоих, будто они встретились после долгой разлуки, но никак не познакомились впервые. Это ли и есть любовь? «... Я только с ней, А она мой сон во сне.»