Спасибо за всё...

Ещё один день в плену в собственном замке. Зонтик иногда пытался вырвать руки из оков, хоть и понимал, что это бесполезно. Он только вредил себе — кандалы впивались в нежную кожу острыми краями, и при резких движениях ранили руки. Алебард, сидящий у противоположной стены в таком же положении, испытывал те же проблемы. К тому же, стены и пол были холодными, и пленники очень мёрзли. Внезапно решётка открылась. Некто в плаще и капюшоне вошёл и принёс с собой одеяла, в которые и закутал несчастных. Через полчаса этот же неизвестный принес поесть. К сожалению, освободить пленников человек не смог, так как у него не было ключей, но хотя бы немного заботы к правителю и министру проявить попытался. — Почему мне кажется, что это не к добру? — спросил Зонтик то ли Алебарда, то ли самого себя. Они оба старались не двигаться, чтобы одеяла не свалились с их плеч. Выйдя из подземелий по тайному ходу, некто в плаще оказался за пределами двора замка. Быстро оглядевшись по сторонам, фигура поспешила в одном ей известном направлении. Добравшись до нужного ей места, она сняла плащ. — Кираса! — поприветствовал её Щит. — Здравствуй. Есть какие-то новости? — Да, Щит, и новости плохие. Сегодня я посещала камеру Великого Зонтика. К сожалению, освободить его я не сумела — у меня были ключи только от двери камеры. Я принесла еду и одеяло, но условия всё равно ужасные. Ты ведь знаешь, что в Зонтопии начинается зима, а в подземельях и без того холодно. К тому же, угадай, почему я кормила правителя сама, почти с рук? Его заковали в кандалы! Он едва может пошевелить руками, а каждое резкое движение причиняет сильную боль. Я не раскрыла себя, и в разговоры не вступала, чтобы Великий Зонтик случайно меня не сдал. Ты не подумай, я ему доверяю, но любой может случайно проговориться. — Это ужасно! Нам нужно поторопиться! Бери свою глефу, и за дело! Кираса собрала волосы в пучок, взяла оружие и они с Щитом снова развязали жаркую схватку. Они наносили и отражали удары, атаковали, защищались и контратаковали, уворачивались от ударов, ставили друг другу подножки, старались зайти друг другу за спину… В ход шло всё — Щит считал, что с министрами не может идти и речи о какой-либо морали. Искатели с каждым часом становились всё ловчее, чётче, быстрее и техничней, ни одного лишнего движения, ни секунды промедления. Недавно у них, с подачи Щита и Кирасы, даже появился девиз: «Нам назад нельзя шагать! Ни за что не отступать!» и боевой клич: «Встану даже мёртвым!» Пример эти двое подавали прекрасный. Искатели, глядя на них, старались стать такими же — яростными, сильными и наполнялись решимостью отдать жизни за правителя, если потребуется. В убежище почти постоянно звенело оружие — когда одни отдыхали, другие упражнялись, и наоборот.

***

Четыре министра, ворча, писали указы заново, заготавливая на всякий случай копии. Как знать, вдруг мальчишка и на этот раз их разорвёт. — Парни, а никто не знает, где Кираса? — вдруг задал вопрос Барбют. — Да у неё отношения появились, — ответил Манифер, — наверняка на свиданки бегает. Я давно заметил, что она как возвращается, так постоянно красная и растрепанная. — Не думаю, что это стоит нашего внимания, — ответил на это Дублет, усердно работая пером. — Главное, что она нам не мешает.