Сад отзвуков

      Солнце в который раз садилось в Теневой Зоне. Саундвейв обратил на это внимание, и отозвал Лазербика. Связист прислонился к утёсу, сортируя массив собранной им информации. Это было бесполезной задачей: уже несколько декациклов не обнаруживались новые данные. Он бесчисленное количество раз просматривал все доступные материалы, но не мог создать из них что-то функционально полезное, сколько бы ни пытался.       В отсутствие возможности действий он занимался наблюдением. Законы Теневой Зоны были странными и непостоянными. Иногда он находил предметы, которые были наполовину внутри, наполовину снаружи Зоны, а сам барьер между измерениями издавал низкий гул и треск. Тогда Саундвейв хватал эти предметы и тянул так сильно, как только мог. Порой они выпадали из реального мира и оказывались в его ослабших пальцах. В ином случае предметы не двигались, и он был вынужден оставить их. Так же Саундвейв обнаружил взаимосвязь между электромагнитным полем Земли и пространственным искажением Теневой Зоны. Он мог пройти через большинство стен и сквозь всех живых существ — механоидных или нет — но всё же не мог пройти сквозь землю. Даже в тех местах, где земля и стены ландшафта состояли из одного и того же материала. Это было любопытно, и у него было достаточно времени, чтобы поразмыслить над этим, но не было специальных сканеров или оборудования, с помощью которых он мог бы опровергнуть или подтвердить свои теории. Он скучал по голографическим консолям «Немезиса».       «Немезис…»       Саундвейв был свидетелем последней битвы Мегатрона с автоботами. Застряв в Теневой Зоне, он был бесполезен, паля по врагам призрачными выстрелами. Он видел, как его лидер упал с Омега Замка. Саундвейв прыгнул следом. Ионизированные слои атмосферы Земли проносились мимо его чувствительных антенн, сталкивались с его обшивкой, захлестнули его процессор. В отличие от Мегатрона, он не сгорел при падении. И не в силах трансформироваться, он не смог следовать за своим лидером. Он упал. И очнулся. В пыли цвета сепии. Один.       Порой тишина была просто невыносима. Он посылал Лазербика на максимально доступное расстояние, а затем отслеживал на всех частотах и отображал его местоположение точкой в трёх измерениях просто для того, чтобы занять себя чем-то.       Пока топливо не стало проблемой. Саундвейв отключил второстепенные биолайты на корпусе, скорбел из-за потери возможности использовать свои подвижные кабели. Он давно отключил подачу энергона к ним и свернул. Он скучал по ним так же сильно, как и по трансформации — настолько, насколько он мог скучать. Протоколы подавления эмоций, установленные перед войной, всё ещё функционировали.       Когда он находил дезактивы, он поглощал их топливо без угрызений совести.       Лазербик поднялся над каньоном, ловя на своих крыльях угасающий свет заката. Саундвейв подготовил свою деку к стыковке.       Вдалеке раздался дребезжащий звук.       Он склонил шлем набок. Звук был знакомый.       Нарастающий жужжащий треск.       Саундвейв выпрямился, его пальцы дёрнулись.       Что-то нарушило невнятную структуру Теневой Зоны. Это ощущалось, как землетрясение, — на уровне частот. Он послал Лазербику беззвучный приказ: «Найди источник».       Он сканировал каждую входящую вибрацию, чувствительные сенсоры шлема дрожали от пронизывающей энергии. Он выжидал. Это не походило на частоту, исходившую от технологии десептиконов, автоботов или людей.       «Иные формы существ?»       Саундвейв не стал дожидаться возвращения Лазербика. Он местами вскарабкался по утёсу, местами прошёл сквозь текстуры на плато. Корпус передёрнуло от роста энергии, биолайты сверкнули, а плотно сжатые подвижные кабели внутри его корпуса задрожали.       «Портал?..»       Над антеннами вспыхнул зеленый свет.       Он узнал его. Энергетический профиль был очень похож на космические мосты, которыми он когда-то управлял. Лазербик послал ему предупреждающий пинг. Саундвейву стоило бы пригнуться, но его отвыкший корпус обдало волной, настолько ошеломляющей количеством электричества, что это выбило настороженность из плат. После долгих солциклов унылого небытия в его процессоре пронеслась перспектива неизвестности.       Портал вытянулся и расширился. Он раскрылся с гулким звуком, открыв сияющее пространство зеленых молний. В воздух взметнулась пыль. Саундвейв прикрыл визор манипуляторами.       «Энергетическая структура: распознана. Объект входит в пространство».       Портал снова вспыхнул. Что-то выпало из него...       — А-а-а-а-а!       ...и рухнуло на землю. Пыль поднялась, заслонив объект. Ещё один объект, но гораздо меньшего размера, выпал из портала и ударился о первый с металлическим звоном!       Прежде чем Саундвейв смог должным образом зарегистрировать то, что он наблюдал, энергия, сотрясающая его, изменилась. Он узнал знакомый звук. Портал потемнел, зашипел и...       «Нет!»       ...закрылся. Саундвейв проклинал факт того, что он был здесь настолько долго и не смог собрать оборудование, необходимое для того, чтобы воспользоваться порталом.       Существо в пыли застонало.       Лазербик передал видео-запись открытия портала с высоты своего полёта. Из него выпал некий мехо-подобный объект.       Саундвейв оценил своё положение. Если это не кто-то из высокопоставленных десептиконов, то, с высокой вероятностью, его можно атаковать ради энергона. Однако он болезненно осознавал свою ограниченность. Его оружие и кабели были отключены. Его манипуляторы-крылья хорошо приспособлены для защиты, но пальцы хрупкие и неэффективны для нападения. У Саундвейва всё ещё были боевые навыки, но они уже давно не практиковались на других живых существах.       — …шарков Брейнсторм…       Саундвейв резко поднял шлем. Это был неосайбекс! Или… его вариация. Это был диалект, которого он никогда не слышал, и который не соответствовал ничему в его базе данных. Лазербик спикировал вниз и вернулся на корпус хозяина. Пыль осела. Саундвейв подошёл ближе. Он не боялся. Он никогда не боялся.       Это был кибертронец, хотя и самый странный из всех, что когда-либо видел Саундвейв. Он лежал на земле, спиной к нему. Он был красно-золотым, со спойлером и колёсами, пропорции причудливые, угловатые. Его биолайты были красными, а из ран, полученных при падении, капала розовая жидкость. Его электромагнитное поле было выражено в виде движущихся туманных областей вместо обычных импульсов...       — Клянусь, я сойду с ума, если это ещё одна вселенная, с вездесущими акулами из анти-материи...       Саундвейв дважды проверил правильность услышанного. Это звучало так странно, что сначала он подумал, что это может быть шифром.       Наконец, существо поднялось с земли, развернулось и... Это был автобот. На его желтом честплейте на фоне пламени красовался знак автоботов. И у него был нос. Точно такой, какой был у людей.       Саундвейв занял оборонительную позицию. Автобот неуверенно поднялся на колени, затем на сервоприводы. Он покачнулся, тряся шлемом. Саундвейв приготовился забрать энергон Лазербика, чтобы активировать своё оружие — кабель. Он бы атаковал немедленно, но каталогизация странного эм-поля автобота, его энергона и фенотипических странностей отвлекла его.       — Эй! — автобот улыбнулся ему.       О, если он улыбнулся ему, то это определенно был представитель другой цивилизации.       — Эй, что это за место? Можешь сказать, что за планета? — автобот подошёл ближе.       Саундвейв поднял манипулятор. Автобот остановился.       — Воу. Ты жуткий. Ты кибертронец, не так ли? Ты меня понимаешь?       Его корпус двигался множеством взаимосвязанных частей, вместо длинных и гладких плат брони, к которым привык Саундвейв. Он никогда не видел ничего подобного. Даже в творениях людей — телевизионные фантазии этих существ время от времени проходили через его сенсоры — он ничего подобного не встречал.       — Привет?..       После ещё одного клика вычислительного молчания, Саундвейв кивнул.       — Так, ты меня понимаешь. Отлично. Где мы находимся? Это Земля? Это место выглядит немного… землянисто.       Саундвейв снова кивнул. Он начал перекачку топлива из Лазербика. Маленький дрон тихо заскулил, прижимаясь к его честплейту. Ему не хотелось этого делать, но через мгновение у них обоих будет столько энергона, сколько им нужно.       Энергия пошла по длине одного из свёрнутых кабелей. Один — это всё, что он мог позволить себе сейчас активировать. Автобот приближался, тараторя бессмысленную чушь, которую Саундвейв всё же записывал на тот случай, если оно когда-нибудь ему понадобится. Мех указал в небо, а когда в следующий раз взглянул на Саундвейва, резко остановился.       — О, — сказал он. — Ты десептикон.       Кабель был почти в рабочем состоянии. Саундвейв отправил команду на активацию. Когда он зашевелился, Лазербик замер.       — Ну, всё в порядке. Война уже давно закончилась, ты ведь в курсе.       Что это был за отвлекающий манёвр?! Саундвейв слышал более убедительную ложь от Старскрима. Что говорило о многом.       — Как тебя зовут? Я Родимус, — автобот жеманно поклонился. — Гордый межпространственный искатель приключений и второй капитан «Лостлайта»!       Саундвейв записал голос Родимуса и воспроизвел его. Обработанным.       — «Меж-МЕЖ-прост-ранственный».       Родимус вздрогнул, услышав свой же искаженный голос. Скрипучий жестяной звук, бил по процессору и отдавался эхом.       — Да, — сказал он неуверенно. — Существует множество вселенных. Похоже, я наткнулся на твою.       Саундвейв выбрал одно из слов Родимуса и повторил его.       — «Лост-, Л-Лост-, Лост-т-»…       — Хорошо, я понял, — Родимус наклонился и поднял что-то с земли. — Я не думаю, что ты злой, Десептиконский Бамблби? Девять из десяти Бамблби теряют свои вокалайзеры и звук заедает, когда они раздражены.       Саундвейв ощетинился.       — Воу! — Родимус отступил назад. — Полагаю, тебе это не понравилось…       Саундвейв устремил свой кабель к Родимусу. Вид его биолайтов заставил Саундвейва почувствовать себя снова прежним. Прежде чем Родимус успел среагировать, кабель плотно обвил его, нацелившись на коленное сочленение, сочащееся сейчас энергоном. Саундвейв раскрыл захваты и выпустил мелкие щупы, вонзив их в рану.       — Ау! Какого шарка?! — Родимус сопротивлялся. Автобот был ниже ростом, но более плотно сбитым и угловатым. Это было необычно для Саундвейва. Кабель вцепился в острые углы пламенных грудных пластин автобота.       Щупы тонкими усиками углубились в рану, направили энергон в корпус Саундвейва, где фильтры послали красный кричащий пинг «НЕТ» в процессор. Как только усики обожгло и кабель пронзила боль, Родимус вскинул манипуляторы и освободился. Саундвейв отшатнулся, активировав протоколы по адсорбции ядовитых веществ. Кабель жалобно скрутился возле хозяина.       «Что это за вещество».       «Не энергон».       «Больно».       — Это шлаково жутко! — вскрикнул Родимус. — Я пришёл с миром, шарк возьми! — он отпрянул и ударил Саундвейва кулаком в фейсплейт.

***

       Инициализация протоколов перезагрузки.       Предупреждение: уровень топлива 13%       Предупреждение: автобот в непосредственной близости        Предупреждение: Лазербик оффлайн       Предупреждение: обнаружены ограничения       Предупреждение: не удалось связаться с Мегатроном       Предупреждение: не удалось связаться с «Немезисом»       Предупреждение: не удалось подключиться к геосинхронным спутникам       Предупреждение: местоположение неизвестно       Предупреждение: протоколы подавления эмоций 1 — 14 не работают       Саундвейв оборвал поток предупреждений, заполнивших его процессор. Кроме первых четырёх остальные он видел каждый солцикл с тех пор, как его загнали в Теневую Зону. Когда предупреждения исчезли, из темноты материализовались решётчатые структуры. Саундвейв пару раз уже видел этот сон с тех пор как оказался в Теневой Зоне. Структуры были сделаны из звёзд, соединённых тонкими линиями, чистыми и яркими, как будто из нитей его искры. Они возвышались как созвездия над его процессором. Они вибрировали, как натянутые струны, каждая нота заполняла пространство между звёздами… данные... Данные, которые он не мог идентифицировать…       Единственное, что он понял об этом видении, было то, что структуры и звуки, которые они производили, были связаны. Не просто связаны, они были одним и тем же. Это были визуальные и слуховые представления данных в его процессоре. Они сливались и снова расходились. Их смешение приводило к третьему типу данных, которые он не мог идентифицировать. Это проявлялось лишь интуитивно, как нечто вроде импульса поля, зависшего между решётками.       Саундвейв знал, что из-за того, что он не мог понять этот третий набор данных, он не мог правильно собрать воедино объект перед ним. Это было всё равно что пытаться трансформироваться без Т-шестерни. Если бы он мог просто расшифровать эти туманные данные, всё встало бы на свои места. Звезды перед ним засияли ярче, их звуки стали громче, побуждая его разгадать загадку. Процессор Саундвейва заныл. Протоколы перезагрузки завершились. Созвездия, их песни и электромагнитные поля исчезли, и Саундвейв почувствовал, как тяжесть его корпуса и земля под ним тянут его обратно в реальный мир.       Саундвейв пошевелился, опустив визор, и забыл о сне. Он послал сигналы к корпусу, оценивая своё положение.       Он сидел, замотанный в собственный отключённый кабель, прислонившись к стене. Промелькнуло раздражение, он послал команду Лазербику. Маленький дрон молчал, намертво прижавшись к его честплейту.       — О, ты уже очнулся?       Автобот неторопливо подошёл, держа в манипуляторах устройство. Устройство излучало сигнал. Саундвейв сосредоточился на нём. Как и неосайбекс Автобота, этот сигнал тоже был необычным. Это не было кодом, требующим расшифровки, но в нём было достаточно искажений, которые требовали сосредоточенности для понимания. Его визор отображал данные и вращающиеся сетки, пока он оценивал результат.       — Знаешь, в былые времена я бы ударил не один раз, — сказал Родимус. — Но сейчас всё иначе.       Саундвейв проигнорировал Родимуса, сосредоточившись на устройстве.       — Если ты был голоден, ты мог бы просто сказать об этом. У меня есть запас энергона. Тебе не нужно высасывать его из меня подобно вампиру.       Саундвейв узнал земное слово. Но он перестал акцентировать на этом внимание, когда понял, что это было за устройство.       «Маяк».       «Выход из Теневой Зоны».       Когда Родимус приблизился, Саундвейв серьёзно обдумывал новые варианты, стоявшие перед ним. Уничтожить автобота и забрать маяк? Притвориться союзником и последовать за автоботом из Теневой Зоны, а затем уничтожить его?       — Насколько я могу судить, мы в… карманном измерении? — Родимус покосился на своё устройство. — Что-то в этом роде? В основе этого пространства — Земля, но оно отличается от того, где я раньше бывал, — он пожал плечевыми блоками. — Магнус всегда говорит мне не заходить в светящиеся зеленые порталы, я не знаю почему. Я всё равно всегда так делаю, — Родимус указал на драгоценную кучу собранных Саундвейвом деталей и огляделся. — Хотя, судя по твоему истощению и этим вещам, я думаю, что ты давно здесь застрял, и явно этого не планировал. Хм, должно быть, здесь не самое радужное место.       — «З-земля. Кар-манное. Из-мерение», — подтвердил Саундвейв голосом Родимуса. — «Д-давно зд-десь за-а-астрял».       — Наконец-то. Хоть какая-то полезная информация, — Родимус снова ткнул в устройство и сел, держась на приличном расстоянии от Саундвейва. Он положил маяк на землю рядом с собой. — Дай-ка угадаю. Ты — Саундвейв?       Слабый, крошечный намёк на удивление промелькнул в процессоре Саундвейва.       — «Саундвейв», — повторил он.       — Я так и думал. У тебя есть эта странная эхо-штука с твоим вокалайзером. Что-то в этом роде, да? У нашего Саундвейва тоже такая был.       «Тоже была. Прошедшее время».       — Однако ты выглядишь так странно. Без обид.       — «Ты выглядишь т-так странно», — Саундвейв не повторил «без обид».       — Ты можешь говорить? — фыркнул Родимус. — Или просто повторяешь что-то? Как ты сюда попал? Что это за место?       Саундвейв обдумывал эти вопросы. Затем он просто повторил:       — «Голод».       — Хм. Если я дам тебе топливо, сможешь ли ты гарантировать отсутствие атаки со своей стороны?       — «Г-гарантировать», — Саундвейв высветил смайлик на своём экране. — «От-отсутствие, отсутствие атаки?»       Родимус рассмеялся. Он вытащил что-то из, как предположил Саундвейв, своего подпространства.       — Вот. Я думаю, что, поскольку ты выглядишь по-другому, энергон, на котором функционирует твой корпус, отличается от моего. Это самый чистый сорт, который может создать Брейнсторм. Мы столкнулись с несколькими представителями альт-вселенных, которые не могут поглощать то, что у нас есть.       Саундвейв, все ещё связанный собственным кабелем, уставился на него.       — Что? Я думал, что ты можешь распутаться.       Саундвейв отобразил свой уровень топлива.       — Оу, — Родимус положил энергон и медленно размотал Саундвейва. — Эта штука странная. И холодная. Ты экономишь ресурсы? Шлак, посмотри на все эти потухшие биолайты…       Саундвейв дернулся, но терпел ненавистные прикосновения автобота. Когда его, наконец, освободили, он вручную свернул свой кабель-щупальце и поместил в корпус, оставив конец снаружи. Родимус при этом поморщился. Саундвейв проигнорировал его. Он взял энергон и просканировал с помощью своих ограниченных возможностей. Ничего многообещающего. Он вытащил щупы пальцами и окунул их в энергон. Они дергались и извивались, направляя его к основным магистралям. Его биолайты замерцали.       Фильтры посылали ему недовольные импульсы. Это был не яд, но хорошо ему потом от этого тоже не будет. Саундвейв взял ровно столько, чтобы снова зажечь все биолайты и восстановить Лазербика до половины мощности. Он вернул энергон Родимусу.       — «Слишком... слишком. Разный», — сказал он, складывая слова Родимуса вместе. — «Н-н-не. Чистый».       — Хм. Очень жаль, — Родимус взял контейнер и выпил остальное. — Пошли со мной на «Лостлайт». У нас есть оборудование, чтобы сделать то, что тебе нужно. Возможно.       Саундвейв огляделся. Солнце уже село. Ночное небо было коричневым, тусклым, как ржавчина, и беззвёздным. Он подумал о том, чтобы пойти с автоботом хотя бы для того, чтобы выбраться из Теневой Зоны. Но в какую вселенную его приведут? Сможет ли он возобновить свою верную службу на благо десептиконов?       — Тебе понравится «Лостлайт». Там каждый получает второй шанс. Или ты хочешь остаться здесь навсегда?       Антенны Саундвейва дёрнулись.       — У нас Мегатрон в качестве сокапитана.       «Мегатрон».       Саундвейв выпрямился.       «Мегатрон!»       Он показал видео, на котором Мегатрон говорил: «Отлично!». Родимус уставился на его экран-визор:       — Боже мой. Это твой Мегатрон?       — «Мегатрон», — повторил Саундвейв.       — Ха. Старик Мегз будет в восторге от этого зрелища. Клянусь, в каждой вселенной, в которую мы попадаем, у него оптика ещё безумнее, чем в предыдущей.       Что-то похожее на эмоции захлестнуло Саундвейва. Мегатрон был жив! И… с автоботами? Командовал их кораблём? Нет, этого не может быть. Должно быть, ворны одиночества и голода затуманили его логические схемы. Он проанализировал разговор. Это был не его Мегатрон. Он был свидетелем того, как его Мегатрон пал в бою. Он был не в силах протянуть манипулятор, не в силах выстрелить, не в силах помочь. Это был Мегатрон того автобота. Но…       Все Мегатроны начали войну. Были гордыми десептиконами. Тот, что назвался Родимусом носил эмблему автоботов, это было доказательством того, что в его вселенной тоже была война. Саундвейв не мог представить себе ситуацию, в которой Мегатрон объединился бы с автоботами. Если только… если только он не выжидал. Этот Мегатрон потерял своего Саундвейва. И был окружен автоботами. Должно быть, он выжидает, притворяясь автоботом, пока к нему не вернуться его настоящие союзники. Саундвейв внезапно стал более заинтересован «Лостлайтом».       — «Лостлайт», — повторил он.       — Круто, — Родимус лёг на спину, заложив манипуляторы за шлем. — Должно пройти не больше нескольких джооров, прежде чем они найдут меня. Погоди, ты ещё увидишь датчики дальнего действия «Лостлайта», ха-х.       Саундвейв ничего не ответил.       — Итак, где Рэведж?       На экране Саундвейва появился огромный вопросительный знак.       — «Рэведж?» — повторил он.       — Да. Ты знаешь. Черный кот. Кассета. Где твои кассеты? — Родимус оглядел его с мысков до антенн. — Разве ты не превращаешься в нечто вроде радио? Это впервые так. Все остальные Саундвейвы трансформируются в радио.       Саундвейв не понял ни слова из того, что сказал Родимус. Это его раздражало. Он вручную отключил обнадёживающие сигналы от своих пустых оружейных систем.       «Терпение».       — «Не превращаешься в неч-то вроде р-радио», — повторил Саундвейв. Он показал видео, на котором Старскрим кричит «Лазербик!» и указал на свой честплейт. Родимус разинул рот.       — Какого шарка? Это и есть Лазербик?       Саундвейв снова указал на него.       — Она… Где она?       Саундвейв удивлялся, как автобот может быть таким глупым. Он был раздражен настолько, насколько ему вообще позволяли протоколы, и его процессор напрягся от нахлынувших эмоций. Он снова подавил свои бесполезные системы вооружения и перезагрузил протоколы подавления эмоций.       «Терпение».       «Побег из Теневой Зоны».       «Затем уничтожение».       — «Лазербик», — повторил Саундвейв. Дрон оторвался от честплейта и завис, его красная оптика остановилась у шеврона Родимуса. Родимус прищурился:       — Шесть крыльев? Почему у неё шесть крыльев?       Саундвейв соединил запись Шоквейва:       — «Автоботы. Нелогично».       — Да, неважно, — Родимус пожал плечами. — Держу пари, что это ваш Шоквейв. Старый добрый одноглазый. Здесь он тоже циклоп?       Лазербик вернулся к деке Саундвейва. Саундвейв проиграл цитату Шоквейва, когда-то сказанную учёным Старскриму:       — «Тебе просто нравится слушать собственный голос».       — Ага, — лениво сказал Родимус. Пальцы Саундвейва дёрнулись. Он повернулся спиной к Родимусу.       «Терпение».       Он сосредоточил всё своё внимание на данных, полученных с маяка. Это дало бы ему представление о типе программного обеспечения, с которым он наверняка столкнётся на «Лостлайте». Как только он освободится из ловушки, Саундвейв сокрушит этого автобота, заберёт корабль и вернётся на Землю, чтобы забрать то, что осталось от Мегатрона.