Пострадавший и одинокий, мечтающий лишь о покое.

Хэ Сюань смотрел в окно, наблюдая за чёрными водами. Он простоял так несколько дней, а затем завалился спать... В последние годы он будто потерял смысл в жизни, разве демоны не исчезают, после того, как исполнят желанное? Оказалось, что не всегда. Он завалился на кровать в одежде и лежал так, прикрыв глаза, медленно засыпая. Но его сон прервал тихий скрип входной двери, что гулким эхом раздался по всему дворцу. Но демон не шелохнулся, А тот, кто заглянул в его обитатель, похоже, что-то разбил. Психи давно вылезли из подвала, сведённые им с ума люди оживились, захохотали и принялись гостя избивать... Обычно Хэ не обращал на это внимание, но этот раз стал исключением. Что-то в его сердце, давно мёртвом и тихом, ёкнуло и он встал. Хэ Сюань по дороге немного пригладил волосы, зевнул и наконец вышел в прихожую. Он был удивлён. Так сильно удивлён, что в ту же секунду от психов остались лишь лужи крови. И среди всего этого безобразия... Ши Цинсюань. В белых, потрёпанных одеждах, покрытых грязью, а теперь и кровью... Похоже на ткань для мешков с зерном. Он своими большими, испуганными глазами смотрел на него, а затем тихо прошептал: — м-молодой господин Хэ... Я не ч-чувствую ноги. Боль явно была сильной и тот факт, что он не кричит, а лишь льёт потоки слёз похвален. Хэ Сюань подошёл к перепуганному ветерку. Истерзанный, истощенный, грязный и испуганный... Такие слова приходили в голову, когда он смотрел на немного загорелого человека. Хэ почувствовал интерес, аккуратно задрал его штанину и посмотрел на ногу. Она заплыла синяком, но кость, кажется на месте. Хэ использовал свою ци, чтобы срастить болезненную трещину. Это наверняка очень больно, но ветерок терпит. В какой-то момент бывший небожитель смог вздохнуть без боли. Демон поднял его на руки. Конечно ноге требовались ещё мази и уж точно покой... А ещё хорошая еда. Хэ Сюань не сразу понял, что здесь забыл Ши Цинсюань. Сколько он помнил, то следил за ним из тени, притворялся мужчинами, женщинами, пожилыми и даже животными. Оставлял двойников, чтобы приглядеть. Но часто Ши Цинсюань его раскрывал, особенно когда незнакомец давал не пару медяков, а мешочек с ними. Маленький, но этого хватало, чтобы есть суп или купить лекарства. Так и в тот раз он дал ему такой мешочек, но бродяжка попытался вернуть хотя бы часть денег. Это очень разозлило Хэ Сюаня и он со злости сбросил облик, чтобы напугать непутёвого бездомного. Он испугался, припав спиной к стене, но в тот же момент схватил Хэ Сюаня за рукав, не позволив уйти. И Хэ остался... Да и вокруг никого не осталось, попрошайки сбежали, оставив старину Ветра, в очередной раз напоминая ему, что на улицах друзей нет. — Молодой господин Хэ, возьмите деньги... В этот раз слишком много, вы перебарщиваете, — он говорил, смотря в пол, сжимая его рукав. Проще говорить смело, когда не видно хмурые брови собеседника. — нет. Когда ты понял, что это я? — я... Давно. Ещё тогда, когда чёрная змея принесла мне пару медяков... Я подозревал, что вы наблюдаете за мной, но это казалось чем-то... Запретным? — он неловко улыбнулся, для уверенности схватив его рукав другой рукой и тогда Хэ увидел синяк на плече, рубаха немного съехала, ведь была большой. — откуда синяк? — а... Господин Хэ, это не стоит вашего внимания... Просто синяк. Я не могу предложить вам чего-то, но... Господин Хэ, посидите со мной немного, пожалуйста? И Хэ Сюань остался. Без стеснения он сел на землю, пачкая чёрное ханьфу, аккуратно, практически невесомо прикасаясь к синяку и используя свою ци, чтобы вылечить его. Ши Цинсюань не стал комментировать это, он облокотился на господина и сидел вместе с ним до ночи. Хэ Сюань посмотрел на его «улов» и этого оказалось... Да практически ничего, если не считать мешочек. Демон давно чувствовал что-то не то, пустоту, которую никакая пища не могла заполнить. И когда он сидел рядом с юношей, ему было... Тепло и хорошо. Будто бы Цинсюань освещает его одним лишь присутствием. –... — господин Хэ... Здесь... Так одиноко. Я скучаю по вам. — разве ты не должен ненавидеть меня? — боюсь что... Так и не смог возненавидеть вас. Я лишь хочу искупить наши с братом грехи перед вами, но я понял... Понял что не справляюсь. Мне жаль господин Хэ... — не справляешься. Ты же помнишь, что твоя судьба принадлежит мне? В голосе Хэ Сюаня был слышен нарастающий гнев, но парень только поудобнее прижался к нему. Несколько лет пролетели для Хэ быстро, в основном из-за гнетущего одиночества, а вот для Ши они тянулись медленно и он многое переосмыслил, по крайней мере страх стал немного тише. — нет... Я просто. Ну...– нужно было подобрать правильные слова, которые никак не хотели выходить, — я бы хотел... Остаться с тобой. Я устал... Я хочу умереть, но я не смогу наложить на себя руки, г-господин Хэ! Он чуть не свалился, ведь Хэ Сюань встал, взяв его за руку и рывком поднял. Он продолжил держать его за руку, передавая ци. Она наполнила тельце бродяжки, который хотел вырваться, но не стал. Хэ отпустил его и перед тем, как уйти сказал: — если явишься в мои владения, знай — я не отпущу тебя. Почему в это мгновение взгляд Ши Цинсюаня стал таким... Счастливым? И вот сейчас он нёс юношу по тёмным коридорам, приказал слугам наполнить купальню теплой водой. Наверное, только благодаря слугам это место ещё не развалилось. Не обернулось кучкой камней. Он зашёл в купальню, бочка уже полна. Он указал так же принести сменные одежды. Закрыв дверь, он подошёл к бывшему повелителю ветра и начал аккуратно снимать рубаху с Ши Цинсюаня. — ты же помнишь, что я не отпущу тебя? — ох... Да, помню, господин Хэ. Помню... Теперь я полностью ваш. Он посмотрел ему в лицо, увидел счастливую, немного нервную улыбку и сложил старую... Сложно назвать это рубахой, тряпка какая-то. Он точно должен позаботиться о гардеробе своего Цинсюаня. Он аккуратно стянул с него вторую тряпку, после чего лицезрел все ранения и синяки: лёгкий фингал под глазом, пара синяков на предплечье и даже самом плече, немного ссадин, они несерьёзны, заживут быстро. Нога выглядит неплохо, по крайней мере она не опухла. Демон неспешно поднял его и перенёс в бочку с водой. Он принялся отмывать его от крови и грязи. Смущение не скрылось от его глаз, но он был крайне сосредоточен на своей работе. Только Ши Цинсюань уловил, что кончики ушей демона покраснели, будто их макнули в киноварь. Ши Цинсюань часто вспоминал те годы, которые прожил бок о бок с Мин И... Вернее с Хэ Сюанем. Сложно принять тот факт, что Мин-сюн лишь одна из личин демона. Хотя он уже заметил сходство: в первую очередь от смущения краснеют именно ушки. Это маленькая, но значимая для парня деталь. Когда водные процедуры были закончены, а Ши Цинсюань высушен и одет, Хэ понёс его в свои собственные покои. всё же отпускать от себя юношу он не хотел, мало ли куда залезет? По природе своей Цинсюань любопытен. Этого не отнять. Он усадил юношу на стул, наказал не вставать. Открыв окно, он вытряхнул пыль из одеял и подушек, после чего уложил юношу на кровать. Он выглядит сонливым, а когда голова коснулась подушки, он присмирел. –... Молодой господин Хэ, а мне долго соблюдать постельный режим? – да, – хмуро ответил демон, – я постараюсь не задерживаться на делах одноглазого. – ох... Это так мило, Хэ-сюн. Я ведь не мешаю тебе? – ... Нет. Он бы не смог сказать, что нуждается в нём. Уж точно не сейчас. Он лёг рядом, перед этим скинув свои верхние одеяния на пол. Хэ обхватил парня руками и уткнулся носом в макушку. – ой!... Хэ-сюн, почему ты такой теплый? Удивлялся Цинсюань, но ответ был до жути прост: – Ци. Хэ Сюань не мог разрешить самому себе признать, что скучал. Глубоко и сильно скучал, так что сейчас, обнимая и прижимая Цинсюаня к груди, он был действительно счастлив. Хоть прошло достаточно времени, бывший небожитель всё равно пах цветами и вином. Согреть и защитить... Жизнь непревзойдённого демона вновь обрела смысл и цель. А цель уже сопела, согретая в его руках.