Говори со мной шепотом

      Кацуки бесился, когда кто-то из его незадавшихся друзей отпускал шутки в сторону «вечно краснеющей парочки». Не то чтобы сами шутки были глупыми или что-то типа того, скорее его бесил сам факт наличия этих шуток. Вечно кому-то надо было упомянуть «парочку». И Кацуки всегда бурно реагировал на высказывания.       — Ой, смотрите, Очако снова прижалась к Деку, — пропела Мина, тыкая в бок Киришиму.       — Ага, а Деку то вроде и не против, смотри как краснеет..       — Ой блять. Заебёте, со своими голубками. Поговорить больше не о чем? — ударяет по столу Кацуки, — У Туполицого уже башка кипит от нагрузки. Я больше помогать вам с учёбой не буду! — он вышел из-за стола, намереваясь покинуть зал.       — Бро, ну что ты снова кипятишься, посиди с нами ещё чуток, мы постараемся больше не говорить о Деку с Ураракой, — Кацуки будто кипятком облили, он всполохнулся, кинув взгляд на задрота. К счастью, тот продолжал что-то объяснять круглолицей, значит ничего не услышал.       Бакуго показал средний палец и изобразив жуткую гримасу ушёл в сторону лестницы. Никто из банды не стал его больше останавливать.       — Кацуки никогда не поймёт, — вздохнула Мина, смотря на то, как Изуку кинул короткий взгляд на удаляющуюся фигуру Кацуки и выпустив разочарованный вздох, вежливо попрощался с Очако.       Он покинул зал под взгляды одноклассников. Очако провела ладошкой по шее и опустила голову. Всё она видела и понимала, казалось слепыми были здесь только эти двое: Бакуго и Мидория. Оба смотрят друг на друга, но в упор не видят очевидного. То как один пускает томные вздохи от вида обнажённой спины в раздевалке, после потной тренировки. Другой засматривается, забывая, что находится в классе и пропускает половину лекции. Или оба кидают короткие взгляды, когда кто-то уже отвернулся. Словно слепые котята, недавно появившиеся на свет.       Но однажды Кацуки раскрыл глаза. Его привлекло то, как задрот слишком часто краснеет, когда кто-то что-то шепчет ему на ухо. Бакуго думал что это касалось только Очако. Что она нравилась ботану и поэтому тот краснел, стоило девушке подойти ближе. Но это повторилось, только не с одноклассницей.       Это была тренировка, где надо было поделиться на команды по два человека и после по рандому сражаться с противником.       Изуку продумывал план, что-то бубня под нос. Шото, будучи его сокомандником, стоял в шаге от него. Казалось он тоже пытался придумать выигрышную стратегию и когда пазл в его голове сложился, подошёл к Изуку, чтобы поделиться идеей. Но из-за того, что рядом находились лишние уши, он наклонился ближе к Деку, чуть ли не касаясь его ушной раковины и начал шептать. Изуку весь стушевался, сжал челюсть. Его щёки налились румянцем и он зажал ладошкой рот. Тодороки ничего в упор не замечал, но не Кацуки. Он глядел на них и его желваки ходили ходуном.       У него было две мысли по этому поводу и первую, он намеревался в скором времени проверить. Удача оказалась сегодня на стороне Кацуки. Он в команде с Киришимой, стал противником команды Деку.       В разгаре сражения парни разделились. Киришима перенял на себя атаки Тодороки. Шёл напролом, намереваясь сдержать обе причуды противника, своей одной. Мужественно!       Кацуки, в это время пытался, найти Деку, который спрятался в здании.       Всё было схвачено. И в считанные минуты кудрявая голова была вжата в грязную стенку, руки скручены за спиной, а тело прижато к чужому, горячему. От чувства победы по телу Кацуки прошли мурашки. Победоносный оскал украсил лицо. Оставалось последнее немаловажное дело.       Деку сопротивлялся, пытаясь высвободить руки, но невесомое касание к его уху, остудило весь пыл. Он замер, ожидая дальнейших действий противника. Всё выглядело так, будто хищный зверь поймал добычу, а та потеряла надежду на спасение и сдалась под натиском сильнейшего.       Кацуки подул на покрасневшее ушко Деку и реакция, на действия Кацуки, не заставила себя долго ждать. Его тело начало мелко дрожать, руки снова приняли попытку вывернуться из хватки, но крепкие, горячие ладони намертво сковывали все движения. Бакуго тешил своё самолюбие, убив двух зайцев одним выстрелом.       — Деку, — шёпотом пропел Кацуки, растягивая гласные. Следил за тем, как у Изуку закатываются глаза, как он поджимает губы и часто дышит. У него самого начали потеть ладони. Задрот вёл себя так по блядски.       Кацуки коснулся кожи уха, оставляя невесомый поцелуй, почти сразу подхватывая Мидорию, так как у того подкосились ноги.       — Чёртов задрот, кто бы мог подумать, что у тебя такие чувствительные уши, — всё также шёпотом говорил Кацуки.       — К-каччан, прекрати, п-пожалуйста, — голос дрожал, выдавая его состояние с потрохами. Бакуго с ужасом осознал в какой ситуации они находятся. Задрот еле мозгами шевелит, не говоря уже о конечностях, а сам Кацуки нехило возбудился от всей этой херни. Да самое забавное — его орган упирался точно в промежность.       Когда на Изуку ещё больше навалилось тело, его глаза округлились, напоминая пару блюдец. С губ сорвался стон, который он, к сожалению, не мог заглушить, так как его руки до сих пор были скручены и начинали уже затекать.       Кацуки не сдержавшись, начал водить носом по затылку, шее. Проводить губами и языком, подхватывая кожу. Он глубоко дышал, выбивая Изуку из колеи. В скорости, оба стекли по стенке и у Кацуки сорвались тормоза. Он развернул, потерявшегося в пространстве, Деку к себе лицом и накрыл его губы своими. Хватая их зубами, точно как ненасытный зверь. Мидория утопал в новых ощущениях, отдавался целиком и полностью зверю, готовому разорвать его в клочья. Руки блуждали по чужому телу, плавно перетекая с одного изгиба на другой.       Кацуки провёл рукой по шее Изуку, задев ушную раковину. Тот выгнулся в спине, выпуская стон в чужие губы. Зелёные глаза глядели на Бакуго будто извиняясь за своё поведение, но ничего против не говорили и Кацуки готов был плавиться от всего происходящего.       Да чтобы Изуку сейчас стонал ему в поцелуй, прикасался своими блядскими ладошками к нему и дрожал в его руках? В хорошем сне, после которого Кацуки обычно наяривал в кулак, пытаясь за хвост уловить моменты из сна — да, возможно, но не в жизни.       Так что же тогда сейчас происходит? Они пытаются насытиться друг другом, словно оголодавшие.       Они должны были остановиться на этом, чтобы всё не перетекло в необратимое. К их превеликому счастью или горю подоспел Тодороки.       Шото с далека не разобрал, что именно происходит и приняв их зажимания за драку, с помощью льда оттолкнул Кацуки от Изуку. Парни сразу растерялись, как младенцы у которых отобрали любимую соску, но с места не сдвинулись.       Тодороки покрыл почти всё тело Кацуки льдом, оставив голову свободной и подбежал к Деку.       — Ты как? В порядке? — он поднял Изуку на ноги, перекидывая его руку через плечи и повёл на выход.       — Д-да, — Изуку откашлялся и попытался придать голосу твёрдость, но он всё ещё находился в шоковом, или скорее расслабленном состоянии, — Он меня нехило головой об стенку приложил, но я в порядке.       — Изверг, — Тодороки не сбавлял шагу. На выходе из здания Мидория смог уже идти самостоятельно. Он отставил вопрос о произошедшем на вечер и решил сосредоточиться на задании.       — Как там Киришима?       — А.. Он валяется без сознания, я слегка переборщил с огнём, но с ним всё в порядке — его уже латают, — Шото провёл ладошкой по затылку, ему было немного стыдно, что он доставил Эйджиро проблем.       — То есть.. Мы выиграли? — удивление на лице Деку выглядело забавно. Да вся ситуация до абсурда была смешной. Он даже не приложил никаких усилий для их победы. Не считая того, что Кацуки не сопротивлялся атаке Шото и победа им далась легче. Но всё же!       — Бинго, Мидория, — Тодороки слегка усмехнулся, — Значит он и вправду неслабо тебя так приложил, может к медсестре? — Изуку лишь помотал головой. Единственное, чего ему хотелось — убежать к себе в комнату, где он бы укрылся от всего мира и обдумал последние события.       Когда Мидория с Тодороки вернулись к остальным в классе к нему подошла Очако, моментально заваливая вопросами о его состоянии, так как он выглядел «слишком помято». Изуку убедил её, что с ним всё порядке, но глаза подруги зацепились за одну деталь.       — Изуку.. У тебя на шее, — Очако прикрыла рот рукой, а на щеках образовался румянец.       — Что на шее? — недоумевал Изуку. Шото проследил за рукой одноклассницы, которая указала на засос. Его глаза смешно округлились.       — Так вы не дрались, а лабзал.. — о ужас, Изуку заткнул ему рот, до того как друг закончил речь. Он не хотел понимать, как Тодороки пришёл к этому выводу.       На образовавшуюся шумиху подскочила Мина, от которой тоже не укрылся виновник странного поведения одноклассников. Девушка радостно запищала, окончательно выбивая душу из Изуку.       — Изуку, Изуку, а ты не такой уж и тихоня, каким кажешься, — растянула губы в улыбке.       Деку чувствовал как у него поднимается пульс и начинает рябить в глазах. Голоса на фоне тихли. В итоге он начал крениться назад и ребята спохватились в попытке поймать парня, но за ним из ниоткуда материализовался Кацуки. Он спокойно поймал Изуку в свои объятия и вперился своим яростным взглядом в одноклассников.       — Ах, Кацуки, я уж думала вы будете пускать слюни друг на друга до конца учёбы, — хихикнула Ашидо. Её сердечко разрывалось от переизбытка милоты и радости за друга. Её даже не пугал яростный взгляд одноклассника, а скорее вызывал смех.       — Бож.. Просто оставьте его в покое, я отведу его в медпукт, — подняв Изуку на руки, он развернулся и направился в сторону корпуса. Урарака предупредила учителя об уходе Бакуго с Мидорией, на что тот лишь закатил глаза, делая пометку в голове.       Урок продолжился без двух учеников.       Изуку очнулся, когда солнце заходило за горизонт. Рядом, на стуле, спал Кацуки.       От вида умиротворённого лица одноклассника, его сердце неприятно защемило. Когда он его в последний раз видел спящим? В детстве, наверное. Но когда в сознание прокрались изображения последних событий, сердце в который раз за день увеличило скорость биения.       — О, — у Деку сердце в пятки ушло, — Ты наконец соизволил проснуться, как чувствуешь себя? — это он у Изуку сейчас спрашивает? А точно ли он очнулся, быть может это всё ещё сон, а он до сих пор в отключке?       — Мм, я в порядке, — Изуку отвёл взгляд, не в состоянии смотреть в эти невозможные глаза. Они видели его насквозь и что-то скрыть от них было невозможно.       — Не будем ходить вокруг да около, на счёт произошедшего.. Я..       — Каччан, думаю это была ошибка! — выпалил Изуку, прикрывая глаза ладошками. Он не мог сейчас расплакаться. Не мог и не хотел. Но глаза уже начинало жечь и застилать пеленой. Раздался первый всхлип.       — Ты кого пытаешься обмануть? Меня или себя? — Бакуго поднялся, вставая рядом с кушеткой. Он убрал руки Изуку с лица и попросил смотреть на него.       Какое-то время Изуку было сложно поднять глаза. Он сжимал простынку, которой был любезно укрыт. На неё крупными каплями падали слёзы, растворяясь в ткани. Можно он не будет поднимать глаза? Он боялся, боялся увидеть осуждающий или, ещё хуже, полный безразличия взгляд. Сердце и так горько плачет от всех издёвок. Ещё одной он не вынесет.       — Изуку, прошу посмотри на меня, — впервые голос Каччана был таким ласковым и для кого? Для Деку?       Он поднял голову, но глаз не раскрыл. Хлюпая носом он про себя считал до десяти, лишь после раскрыл глаза и увидел взгляд полный нежности, устремлённый на него. В глазах с новой силой зарябило и не сдержавшись он бросился в объятия.       — Не могу! Не могу больше так! Смотреть тебе в спину, слышать от тебя издёвки, видеть тебя с кем-то другим. Как бы это эгоистично не звучало, хочу видеть тебя рядом, не только как напарника, но и как.. — Изуку засомневался, если он сейчас всё испортит своим признанием? Можно будет попрощаться с возобновившейся дружбой и планами на будущее.       — Но и как партнёра? Парня? Любовника? — Кацуки говорил это так просто, будто издевается, но руки которыми он крепче прижимал к себе, так грели. Грели не только тело, но и настрадавшуюся душу.       — Как любимого, — наконец закончил Изуку. Выпрямившись, он посмотрел на друга. Кацуки смотрел в ответ, его губы тронула улыбка.       — Как любимого, — вторил ему Бакуго, — Я согласен, — он сплёл пальцы с Изуку, всё так же держа зрительный контакт с ним. После воссоединяясь с ним в поцелуе.       — Вот любишь устраивать ты драму.       — Ну, Каччан. Такой момент портишь!