Том 1: «Что со мной не так?»

«Что лучше правда или ложь? Так сразу даже не поймешь. Конечно правду говорить, Куда честней чем всех дурить. Но правдой можно и обжечь, Всех тех кого надо беречь. И бьет она больней ножа, Ведь убивает не спеша. Тогда мы вспоминаем ложь, Она приятней правды всё ж. Ее нам легче говорить Чем что-то честно обсудить…»

***

Ллойд не знал, сколько прошло времени. Может час, а может и семь. Он потерял счёт времени, ещё когда очнулся. Дождь всё ещё стучал по крыше какого-то неизвестного здания, заглушая все остальные звуки, и даже, как казалось Ллойду, его собственные мысли. Его ноги уже затекли от долгого пребывания в одной и той же позе. К слову, он стоял на коленях, руки были прикреплены к настенным трубам теневыми наручниками, голова была чуть наклонена вперёд. Ллойд отчаянно пытался успокоить своё сердцебиение и услышать звуки окружения, однако дождь сильно препятствовал этому. Только спустя время он всё-таки смог услышать что-то помимо дождя. Это был гулкий грохот. Ллойд никак не мог понять, что ему это напоминало, но, когда раздался ещё один грохот, а после и смех, воспоминания нахлынули подобно цунами. Избиения. Насмешки. Крики. Хохот. Всё это он расслышал, только осознав причину грохота и своё местонахождение. Он в приюте. Точнее на его чердаке. Внизу, на нижних этажах, кого-то вновь избивают. Как его раньше. Дождь затих, хотя на деле он только усиливался, однако Ллойду на это было всё равно. Его дыхание учащалось, сердце пульсировало в висках, а мысли путались, словно клубок ниток. Подкатывала паника. Звуки внизу утягивали его в омут воспоминаний, из которого он пытался вырваться. Он пытался выдернуть руки из наручников, но они сжались только больше. А спустя мгновение «БАЦ!». На разум и взгляд нахлынула темнота…

***

— Неужели на нашем корабле настолько небезопасно?! — воскликнул Джей. — Выходит что так. — нетипично-серьёзным голосом подтвердил Зейн. — Если Теневой расхаживал по нашему кораблю без всяких проблем, то есть вероятность, что он придёт и за нами. Мастер Ву стоял рядом с ниндзя, слушая их рассуждения и иногда поддерживая или отвергая некоторые идеи. Заметив краем взгляда брата, он повернулся и подошёл к нему. Внешне Гармадон казался невозмутимым и подозрительно спокойным, однако его явное волнение, беспокойство и нервозность выдавали нервно сжатые губы и кулаки. — Как мы могли проглядеть? — задал риторический вопрос Гармадон. Ву молчал, ведь понимал, что ему нечего на это сказать. — Я обещал, что он будет в безопасности, но сам же не учёл очевидную деталь. Теневой обыграл нас, как маленьких дураков. — в последнем предложении грусть сменилась раздражением. — Нам осталось совсем немного, и компьютер определит его местонахождение. — пытался успокоить своего брата Ву. — Да блять! — крикнул Джей и ударил рукой по столу. — Что такое? — выглянув с кухни, спросил Коул. — У нас полетела программа компьютера. — сообщил Зейн. — Включить его получится, но все данные придётся восстановить вручную. — То есть это займёт ещё несколько часов! — чуть ли не плача, проорал Джей. Эта новость никого не обрадовала. Гармадон лишь тяжело вздохнул, чуть поморщившись и схватившись за голову, встал и направился к выходу. — Я выйду на воздух. — сказал он брату перед уходом. Ву горько вздохнул от того, что не удалось поддержать брата, и отправился помогать ниндзя. Выйдя на верхнюю палубу, Гармадон подошёл к носу корабля, облокотившись на сходящуюся в угол ограду. В голове моментально всплыли воспоминания недавнего вечера. Он готов был поклясться, что это был один из лучших вечеров. А то, как Ллойд использовал силу Они, было великолепно. Хоть он и отторгал эту силу, называя силой зла и разрушения, что являлось правдой, эта техника шла вопреки всем правилам. Погрузиться в воспоминания не позволила новая волна головной боли. Однако открыв глаза, Гармадон оказался вовсе не на корабле. — Ты опять пытаешься запудрить мне голову? — спросил Гармадон, обращаясь в полную темноту. — Ну что ты? Я всего лишь хочу помочь. — хоть Гармадон лишь слышал голос, он прекрасно понимал, что говорит по сути с собственной тенью. — Ты ничем никогда не помогаешь. Ты всего лишь пытаешься вновь затуманить мой разум и переманить на свою сторону. — Гармадон умело подавлял свой гнев, показывая, что он не пойдёт на поводу тёмных помыслов. — Но ведь это твоя сущь! Ты состоишь из зла и разрушения! Ты не можешь созидать, только разрушать! — Я слишком долго верил твоим словам. — спокойно сказал Гармадон. — Теперь у меня есть доказательство, что сила О̀ни не только в разрушениях. — Постой, ты же не. — Я разрываю нашу связь, ты больше не сможешь на меня повлиять. — после этих слов тьма понемногу начала рассеиваться. — Идиот! Если я исчезну, ты не сможешь выбраться! У тебя не будет проводника! Вопреки этим словам из темноты раздался детский смех. Такой счастливый, радостный и задорный он зажёг зелёный огонёк, который принял форму пятилетнего мальчика. И хоть Гармадон видел лишь контур, а не действительную форму, он мог с уверенностью сказать, что этот огонёк принял образ Ллойда. Причём именно тот образ, который ярко отпечатался в его памяти, единственный образ, который был у него в голове до полного поглощения разума ядом поглотителя десять лет назад. Детский смех повторился, после чего силуэт мальчика помахал рукой, призывая идти за ним. Гармадон по-доброму усмехнулся и, в последний раз посмотрев в сторону тьмы, сказал: — Прощай. — и направился за силуэтом своего сына. Резко втянув воздух Гармадон открыл глаза. Было ощущение, будто его окатили ледяной водой. Не веря в только что произошедшее, Гармадон призвал в одетой в чёрную перчатку ладони свою силу. Появилось фиалковое пламя, однако оно сильно отличалось от прошлого. Фиалковый цвет стал чище и светлее. Гармадон действительно избавился от последних сгустков тьмы и тёмных помыслов внутри себя. Нервное чириканье привлекло внимание Гармадона. Это был Спарк. Он то садился на ограду, то нервно начинал прыгать по ней, то взмывал в воздух, нервно кружась. Его поведение казалось Гармадону немного странным. Ранее когда Ллойд находился на корабле Спарк был полностью спокоен, но стоило произойти похищению он стал нервничать. И всё это при том, что Спарк является сгустком энергии, а значит им можно лишь управлять, но тот не может чувствовать. Такое возможно лишь, если соединять энергию с эмоциями… Эмоции! Ну конечно! Спарк лишь повторял эмоции Ллойда. Вероятно Спарк был создан не им, но тот кто создал его взял за его основу эмоции Ллойда! Такое мастерство требует просто колоссальной концентрации. Но, как бы то ни было, Спарк продолжал нервно кружить в воздухе, не находя спокойствия. — «Если его эмоции в точности повторяют эмоции Ллойда, то это должно сработать». — подумал Гармадон. Как раньше это делал Ллойд, Гармадон постучал два раза пальцем по поверхности ограды. Спарк сразу обратил внимание на стук. После повтора и дальнейших действий сына Спарк присел на ладонь старшего Монтгомери, всё ещё нервно крутя головой и чуть дрожа. Как бы Гармадон сделал и с сыном, чтобы его успокоить, он погладил птицу по макушке, слегка надавливая, дабы точно обратить внимание. После пары таких действий Спарк чуть встрепенул крылья, выпрямился и окончательно успокоился. Гармадон с надеждой вздохнул: — «Надеюсь это помогло…» — подумал он. Ему и самому нужно было успокоиться и унять вновь подступающую тревогу. Поднявшись на капитанский мостик, а затем, оттолкнувшись от ограждения, запрыгнув на его крышу, Гармадон принял позу лотоса и уже через пару минут погрузился в медитацию.

***

Ллойд очень долго лежал без сознания, однако в какой-то момент в районе запястий сквозь мрак он начал чувствовать неприятное покалывание и жжение. Разум постепенно просыпался и Ллойд стал слышать какое-то надоедливое жужжание, однако ещё чуть погодя, он понял, что это вовсе не жужжание, а бубнёж. Кто-то что-то настойчиво говорил себе под нос. Когда Ллойд практически полностью очнулся, его чувства так же почти вернулись в нормальное состояние, и, когда запястья вновь стало покалывать, он шикнул от неприятной боли. — Очнулся наконец, паникёр. — констатировал факт Дейл. — Сказал же перед уходом, чтоб не калечил себя, а в итоге ты чуть запястьев не лишился. — в голосе не было злобы, но был явный упрёк. Ллойд обратил внимание на свои запястья. Наручники были сняты, очевидно на время обработки ран, которые, к слову, были достаточно серьёзными. Наручники из тёмного тумана обладали невидимыми человеку острыми зубцами. Они не проявляются в моменты спокойствия пленника. Но стоит ему попытаться вырваться либо же снять их физической силой, как они тут же начнут сжиматься и протыкать запястья этими зубцами. Такое порой грозит полным лишением кистей рук, если вовремя не прекратить. — Вообще не понимаю, что с тобой происходит. — начал Дейл. — То сидишь себе спокойненько, спишь, потом начинаешь вырываться, калечить себя, а потом опять успокаиваешься. Уж не знаю что за кошмары тебе снятся, но впредь лучше контролируй это, не хватало мне тебя ещё раз лечить. Ллойд ничего не сказал в ответ. Однако его удивило то, что он всего лишь спал, и то, что он видел является всего лишь кошмаром. Да, он действительно находится в приюте, однако он давным давно заброшен, значит он действительно не мог слышать звуки драки и насмешек. Ллойд понимал, что кошмары будут становиться всё хуже и хуже, если не устранить причину их появления, однако он сам не знал всех причин. Сначала он боялся стать таким же, как и его отец: бесчувственным убийцей, разрушителем — однако, когда он начал налаживать отношения с отцом и отпустил этот страх, подсознание откопало более давние страхи, о которых он уже и думать забыл, а после оно начало использовать именно то, что не может его отпустить с детства. Он не знает, какие страхи ещё прячутся в его голове и какие кошмары ещё его посещат. Со стороны Дейла послышался усталый вздох: — Пока у нас есть время, можешь спросить у меня всё, что тебя интересует. — Ллойд недоверчиво посмотрел на Дейла. — Не смотри так, я просто не хочу, чтобы ты меня ненавидел после ритуала. Ллойд грустно вздохнул, понимая, что скорее всего так и произойдёт, ведь, даже если ниндзя смогут отыскать его местоположение, они не успеют его вытащить до того, как начнётся ритуал. Как бы ему не хотелось поддаваться отчаянию, у него просто не осталось сил даже на это. Так почему бы действительно не воспользоваться возможностью прояснить некоторые моменты в этой истории? — Не понимаю, почему ты не веришь мне. — честно сказал Дейл. — Ты странно себя ведёшь. — ответил Ллойд, хотя вопроса как такового не было. Дейл посмотрел на своего правозащитника и с любопытством усмехнулся: — Правда? — этот вопрос скорее был побуждением к продолжению и объяснению. — Сначала пытаешь и колешь ножом, а потом лечишь раны. Это странно. — Ллойд бы добавил даже подозрительно, однако боится реакции своего защитника. Довольно забавно. Правозащитник боится защитника… — А как мне тебя ещё было заставить говорить, если ты молчал как партизан? Да и, если ты не заметил, ни одна рана не была опасной или тем более смертельной. Ллойд, вспоминая, отвёл взгляд. И правда стал бы Дейл ставить на кон его жизнь? Цель Дейла — защитить его, а не убить. — Задавай следующий вопрос, потом отрефлексируешь или загрузишь информацию, времени у тебя будет уйма. — закатив глаза, сказал Дейл. — Как ты нашёл нас? Корабль находился выше облаков его просто невозможно было заметить. — с каким-то уже отчуждением спросил Ллойд, всё ещё смотря не на Дейла, а в стену. — Думаешь это было так сложно? Я вас нашёл буквально сразу же. Или ты думаешь, что те кошмарные видения в бессознательном состоянии появились сами по себе? — услышав это, Ллойд с круглыми, как у испуганной орлицы, глазами повернулся в сторону Дейла. — Ваша с Гармадоном сила Они ощущается за километр. А учитывая то, что я позаимствовал твою силу, найти тебя не составит мне труда. — посмотрев на ошеломлённое лицо Ллойда, Дейл насмешливо улыбнулся. — Точно, ты же не знаешь. Давай объясню поподробнее. Как тебе известно я был слишком слаб, чтобы помогать напрямую, поэтому мог лишь помогать из тени. Но та ситуация в Криптариуме меня вывела из себя, ведь я мог только смотреть, как тебе помогают другие, какой же я тогда защитник. Когда ты вернул силу, я начал действовать, поглощать её. Ты этого почти не замечал вначале, а если и замечал слабость, списывал на малое количество тренировок. Только поглотив всю, я смог получить относительно телесную оболочку, а не какую-то теневую. Однако, вопреки всему этому, твоя жизнь всё ещё подвержена опасности, поэтому мне и нужен этот ритуал. Я получу полный контроль над твоей телесной оболочкой, и ты будешь в безопасности. Да, без силы, да, в форме призрака, но зато в безопасности. — Ллойд шикнул, потому что Дейл затянул последний бинт слишком туго. — Ты слишком мягкий и слабый, поэтому тобой легко воспользоваться. И раз уж ты не согласился добровольно на ритуал, то придётся провести его насильно, а это не из приятных, будет больно. Договорив, Дейл провёл в воздухе рукой, вновь материализовав наручники из чёрного тумана и прикрепив их к трубам позади Ллойда. Дейл поднялся и направился к выходу, на последок бросив: — Даже не рассчитывай на близких, они тебя оставят, как и в прошлые разы из того видения. Ллойд снова остался в полном одиночестве, снова начал слышать лишь стук дождя и начал погружаться в отчаяние ещё больше. Однако что-то тёплое и мягкое воспротивило его этому. Это было что-то очень убаюкивающие. Это было сравнимо с его детским ощущением, когда отец поднимал его на руки и крепко-крепко обнимал…

***

Гармадон отвлёкся от медитации, потому что услышал приближающиеся шаги, хоть Ву и передвигался так же тихо, как и он, однако слух у старшего брата был намного лучше. — Всё хорошо? — не скрывая своего волнения за брата, спросил Ву. — Сейчас более менее. Но я всё равно беспокоюсь за него. — честно ответил Гармадон. — Я тоже. — поддержал Ву своего брата. — Кстати, мы скоро отправляемся. Ниндзя удалось починить компьютер и заново обнаружить координаты. — Уже?! — не скрывая удивления спросил Гармадон. — На это же нужно было несколько часов, разве нет? Ву чуть посмеялся: — Прошло уже восемь часов. Видимо ты слишком глубоко погрузился в себя во время медитации. — чуть помолчав, явно выслушивая что-то, Ву добавил. — Я пойду. По слышимому Джей и Кай вновь начали ссориться. Гармадон не обратил на последние слова никакого внимания. Он обдумывал только что услышанное. Он всегда ограничивал своё время медитации, чтобы сильно не отдаляться от реальности. Должна была быть какая-то, причина и причём очень весомая, чтобы он находился в себе так долго. От мыслей его отвлекло небольшое покалывание под перчатками. Сначала он не понял что это. Но позже до него дошло, что это покалывание кожи — ни что иное, как ощущение холода. Он ощущал его в последний раз тогда, когда ещё сохранял свою человеческую форму. После воскрешения его тёмная форма не уходила, а потому не давала волю человеческим чувствам и ощущениям. В его голове проскользнула догадка. Спустившись на уровень кают, Гармадон тихо прошёл в одну из ближайших пустых комнат, убедившись, что его не заметили. Закрыв дверь и сняв перчатки, он увидел то, что считал уже невозможным. На концах пальцев среди всей черноты его кожи начала пробиваться обычная, человеческая. — «Быть не может. Неужели это всё потому, что тьма ушла из меня окончательно?» Сквозь стекло каютного иллюминатора пролетел в комнату и Спарк. Он подлетел к стоящему в комнате зеркалу и скинул с него ткань, что закрывала чуть треснувшее зеркало. Гармадон более-менее пришёл в себя после такой шокирующей для себя информации, поэтому подошёл к зеркалу, чтобы вновь накрыть его, не понимая, зачем Спарк скинул ткань. Краем глаза в отражении он заметил нечто белое в своих чёрных, как дёготь, волосах. Отложив на время затею с тканью, Гармадон поднялся и, призвав в руки чисто-фиалковое пламя, провёл этой же рукой по своему шлему, который он, сам не зная, почему, не снял. Шлем растворился в пламени, явив взору своего обладателя прядь давно забытых серебристо- седых волос…