Чёрные, Зелёные и Красные

Возвращение к нормальной жизни – Глава 50 Я проснулась из-за приступа тошноты и застонала, выпрямляясь, опёршись на изголовье кровати. Она заскрипела под моим весом, напугав Марис, которая спала на маленькой раскладушке рядом со мной. После очень приятных, нисколько не огорчающих новостей от Герардиса мои дамы упорно не оставляли меня в покое. Элис и Сера шутили и болтали, решив не дав мне свалиться в размышления. Марии нравилось говорить о детях и о том, как это прекрасно быть матерью. Фалена призвала меня искать утешение в религии, цитируя отрывки из "Матери". Даже Марис старалась изо всех сил, пытаясь выяснить, кто меня раздражает, и осыпая их оскорблениями в знак солидарности. Только Лейна понимала, что чего я действительно хотела, так это побыть одной, в тишине, чтобы разобраться, куда, черт возьми, катится моя жизнь, пережить психический срыв, не чувствуя себя неудачницей. Что я хотела подумать наедине с самой собой о том, что я беременна, и теперь от этого никуда не деться. Она научилась определять, хочу я, чтобы меня обнимали или нет. Я поймала себя на том, что боюсь того дня, когда она оставит меня, когда родит своего ребенка. Они уже запретили ей спать рядом со мной. Реакция всех остальных была ещё более радостной и вели они себя гораздо менее аккуратно. Лейнор почти светился от гордости после того, как осознал случившееся. Рейнис влетела в комнату и заключила нас обоих в крепкие объятия радости ... и едва избежала того, чтобы попасть под мой тошнотворный залп. Корлис прибыл позже, хлопнул своего сына по плечу и одобрительно кивнул мне. Только Корлис может в таком случае действовать в стиле ‘Я так горжусь сыном, что способен изобрести рекламные щиты, чтобы рассказать миру, как я горжусь’. Визерис не переставал всё время восхвалять меня любому, кто находился с ним рядом более чем пять минут и слушал. Он был так счастлив, что у него будет ‘внук’. Одному богу известно, что случится, если у него родится внучка. Хелейна была странной. Счастливой, но отстраненной. Ревнует, сказала Алисента во время единственного разговора, который нам удалось провести друг с другом вежливо. Алисента была недовольна новостями, но она, по крайней мере, запретила Эймонду встречаться со мной, что было своего рода актом милосердия. Он стал еще более злым после ухода Эйгона. Кстати об этом, он отправил Визерису письмо, в котором сообщил, что прибыл на место и у него всё хорошо. Он даже добавил лишних пару строк, чтобы сказать мне, что там есть золотые комнаты, и они были такими же крутыми, как и в рассказах. То, что он вспомнил о моей попытке подбодрить его и специально спросил обо мне в придачу, вселило в меня надежду на наши будущие нормальные отношения. “Ваша светлость, с вами все в порядке?” - спросила Марис, зевая. Тошнота заставила меня опять застонать, и Марис быстро пододвинулась, схватив ночной горшок и поставив его прямо. Когда я закончила, она дала мне порцию смеси мейстера Герардиса, он настаивал, чтобы я принимала это после каждого приступа рвоты. Это было отвратительно на вкус, но он настоял, и Аланнис поддержала его. “У нас чего нибудь запланировано на сегодня?” Спросила я, когда допила чашку и желание выбросить ее немного угасло. “Его светлость просил вас явиться ко двору, если вы будете чувствовать себя достаточно хорошо”. Я уставилась на пустую чашку. Моя беременность практически парализовала различную деятельность фракций, поскольку все, затаив дыхание, ждали, кого же именно я произведу на свет. В случае рождения девочки я была бы завалена с ног до головы предложениями от тех, кто хотел получить такую леди в семью и престиж брачного союза с королевской династией. Сын… Сын - это совсем другая история. Если у меня будет сын, разные люди, которых я не буду называть по имени, просто обмочатся от счастья. Как бы то ни было, у меня были другие заботы, кроме двора. Как будущая мать, я теперь была отстранена от участия в управление страной, к чему Визерис ранее был готов предоставить мне доступ. Было неприятно полагаться на Корлиса в качестве моего представителя в Малом Совете. Я только-только забеременела, а он уже начал обращаться со мной как с инвалидом. Он сказал, что я обязана создать своему ребенку правильную обстановку, чтобы у нас не было проблем после родов. Алисента согласилась и хитро предложила свои услуги, что я вежливо отклонила. Я не смогла так же отклонить его требования по поводу королевской гвардии, как это ни досадно, и теперь Стеффон Дарклин ходил за мной по пятам, как когда-то Кристон Коул. “Ваша леди-тетя сказала, что, возможно, навестит вас”. Это было гораздо лучше, чем иметь дело с моим тупоголовым отцом. “Да, Марис, пожалуйста, отправь послание леди Рее”. Нам было что обсудить. Браки и упрямство Джейн Аррен. Может быть, Рея смогла бы рассказать мне, насколько сильно я испортила отношения с ней. “Где сегодня остальные мои дамы?” “Фалена и Мария занимаются благотворительностью, леди Лейна со своей матерью, а Элис и Сера проводят день со своим отцом и братом”. Я им не завидую. Я бы умерла, если бы мне пришлось провести день с Харвином. Прошедший год не улучшил его ни на йоту. Он все еще наблюдал за мной всегда алчными глазами, и объявление о моей беременности было подобно выстрелу в сердце для него. Если он пойдёт по пути Коула, я, наверное, закричу от злости. Особенно учитывая, что городская стража теперь полностью подконтрольна ему. Лояльная городская стража мне нужна. “Чем ваша светлость желает позавтракать этим утром?” - спросила Марис. Я почувствовала укол вины. Она выглядела измученной. Все мои дамы были измотаны. Провести ночь на и без того неудобной раскладушке, и помогать мне всякий раз, когда мой желудок решал объявить забастовку. Я уверена, что никто из них на это не подписывался. Я откинула голову назад, чтобы обдумать вопрос Марис. “Бекон и ...жареные грибы”. Мои предпочтения теперь были странны даже для меня самой. Охлажденные фрукты больше не казались такими уж привлекательными, а груши я не смогу есть уже через месяц. “И вареное яйцо”. Марис отошла, чтобы остановить проходящего мимо слугу, а я позволила себе немного расслабиться и провела рукой по животу. Насколько мог судить Герардис, я беременна не так уж давно, по его оценке, чуть больше месяца. Я возразила, что у меня шла кровь, но Аланнис сообщила мне, что это случается у некоторых женщин. Через тридцать пять недель у меня будет ребенок. Всего через восемь месяцев у меня будет ребенок. Не пройдёт и года. Мне будет девятнадцать, едва ли месяц пройдёт после моих именин… Возвращение Марис избавило меня от нарастающей паники в мыслях. “Вы хотите одеться, чтобы перекусить, или позавтракаете здесь?” - спросила она, и зевок снова сморщил ее лицо. “Помоги мне одеться, Марис, затем сесть на кровать. Прости, что не дала тебе спать прошлой ночью ”. Она печально покачала головой. “Возможно, я и проклинала Джейн Аррен за то, что она послала меня к вам, но никогда никто не сможет сказать, что я уклонилась от исполнения своих обязанностей”, - сказала она мне. “Но ты сочла распространение слухов допустимым?” Я огрызнулась, и Марис пристыженно посмотрела на свои ноги. “Простите меня, ваша светлость, я вела себя ужасно. Я понятия не имела, что леди Лейна и он были в отношениях”. При взгляде на мое лицо слова, которые она собиралась произнести вслед за этим, застряли у нее в горле. “Я приношу извинения, ваша светлость, это было недостойно статуса одной из ваших дам. Этого больше не повторится”. Я не ответила ей, и она занялась тем, что пошла за моей одеждой и разложила ее. Я сжала челюсти. Идиотские действия Марис едва не стоили мне союза с Рейнис. Кто знает, кто еще слышал эти слухи и поверил им? Одеваться было неловко, поскольку Марис изо всех сил пыталась не попадаться мне на глаза. Придётся приказать Джоффри по косточкам разобрать всю её жизнь в Королевской Гавани. Если у меня будет хоть какой-то предлог позволяющий отправить ее обратно к моей кузине, я воспользуюсь им. “Ваша светлость, ваша еда здесь!” Воскликнула Марис. Она и сама ела вместе со мной эту подслащенную кашу, от одного запаха которой у меня скрутило желудок. Тем не менее, я заставила себя проглотить всю порцию и сделала это уделяя гораздо меньше внимания манерам поведения за столом, чем обычно. Если это и беспокоило ее, она этого не показала. Я заметила, что она приготовила для меня немного имбирного чая, что никак не охладило мой пыл. Предполагалось, что имбирь поможет успокоить мой желудок, но я нашла его совершенно отвратительным. Я сто раз говорила всем своим дамам не давать мне этого, и все же они продолжали настаивать. Это заставляло меня лезть на стенку. А я и без этого была очень раздражена. “Должна ли я отметить это утро в книге, которую дала вам Аланнис?” Спросила Марис, врываясь в мои мысли. Мне захотелось завизжать и начать кидаться вещами. Еще одно напоминание об этом, еще одна вещь, которая подпитывала мою ярость. “Хорошо, давай. Мне бы не хотелось разочаровывать Аланнис”, - выдавила я. Аланнис была очень обеспокоена моей утренней тошнотой. И тем, что я ем. И тем, что я пью. Казалось, у нее создалось впечатление, что если меня предоставить самой себе, я специально помру. И в итоге она заставила моих дам записывать все, что я ем, чтобы она могла лучше следить за моим здоровьем. О, как я ненавидела тот факт, что оказалась завернута в вату с того момента, как Герардис радостно объявил, что я жду ребенка. Наследной принцессе нельзя было дать ни малейшего шанса навредить себе! Так что теперь я весь день бездельничаю, вместо того чтобы править, как должна бы! Вскоре после этого прибыла Рея, и Марис воспользовалась возможностью избежать моего гнева. В какой-то момент я почувствовала себя раздражённым ребенком и была готова идти осаждать Визериса на этом его проклятом троне и требовать, чтобы он снял ограничения с меня. Это было ужасной идеей, конечно, мне не нужно было быть экстрасенсом, чтобы знать это. “Как ты сегодня утром?” спросила она, опускаясь в кресло у каминной решетки. Я села напротив нее и сделала несколько глубоких вдохов. Если я буду срывать злость на Рее, это ничего мне не принесёт, она искренне поддерживает меня, интересуется мной, а не только ребёнком. “Нормально ”, - сказала я после того, как взяла себя в руки. “Устала. Я разбудила Марис ночью. Как ты?” “Знакомлюсь со двором. Лорд Герольд превзошел самого себя здесь, он оставил мне вполне достаточно ресурсов для всего необходимого!” - весело сказала она. “Не бойся, даже в твоё отсутствие и несмотря на раздражение леди Джейн лорды Долины усердно работают вместе с твоими Черными”. “Насколько Джейн раздражена?” Я наконец заставила себя спросить. Рея усмехнулась. “Когда я уезжала, она даже не хотела упоминать твое имя в разговоре”. Я поморщилась. “Мне действительно интересно, что ты сделала, чтобы так ее разозлить?” “Я… Я предложила ей серьезно подумать о замужестве”, - наконец пробормотала я под взглядом карих глаз Реи. Леди Рунного Камня только вздохнула в ответ. “Я думала, ты понимаешь. Когда то она должна была выйти замуж за моего брата. Она твоего возраста, Рейнира. Мой брат был старше меня.” Я снова поморщилась. “Он несколько раз пытался привести ее в септу, ребенка. Представь только это. Моему брату было двадцать два, а ей всего шесть, когда он попробовал сделать это в первый раз. Только вмешательство королевы предотвратило это тогда”. Я сглотнула желчь, подступившую к горлу. Каждый раз, когда Йорберт упоминался в разговоре, мне хотелось вернуться в прошлое и врезать ему по горлу. Я поняла, что сказала это вслух, только когда Рея откинула голову назад и рассмеялась. “О! Не только тебе, но и почти каждому лорду Долины. Если бы он не погиб вместе с Виллемом, его власть была бы в конечном итоге отнята у него ”. В ответ на мой вопросительный взгляд она слегка улыбнулась мне. “Виллем это мой брат. Истинный сын своего отца. Я счастлива осознавать, что оба были бы в ужасе от того, что я пришла к власти после них. Он... боюсь, он не был бы хорошим мужем для Джейн. Он бы не понял ее дружбы с Джессамин ”. При этом тон ее голоса был мягким. "За последние несколько месяцев я очень привязалась к Джейн. Я должна поблагодарить тебя за это. Я думала, мы будем игнорировать друг друга до тех пор, пока одна из нас не умрет ". Я улыбнулся, даже несмотря на своё настроение. Рея удочерила еще одну молодую девушку. Без сомнения, Джейн была в восторге от этого. “Кстати об ужасных браках, в которых виноват твой отец, что ты собираешься делать с Деймоном?” Спросила я, меняя тему. “Я все гадала, когда ты заговоришь об этом. Ты знаешь, почему я никогда не добивалась аннулирования брака?” - спросила она, прерывая меня. Ошеломленная, я покачала головой. “Потому что ему гораздо больнее, чем мне, быть женатым на его Бронзовой Сучке. Я ношу это прозвище как знак гордости, потому что оно свидетельствует о том, как ему больно быть связанным со мной”. “Но он больше не привязан к тебе. Он ‘король’ Ступеней. Все, что ему нужно сделать, это издать указ и найти пьяного септона ”, - рассуждала я вслух. “Это верно. Ты хочешь, чтобы я теперь добивалась аннулирования брака? Назло ему, дать ему то, что он прежде ценил больше всего, теперь, когда это для него бесполезно?” Судя по тому, как сверкали ее глаза, ей понравилась эта идея. “Я бы поддержала тебя в этом деле”, - сказала я ей. Она счастливо улыбнулась, на мгновение ее взгляд стал отстраненным. “Ты могла бы освободиться от него. Выбери такого мужчину, который устроит тебя. Последняя маленькая месть лорду Йорберту ”. “Наследник Рунного Камня, которым не будет этот тупоголовый Гунтор. Наследник не несущий в себе крови этого адского принца, на что так надеялся мой отец. Наследник, ради которого мне не придётся жертвовать своим достоинством ... ” Я, должно быть, выглядела озадаченной этим, потому что она покачала головой. “Эта история не для таких юных слушателей, как ты”. “Хорошо, я лишь предположу, что это еще одно преступление совершённое Деймоном”. Она снова улыбнулась. Даже застарелый ужас, вызванный его действиями не мог подавить надежду, которую я видела в ней сейчас. “Да. Поддержи расторжение моего брака перед Визерисом, и я поддержу тебя перед Джейн”.