Чёрные, Зелёные и Красные

Напряжение – Глава 118 Я сидела вместе с Лейнором в гостиной, потягивая вино, превосходный винтаж из Простора, и дремала, когда на меня вдруг снизошло откровение. Я думала о том, какой счастливой выглядела Хелейна, и вспоминала то чувство, которое ты ощущаешь, когда осознаёшь, что внутри тебя растет новая жизнь. То, как очередной мой ребёнок появлялся на свет, даря радость и мне, и моему мужу, который всегда был опечален тем, что мы решили остановиться на Эйемоне, который был так удивлён рождением Эммы… "Давай заведем еще одного ребенка". Это стоило сказать хотя бы ради того, чтобы увидеть, как Лейнор поперхнулся и выплюнул красное вино на свою красивую тунику цвета морской волны, прежде чем уставиться на меня. "Ты не шутишь?" Спросил он каким то дрожащим голосом. "Ты была так настроена против этого ... даже Эмма была не запланирована нами!" Причины, по которым я была так настроена тогда, казались теперь такими странными; страх, что это убьет меня, страх, что это просто способ для Корлиса взять меня под контроль, страх, что ребенок окажется дочерью, и я пройду через всю эту боль напрасно. Я поставила на стол свой бокал с вином и подалась вперед, взяв его руки в свои и встретившись с ним взглядом. "Возможно, встретив только что Хелейну, я изменила свое мнение, но я не нахожу сейчас серьёзных причин для отказа ". Он сглотнул, высунув язык, чтобы облизать губы. "Ты хочешь еще одного ребенка, а также твои отец и мать. Семеро свидетели, что Лейна и Джоффри не стали бы возражать.… напротив, они были бы рады рождению еще одного малыша ". Мы еще даже не успели обсудить вопрос, поднятый Корлисом, слишком мало времени прошло, и слишком много было дел. Лейнор вытянул руку вперёд, убрал с моего лица выбившиеся из косы волосы и улыбнулся, но как то грустно, и я не понимаю почему. "Ты выпила слишком много вина", - сказал он мне. "Я провожу тебя к Лейне". Я осталась сидеть, когда он встал, проигнорировав его протянутую руку, вместо этого наградив его раздраженным взглядом. "Я не настолько пьяна, чтобы лишиться возможности рассуждать здраво", - проворчала я. "Вряд ли мы собираемся сейчас делать ребенка", - едко заметил он. "Так почему бы не подождать до утра, прежде чем принять окончательное решение?" О, он поступает так потому, что думает, что я изменю свое мнение по этому вопросу, будучи трезвой и выспавшейся. Я приняла его руку, и он помог мне подняться на ноги. "Я благодарю тебя за сочувствие", - сказал он. "Это очень великодушно с твоей стороны". Я улыбнулась ему в грудь, когда он притянул меня ближе, возможно, он и сам немного пьян, но я не заметила никаких признаков этого, когда отстранилась. "Ну что ж, мой верный рыцарь. Возможно, тебе следует проводить меня к моей фрейлине?" Он улыбнулся и обнял меня за талию. Ему не стоило и беспокоиться, я стою на ногах так же твердо, как всегда. Возможно, убеждать самого себя в том, что я слишком пьяна, его способ защитить себя от неизбежного разочарования, которое, как он думает, он почувствует завтра, когда я проснусь, изменив свое мнение. Он поцеловал меня в щеку на прощание, и я вошла в свои комнаты, где обнаружила Лейну, сидящую на кровати, поглощенную каким-то фолиантом и ... на самом деле, почти полностью раздетую. Рана на ее торсе постепенно заживает, и я рада видеть, что после спарринга она не открылась снова, синяки поблекли и стали болезненно желтыми и даже местами зелеными. "Интересная книга?" Я спросила, и она подняла глаза, улыбнувшись, когда увидела меня. Конечно, у нее есть свои комнаты, недалеко от тех, где спят ее дети, но нет ничего необычного в том, что она иногда спит в моей комнате. В конце концов, она моя фрейлина. "Конечно, весьма интересно", - сказала она, откладывая книгу в сторону и улыбаясь мне. "Как прошел ужин?" "Хелейна объявила всем о своём положении, Эймонд все еще дуется на меня и ... и он намерен взять Дейерона своим оруженосцем". Она встала, когда я подошла к зеркалу, натягивая рубашку, поскольку, казалось, поняла, что её голый торс отвлекает меня. Вскоре ее длинные пальцы сняли с меня украшения, прежде чем она занялась шнуровкой моего платья. Я знаю, что ее не очень интересуют взаимоотношения в моей семье, ее волнует то, кто будет представлять наибольшую угрозу в будущем, и Эймонд безусловно первый в этом её списке. "И, без сомнения, заодно начать обучать его полётам", - сказала Лейна. "Сам то он в этом деле гораздо лучше, чем я ожидала, особенно учитывая отсутствие учителя и то, сколь немного времени у него было". "У него был отец", - сказала я, сбрасывая всю одежду и оставаясь в одной сорочке. "И Эйгон, и Хелейна". "Твой отец, уж прости меня, никогда не был выдающимся всадником, и теперь у него даже нет дракона". Я думала об этом, пока она искала расчёску и начинала расплетать мои волосы. "Я не знаю, смогла ли бы я летать на другом драконе, если бы у меня отняли Сиракс". Это все равно, что размышлять о потере конечности и возможности пришить на ее место совершенно другую… ту, которая вообще не соответствует моему телу. "Я чувствую то же самое. Я не осуждаю твоего отца, Рейнира, никто не может сравниться с Вхагар в моих глазах, так же как никто не может сравниться с Балерионом в его глазах ", - сказала она мне, проводя расческой по моим волосам. Я подумала о том, что за последний месяц она немного прибавила в весе. Сейчас она выглядит намного более здоровой, чем по возвращении. "Ты помнишь тему того разговора, что начал твой отец неделю назад?" Спросила я в наступившей тишине. Она перестала расчесывать волосы. "О линии наследования Дрифтмарка? Я помню, да", - сказала она. Очевидно, она предвидела активизацию своего отца, поскольку этому предшествовали действия ее матери. Не то чтобы она сочла нужным упомянуть об этом мне, или хотя бы своему брату, слишком увлеченная уроками и детьми. Люк и Рейна в восторге от ее возвращения и хотят проводить с ней каждую минуту каждого дня. Хотя я, конечно, не имею права ревновать к её детям, они были вне себя от радости, узнав, что она не планирует никаких путешествий в ближайшее время. "А что?" Я не упустила из виду ее глаза, наполненные осторожной надеждой. "Возможно, я пересмотрела свою позицию по отношению к детям после произошедшего с Хелейной ". Расчёска опустилась, и она вдруг развернула меня, положив руки мне на плечи и пристально глядя на меня. "Это отличная новость!" В ее глазах стояли слезы, когда она притянула меня к себе и крепко обняла. Лейна изо всех сил старалась зачать Рейну, и потому моя племянница родилась недоношенной. Аланнис и Герардис придерживаются мнения, что она вряд ли сможет снова забеременеть - еще одна причина того ужасного нервного срыва. Ее реакция на Эмму, по возвращении в Королевскую Гавань, сказала мне все, что мне нужно было знать о ее планах в этой сфере: она собирается зациклиться на моих детях. "Лейнор думает, что я слишком много выпила, и утром передумаю". Она подвела меня к кровати, и я села, наблюдая, как она нервно прохаживается по комнате, тушит свечи и раздувает огонь в камине. "Лейнор не любит разочаровываться", - сказала она мне, задув последнюю свечу и погрузив нас в темноту. Я улыбнулась про себя, почувствовав, как она забирается в постель рядом со мной, как прогибается под ее весом кровать, и как же приятно было чувствовать, как она прижимается ко мне. "Лучше бы ты не упоминала об этом, сомневаюсь, что смогу уснуть сегодня, от волнения". "Как жаль", - сказала я и притворилась, что зарываюсь носом в подушку, повернувшись к ней спиной. Я услышала, как она возмущённо вздохнула, и у меня вырвался смешок. "Провокатор", - пробормотала она, придвигаясь ближе ко мне под одеялом. "Поможешь мне уснуть, моя принцесса?" "Ты придешь ко мне завтра?" Спросила я, перекатываясь в ее объятия. "Вместе с Фаленой, да". Это было сказано странным тоном голоса, но я не хочу думать о Фалене Уэйнвуд сейчас, поэтому я крепко поцеловала ее, и она радостно ответила на мой поцелуй. На следующее утро я просыпалась медленно, пока птицы начинали свою обычную перекличку. Я потянулась под одеялом, тяжело вздыхая. "Я ненавижу это", - пробормотала Лейна. "Действительно ненавижу". Я усмехнулась, когда она встала, завернулась в халат и, шаркая по полу, ушла, чтоб сказать горничным, что я проснулась и готова выпить сока и съесть нарезанные фрукты. Мы как раз это и делали, когда нас прервал стук в дверь, и вошла Сэб, как обычно со своим коротким мечом. Я замерла. "На этот раз она якобы заболела или все-таки сказала это прямо?" Спросила я, к явному изумлению обеих моих дам. "Она уговорила меня поменяться сменами", - сухо сказала Сэб, опускаясь на один из стульев, стоящих у стола. "Мария сегодня чем то там занята в сфере благотворительности, а Сера ни за что бы не согласилась расстаться с детьми". "А Марис?" Спросила Лейна, скорее с любопытством, чем огорчённо. Фалена отказывается с ней как-либо общаться с тех пор, как она вернулась из своего второго путешествия, и, несмотря на все многочисленные разговоры, которые мы вели по этому поводу, Уэйнвуд отказывается пойти нам навстречу. На самом деле это происходит даже не из-за религии. По крайней мере, не только из-за неё. Септон Патрек очень ловко вышел из всей этой ситуации со слухами, окружающими мою возлюбленную, заявив, что раз она не последовательница Семерки то, следовательно, не подчиняется правилам Веры. Даже Мария в итоге оттаяла, позволив своему сыну играть с Люком и Рейной, пока она общается со своей старой подругой. "Она сказала ей вытащить голову из задницы, и перестать быть ..." Сэб замолчала, взглянув на меня. "Ну, давай просто скажем, что Марис была резка". "Я сама поговорю с ней, если она продолжит в том же духе", - проворчала я, наконец, вставая с кровати и направляясь туда, где Сэб уже достала сегодняшнее платье. Я позволила ей позаботиться обо мне, мои волосы были вскоре заплетены в обычную косу, а платье обтянуло моё тело. "Куда подевался мой муж?" "Он с Джослин, в своем кабинете, ждет своего человека", - сообщила мне Сэб, и я удивилась было, почему он не пошел тренироваться, пока не пришло понимание. "Ах, без сомнения, моя дочь будет в восторге", - сказала я. "Можете уделить немного времени себе, пока я наблюдаю за осмотром моей дочери". Я оставила их болтающими между собой. Лейна сначала почему то невзлюбила Сэб, когда я пригласила ее к себе на службу. Я была ей так благодарна.… Сэб спасла мне жизнь. Я все еще столь ясно помню, как она атакует моих неудавшихся убийц, будто это произошло вчера ... на этот раз настоящих дорнийцев, любезно предоставленных Уолтером Вилом. Я даже и не знаю, почему Лейна так себя вела, просто вот с первого обмена взглядами она загорелась неприязнью. Но Сэб упорно пыталась наладить отношения, особенно уже после того, как Веларион вернулась из своего импровизированного изгнания на Драконьем Камне. В конце концов Лейна остыла, и они стали достаточно близки, несомненно, делу помог их общий интерес к женщинам. Лейнор и Джослин были именно там, где сказала Сэб, и я опустилась в кресло напротив своего супруга. Джослин сидела на полу, хмуро уставившись в свою тетрадь, так, будто этот предмет нанес ей какое-то оскорбление. Мой муж выглядел так, словно полночи не спал, хотя приветствовал меня довольно жизнерадостной улыбкой. "У тебя сильно болит голова сегодня утром, не так ли?" он пошутил, когда я села. "Вовсе нет, любовь моя. Я же говорила тебе, что рассуждаю здраво". Его глаза расширились, и он взглянул на Джослин. Ему не стоило и беспокоиться, она абсолютно поглощена той по видимому задачей, которую пытается решить. "Где остальные дети?" "На уроках", - выдохнул он. "Ты действительно имеешь в виду то, что сказала прошлой ночью?" Джослин подняла глаза, ее лицо сморщилось, когда она попыталась понять смысл слов своего отца. "Мама сказала что-то нехорошее?" - спросила она. Лейнор усмехнулся. "Нет, малышка, она этого не делала. Будет нехорошо, если она не скажет этого". "И я действительно сказала правду", - сказала я торжествующе. "Значит, в этом нет ничего нехорошего". Это озадачило Джослин еще больше, если я верно распознала выражение ее лица. Без сомнения, она пытается понять, как может быть нехорошим то, что ты говоришь неправду, но эта же самая вещь хороша, если ты говоришь правду. У меня есть ощущение, что она над этим раздумывает потому, что такая головоломка интереснее ее домашнего задания. Лейнор же уставился на меня, ерзая на своем стуле так, будто хочет сейчас же вскочить. Я одарила его самой искренней улыбкой, на которую была способна. "Как вы думаете, они снимут бинты сегодня?" - спросила Джослин, не осознавая происходящего, конечно. "У меня все время чешется рука!" Лейнор стряхнул с себя оцепенение и заключил ее в объятия, не обращая внимания на то, что она вскрикнула в знак протеста. Это зрелище снова заставило меня улыбнуться.