Живой огонь

После прибытия во дворец, Хюррем сразу направилась в свои покои. Она не хотела никого видеть и слышать. В голове были тысячи мыслей: что, если бы они ее убили, что бы было с ее детьми, а что еще хуже, с Сулейманом. Его страдания были мучительнее всего на свете. Ради его любви, она была готова пожертвовать своей жизнью. Но смерть в огне - худшее, что можно представить. Девушка пыталась понять, за что ее так невзлюбил народ. Она никому и никогда не желала зла.... ..... Как только Сулейман зашел в свои покои, он сразу же приказал позвать Малкочоглу Бали Бея и Ибрагима Пашу. Оба уже знали о случившемся, и, поэтому очень осторожно зашли в покои Падишаха. - На Хюррем Султан было совершено покушение, бунт. Но я хочу не просто казнить причастных. По словам Сюмбюля Аги какой-то мужчина сдернул чадру с Госпожи. Он сделал это специально, чтобы все увидели, что моя жена на базаре. Также сегодня было подозрительно много людей. Все как будто специально организовано! - Падишах говорил с плохо скрываемой злостью. Он был очень зол, в таком состоянии его боялись все, кроме Хюррем. Она всегда охлаждала его пыл, также как и он осаждал ее гнев. - Повелитель, я очень сожалею о произошедшем. Мы не знаем, кто мог осмелиться на такое, но обязательно займемся расследованием. - Ибрагим как всегда обещал найти каждого причастного. - Малкочоглу, тебе я дам самое ответственное задание. Ты должен допросить Султанш. Мои родственницы не в особо хороших отношениях с Хюррем Султан. Я подозреваю, что кто-то из них организовал покушение. - Сулейман хотел как можно быстрее разобраться в произошедшем. Все было очень запутанно и непонятно. - Как прикажете, Повелитель. - Мужчины как можно быстрее поспешили удалиться из покоев Падишаха. Оба мужчины догадывались, что это дело Сулейман возьмет на особый контроль, ибо от этого зависела честь его жены. Сулейман сел на свою кровать и тяжело вздохнул. Как же ему тяжело осознавать, что кто-то из его любимых и близких людей способен на такую подлость. Он знал, что Хюррем изо всей силы старалась понравиться всем его родственникам, но никто не отвечал ей взаимностью. Сулейман много раз разговаривал с ними, говорил, что не просит полюбить его жену, но уважать ее им придется. Рожденные султаншами они не могли привыкнуть к тому, что должны кланяться вчерашней рабыне. Сулейман понимал, за что не любят его жену сестры, но народ..... Им то она точно ничего плохого не сделала. Хюррем бы никогда не обидела обездоленного, ибо сама когда-то пребывала в рабском положении. Он знал, что его жена далеко не ангел, но относиться к ней таким образом он никому и никогда не даст. ...... Зюмрюд Ага, по просьбе своей Султанши, уже через несколько часов после покушения был у дома, где впервые встречался с тем человеком. Было еще светло, поэтому он Стоял к нему спиной и теперь даже его глаз не было видно. - Ты обещал, что Хюррем умрет! Почему она все еще жива? Султанша просила передать тебе свое недовольство и надеется, что ты исполнишь ее поручение. - Зюмрюд говорил очень тихо, боялся, что их кто-нибудь услышит и поймает. - Как я должен был остановить Повелителя? Никто не знал, что он приедет спасать свою жену. Больше ввязываться в подобное я не буду. Так Султанше и передай. Становится слишком опасно действовать - Повелитель начал расследование. Я сжег чадру этой змеи, но это все равно очень опасно. Если меня поймают, то с легкостью могут выйти и на Госпожу. - Мужчина говорил тихо, но твердо. Было понятно, что он не будет снова ввязываться в подобную аферу. - Как ты смеешь отказывать Госпоже?..... - Зюмрюд не успел договорить, как человек перебил его: - Ты меня слышал??? Срочно отправляйся к своей Госпоже и вели ей не предпринимать никаких действий. Опасность повсюду. - Едва договорив, мужчина быстро скрылся, будто его и не было на этом месте. Зюмрюд медленно поплелся по улицам Стамбула, пытаясь представить реакцию Шах Султан на сова этого человека. Страшно... ....... Султан направлялся в покои своей жены. Он волновался за нее. Слуги доложили, что Султанша не покидала своих покоев после возвращения, приказала всем выйти и запрещала даже детям заходить к ней. Знаком приказав не извещать Госпожу о приходе, он тихонько зашел в покои жены. Сулейман сразу увидел Хюррем, которая лежала, свернувшись клубочком и тихонько плакала. Он не слышал звука плача, но видел, как дрожали ее плечи. Такой беспомощной он видел ее только во время их первого хальвета, когда она еще немного боялась его. - Хюррем..... - Сулейман нежно прошептал имя своей ненаглядной Госпожи, присаживаясь на ее кровать. Она встрепенулась, увидев его и попыталась вытереть слезы и принять спокойный вид. - Хюррем... - Еще раз повторил он. - Не плачь, все уже закончилось. - Хасеки снова заплакала и мужчина, подвинувшись ближе, прижал ее к себе. Он не мог смотреть на ее слезы. От них становилось невыносимо больно, казалось, что вся боль, которую испытывает Хюррем передается и ему. - За что они так со мной? Что я им такого сделала? - Сквозь слезы шептала девушка, сильнее прижимаясь к широкой груди своего царственного супруга. - Я же не ведьма. Сулейман...... Они кольцо забрали. Я не знаю кто, женщина какая-то.... - Хюррем.. - Падишах взял девушку за подбородок и смотрел прямо в глаза. - Я найду это кольцо, ты только не плачь. У меня болит сердце, когда ты плачешь. Все негодяи, так подло поступившие с тобой, будут наказаны. - Сулейман, если ты их казнишь, то только сильнее настроишь народ против меня. Просто вышли их из Стамбула. Пожалуйста, не убивай этих людей... - Если бы кто-то другой попросил его не убивать предателей, он бы ни за что не выполнил эту просьбу. Но сейчас об этом просила Хюррем, и поэтому Сулейман согласился оставить в живых некоторых из них. - Я казню только тех, кто издевался над тобой на том постаменте. - Хюррем сидела рядом с ним и он слышал учащенное сердцебиение своей Госпожи. - Хочешь, я сегодня останусь в твоих покоях и мы проведем это время вместе, наедине друг с другом. - Конечно хочу. Ты еще спрашиваешь. - На лице рыжей Госпожи появилась совсем легкая улыбка, но и она смогла очень сильно порадовать Падишаха. - Хюррем моя! Веселье, радость, вечный праздник! Мой ясный месяц! Мой свет во тьме! Моё сияющее солнце! Моя горящая свеча! Мой померанец милый! Нежный и душистый! Владычица души моей! Ты мой наставник, друг! Ты госпожа! Властительница! Центр мироздания! Я раб твой и навеки им останусь! - Сулейман обожал зачитывать своей Госпоже стихотворения в ее четь. - Мухибби написал? - Хюррем лежала на широкой груди своего мужа, который грел ее теплом своих больших и таких нежных рук. - Да. Влюбленный поэт снова творит. - Передай поэту, что у него хороший слог. - Хюррем любила слушать Падишаха. Неважно, что он говорил, она чувствовала в его голосе любовь, которая придавала ей силы жить.