Леди не плачут

Так не принято, Мамушка точно не простила бы такого беспутства – все эти мысли крутились в голове пятнадцатилетней Эллин Робийяр, когда она тихо открывала дверь в сад. Безмятежность усадьбы Робийяров не нарушили эти робкие шаги и тихий шёпот: – Филипп, это я. Появление из темноты молодого статного красавца заставило сердце девочки биться так, что оно словно грозило выскочить из груди. Надо же, усмехнулась про себя Эллин, леди ведёт себя как глупая влюблённая крестьянка. По привычке гордо вскинув голову, Робийяр спросила: – Что ты от меня хотел? – Прости, я не… Эллин, не стоило тебя звать ночью, это неприлично для леди. Но, наверное, я не джентльмен и могу не волноваться о таких вещах. Схватив девушку за руку, Филипп почти бегом направился в сад. Поговорить, сказать ей, крутилось в его голове. Усадив Эллин на скамейку, парень присел напротив неё и осторожно, словно впервые, взял в свою руку тонкую хрупкую ручку девушки. Старательно пряча глаза, Филипп тихо сказал: – Я знаю, что ты меня любишь, леди Робийяр. Но мы не можем быть вместе. Ты мала для свадьбы, а я не хочу нагружать себя детьми и заботами и семействе. В глазах Эллин будто померкла жизнь. Он, такой любимый, такой дорогой… Эти слова будто прожигали. «Не можем быть вместе…». Он знает о её любви, какой позор быть так отверженной… С достоинством кивнув, девочка быстрым движением освободила руку и спокойно сказала: – Я не понимаю тебя, Филипп Робийяр, это какая-то ошибка. Но совсем неподобающе для джентльмена звать леди посреди ночи на встречу и говорить такое. Я ухожу, с твоего позволения. С лёгкой грустью провожая взглядом хрупкую фигурку, Филипп улыбался. Она сильная и умная девочка, она забудет о нём. Она мала, чтобы любить, слишком мала… Вернувшись к себе в комнату, Эллин бросилась на кровать, захлёбываясь слезами. Мамушка всегда твердила, что настоящие леди не плачут. И она не будет плакать, больше никогда… А спустя месяцы Эллин Робийяр стала Эллин О'Хара. Она не плакала, выходя замуж за нелюбимого человека и уезжая из мест, где навсегда остался кусочек её молодого сердца. Похороны любви… Дети, дом – всё отвлекало от той любви. Она забудет, не станет думать о разбитых мечтах. Плакать? Это бессмысленно, и настоящие леди не плачут. Мамушка научит этому девочек, тому, что их мать смогла постичь лишь через боль. Филиппа больше нет, помолимся же за его душу. Аминь.

«Я снова в Атланте. Филипп, только не исчезай… Твои поцелуи будто вселяют в меня жизнь, чёрные глаза искрятся нежностью. Тебя уже нет, а меня скоро не будет. Давай уйдём вместе, только ты и я, останемся навсегда рядом. Бездна уже близко, делай шаг… Раз – и конец. Девочки сильные, они позаботятся о себе, а мы растворимся в вечности. Сотри слёзы с моей щеки, ведь леди не плачут…»