Забава богов

Слышен лишь стук шарика о ракетку. Не слышен был лишь нервный тик бога Хитрости по этому поводу. Ханма занял излюбленный диван Такемичи, смотря на потолок, любуясь быстро сменяющимися локациями космоса. -Состояние Такемичи явно ухудшиться, пока он их делать-то будет. Бедный, вымотается знатно, — начал от скуки Смерть, продолжая целенаправленно нервировать другое божество. -Его уже которою неделю не видно. Из своего пространства не выходит. -Значит делает кого-то из нас. Возможно первым возьмёт тебя, Киса. -Это ещё почему? -Ну, как? — шарик упал на пол пространства, Тетта выдохнул с облегчением, - Хах, я сложная фигура для него из-за пропорций и у меня характеристик для подавления немного больше. Плюс, своей части души он видимо не подготовил. Вот и будешь ты первым по логике вещей. -Ясно... Как я раньше то не догадался. -Кхи-и. Он явно заебётся знатно над твоей фигуркой. Будет проклинать тебя по хлеще, чем проклинал до. И кстати, твой ответ, я не понял... Это сарказм? -Завались. -Поня-ял, — Ханма сменил угол обзора, как и тему разговора, - Родители тоже стоят своих усилий. Посмотрим на парочку, созданную божеством, — послышался тихий смех Ханмы, пока в сознании всплывал один из диалогов с Ханагаки. [ -Не нужно извращать этот процесс, Ханма-кун! Мне нужно чувствовать каждую часть фигурки, что бы всё вышло так, как должно выйти. -Угу... Мне вот интересно, как ты будешь делать фигурку Кисаки? А-а? Такемичи немного залился краской на такой вопрос Шуджи. -З-замолчи... Сделаю... -Угу... Куда ты денешься, — потешался тот, уводя взгляд. -Иди на хер! — смущение сменилось недовольством. -"Извращаешь" кстати всё это ты в своей голове. Я лишь подначиваю, говоря что-то для создания второго дна. Ха! -Выкрутился! -Это я могу. ] От такого приятного воспоминания тот улыбнулся, растягивая смешок. -Мы уже закончили с некоторой частью, — резко решил Кисаки не слушать дальнейшие возможные рассуждения Ханмы, перетянув канат диалога к себе, - а точнее распределение вещей после согласования раскрытия территории на больший промежуток. Посмотрим как он оценит перестановку. -Заёбаному богу явно будет не до этого. -Мне без разницы. Главное продвижение плана на дальнейшие шаги. А так же не промахнуться, наступив на яму, прикрытую листьями. -Тупая и такая скучно-предсказуемая ловушка. -Однако она действенна. Ханма зевнул от усталости, пока у бога Хитрости энергия словно бьет ключом. -"Как появится новый проект, так он живее всех живых..." -Дальше у нас идёт продолжение обустраивание комнаты для игры и ждать полного создания альтернативной вселенной. -Да-а, её ещё нужно уменьшить и раскрыть как карту на большом столе-е, — протягивал Смерть, пытаясь не зевать уже в сотый раз, - потом ещё создать виденье всего происходящего в игре-е. И так далее... Короче, закачаешься сколько дел. -Верно, — проговорил Кисаки, сжимая от недовольства карандаш, не давая раздражению насчёт долгой и затянутой речи Ханмы выйти наружу, - На бумагах уже почти всё согласовано. -На бумагах вообще всё просто, а вот как к делу приступить, то вечно какие-то проблемы, блядь... -Такова логика существования. -Мне она не нравится. Поскорее бы завершить это всё дерьмо, чтобы прежний запал от игры не сгорел на хуй. Потому что скучно. Хотя-я...Если такое произойдёт, вы меня убьёте. -Не то слово! — раздражение снова накрыло бога, что заставило его ударить по столу, - Столько сил и нервов потрачено. Всё по твоей прихоти! -Ага. Мда... — бог смерти находился будто в своей вселенной, не реагируя на резкие действия другого, - Настольная игра приняла не хуевый такой оборот. Кто же знал, что всё дойдёт прям до такого-то? -Пиздец, — Тетта медленно повернулся к Шуджи с гневом в глазах и нервным тиком, - Ты настолько не задумывался?! — резко успокоив свой гнев повторяя про себя: "Мои нервы мне дороже". Снимая очки, тот начал тереть переносицу, - С кем я сосуществую в одном пространстве?... -Вот это у тебя тушение вулкана, Киса. А отвечая на твой вопрос... С гениями в разных областях, конечно же! -Если я зайду в своё одиночное пространство, я действительно останусь с гением наедине. -Ну, ненадолго же. Срок прибывания в одиночных пространствах тебе помешает любоваться собой и говорить с зеркалом, — Шуджи отвернулся, через зубы процедив смех. -Кхи-кхи-кхи. -Дебил, — нахмуренные брови вернулись в спокойное положение, когда краем глаза было замечено изменения в пространстве, - м? Оба божества повернулись на открытый портал, с которого вышел Ханагаки, укутанный одеялом с ног до растрёпанной головы, зевая. -О! Доброе утро, все уважаемый творец! — радостный Шуджи прищурил глаза, раскрывая свои руки. -Иди на хуй... — проговорил тихо Ханагаки, смотря в пол, пытаясь понять само прибывание в жизни, улетая в стратосферу. -За что? — словно обижено-удивлённый кот поинтересовался Шуджи. -Ты шумный, у меня сейчас голова болит, — на это Ханма лишь засмеялся. -Какая же ты у нас ранняя пташка. Видно как ты полон сил и энергии к игре, — вступил в диалог Кисаки. -Ты тоже иди на хуй... — перерабатывая информацию, Такемичи кивнул, более твёрдо произнося, - Да... Иди на хуй. -Всех послал, — пожал плечами Смерть, хихикая. -Никого не забыл? -Сколько было существ в пространстве, стольких и послал. -Мне самолично это сделать? — вздёрнул бровь Тетта, скрестив руки. -Да я уже... — смех Шуджи в пространстве стало больше. На немой вопрос Кисаки, тот продолжил, - Из-за того, что нихуя нормально не получилось, проклянул всё, на чём свет стоит и послал в принципе тоже. Ебался жёстко над фигуркой, потому что мне вообще не нравился результат. Проснулся с отвратительным настроением, — Такемичи прищурил недовольные глаза. - Бесит. -Да-а... — окатил взглядом его бог Хитрости, - Выглядишь отвратительно. В прочем как и всегда... -Знаю я! — недовольно прокомментировал Ханагаки, немного надувшись, - Не нужно мне об этом напоминать каждый проклятый раз... — он прошёл в глубь пространства, засыпая на ходу. -Оп, — Ханма подпрыгнул с дивана, освобождая место, куда бог Времени и разлёгся, вернее сказать упал от бессилия. -Ясно. -Особенно с Кисаки! — прокричал тот, уставившись на божество, - Он вечно какой-то был не такой! Всё время недовольное ебало! -Я не виноват, что у тебя руки не приросли туда, куда надо, когда тебе их отрубали! -Иди на хуй! С ними всё заебись! Тело же как-то сделал! Всё время мучился из-за твоего еблета! Вечно какой-то заёбаный! -Если бы всё было прекрасно, у меня был бы более спокойный лик! -Лицо нужно было по проще на фото сделать! -... -... -Тц... — взбешённое молчание прервалось новым недовольством, на совершенно иную тему, когда Кисаки оглядел Ханагаки, что пытался устроится на диване, - Опять ты туда лёг, — прогудел он, закатывая глаза. Такемичи застыл как истукан. Немой гнев переполнил его тело. -Пф... - Смерть расселся в кресле, забрав рядом стоящую банку с пивом, - Возвращаем хозяину его законное место, хули, — протянув банку вверх, он позже отпил. -Нха! — улыбка божества стала ещё ярче, - Если хотите меня подкупить, дайте мне пиво, — с довольным лицом тот осматривал банку, ощущая напряжение в пространстве, которое его не волновало, а лишь раззадоривало. -... Приятное времяпровождение у Смерти никак не вязалось с атмосферой у других двух божеств. Переглядки Такемичи и Кисаки продолжились. -Ну и что ты на меня так смотришь? -Ответь мне на один вопрос... — Такемичи медленно вдохнул и выдохнул, однако это не помогло ему не взорваться, - Куда, блять?! Ты тут видишь другие диваны для того, что бы я не стоял как растение для красоты или что?! — недовольство Ханагаки было пассивным для него, ведь тот ещё накапливает силы после потери, но решил, что лучшим вложением энергии будет спор с другим божеством. -Хорош до меня с нихуя доёбываться! Э?...Куда ты уходишь, сука?! Сядь обратно... Кисаки, открыв портал уже пожелал в него углубиться, как остановился. Ханма смотрел на это с интересом, хихикая. -Сел ты на хуй, а я по делам,— спокойным тоном проговорил тот, скрывшись в своём пространстве. -Пиздец, блядь... Так мне нихуя не ответил на вопрос. -Кхи-кхи, зато проснулся, — по новой отпил пиво Шуджи. -Да пошёл он на хуй! Как душнить это можно, а как ответить на мой логический вопрос до его не логичной доёбки, так мы свалим! — Такемичи начал приглаживать свои непослушные растрёпанные волосы, но руками это выполнить было сложнее, чем с расчёской. -Мда...Как ты явился, так он пропал. -Отпугивать должен он меня, а не наоборот. -Вы опять ролями поменялись? -А, когда-то такое было? -Ты не помнишь, я помню, — он снова глотнул напиток, уводя взгляд в сторону, ухмыляясь, - Записывал на видео. -Н-нахуя?! — удивлённо вскрикнул Такемичи, желая больше таким вопросом узнать об этом. -От не хуй делать, — пожал плечами тот, убрав пиво, рыская в своем пространственном мешке. Достав от туда расчёску, он кинул её к богу Времени, что неуклюже, но успел поймать предмет. -Не трать время на бессмысленные действия, что ничего вообще за собой не принесут, кроме траты твоего ресурса. Логично. Что-то пиво сегодня было действительно лишним... Ханагаки прищурил глаза. -Ты точно не какой-нибудь автор книги "Живи и не траться на хуйню"? Прикольно осознать, что автором такой книги будет Бог Смерти. -Ну а кто если не смерть покажет тебе прелести жизни и её отвратительные выкидоны? Жизнь заебёт, смерть даст тебе новый глоток свежести, если ты выживешь. Точнее, я говорю про удачу и на волосок от гибели, — Такемичи наклонил голову в вопросе, - Имею ввиду про случаи, если будет потрёпанная чисто психика или немного физическое тело, а так, что бы жить можно было. Безумцы всегда выживают. Но, даже у этого состава моего ответа есть огромное количество ответвлений, что затянет тебя в узлы раздумья. Умрешь из-за них, если будет с ними долго ебаться. -Но... смерти это не грозит? -Кто знает. Это наверное не грозит действительности бессмертному существу, что уходит далеко в себя, посылая на хуй все уставы заезженной "адекватной" жизни и желает быть "мудрецом", что ответит на любой, даже тупой вопрос, — его спокойный взгляд сменился яркостью и безмятежностью, которая стала для него в этом кругу обыденностью, - Ну! Если бухнул, можно и закурить, хули ещё делать? — доставая пачку из пространственного мешка, Шуджи тяжко вздохнул, - Бля-я, вот чувствую себя старым алкашом, у которого в любимых предметах была лишь философия. Такемичи похлопал глазами, отвернувшись, наполняясь неловкостью. -Вот почти привык к твоим быстрым сменам, но осадок всегда остаётся, — Ханагаки не стал мучить себя, лишь немного приведя свои волосы в порядок, отдавая обратно вещь Ханме, - Ты и вправду ассоциирующиеся именно с этой ролью, когда напьёшься именно здесь... Смерть засмеялся, выдыхая дым от сигареты, кидая расчёску в мешочек. -Благодарствую, — оглядев Такемичи, тот довольно прищурился, в зубах держа сигарету, что качалась и норовила упасть со рта из-за мимики и быстрого говора существа, - Вот! Теперь тебя уже за злобного йокая не примешь. -Ну, спасибо... — услышав смех Ханмы, он тяжко выдохнул. Не успел кто-то из них начать новый оборот диалога, как в пространство вернулся Кисаки, что был видно очень доволен, судя по его самоуверенному лицу. Тетта поправил очки. -М, — Такемичи оглядел его опустошённым взглядом, - Я-то думал ты свалил хотя бы на несколько часов или дней, что бы я по тебе хотя бы соскучился, мудила... -Завались, я не говорил, что ухожу на большой срок. Мне сказали забрать кое-что, — бог Хитрости встретился с вопросительными взглядами. Ничего не говоря, тот кинул папку с бумагами к Ханагаки. -Да твою же! — папка неприятно ударила по рукам божества, - Любите вы вещами кидаться! -Закрой рот и смотри на то, что там находится. -Тц... — недовольно что-то бурча, бог расторопно открыл папку, вчитываясь в документы в ней. Настроение божества Времени можно легко прочитать по его лицу. От гнева до удивления, а позже и шока. Эта смена эмоций была по душе богу Хитрости. -Киса... — прозвище надавило на уши Кисаки, но тот не собирался терять первоначальный настрой, - Что?... — растерянный взгляд оказался на лице Тетты. Он самодовольно улыбнулся, не скрывая в глазах немного жуткий огонь. -Да. Я отбил тебе разрешение на использование твоих сил времени в нужных для нас вселенных. -Как ты... -Хорош! — встрял в удивление бог Смерти, переполненный восторгом, - Этот гений всё-таки их достал! -Аху... — бог Времени заглотнул слово, перечитывая каждый раз одно и тоже, пытаясь найти фальш от бога Хитрости. -Тц, делов-то... — Кисаки закатил глаза, - Старики эти уже давно из ума посходили. Идиоты одни сидят, даже в текст не вчитываются, да и не следят толком за тем что божества творят. Ох, Всевышний, думаю скоро нас ждёт неминуемая чистка... -А, какого хуя так быстро? — Время снова устремил свой взгляд на Тетту, перебивая его мысли, которые ушли дальше, чем нужно. -Ты будто не знаешь, что документы богов Времени и Смерти без очереди пропускают, — он нахмурился, теряя из-за глупого вопроса своё приподнятое настроение, - А так, я, и не только я, немного пошаманили с другими богами ваших классов божеств и не только ваших и вот, что вышло. -... -Ну и что ты завис? — хмыкнул Кисаки, наклоняясь к Ханагаки, - Не верил в меня, а? Та-ке-ми-чи, — приговаривал тот, наполняясь довольством от реакции божества. -Я просто в ахуе! — резкий крик бога Времени заставил бога Хитрости вздрогнуть и резко отпрянуть назад. -Меня же не подпускали к отмотке времени-то толком! Я являлся тем божеством, что время у людей забирает! Тем более после инцидента мне нельзя было вообще к этому всему прикасаться! Какого хуя, Кисаки?! -Если я что-то хочу, — божество вернуло своё спокойствие, - Я это получу. И похуй через что мне нужно будет пройти, — он оглядел Такемичи с ног до головы, показав своё раздражение, - даже если это для такого тупицы, как ты... -... — взгляд бога Времени сменился. Стал более тяжёлым и не очень доброжелательным, прежние яркие искры решили потухнуть. -Ой, как это мило, — снова встрял в диалог бог Смерти, хихикая. -А? — удивлённо поинтересовался Такемичи и с другой, гневной интонацией, протянул Тетта. -Ничего-о, — Смерть увёл свой взгляд подальше от глаз божеств. -Говоришь какую-то хуйню, а потом не разъясняешься! Какого хуя?... -Блядь, Кисаки, я точно так же могу сказать и о тебе! -... — Тетта перевёл взгляд на Ханагаки. -"Да мне ничего и говорить-то не нужно," — Ханма поднял и отпил пиво, смотря за новой образовавшейся ссорой двух божеств. -"У них всегда найдётся что-то, чтобы друг друга послать и забыть о том, что вообще-то один из них доебался до меня. Забавно,"— лик божества озарил оскал, с горящими от азарта глазами. -"Мне нравится", — потушив сигарету, он быстрее выкинул её в мусорное ведро, не желая, что бы Тетта обратил внимание на что-то иное, испортив ему веселье. Уже вторая банка пива была выпита до дна, как и в момент вспыхнувшее недовольство бога Времени и Хитрости. -Ну, как продвигаются дела с фигурками? — наконец поинтересовался Шуджи, сминая в руках банку, выкидывая её в урну. -Всё заебись, — приговаривал Такемичи, довольный тем, что отыскал в своём "тайнике" пачку чипсов. Это перекрывало его недовольство насчёт вновь растрёпанных волос и ран, которым нужно немного времени, чтобы зажить. -М-м... — Ханма с прищуром глаз подошёл к Ханагаки, что-то тихо проговорив на ухо, пытаясь сдержать свои смешки. Это "что-то" и заставило Такемичи вспыхнуть яркой краской. -Да, бля! Мне похуй. Пусть вас этим наградит мать природа! — он недовольно отвернулся от хохочущего бога Смерти, - точнее само прибывание в утробе! А то... будут ещё ко мне какие-то претензии, — он покасился на Кисаки. -Э? Хули ты на меня смотришь?! Ханма разразился истерическим смехом. -... — Такемичи, выгнув бровь и сложив руки на груди, увёл взгляд в сторону, ничего не говоря. -Так, блядь. Шуджи лишь добавил обороты, останавливаясь на мгновение дабы заглотнуть воздуха для продолжения. Ханагаки полностью игнорировал Кисаки, развивая дальше странный вопрос Ханмы. -Я... Мне слишком неловко и, — стеснение поглощало бога ещё больше, - блядь, мне слишком неловко! Я могу создать что-то из головы, ведь мне потом не будет как-то стыдно немного смотреть в глаза существу. А так... -Вау. У тебя есть чувство стыда? Не ожидал, — Кисаки приложил ладонь к лицу, театрально показывая удивление, когда закончил поправлять свою причёску, до этого сменив свою одежду. Ханма довольствовался реакцией на своё действие с улыбкой на лице. -Хах, он кладезь эмоциональности, чего ты только до неловкости доебался? -С этим не поспоришь. -А ты имеешь что-то против? — недовольный бог Времени теперь пожелал уделить внимание богу Хитрости. Выдавал факт бушующей неловкости только потухший румянец на щеках. -Я уже объяснялся на этот счёт. -Угу, но у меня память как у рыбки, потому объяснишь снова. -Не нужно обижать рыбок. У них память лучше, чем у тебя. Идиот. -Как меня башкой хуячить об пол, так это можно, а как заденешь чувства рыбок, то ты сразу "идиот". -Прикольное произведение, кстати, — добавил Ханма, а позже откинулся, хохоча. -Произведение действительно хорошее, но синоним Такемичи к нему не относится. -Ха! — бог Смерти хлопнул в ладоши, продолжая терять воздух из-за смеха. Ханагаки сузил глаза, прикусывая губу, однако всё же отпустил: -Тц... Мне не чем крыть. -Логично. Ведь ты полный ноль в азартных играх. Особенно в картах. -Да ты заеб... — богу Времени не дали закончить начатое. -Веду счёт теперь я. Ко мне плюс одно очко. Ханма, немного отдышавшись, проговорил, насколько хватило сил. -Тебе нужно сказать "спасибо" Такечи, что это не твоя ставка. -Да иди ты на хуй! Шуджи от этих слов снова провалился в ту же пучину, даже не сопротивляясь, а наоборот желая быть там подольше. -Если бы у нас всё тут записывалось 24 на 7, то можно было бы сделать нарезки из его смеха. Видео явно будет длиться больше часа, — Тетта оглядел бога Смерти, - Так же, как его смех... -Да, он явно будет жить больше, чем мы. -Что? Это ещё почему? -Потому что смех продлевает жизнь. -... -Кстати, ты умрешь первый. -Ха! — услышав слова Такемичи, Ханма стал смеяться бесшумно ведь истратил все силы и для звука ничего более не осталось. -Откуда ты знаешь? Может я вас переживу и не подавлюсь слюной от смеха? -Я бог Времени, это единственный и самый жёсткий аргумент. -... — бог Хитрости безэмоционально посмотрел на божество, - Очень смешно... — закатывание глаз и скрещенные руки были уже обыденной реакций. Ответ заставил Ханагаки прикрыться рукой, хихикая. -Когда меня вызвали, — убирая очки, массируя переносицу, Тетта решил прекратить бессмысленные диалоги, - я не успел спросить. -М? — Такемичи, будто посмеиваясь над богом Смерти, махал над ним бумагой, что стащил со стола Кисаки, приговаривая, что: "Смех продлевает жизнь, а не забирает её на хуй". -Ты уже закончил с родителями? -Ага. Бог Хитрости, подойдя, аккуратно, чтобы не помять документы, вырвал их с рук бога Времени. -Так скоро? — оглядывая их, радуясь, что повреждения не такие уж и сильные, он быстрее решил вернуть их в папку на столе, - Где ты души взял? -В смысле "где"? Не свою, использовал так у богов смерти "забрал". Смерть расстроил факт, что у него забрали бесплатный веер. Но новая шутка развеселила его. -Бля, ты как маньяк, Такемичи. -Что? -У меня в голове просто картинка: [?- Что вы больше предпочитаете? Грудь? Или бедра? Такемичи: душу. ?- ой как мило, но... Такемичи: я говорил в прямом смысле. ?- Бл...] Ханагаки над этим тихо посмеялся, вернувшись на место забрав в руки пачку чипсов, пока Кисаки закатил глаза, игнорируя шутку продолжал интересоваться: -Как долго собираешься тут сидеть? -Денёк отдохну и дальше буду делать. Выходной всё-таки, воскресенье, что там про создание земли все дела. Воскресенье день безделья. -Кха-ха. Кисаки лишь приложил руку к лицу, стараясь не задеть очки. -Ты... Блядь, совершенно иная подгруппа, куда ты полез? -Какая разница? Не душни. Я просто сказал то, что первым в голову пришло. -Ясно... — он тяжко выдохнул, не желая продолжать эту ветвь диалога, возвращаясь назад, - Кого? -А? — на этот ответ Тетта скрестил руки, вздёрнув бровь. -А-а... Ну, наверное мне будет быстрее создать фигурку себя, а потом уже пойдёт Шуджи. -Не прошло и столетия, — от недовольного закатывания глаз он вернулся к вопросу, - Ты уже взял свою частичку? -Нет, — спокойно проговорил Такемичи, кинув в свой рот чипсину, похрустывая ею, смотря на Кисаки. Нервный тик бога Хитрости не заставил себя долго ждать, как и продолжение смеха бога Смерти. -Ну и... Какого хуя? -Хрен знает, на твой выбор. Какой тебе больше нравится? — поговорил Такемичи, специально улыбаясь пародируя невинный взгляд. -... — под звуковое сопровождение хохочущего Ханмы, Кисаки тяжко выдохнул. Убирая с лица очки, он начал массировать переносицу снова. Пытаясь такими действиями вернуть своё спокойствие и обычный ритм состояния, -Почему я здесь?... Можно мне других богов в моём окружении? Как здесь можно уволиться?... -Не знаю. Не надо спрашивать у тупого решение невъебенной математической задачки. Он тебе всё равно не ответит, — Ханагаки, приговаривая, начал укутываться в одеяло, собираясь по новой вздремнуть, убирая чипсы вниз. -Ну конечно. Ведь тупой не знает даже понятия "риторического вопроса". -Ага, всё иди на хуй. -Ты пришёл в это место что бы... спать? -А ты мне запрещаешь? -... -Я не буду действовать тебе на нервы, если не буду делать ничего. -Нет. Ты будешь мне действовать мне на нервы,своим бездельем. -Я знаю. В этом и суть. -... -... -Ох, Всевышний, помоги... Такемичи не обратил внимание на высказывание, постепенно погружаясь в сон. -Настолько всё плохо, что гордый Кисаки Тетта просит помощи? Я поражён, — но это не скрылось от другого божества. -Блядь, вали в пизду, Смерть. -Нихуя себе, новый маршрут? Что? Не хочешь себе попутчика до другой станции? -Да ты заёб меня уже! Пространство услышало смех теперь двух существ и недовольное постукивание ногой одного божества. -С кем я сижу?... — опередив дальнейший ответ на вопрос, Тетта самолично на него ответил, - С лентяем и сумасшедшим психом. -Мне можно, — Такемичи на секунды гордо поднял голову, - Чем тебе лень не угодила? Ты не представляешь какая она прекрасная. -Угу. Она уже чуть ли не твоя жена? -... — Ханагаки похлопал глазами, а позже улыбнулся, - Да. У меня их две, — подкрепил эти слова, жестом показывая цифру два. -Да-а? Что ты такое говоришь? -Угу. Угадай, какая вторая? -Мусор? -Мимо, — Такемичи прикрыл глаза. Однако даже не смотря на них можно было понять его нервность. -М! Кстати, — перебил Ханма, - у твоей куклы не будет отца? Вопрос на миллион и в самый нужный момент -"Как быстро здесь меняются темы диалога" — подметил одну и туже закономерность бог Хитрости. Этот вопрос заставил бога Времени вздрогнуть и подняться с дивана. -Не думаю что он будет присутствовать в его жизни полноценно. Будет существовать, но о существовании толком никто не знает. Ну кроме кошелька семейства, конечно же. -А-а-а, — Шуджи процедил сквозь зубы смех, - Как говорится, опыт отражается на всех, да? -Да, бля, легче уж так, чем заёбываться, да и... Меньше людей, легче работа, плюс безнаказанность, разве нет? -Тут ты прав. -Родители это одна из головных болей и службы, по типу полиции в том числе,— проговорил тяжко Кисаки, выдыхая. -Точняк! Полицаи будут напрягать... Короче, Мичи! — бог Времени уже понял, что не сможет здесь заснуть, поэтому сел укутанный, весь во внимании, - Смотри. У нас сейчас 20 года. Но! Это не очень вкатывает нам, поэтому нужно отмотать время до приемлемого промежутка. -Приемлемого? — Ханагаки наклонил голову в бок. -Нам не нужно далеко в прошлое. Нам нужно там, где, например были какие-нибудь банды, чтобы стало ещё интереснее, — Смерть активно жестикулировал, - Там как раз и беззаконие, поэтому меньше ебаться с этими полицаями и всей такой хуйней будем. -Я уже подобрал приемлемый год, — встрял бог Хитрости, после того, как посчитал, что бог Смерти закончил, перетянув всё внимание на себя, - Вернёмся к полиции. Стоит воссоздать "проклятие", дабы всё вышло хорошо. Ведь по большей части, у нас будут незаконные действия, нарушающие в принципе законы страны. -Однако в некоторых случаях они нам нужны будут, верно? -Ага! -Верно. -Использование карты полиции! -Что? — только бог Времени оказался в недоумении. -Мы медленно уже накидываем нити на весь мир игры, дабы всё это подчинялось нашей воле, — проговаривал Кисаки так, будто вёл лекцию. -Поэтому, полиция может не пребывать на тот или иной случай для развития наших кукол и более раскрепощённой игры, ясно? -Постепенно создадутся карты с усложнениями этого мира и давлением на него, — Ханма облокотился назад, довольный этим раскладом. -Хорошо. Я понял. -Вау. Удивительно, — бог хитрости снова приложил руку к лицу, -Продолжаешь меня удивлять, Такемичи. -Завались. -Выхо-одной, — растягивая слово, Шуджи довольно подтягивался, - Скоро будет интересно, а я пока посплю в пьяном состоянии, — он опустил череп на голове, используя его как маску для сна, - Потом объяснимся тебе, чтобы ты не забыл раньше времени. Когда вот закончишь со всем и мы, и ты, вот тогда поясним про дальнейшее, а сейчас желательно пострадать хуйнёй во сне. Потому что пострадать хуйнёй в реальном мире отнимает дохуя энергии, она нам нужна ещё. Нха-ха. -Угу... Спасибо за заботу, — помятый Такемичи, понимая, что главное существо насчёт диалогов решил вздремнуть, вновь упал на свой диван, - Не будите меня до обеда завтрашнего дня. Я мёртв. -Слава Всевышнему, здесь будет тихо. -Радуйся, что умер, печально конечно, что по своей воле, а не по твоей инициативе. -Завались и засни уже, блядь! -Ура, мне позволили это, —Ханагаки полностью накрылся одеялом. -Я тебя в нём и задушу. -Я уже мё-ёртв! — послышалось глухо, как и тяжкий вздох бога Хитрости. -Да, душить мёртвого это как-то аморально. Это тебе даже я говорю, — хрипло подал голос бог Смерти, пока по его предложению разливались смешки. -Я просто хочу посмотреть. Сто лет в твоём пространстве не был, — Ханма, довольный, донимал Такемичи расспросами. -Так быстро сто лет прошли? — похлопал глазами Такемичи, а после зевнул, отпивая горячий чай. -Э? — от такого интересного вопроса бог опешил, но быстро пришёл в себя, захохотал, -Честно? Не ебу. Это единственные такие случаи, когда я не в ответе за свои слова. -Ладно, — сонное божество Времени, что так же улетал в приятное тепло от напитка, разговаривал чрезмерно спокойно и немного заторможено, - Только дай мне время, что бы я свою душу подготовил. -Ну так, я тебя не тороплю, — Ханма скрестил руки на затылке, навалившись на кресло. -Но, взамен, как я уже говорил, тебе нужно будет убрать моё пространство, — Шуджи увидел довольные налитые приятным, чуть ли не садистским оттенком, глаза Ханагаки. -Ах ты хитрый хуй, — его взгляд так же не отстал от Такемичи. -За всё нужно платить, — поднимая голову и убирая её в сторону, божество отпило с кружки. -Слова Кисаки всегда застревают в голове? А-а? -Тц... — вещь в руках почувствовала давление рук божества, что старался сильно не давить, - Не то слово, я каждый раз хочу иметь в своей памяти насчёт этого всего кнопку "удалить". Почему-то она работает везде/, кроме этих случаев. Не люблю свою память... — постепенно приятное чувство от чая быстро улетучивались как пар с кружки. Шуджи довольно посмеялся, забавляясь своим мыслям. -Ты будто ловишь каждое его слово, при этом всегда реагируешь. -Кх... — Такемичи от того, что не захотел больше убирать пространство, поставил кружку чая на стол, - Ещё бы. И почему это прозвучало так странно? Особенно с твоих уст... Ханма на это лишь пожал плечами с довольной улыбкой на лице и прищуром острых жёлтых глаз. -Я не могу на это не реагировать. Если я не буду на это реагировать, он будет доёбываться ещё больше. Я бы рад нормальной коммуникации, да вот он её не желает. -Какая интересная это штука, интерес к другому существу... Согласись? — неожиданно начало божество, что заставило Такемичи опешить. -А?! -И у каждого показ интереса разни́тся, но всегда есть "что-то", что их объединяет, — Шуджи говорил спокойно, однако это будоражило до мурашек, как и его пристальный взгляд , теперь уже через череп, что сполз к нему на лицо. Теперь выглядело всё так, будто душа существа вернулось в свой скелет. Однако вернулось не полностью, лишь часть. Горящие глаза с вертикальным зрачком словно были как истинные, животные. Но на внешности не осталось внимания, ведь божество продолжило говорить. -Две стороны одной монеты. Особенно в вашем случае. Забавно, верно? Тон его речи можно было описать так: словно смерть, на последнем издыхании какого-либо существа, медленно объясняет когда-то чему-то живому, что оно уже мертво. Объясняет простую истину, которое это самое существо не может принять. Даже если это существо видит этот факт. Видит и чувствует, но что-то не даёт понять слова того, кто говорит всё прямо, - Разве это не так? Подумать об этом стоит на досуге и не только тебе. Такемичи после того как Шуджи закончил свою речь, был некоторые секунды словно заворожённый. Но, осознав это он как можно скорее избавился от этого наваждения, покрутив головой, при этом закрывая на мгновение глаза, что бы не видеть других. -Постараюсь, если не забуду, — немного надломленной и неловко произнёс тот, вернув к себе свой твердый голос он продолжил, немного неловко улыбаясь, -Ты же понимаешь какая у меня дырявая память. Документы Кисаки, когда он задумался, держа в руках степлер, просто с облегчением выдохнут. Шуджи на это лишь просмеялся, вернув обратно череп в исходное положение. Мертвое животное на голове бога Смерти вновь всего лишь давно используемый для других целей череп. Ханагаки прищурил глаза, при этом убрав их в пол. Что-то в словах другого божества заставили мыслительные процессы насчёт одной из дотошных тем снова разгореться, но это ему не понравилось. Бог Времени пожелал от этого скрыться, а значит пора приступать к тому, что так долго лежало в ящике и ждало его прибывания. -Хорошо, не буду сильно медлить, а то меня в пекло потянут из-за того, что нихуя не делаю. Скоро вернусь. -Ага, давай! — Бог Смерти смотрел на уходящее существо, прищурив глаза так, будто зная его мысли и чувства на то, что он заставил подняться на верх. Вернувшись в своё уединённое пространство, Бог Времени направился вглубь мастерской. Постелив на пол специальный коврик и сняв носки с обувью, Такемичи незамедлительно сел в позу лотоса, открыв ладони. Он делал это как можно быстрее, чтобы отвлечься и не заставлять себя думать на раскрытую недавно тему. Вернув к себе четыре крыла на голове, он выдохнул, но через время недовольное божество жмурилось. Ханагаки не нравился факт тишины, потому приказал пространству включить музыку для медитации. Поставив для неё таймер в несколько минут. -"Для полной концентрации нужна тишина... Но, правила нужны, чтобы их нарушать. Вроде так он говорил?" Выдохнув и расслабив своё тело, Такемичи аккуратно, по одной нити возвращал свои мысли в нужное для него русло. Словно собирая из этих нитей тугую верёвку для перевязки и затыкания рта мыслям, что ему мешали. Постепенно грудная клетка плавно и неторопливо поднималась и отпускалась, пока сердцебиение решило ему поддаться и сменить темп в более тихий и умеренный. Божество чувствовало приближение бессознательного состояния и никак не боролось с ним, наоборот, сильнее заставляло себя погружаться. Музыка в пространстве закончила свой концерт, но ей за это нет аплодисментов, что являлось самой большой наградой в этой ситуации. Медленно в дыхательные пути Бога Времени проник приятный и такой успокаивающе безмятежный запах умиротворённости. Черный экран, который долго сопровождал божество, медленно расходился. Словно непроглядный туман решил полностью примкнуть к земле. Но удавалось ему это крайне медленно. Так медленно, что солнцу бы уже наскучило. Шаги божества по водным просторам безмятежного чёрного состояния становились менее отчётливыми. Водная гладь под ногами стала лишь оставлять за собой круги, что быстро исчезали. Тихую капе́ль больше не было слышно. Всё утихало и поглощало в себя эхо, не давая ему разносить ни единый звук по просторам. Давая туману не отвлекаться, а продолжать рассеиваться, показывая нечто спрятанное за ним. И это "нечто" вскоре было настигнуто. "Нечто", похожее на огромную белую дыру в черном пространстве. Ханагаки оглядел её. В его приятно голубых глазах читалось лишь умиротворение и желание познать больше этот мир. Окунуться больше в это забвение и услышать наконец тихие мелодии ядра жизни. Неторопливо повернувшись спиной к большой дыре, Такемичи расставил руки и, не держась более за водную гладь ногами, провалился в неё, закрывая глаза. Ощущая свободное падение всем своим естеством, Ханагаки улыбался, ощущая, как дыхание перехватывает. Как пространство обволакивает, но в то же время отталкивает его. Демонстрируя своё малое недовольство факту прибытие чего-то инородного в этом тихом омуте иного хаоса, которое не вяжется с хаосом огромных предметов. Всё закончилось, когда божество мягко, словно капля росы опустилась на паутину паука, оказалось на весу в приятном, теперь уже для открытых глаз тёплом пространстве. -"Дитя тумана, капля, оказалась в незабываемом месте". Мысли плыли приятной мелодией по каждому осязаемому и неосязаемому существу этого мира. Ступеньки из бамбука аккуратную начали выстраиваться в ряд, дабы божеству было удобнее спускаться до нужной ему точки. С каждым тихим шагом начали слышаться умиротворённые звуки. От рассыпающегося песка, который был похож на песок в старинных песочных часах, что доходя до песчинки тут же переворачивали само пространство для дальнейшего хода времени. До тихого урчания ручейка, что плыл словно на своей волне, иногда превращаясь в некий более тихий шум водопада, который появлялся и уходил раз за разом. Не нарушало, скорее дополняло это всё, постукивание "шиши-одоши". Бамбуковая конструкция нужна была для отпугивания существ, но в связи с этим местом, оно было лишь завлеканием и шармом этого неслыханного, более никому неизвестного, кроме бога Времени места. Такемичи услышал певучих, забирающих очень длинную ноту птиц. Птиц, которым словно не нужно было воздуха, либо же в их маленьком теле была целая огромная затягивающая неведомая дыра, что позволяла им не делать ни длительный промежуток времени, ни глоток воздуха. Они те, что не сдавали своих позиций даже когда послышался ветер. Наоборот, птицы стали на зло ветру петь куда ярче, желая показать на что они способны. Последняя ступень. Босой Такемичи коснулся земли, иной раз напоминающее отражение на водной глади. Каждый новый шаг заставлял землю под ногами будто подниматься из пучины, при этом не нарушая тихое, как здесь называемое, верхнее пространство. Глазам постепенно открылась красивая, до безумия ровная дорожка, что вела в бамбуковую рощу. Ханагаки пристал перед огромным зелёным лесом этого растения. Длинные, ярко зелёные палки не сравнятся с кронами обычных деревьев. Посмотрев наверх, божество прищурилось, стараясь по новой найти конец, но увидеть глаза бога этого не смогли. Улыбнувшись шире приятной роще, он медленно направился в её глубь. Шаги здесь отдавались чётко. Каждый твёрдый шаг слышался и отдавался бамбуку. Бамбук тем временем, странное дело, будто крепчал от этого. Что не могло не радовать Ханагаки, который проводил руками по нему, ощущал хруст. Хруст звучал словно поломанные кости. Но это лишь сильнее закаляло. Осматривая рощу, он видел на каждом бамбуке росу, которые словно слёзы омывали твёрдость этого растения. Шаг. Шаг. И ещё один шаг. Каждый удар по земле, каждое продвижение вперёд, до середины рощи, отдавались всё сильнее, как колотушкой в гонг. Этот приятный разливающийся громкий звук помогал сильнее наслаждаться приятной атмосферой, не сулив о какой-либо битве, пока что. Проходя по разрезному мосту, что помог стать тропинкой одной суши на другую через красивую, но такую опасную реку, Ханагаки остановился посмотрев в кристально чистую воду. В ней, проявляя настойчивость и упорство, проплывали сопротивляясь потоку воды, карпы Кои. Цветастые рыбы завораживали божество, да так, что тот хотел позабыть о причине нахождения и спуститься, омыв свои ноги в этой реке, но резкое кваканье лягушек заставили его остепенится. Крылья на голове немного вспорхнули, заставив божество не уходить снова в воду безграничного времени. -"Ох, верно... Мне пора". — поклонившись, тот поспешил продолжить путь. Через считанные секунды встретила его огромная стена из зелёных стражников. Ханагаки вдохнул свежий воздух уже делая прикоснуться, как перед глазами, направляясь в неизвестное направление, упорхала синия бабочка, которая забрала на секунду внимание божества. Но, Такемичи не желал отвлекаться, и потому лишь провел её с улыбкой на лице, вернувшись к недавним действиям. Когда они почувствовали прикосновения божества, ежесекундно, аккуратно, треща своими ветвями открывали путь к самому заветному, что здесь имелось. Ханагаки вновь увидел в этой закрытой местности песочный пляж с камнями. На песке были выведены разные рисунки, либо просто непонятные символы. Ещё только проросший бамбук, что рисовал их своими листьями остановил свою игру, встав прямо. Ханагаки прищурил свои блестящие от невероятной красоты глаза, желая показать, что бы бамбук продолжал творить. Подойдя к самому толстому стеблю, что стоял по середине этой местности, Ханагаки аккуратно положил кисти рук, точно обнимая это растение пальцами и медленно, ласково надавил. Хруст, что слышался такой же приятной капелью слёз, заполнил пространство. Такемичи потянул в разные стороны, дабы раскрыть себе находящееся ядро по лучше. Разорванный на две половины бамбук продолжат трещать, раскрываясь всё дальше, идя по линии вверх. Но для бога Времени это было не важно, ведь нужно было иное и оно находилось прямо перед носом. Существо озарило оранжевое сияние. Такое ясное, как глаза Ханагаки, что смотрели на это ядро. Оно светилось, будто яркое пламя. Что придавало больше ассоциаций к зажжённой спичке, так это то, как из пышущей массы падали маленькие частички, которые не успевали опадать как лепестки сакуры и потухали, не долетев до земли. Ханагаки приложил руку к падающим частичкам, собирая постепенно в руку яркие огоньки. Они были словно красивые маленькие незаметные светлячки. На руке те спокойно не сидели, находясь в непонимании нахождения в неизвестном им месте. Они крутились желая убежать, однако как на зло, самоубийство было не их решением. Когда собралось достаточно количество, Такемичи мягко сжал руку в кулак. Достав спрятанный под одеждой на шее кулон в виде клевера, он приложил слепившейся неровный кружочек из частичек к нему, заставив тем самым примкнуть на некоторое время к переносному контейнеру. Руки существа свободны, потому он опять приложил их к раздвоенному бамбуку и резким движением соединил две половины обратно. Хруст костей прошёлся вновь по пространству. Недавно грубо закрытые части бамбука не сломались, вовсе нет, они лишь на стыке образовали капли, но разрез медленно исчезал под упорством растения. Продолжительный раздвоенный стебель снова повторял за серединой и соединился воедино. -"Теперь он стал куда крепче прежнего..." С этими словами бог Времени приятно и словно счастливо выдохнул, выходя из этой части рощи. Оставив странный сад, он глубоко поклонился и извинился за принесённые неудобства. Последний раз посмотрев на маленький рисующий бамбук, он кивнул. Когда более взрослые и твёрдые стены растения закрыли виденье происходящего внутри, он опустил глаза в пол. -"Остаётся только уйти..." — печально процедив мысль в голове, Ханагаки начал рассматривать рощу. -"Чтобы выйти из пучины много не нужно..." — когда глаза божества всё же нашли нужный ему ствол, они засветились от счастья, как улыбка на лице. Подбежав к видимо поломанному не один раз бамбуку, но при этом всё ещё высокому,Такемичи схватил за него одной рукой вновь поломал. Оторвал он достаточно длинную часть, при этом держа другой нескончаемо далёкую верхушку, которую позже аккуратно поставил за место оторванной части, что заросла оставив лишь рубец на месте пропажи. -Благодарю, — низкий поклон. Полученный кусок бамбука Ханагаки рассматривал и в который раз жалел, что не имеет острые когти, как у богов Смерти. Потому достав из пространственного мешка нож, он секундами погодя быстрыми движениями превратил бамбук в имитацию половины катаны. -Здешний мой бамбук похлеще человеческой стали будет, — вернув нож в мешочек, он прочистил горло, готовясь. Бог Времени взял самодельный инструмент двумя руками, поднял его вверх остриём к нему и жёстким движением засадил в своё тело бамбуковое орудие. -Кх... — божество сжало зубы. Послышалось, как птицы разлетались со своих мест, как ручей стал водопадом, как лягушки осыпались ужасной звонкой трелью, от такого заглушались всплески обеспокоенных рыб. Более ясно был слышен как бонг отдавал тяжёлые удары. Эта белиберда из звуков никак не волновала бога, пока резкий грубый удар его же сердца, после выплёвывания жидкости, не заставил зажмурится от неприятной боли. Тело божества упало замертво. Последнее, что он увидел это то, как огромные песочные часы перевернулись на другую сторону, возобновив свой ход, при этом перевернув само пространство, заставив тело бога упасть в небо. Ханагаки почувствовал жёсткое приземление. Открыв глаза, он заставил себя сделать резкий вдох. Сердце бешено колотилось, когда как горло пересохло и никак не помогали глотки пустоты заполнить этот пробел. Ладони закрыты. Божество всё ещё находилось в позе лотоса. Упав на спину и раскрыв свои ноги, Такемичи почувствовал отвратительное чувство по всему телу. -Опять, блядь, всё отсидел. Кто вообще придумал эту позу?!... Сука, — на глазах слёзы благодаря тому, как отыгрались и смешались чувства с двух его состояний. Бог Времени потерял контроль над дыханием, пустив всё на самотёк. Дав себе время для наполнения "бездыханного" тела воздухом, Ханагаки осознал, что находиться теперь уже в своём пространстве и смог разжать ладони. -Да, — тяжко выдохнув он приподнялся с пола, - Это было достаточно легко сделать. Но я же тот, у кого всё горит и делается в последнюю секунду. Особенно, если это касается меня, а не других существ. Ай... — фантомная боль в теле, куда Такемичи всадил самодельное оружие не желала так быстро пропадать, однако существо решило полностью её игнорировать, - и не через такое проходил. Пустяк. Окончательно встав с пола и отряхнув свои штаны, божество снова, хоть и с трудом, надело носки с обувью. -Наконец-то получено то, чем меня каждый проклятый раз заёбывали. Ура-а, — подтянувшись жмурясь от неприятных ощущений, Ханагаки положил руку на свой кулон. -Мне нужно частичку сначала переработать, потом в банку. А после, мелко дробя, предоставлять каждой пошаговой версии куклы по маленькому кусочку... А, но сначала мне нужно ещё эту куклу воссоздать. Бля, я опять запарюсь и умру уже который раз. Божество, желая уйти от надоедливости мыслей, повернуло голову. Взгляд оказался прикован к единственной картине, что сразу подтолкнула в другое русло. -Точно... Нужно ведь Ханму в пространство впустить. Нет, сначала нужно выполнить то, что намеревался сделать с душой, а после... А после уже звать его. Он тут явно надолго не останется, просто делать ему нехуй, — пожав плечами, Ханагаки медленно подошёл к столу, упёршись. -Нахождение в ядре души такая трата энергии... Особенно из неё выходить, — покрутив головой, существо вновь заставило крылья не мешать своим нахождением на голове, - Не люблю каждый раз их прятать, но и зайти в свою душу не раскрыв важной части своего естества не получится-то толком. Пройдясь руками по столу, существо надавило на середину, заставив открыться потаённое приспособление. Потянув вверх плоскую деревянную крышку этой конструкции, к глазам божества предстал аппарат для расфасовки характеристик и очищения души. Сам аппарат предоставлял с собой достаточно длинный и очень закрученный механизм. В высоту он был с половину божества, имея за собой огромное количество разных отсеков, при этом являлся достаточно легким для использования. На верхней части, что имела за собой висячие, словно глициния стеклянные маленькие цветочки, которые предназначались для самих характеристик той души, которую нужно было подложить в выдвижной нижний отсек аппарата, немного шелохнулись, издав тихий шум ветра. Божество решило не медлить. Сняв с себя цепочку, Ханагаки коснулся одним пальцем и провернул клевер, заставив тем самым яркий оранжевый плод его стараний выйти наружу. Аккуратно схватив частичку души и положив её в специальный нижний отсек, существо закрыло его. Стеклянная глициния, как и сам аппарат, затряслась. Душа, теперь находясь в новом сосуде, неумолимо начала перемещаться по закрученным трубкам, оккупируя каждую часть, при этом, сам аппарат поделил душу ровно на двое, притягивая к себе те частички, что несли за собой разные роли. Первая часть, являясь "характеристиками" перешла к названным цветкам, пока вторая, являясь "воспоминаниями" и "знаниями", отправилась к той части, что была похожа на совершенно иное сооружение. По тонким длинным прозрачным трубочкам проливался оранжевый свет, пока не оказался в большой склянке, в которой находился барабан, что крутился с бешеной скоростью. Этот барабан расфасовывал воспоминания по нескольким другим склянкам, заставляя душу терять свой цвет, превращая её в бесцветную массу, когда как в первой части цветы глицинии были распущены и наполнены жизнью души. -"Нужно понять что оставить... Где тот самый листок?" Состояние божества стало лучше после того, как он посвятил себя полностью этой работе. Отыскав на огромной доске тот самый листок с правилами нужных знаний и характеристик, Такемичи подошёл вновь к аппарату, открыв с помощью невесомого кода меню. Открытые две плашки показали абсолютный список того, что находится в каждой еле заметно пронумерованной колбе. Глаза божества прошлись по каждой цифре и каждому плану. -Как это запарно... Не дают полениться, — перебирая нужные для души качества, Ханагаки перетаскивал из двух плашек в третью. Третья плашка самая последняя, середина. Каждый раз перенося, грубо говоря, буквы в другое окно, божество заставляло нужные характеристики просто собираться в единую кучу в самую большую колбу, что находится по середине аппарата. В середине с каждым перекидыванием божества, колба начинала преобразовывать в той перекочевавшей в неё бесцветной массе что-то новое, заставляя массу самолично перемешиваться, словно тесто. По прошествии 20 минут масса наконец была готова. -У меня мало что можно убрать, поэтому процесс произошёл быстрее. Ура. Значит раньше закончу. Открыв середину, божество немного отошло назад, ведь дым, что окутал колбу, выбрался на волю едкостью. После такого недолгого процесса душа в конце концов пристала перед богом в виде оранжевого камня. -Такую душу проще раздробить и переместить в куклу. Прекрасно, — Такемичи выдохнул весь воздух с лёгких и притронулся к каменной душе. -Тц... — она грубо обжигала кожу существа, но тот и не желал отпускать душу с рук, при этом через секунды кинув её в недавно заготовленную ёмкость с холодной водой. При реакции образовалось шипение и пар, но божество это не волновало, он лишь отряхивал руку, так же как и душа, шипя от недовольства со слезинками на глазах. -Вот до чего доводит лень взять перчатку. Ага, мне легче поранится, но после регенерации ходить как новенький, чем ходить как новенький просто использовав защиту, — омывая руки в умывальнике с права от стола, Такемичи хмыкнул, - Кисаки явно бы назвал меня идиотом... А где он будет в этот момент не прав? Отключив воду, Ханагаки подошёл к аппарату и дотянувшись с помощью невесомости, похлопал по деревянной крышке. Этим действием он заставил аппарат пропасть из виду и вернуться в своё законное место. -Потом очищу его, сейчас мне не до этого. Приземлившись на пол, божество оглянулось на середину пространства. -Пора уже идти к Ханме. Вторая дума на этот счёт то, что здесь он скорее-всего хочет найти что-то интересное или проследить за моей работой, дабы понять сколько есть ещё времени и действительно ли я всё делаю правильно... — хмыкнув и пожав плечами, божество, воссоздав с помощью кисти руки взмах а после прорисовывая круг, открыло портал. -Ну, какая разница-то? Встретил его только один Ханма, что видно перепроверял взвод правил на игру, как понял Ханагаки из перекрученного текста на прозрачной доске. -М? Закончил? Быстро ты, — не смотря в глаза божеству, тот решил выделить красным маркером возможно важную пометку. -Да-а... Сколько я отсутствовал? -Всего лишь день, решил там надолго не оставаться, А-а? — ехидно протянул бог Смерти, сместив взгляд на божество. -Как быстро-то, я думал, что просидел два дня... -Вот так вот. Разбрасываемся днями и часами так, будто это секунды. -Ну у нас ещё тысячелетия на носу, так как никто в эти промежутки времени умирать не планирует. Я тем более, что кстати идёт в разрез с просьбами, точнее с требованиями Кисаки. Шуджи захохотал откинувшись назад. -Верно подмечено! Однако даже Киса не помрёт, потому что у него работы дохуя, а работа для него, вернее цель, ой как важна. -И не напоминай. Знаем, проходили, не единожды. Маркер оказался в невесомости и тут же пропал, пока Бог Смерти поднялся, подтянувшись и сместив доску в сторону. -Готов приглашать гостей? -Пространство, что нужно убрать, в твоём распоряжении, — Такемичи поклонился, пока его руки указывали на портал. Ханма театрально положил руку на голову, предоставляя будто предсмертный обморок, - Использовать меня просто как бесплатную службу очистки помещений? — при этом пригрозив пальцем, - тц-тц-тц, какой ты оказывается злой, Такемичи. -Не придирайся. Это достойное наказание за предательство, — Ханагаки достал из своего пространственного мешка чуть ли не идентичный свой кулон, который кинул божеству, - Надевай. А то знаешь, что барьер не пустит. -Кровь божеств творит чудеса, — приговаривал уже видно здоровый бог Смерти, который надел подвеску странными образом. Он немного растянул её, покрутил один раз на кисти руки и закрепил приделанную к украшению застёжку, превратив подвеску в странный браслет. На это Такемичи ничего не ответил, возвращаясь в портал, пока Ханма направился за ним. Первая часть помещения так и не изменилась за тот промежуток времени, когда бог проговорил себе под нос что "уберётся позже". Скорее тут появились ещё некоторые вещи, но пространство толком не поменяло вид. Бог Смерти не отреагировал как-то грубо, всего лишь огляделся, немного хихикая. Видно уже привык к таким местам. -Все возможности пространства в твоём распоряжении, — Такемичи улыбнулся, - "Легче было бы тебе убрать групповое пространство, нежели моё одиночное, Ханма..." Пока Такемичи скрестил руки, он смотрел на то, как другое божество открывает список находящихся здесь вещей, дабы осознать насколько он встрял. Смерть поразился такому длинному, будто нескончаемому, списку. -Ебать. Вот это у тебя... — только удалось проговорить тому с шокированной улыбкой на лице. -Я слишком ленивое существо, не вижу мотивацию в этой уборке. Бог захохотал и разлёгся на самое чистое в этом всём место, а именно на кровати. -Я тут явно надолго. Ладно, вверх ногами разбирать пространство буду, — бог снова прошёлся по списку глазами, - Пачку сто процентов выкурю. -Пф... — Такемичи прикрыл рот рукой, уводя довольный взгляд от существа, - Жить нужно так, что бы твоим бесплатным клинингом был Бог Смерти, собственной персоной. -А? —ступор сменился на довольный смешок, - позволяй себе, пока можешь. -Да-а-а, — протянул Такемичи, довольный этой ситуацией, - Буду просто справлять этот день как "божественное благословение". -Кха-ха, если так, то мне преподнеси жатву в виде банки пива, — он сузил глаза, ухмыляясь, - Конечно можно что по крепче и обязательно в большом количестве, — бог тоном выделил свои важные требования, на что другое божество хмыкнуло и чутка поклонилось. -Слушаюсь и повинуюсь. -Молоде-ец. Хороший последователь, — его ухмылка стала шире, обнажая клыки, - Мне такие нравятся. Ханагаки был в секундном недоумении, а после захохотал. -Ну ещё бы. За алкашку тебе кто угодно понравится. -Тут тоже верно, — он увёл взгляд в сторону, придерживая подбородок, - Даже если существо не в моём вкусе... -Ой, — бог Времени отмахнулся, что заставило другое божество вернуть к нему взгляд, - Не прикидывайся гурманом. Ты и так и так это бедное существо сожрёшь. Ханма откинулся, разразившись смехом, пока другой не унимался, раскручивая шутку. -Ты им закусывать пойло будешь. Бог Смерти не захотел вставать, лишь подняв руку с поднятым вверх только указательным пальцем. -Значит слишком мало он принёс, это наказание божества. Поэтому пусть не ноет, хах. -Ну-ну, существу уже явно нечем будет ныть, — божество развело руками, пожав плечами, - Ты же любишь начинать с головы. Смерть приподнялся, с прищуренным довольным лицом, кивая головой. -Нха-а, а ты знаешь мои вкусы. -Навидался, да так, что аж с такой-то память запомнил. -Что бы наверняка? -Угу, не желаю, что бы моя шея захотела устроить бунт, что эта голова телу не нужна, потому что она нормально не функционирует. Ханма издал смешок, видно ради того, чтобы дать себе время на более внятный ответ, - Шутки Кисы жёстко оставляют след? -Если ты слышишь эту хуйню постоянно, нет-нет, да и будешь иронизировать над этим. -Мда... Смех это хорошо. -Ну а кто тут сомневается? — Ханагаки хмыкнул, - Два шута этой группы присутствуют здесь. Шуджи захохотал, ударив рукой свою ногу, -Собрание, блять, — однако через считанные секунды смех пропал, а взгляд преобразился в острый и серьёзный, как и его тон. -Тебе точно не приносит это жёсткий дискомфорт? -М? — Такемичи похлопал глазами, а после улыбнулся, - Какая забота, — он помотал головой, - Нет-нет. Не переживай ты так. Бог Смерти видно расслабился, как и его лицо. -Как скажешь. Но заигрываться ради веселья не нужно. -Я понимаю, Шуджи. -Вот и отлично, — Ханма повеселел и, встав с кровати, потрепал по голове Ханагаки, при этом в процессе решив расколошматить его волосы ещё больше и смеясь как злодей из мультфильмов. -Эй! Ответом на недовольство стал его обычный смех, пока Бог Смерти не прищурился и не увидел вдалеке мастерской на высокой полке колбу с куклой, которой раньше, на памяти Ханмы, не было. Метнувшись к ней, когда как Такемичи старался вернуть более менее адекватный вид своим волосам, Шуджи воскликнул от восторга. -Ебать! Киса! — внимание обоих сместилось и Ханагаки подошёл ближе к божеству, который с лёгкостью достал эту банку. -"Какой же он длинный, что пиздец... Мне приходилось приложить усилия, что бы эту банку туда засунуть, а ему похуй" -Я могу достать? -М? — Такемичи вернулся из своих мыслей и кивнул ярко улыбаясь, - Конечно. Эту куклу теперь хуй разобьёшь или поцарапаешь, только если действительно не приложишь усилий. -Ахуительно, — кукла на вид достаточно взрослого Тетты оказалась на руках божества. -"Если взять на глаз, то... Где-то 25 см?" Ханма разглядывая поразился такой детальности куклы и какой он миниатюрный. -Он меньше, чем обычно! — с довольным лицом Бог Смерти рассматривал мастерски проделанную работу. -Ха! Это ты ещё не видел тех слоёв до лет приемлемого возраста. Лепить маленького Кисаки было куда приятнее, — Такемичи горделиво кивал головой, пока настроение не сместилось иным, - но неприятно было заворачивать его в обертку более взрослого Кисы... -Хах, теперь у нас два Кисаки! — проговорил тот, наигравшись и аккуратно положив куклу в банку. -Э?... — мыслительные процессы бога Времени притупились, - А... Бля. Ханма засмеялся, подойдя и приобняв за плечи Такемичи. -Тебе пиздец. -Я только сейчас это понял... Пока Ханма рассматривал местность по новой, Такемичи начал подготавливаться к сотворению своей куклы. Доставая ингредиенты для творения, Такемичи снова решил помыть руки, увильнув от своего стола. Шуджи тем временем решил более детально углубиться в список первой части пространства. Лёжа вверх ногами на кровати, при этом череп находился на груди существа, тот начал с интересом разбирать хлам, что был очень разнообразный. Однако тишина не продлилась долго. Рука, держащая недавно взятую сигарету вздрогнула. Бог Смерти напрягся и не понимал от чего. Решив проверить обстановку, он поинтересовался у второго бога об этом. -Такемичи. -Ау? -Ты ничего странного не ощутил? -Нет вроде. А что я должен ощутить? — странный вопрос заставил Ханагаки повернуться на стуле к божеству. -Ой бля-я, — подтянувшись, Ханма решил помотать головой, отгоняя тучные мысли, - Наверное снова эти сраные перепады, не дающие мне нормально находится в спокойном пространстве замучают. -Включи музыку на полную. Я всё равно буду углублён в создание фигурки. Не смогу поддержать диалог. Всё в твоём распоряжении. Только аккуратнее с моей мастерской. -За-амётано. Ханагаки, повернувшись вновь к столу, начал осмотр в первую очередь с глины, как самой важной конструкции, когда на заднем плане уже начала греметь музыка. Божество соорудило себе рядом с ушами барьеры, что не пропускают громких звуков, приступая. Сначала Такемичи проверил глину на весах. Что привлекло его внимание после взвешивания, так это факт, что она тяжелее обозначенного веса на упаковке. -"Перевес? Но его немного, поэтому сойдёт... А, нужно использовать ещё старую, что бы она не пропала," — Такемичи забрал самые малые остатки прошлой глины и, прежде чем замешать, вновь решил проверить новую получше, только теперь на цвет. Вглядываясь под лампой с увеличительным стеклом , бог пришел к выводу, что она немного темнее той глины. -"Её принёс Кисаки, поэтому она конечно будет отличаться от той, которой я пользовался ранее. Не пропадать же ей, поэтому воспользуюсь. Всё равно цвет тела от этого не поменяется, ни капли". Бог Времени начал больше погружаться в работу. Для него вновь не было больше ничего и никого, кроме его и создания. Ханагаки уже давно распланировал свой чертёж куклы на разных временных отрезках жизни, поэтому спланированная работа пошла куда быстрее. Ханма, что находился рядом, смотрел на то, как вовлечён в свою работу Такемичи. Быстрые и аккуратные движения божества, который долго не сидит на месте завораживали. Шуджи находился в невесомости и далеко, дабы не мешать. Однако он очень детально всё видел, не используя другие приспособления кроме своих глаз. Услышав бурчание своего ненасытного желудка, тот достал из своего пространственного мешка яблоко. Уплетая фрукт, он продолжил рассматривать интересный шкаф другого божества, к которому решил подойти поближе. -"Это не шкаф... А целая комната. Меня не обманешь". — процедил тот сквозь улыбку. С дозволения кулона на руке бога, ставни шкафа отварились. Передние полки с неким грохотом отошли назад и разошлись по сторонам, позволяя божеству зайти внутрь. Оказавшись там, Ханма осмотрел огромное куполообразное помещение. Свет, после появления существа на пороге, начал зажигаться с каждым ярусом, позволяя божеству, что и так не плохо видит в темноте, рассматривать огромное количество различных вещей, что лежали каждая на своей полке, чётче. Он вдохнул запах часто проветриваемого помещения. Не захотев оставлять тут мусор Ханма полностью поглотил все части от яблока, палочку решил оставить для того, чтобы она была имитацией сигареты. -"В таком-то месте даже мне курить не хочется..." Ханма обходил разные подписанные сектора, что выстроились в строй как в библиотеке, но имели разные по высоте, углублению и длине ячейки. Шуджи прошёлся руками по полкам с различными писаниями. -"До сих пор эту белиберду с учения у богов Времени хранит, хах..." Как бы то ни было, божество заинтересовался совершенно иным. Пройдя дальше, он наткнулся на иной сектор, что отличается своим содержимым. Ханма полностью повернулся к полкам и вынул палочку от яблока со рта, ухмыляясь. Его желтые глаза горели рассматривая быстро каждый ярус. На них находились различные части тела людей, которые Такемичи самолично воссоздал из разных видов ресурса, при этом не тронув ни единое живое существо. -"Использует он их сейчас вроде для различных заказов, но когда-то они предназначались для другого..." — На Шуджи навалились воспоминания, потому он сел на пол, засунув снова в рот палочку, жуя её, обрабатывая своё прошлое. -"Ходить по миру войн и отдавать различные самодельные части тела мёртвому... Это было сильно, Пернатый", — Ханма выдохнул, улыбаясь, - "Но на то была их воля. Люди желали упокоиться "целыми", либо же что бы другие не так сильно волновались, когда увидят их тело без ноги, глаза и половины лиц и ты выполнял их просьбы..." — тихий тоскливый смешок пронёсся по пространству. -"Выполнял каждую такую просьбу, создавая копию пропавшей от снаряда физиономии, если на то пошло. Какой же ты сердечный..." Бог Смерти расслабил своё напряжённое тело, уставившись в одну непроглядную точку, начал копаться в этом немного больше. -Тогда мы приходили к одиночным солдатам. Пока другие занимались большими группами. Хах, я рад, что нам предоставили именно одиночек, так как это давало больше раскрепощённости и времени для прощания с душами. А за этим смотреть было очень интересно... [ Угрюмо-тихая местность для такого события напрягала куда больше взрывов, криков, страданий, ведь ты не знаешь чего ждать от тишины, но в суете осознаешь что тебя ждёт. Роща. Это то, куда не стоит так беспечно отправляться ни в эти времена, ни в последующие. Бог Смерти смотрит на бога Времени, что идёт вперёд, когда как глаза падают лишь в землю. Такемичи желает видеть только того, за кем послали, приговаривая себе под нос: "у других людей уже есть свои два вестника..." Шуджи скрестил руки на тыльной стороне головы, рассматривая местность. Ведь именно он направляющий, так как Ханагаки за ним следует, хоть они и находятся на равных шагая по этой дорожке. -"В этих условиях он ужасно мрачный. Мда... Угораздило же тех выше стоящих такую ношу предъявить, при этом прикрываясь фразой: "Божествам Смерти нужно узнать лучше что означает смерть, а божествам Времени, что жизнь это прах в "песочных" часах..." Пиздец, будто до этого не насмотрелись". -Опа, — резко поговорил Ханма, оторвавшись от своих раздумий, быстро огородив путь своей рукой путь Ханагаки. -М? — Такемичи вздрогнул, посмотрев на Шуджи. -Пришли-и, — протянул хищно тот, кивая в сторону, дабы заострить внимание. -Хорошо, спасибо... Ханма убрал руку, заснув их в карманы. Оглянувшись, в окопе они всё же нашли тело мёртвого солдата, который лежал лицом в земле и видно его раздели для сбора вещей. -Совсем ещё молодой. Умер от того, что глотку перерезали его же. Да не только перерезали, но и ограбили. Какая досада, — приговаривая это, бог Смерти спустился к нему, пока божество Времени переваривало случившееся. Перевернув тело, Смерть раскрыл свои острые когти, жёстко устремив их в грудную клетку мертвого. Но, как он и ожидал быстро выполнить лёгкое действие не удалось. -Его душа забилась в угол и никак не хочет съёбывать, тц... -... Такую самовольность души Ханма не оценил и, грубо схватив душу, вытянул её на свет. -Сваливай с хаты! Твой договор с телом ушёл в минус. Нахуя тебе уже то, что не функционирует? Лежать в своих же остатках такое себе удовольствие. -Помягче, Ханма... — наконец подал голос другое существо. Он аккуратно подошёл к шокированной и ничего не понимающей душе, озарив его спокойствием и умиротворением. При этом, его настрой выдавали крылья на голове опущенные вниз, но это знать можно только таким же существам, как и он. -Сейчас Вы напуганы и ничего не понимаете. У Вас огромный шок, давайте я немного облегчу его... — Ханагаки говорил обволакивающе умиротворённо, словно они находятся в ином, более приятном и не опасном месте. Это вгоняло в ступор. Пока солдат старался сообразить, Такемичи уже взял его за руку. -Это не будет больно. Проверьте. -Ага, потому что боль ты уже ощутил. Солдат не услышал слова Ханмы, резко вздрогнув, пропадая в своей голове, будто отключаясь. Ханагаки набрал в лёгкие воздуха, пока в его глазах обычные чёрные зрачки сменили форму часовых стрелок. Стрелки начали крутится слишком быстро, как и воспоминания этого человека, которые обвили обоих существ. Из глаз человека и божества начала струится влага. Пока Ханма сел на зелень, смотря за частью этого представления. -"Тяжёлая у богов Времени ноша. Столько воспоминаний мёртвых через себя пропускать, дабы очистить их, это надо уметь..." Такемичи резко выдохнул, крутя головой в разные стороны, пытаясь отдышаться. -Видно тебе было прекрасно под трипом. Ханагаки тяжело дышал. -Не очень... — оглянувшись с открытыми глазами и бушующими обычными зрачками, он вертел головой. У божества лились слёзы, тем не менее продолжая пытался успокоить все воспоминания этого человека в своей голове. Сам солдат витал в воздухе и был очень спокойным. Словно тому предсмертно предъявили жёсткие таблетки, которые отключают понимание ситуации. -Плаксивый герой снова забрал все жёсткие воспоминания, оставив только приятные чувства. Чувства блокирующие иные, отвратительные? — интересовался Ханма, зажигая сигарету. -Я... Да. Не могу я по другому, — задыхаясь, Такемичи аккуратно по крупице заставлял своё тело отпускать новую информацию в небо. Предоставляя, как те горящими звёздами улетают на своё, теперь обыденное, место. Душа стояла в ступоре и наконец вернулся в более-менее стабильное состояние. В котором он мог заговорить и понять ситуацию. -Смерть пришла... — первое, что тот проронил. -Ага, время пришло первым, за ним и смерть, — ответил Ханма, делая затяжку. -К-как Вы себя чувствуете? — очень тихо встрял в диалог Ханагаки. -Не знаю... Свободно? — нотки отрешённости и непонимания были бок-о-бок в этом тоне. -Это прекрасно, — Такемичи миловидно улыбнулся бывшему человеку, закрыв глаза. -Интересуйся у нас, парень, быстрее, — Шуджи выдохнул дым, - пока время есть, а то портал засосёт и ты уже больше не ты в этом мире. Хы -Я... Желаю поинтересоваться, — умершим руководили лишь оставшееся чувства и приятные воспоминания о любимом человеке. Это его последняя воля, что держит эти воспоминания при себе. Богу Времени забрать их не получилось. -Слушаем. Давай свои последние эти...просьбы, хотелки. -Могу ли я попросить об одолжении? Ханма прикусил сигарету, начав осматривать тело парня, рыская. -Вы желаете передать письмо? — Такемичи перевёл взгляд души на себя. -Нет... Могу ли я с ней... с ними встретиться в последний раз? Эти слова заставили Такемичи почувствовал оглушающий удар. Он смотрел на человека, мешая в своём взгляде спокойствие и ужасную печаль. -К сожалению, насколько я понял из ваших воспоминаний, они далеко. Мы не можем Вас проводить. Но Ваше с любовью написанное письмо в окопе мы сможем предоставить. Извините, это единственное, что мы можем сделать. -Вот как... — слёзы неупокоенного продолжали капать наземь. Такемичи почувствовал себя более паршиво, чем до этого, поклонившись в искреннем извинении. -Простите. -Всё нормально... Главное, что бы хотя бы письмо дошло до адресата. Потому что часто их ещё теряли или они заживо сгорали вместе с человеком, — пустые глаза смотрели в никуда, пока на лице расползалась спокойная улыбка, налитая вторым слоем, болью. -Парню пора, Такемичи, я забрал письмо. -Хорошо... Ханагаки смотрел, как острыми когтями Ханма разрезал пространство представляя путь дальше. Такемичи обнял душу, приговаривая, что эту душу ждут и другие жизни. -И я надеюсь, что в другой жизни, пусть и не с первой попытки, вы найдёте друг друга. Девушка очень красива и мила. Вы были прекрасной парой. Соболезную, что так получилось... — Ханагаки глухо добавил, - До свидания. -Да, до свидания... — отрешённо проговорил тот, принимая объятия, которые пришлось разорвать и покинуть эту местность. -... — портал закрылся, когда душа оказалась в нём. Первым молчание, кроме птиц, нарушил Шуджи. -Парень видимо не был ублюдком. -Я прошерстил все его воспоминания. Нет. Этот человек был таким солнечным... — Ханагаки смотрел в даль, не фокусируя взгляд, - Яркий парень однолюб, что проживал приятную жизнь. Он ничего не сделал, что бы с ним так обошлись. -Ну, тут спасибо большое, что письмо не сожгли, как и тело. Наверное побоялись, но...они обчистили его, а это явно не сделают те, кто в ахуе. -Они с самого начала не были "благородными". -Война не место для благородных, — Ханма потушил бычок. Открыв полупустую пачку, где половина занимали те же бычки, он убрал его туда. Немного погодя, Шуджи предложил одну сигарету Такемичи. Ханагаки колебался, однако отказался, помотав головой, убирая слёзы с глаз. -Мне и так хуево дышится. Бог Смерти тихо засмеялся. -Лады, пора предоставить письмо. -Да... ] -Хах... — бог Смерти сгрыз половину палочки от яблока, - Занимались ведь такой "благотворительностью" только мы... Насколько я осведомлён, а осведомлён я очень хорошо. Божество постигло сильное желание закурить, но он отказывался это делать, продолжая баловаться со своей памятью. -А-а, — протянул Шуджи будто две буквы, сместив свой вес назад, смотря на ничем не примечательный потолок. Он тихо хмыкнул. -Таке добрый малый, однако он иногда, когда душа бушевала, самолично мог ударить по лицу существа, заставляя шокированную душу очнуться... Кхи-кхи-кхи, — Ханма полностью проглотил палочку. -Потом он искренне просил за это прощения, что вставлял "мозги" людей на место, — бог Смерти встал, отряхнувшись, - Забавные были времена. Времена стажировок. Он потянулся как довольный кот, улыбаясь. -Да и сейчас не всё так скучно. Осмотрев по-новой сектор, Смерть понял что его зацепило в принципе остановиться. Первыми из всего этого чуда существо заметило глаза. Они были настолько реалистичные, что божество подумывала о том, что Такемичи что-то скрывает, но... -Моя ёбнутая фантазия и не на такое способна, мой опыт кстати тоже. Если бы самолично с ним не сидел и не рассматривал каждый этап работы, я бы не поверил, что это создано не природой, грубо говоря... Взяв одну из банок тёмных глаз, бог Смерти по-новой рассматривал их, пока в склянке отражались его собственные жёлтые очи, налитые чем-то вроде грусти в перемешку с другими меланхоличными эмоциями. Шуджи пожелал их достать, но они казались настолько хрупкими, что тот отказался от этой идеи. -Хрен знает сколько им лет, но даже если бы они были новыми, всё равно за испорченное искусство было бы обидно... — бог снова покрутил их со всех сторон, сравнивая с теми, которые он сам когда-то лично вырвал из черепных коробок. -Это вроде те глаза, что станут частью заказной скульптуры. Но... Кто его знает. Творцы такие стрёмные иногда, — Ханма остепенившись захохотал, - И это, блядь, говорит Бог Смерти, который живёт в обстановке хаоса и бардака?! Да-да-да... Ханагаки пришёл в себя только когда упадок сил чуть не заставил его случайным надрезом потерять много жидкости. Такемичи мыслил заторможенно, пытаясь понять прибывание в своём теле, когда как прибывать в нём из-за ужасной боли не хотелось. Решив избавить себя от нагрузки, тот осознал про бартерные затычки. Только сняв барьеры с ушей, до Ханагаки достучался знакомый плейлист бога Смерти. Музыка играла куда слабее, чем он слушает, но это заставляет бога Времени осознать факт прибывания другого божества в его уединенном пространстве. -Точно... Ханма. Совсем про него забыл! Извини! — прокричал Такемичи, так как понимал, что встать он сейчас толком не сможет. Не услышав в ответ голоса он напрягся. -Спит где-то? Или уже ушёл? Взгляд Ханагаки замутнён, потому вторую часть пространства сложно было увидеть. -Если с моим телом всё настолько плохо... Получается я просидел здесь не отрываясь от работы снова несколько дней. Ох, Всевышний... Такемичи отодвинулся при помощи стула назад, аккуратно разминая свои уставшие суставы. -Блядь, так хуёво себя чувствую, будто переместился во времени когда только начал свои тренировки, сука... Дав себе отдых на таймере 10 минут, божество пыталось восстановить силы для более-менее адекватного функционирования. -"Засиделся называется...но я не мог как-то уйти, потому что нужно было сделать одно, потом я увидел напряг в другом... Пиздец. Я очень гостеприимный бог. Нужно потом извиниться". Тяжко выдохнув, Ханагаки всё ещё не хотел вставать. Поэтому, открыв своеобразное окно пространства, что больше походили по функционалу на видеокамеры, он начал рассматривать всё с места. Такемичи чуть не упал со стула, поражаясь чистоте первой части. -А-ху-еть... Оказывается у меня есть не только кровать. Бог времени прикрыл рот рукой, рассматривая каждый кусочек первого пространства так, будто это было чем-то на подобии открытия. -Бля, Ханма, я сейчас плакать от счастья буду...Что же. За такой порядок я точно ему обязан пиво и пачку сигарет. В двойном размере. М? Взгляд Такемичи зацепился за стол, на котором лежал второй кулон и записка. Увеличив, насколько это возможно, изображение, он начал вчитываться. -[Благодарствую за приглашение. Дальше, когда ты закончишь и вернёшься, пойдёт пояснение по правилам. Надеюсь на твоё скорое завершение работы. (Кстати, части кукол в банке прикольные, я не отойду от той шутки, где сказал, что ты маньячина. Кхи-кхи-кхи) А, и смотря на то, как меня используют я всё ещё хочу сто рабов для выполнения моих прихотей.] -У тебя и так в страхе некоторая группа существ имеется. Не сто конечно, но всё же... — божество немного застопорилось, резко покрутив головой вернулся обратно. -Понял, осознал, но а пока я... Отключусь на время...— Такемичи всё ещё было сложно просто удержаться на стуле, -Бля. Будет больно, но для телепортации по пространству сил нет, поэтому... Заставив пространство предоставить футон на полу, довольный бог плюхнулся на пол. -Теперь я могу отдохнуть и... Ну, радоваться прекрасному порядку я буду позже, а сейчас... — не успел тот что-то сказать, как тут же словно упал в обморок.