Ребёнок.

Крис открыл*а глаза и подавился*ась слюной. Психиатр*ша подскочила к ребёнку и помогла сесть. — Водички? Или шоколадку? Паучьи лапки держали бутылку воды и несколько конфет, а ещё нашатырный спирт с ваткой. Кажется, использованная. Крис чихнул*а и взял*а предложенную воду. — Где Аззи? Маффет удивлённо захлопала пятью чёрными глазками и радостно улыбнулась. Крису*е не до улыбок. — Вышел, чтобы ответить на звонок. Как себя чувствуешь? Человеческие руки легли на лоб, где пушистые брови сползли на переносицу в хмуром молчании. Ужасно. — Голова раскалывается. Маффет что-то прошептала и убежала к аптечке за таблеткой. — Вспомнил что-нибудь? Крис покачал*а головой и не смело открыл*а рот. — Приснился бредовый сон. Люди. В пещере. Все болели, умирали. И мама. Не Ториэль. Человеческая девушка. Не хочу вспоминать. Маффет встревоженно подскочила с упаковкой салфеток и таблеткой. Азриэль вернулся в комнату и посадил родного сиблинга на колени, покачивая и напевая колыбель. Маффет передала стакан воды и таблетку-транквилизатор старшему брату. В утешающих объятиях Крис более-менее пришёл*а в себя и выпил*а лекарство. Опухшие от слёз веки потяжелели, но спать снова совершенно не хотелось. Не моглось. Паучиха села напротив, приняв какое-то решение. — Кажется, это моя ошибка. Гипноз неправильно подействовал. Крис, всё увиденное – действительно дурной сон. Она лгала. Её ждёт этим вечером разговор с леди Ториэль. Всей семьёй Дримурр. И с начальством. Она не ошиблась. Ребёнок вспомнил детство. И если будет согласен, она сможет выудить ещё информацию. Если нет, обязанность, как психиатра, помочь забыть этот дурной сон. Но что же случилось с людским видом? Любопытство Джерри сгубило... А ещё его ужасный характер. Но это всё равно не касается Маффет. Её благородная цель – здоровье этого ребёнка. И он*а...заговорил*а. Долгая и почти связанная речь. Паучиха ободряюще похлопала себе и набрала Ториэль.