Полынь

На звук шагов по сотрясаемым скрипом остаткам деревянного пола Рекс даже не повернул головы: то ли узнал, то ли настолько ему было все равно – Звонарь никогда не интересовался. – Опять полынь куришь? Ты ею насквозь пропах, – Звонарь садится рядом, на пологую и пока еще крепкую крышу элеватора, их любимое место на Кордоне. Это вовсе не замечание: к резкому пряному запаху дыма от серебристой травы, и без раскуривания ощутимому, мужчина привык давно. Тем более от него самого давно пахло ею, поскольку аромат въедался во все вокруг едва ли не намертво, и, пожалуй, это было куда лучше, чем вонять несмываемой трупной серостью Зоны. Сейчас Зона, правда, серой не была. Кордон в целом отличался разнообразием оттенков летом и ранней осенью: тополи шелестели изумрудным, разнообразные травы — в основном по-августовски жухлым желтым или насыщенным зеленым… А сейчас, на рассвете, небо вдобавок было залито теплым розовым и окутывало все сквозящей лимонной пеленой. Беловато-серый дым тлеющего растения плотным облаком поднимался к своим газовым собратьям вверх, по пути тая и почти бесследно растворяясь в свежем влажном воздухе. Оставался только запах, оседая на сталкерах шершавым налетом. Рекс, ожидаемо, не ответил. Тряхнул головой – темные волосы, собранные в короткий лохматый хвостик, взметнулись, спотыкаясь о лежащий бесформенным комком потасканный капюшон. Толстая зеленовато-серая самокрутка, завернутая в прозрачную табачную бумагу и потому имеющая такой цвет, вдруг оказалась протянута Звонарю. Она все еще была зажата между пальцами: Рекс никогда не отпускает. Ему, пожалуй, нравится наблюдать за тем, как высокому компаньону приходится наклонить голову, чтобы набрать в рот горький густой дым. Так что дело вовсе не в жадности – хотя с кем-то, кроме Звонаря, делиться Рекс не любит. Рекс… Собачья кличка. Так звали бурого кобеля, с которым один сталкер притащился в Зону. Сталкер сгинул, правда, быстро, зато пес остался, одичав со временем. Будто таким же диким был Рекс-сталкер – вот кличка и приклеилась намертво к темному затылку. Звонарь эту историю давно знал наизусть, и даже кобеля пару раз видел. Во второй – пристрелил: Рекс мог быть только один. Ответом на неожиданное предложение послужил привычный безмолвный наклон головы. Звонарь и без того никогда не курил взатяг, а с полынью такое проводить, пожалуй, и вовсе было опасно, поэтому, распробовав прокатившийся по языку клуб дыма, сталкер выдохнул. Жадно проглотил следом чистый воздух, чуть отвернувшись, а потом продолжил трепаться, наблюдая за тем, как затушенная о крышу сигара равнодушно падала вниз, к холодной росистой земле: – Я патронов купил. И вот еще, – пошарился по карманам серой (краску выела кислотная вода, а менять привычное не хочется) брони. Почти того же цвета серые глаза смотрели с мелькнувшим интересом, и когда на широкой ладони показался железный крестик, Рекс вдруг кривовато улыбнулся. Его бледная розовая улыбка, вопреки бытующему мнению, совсем не была похожа на оскал: сталкер слишком редко улыбался и всегда делал это искренне. Звонарь удовлетворенно сощурил зеленые глаза, ласково вложив побрякушку в чужую ладонь. У Рекса на цепочке под бронежилетом и курткой висело уже четыре, но он зачем-то беспрестанно продолжал их собирать… Еще два даже на Звонаря повесил. С тех пор шутки про расширение «маленькой секты» звучали куда чаще, но Рекс не обижался: во-первых, он вообще обижался редко, пусть и метко, во-вторых, Звонарь все равно относился к странной вере (а вера ли это была вообще?) с должным уважением. Даже все подаренное железо смиренно таскал, которое Рекс на него повесил. Рука, недавно протягивавшая самокрутку, тянется теперь к русым волосам, гладит-чешет по жесткому виску пальцами. Звонарь пыжится от неожиданной ласки, оборачивается тревожно на сонно снующих под железнодорожным мостом военных… Они, к счастью, и не думали в сторону элеватора смотреть, на ходу продолжая дремать, и порозовевший в тон расцветающему небу сталкер опустил плечи расслабленно. – Спасибо, – благодарит, наконец, по-человечески Рекс, выуживая цепочку из-под воротника. Кресты звенят, и с особенным звоном через пару мгновений падает к ним продетый за колечко новый. – С трупа снял? – С зомби, как ты любишь, – Звонарь саркастично ворчит, пока трется смущенно ухом по плечу, пытаясь согнать напавшие мурашки. Еще раз оборачивается на равнодушных военных, а потом приваливается к чужому боку и прикрывает глаза, отвечая честно: – Купил за бесценок. Первые желтые лучи играют с металлом, который Рекс задумчиво перебирает в руках перед тем, как в ответ привалиться к компаньону.