Город чудовищ

Как упырь, что сменил немало чужих обличий, или зверь, что тихо идёт по твоим следам — никогда не отпускает своей добычи беспощадный и безжалостный Кеттердам. Здесь чужая жизнь дешевле тарелки супа для того, кто на улицу выставлен, нищ и гол. Это город, в котором служба уборки трупов несравненно нужней, чем сотня воскресных школ. Это город, где в грязных лачугах — на три квартала — ни в одной ни отопления, ни воды. Если тянет с утра бедой из глубин канала, значит к вечеру, уж как водится, жди беды. Это город, где нет заката и нет восхода: краски неба смазал въедливый тусклый смог. Лишь чудовищ порождает он год от года, потому что кого б еще породить он мог. Это город, что представления о престиже собирал в притонах бандитской лихой игры. Если ты в этом городе рос — уцелел и выжил — значит, когти твои и зубы твои остры. Плоть от плоти — на невидимой пуповине — ты повязан с этим городом всем нутром. Ни любви тут нет, ни ненависти в помине — лишь один кеттердамский, чтоб он сгорел, синдром. По неровной брусчатке, меж выщерблин и промоин, ты идешь, стуком трости эхо трущоб дробя. Этим городом ты переломан и перекроен, так теперь его перекраивай под себя. Пусть и кажется, что ни тени надежды нету ни в тебе, ни в этом городе, но смотри: Если кто его и способен направить к свету — лишь такие, как ты, чудовища — изнутри.