Шторм по-мексикански

– Финник Стюарт Донован. Финн. Уверен, это имя значило очень многое для вас всех. Но сегодня тучи над нами сгущаются. Этот маленький зверёк послужил достойным примером, а рано или поздно каждый из нас окажется там, плечом плечу с ним. Вечная тебе память, достоблаженный и приснопамятный брат наш. Да простит Бог твою грешную душу. Аминь. Пастор развёл лапами, будто завывая всех присутствующих в обътия, а затем перекрестил гроб несколько раз. Его взор был обращен к небу, затянутому тучами. Николас стоял в паре метров от покойного друга, наблюдал, как его шерсть едва колышется от ветра. Под лапу рядом стояла и супруга-волчица. Ее взгляд был почти пустым, можно сказать стеклянным, но вовсе не от скорби. Просто скука и безразличие. А помимо семьи Уайлдов гостей толком и не было, по крайней мере знакомых. У Финна явно было не так много друзей и близких. Изумрудный взгляд лиса плавно перешел на могильную плиту. Имя, фамилия, дата рождения и смерти. И подпись: "И не оставь любящих тебя". Ник не мог оторвать глаз от плиты. Кажется надпись была несимметрична. Ближе к левому краю... Он даже прищурился, как вдруг легкий толчок в бок. – Ник... Ни-и-ик. Речь, – шептала Порша, попихивая супруга локтем. Уайлд метнулся взглядом по всему кладбищу, собирая мысли воедино. Лапы рефлекторно поправили черный галстук. Пастор сверлил рыжего взглядом, ожидая от него слов прощания. И вот, сделав шаг вперед, Ник шмыгнул носом и положил лапу на деревяный гроб. – Передоз, – выдохнул Уайлд, делая долгую паузу, – серьезно, Финн? Я всегда рассчитывал, что смерть догонит тебя в одной из твоих авантюр, а не вот так... Порша, стоя позади, переступала с лапы на лапу. Так сыро и зябко. Пастор же смотрел на Уайлда с некоторой долей презрения. Это была весьма странная, если не сказать резкая, речь для прощания. – В общем, вся эта фишка с прощаниями, речами там... От этого только ещё унылее. Я знаю, ты бы поддержал меня, брат, – лис улыбнулся и пихнул по-дружески тело кулаком в плечо, звери вокруг аж зашелестели, – семь небес не преграда нашей дружбе, дружище. Жди меня. Рыжий подарил Финну последнюю ухмылку и отошёл обратно к волчице. С делами было покончено. Рыжая лапа легла на талию девушки в длинном черном платье. В нём же она, к слову, празднует Хэллоуин. – Ну как ты? – ненавязчиво спросила серая, заглядывая в глаза мужу. – Порядок, я спокоен за Финника, – ответил лис, копаясь в кармане пиджака. – А подробнее? Знаешь, в такие моменты лучше в себе вообще ничего не держать, – девушка опередила его и шла к машине уже спиной, стараясь не выпускать супруга из зрительного капкана. – Только не перегибай. Он однажды бухущий в хлам сказал мне, что Бог лично нанял снайпера на врата в рай для него, увидев, что он творит со своей жизнью. Что бы его там не ждало, он точно готов. Ник обошел машину и вставил ключ в в дверной замок, батарейка давно села. Порша же уселась на капот, поглядывая в небо. Кажется, дождь собирается... – А что будешь делать с отпуском? – начала волчица. – Даже не напоминай... – он открыл дверь машины и залез внутрь, – они буквально забрали у меня единственную возможность отвлечься. Порша залезла в авто следом. Ник задумчиво постукивал когтями по рулю и смотрел то на кладбище, то на Поршу. – Ну это не дело... Я бы могла сводить тебя куда-нибудь, ну, знаешь, типа, развеяться, – она уставилась на Уайлда в ожидании ответа, но тот стал выглядеть лишь еще более задумивым, – алло, ку-ку?.. Девушка изогнула бровь и помахала ладонью перед лисьей мордой. – Не дело... Ты права, серая шубка. Не дело это, – лис сунул ключи в стартер и повернул, движок заурчал, – но дело нужно. Я этим живу. А сейчас меня оставили один на один со смертью лучшего друга. Я сойду с ума, свихнусь в первые же выходные. Машина наконец тронулась. Морось. Ветровое стекло быстро покрывалось микроскопическими капельками воды. Порша водила когтями по ремню безопасности. Туда-сюда, туда-сюда. Ник сосредоточенно следил за дорогой, лапа на рычаге переключения передач. Плавно изящная серая лапка накрывает её сверху. Напряжение. – А какое дело тебе нужно, Ник? – ни с того ни с сего начала Порша, глядя на дорогу, как и Уайлд. – Мм... Сложный вопрос. С ходу и не скажу. Что-то такое, что могло бы сразу вернуть меня в тонус. Понимаешь о чём я? Девушка отрицательно помотала головой, но все же продолжила. – Я просто думала, что ты мог бы помочь моей семье чуток... – Стены покрасить? Ремонт в комнате? Ну нет. Да и папаша твой тот еще псих. Связываться с ним себе дороже, – сказал Ник. – Да нет же, слушай! Я вчера говорила по телефону и... Ник перебил её, подняв указательный палец. – Да ты постоянно по нему говоришь. Половина счетов за электроэнергию – это твои разговоры по домашнему. – Да дослушай ты! Это тётя звонила. Мою бабушку по маминой линии в тюрьму посадили. То ли за мошенничество, то ли ещё за какие-то махинации, не знаю. – Ого, у нас с ней есть что-то общее, – Ник покивал и плавно остановился у светофора, красный свет, таймер тикает преступно медленно, – я и подумать не мог, что Карла способна на такое, – с умным видом добавил он, сверля взглядом красный фонарь светофора. – Карла - это моя мама, идиот! – О, как, – сухо выдал Уайлд и повернулся к Порше, – не важно. Ситуация с тюрьмой интересная, и я даже могу с этим что-то сделать. Как минимум сунуть нос во всю эту кашу и разузнать подробности. Но я еще подумаю. Хотя бы до вечера, ладно? – он вытянул губы трубочкой, ожидая ответа. – Конечно, как тебе будет угодно... "Детектив", – она улыбнулась и мельком чмокнула лиса. Они оба расслабленно развалились в креслах. 3, 2, 1. Загорается желтый. А затем долгожданный зеленый. – Никки, – шепнула Порша, не сводя взгляда с дороги, машина набирала скорость, а монотонный гул колёс набирал громкость. – М? – Только попробуй, блядь, когда-нибудь ещё раз так оговориться. Особенно при моей родне. И вдвойне особенно при маме, ты понял? – Следите за языком, миссис Уайлд. И да, уяснил, – наконец лис взглянул на девушку и многозначительно улыбнулся, – может, если Джуди согласится посидеть с *Тимом, я заеду к тебе на кофе, а? Волчица же не менее многозначительно уставилась в окно, но в отражении была видна эдакая довольная улыбочка.