Шторм по-мексикански

Здание тихуанской тюрьмы и забор с колючей проволокой на километры во все стороны. Удивительно большой комплекс. Лис с енотом вошли внутрь. Освещение чем-то напоминало больничное. Белый яркий болезненный для глаз свет. На подходе к металлодетектору, лис стал шариться по карманам. Первым делом он достал полицейский значок и нарочито медленно, демонстративно для персонала тюрьмы, положил в контейнер. Затем табельное оружие, ключи от машины и дома, портмоне. Уинтер же спокойно прошел через соседнюю рамку без проблем. – Можно попасть к директору? Мы, считай, к нему записались, – сказал полоскун, оглядываясь по сторонам. Один из полицейских, крокодил, молча кивнул в сторону закрытого помещения дальше по коридору. Ник сразу зашагал туда, енот за ним. Оказалось, это комната для допросов, а там их уже ждал строго одетый бизон. Видать, ставить на главенствующие должности в силовых структурах громадных зверей – это уже повсеместная практика. – ¡Y aquí estás! Наконец-то. Вы же от Калифорнии, да? – уточнил на первый взгляд добродушный мексиканец. Уинтер медленно сел за стол, закинул на него задние лапы и откинулся на спинку стула. Ник же слегка кивнул на вопрос. – Ладно, слушайте, всё просто и без заморочек, амигос... Ты, – бизон указал пальцем на енота, – пойдёшь со мной, оформим тебя, как следует, сварим дело, а ты, – теперь его палец указывал на Ника, – сейчас обед, а на обеде всегда суматоха. Идешь, забираешь Кристалл, и уходишь на все четыре стороны. Никто тебя не тронет, я всем про тебя уже объявил. Всё уяснил, компадре? Нет – повторю, да – п*здуй получать жилетку посетителя. – План есть план, – Уайлд взглянул на Уинтера, а Уинтер на него, – ты мне всё ещё не нравишься, но давай, удачи тут. Енот протянул рыжему кулак, тот отбил его, но бизон не мог не вставить свои пять копеек. – На зоне только обиженные кулачки тянут, по-мужски лапы пожали быстро. Енот посмеялся и глянул на директора. – Пока не на зоне, так что умолкни! – Слушай, еще немного и я захочу поставить тебе фингал для убедительности. Идём уже. Ник улыбнулся и пошел в противоположную сторону. Похоже, больше эти двое не встретятся. – Ник, закрой мой дом на ключ перед отъездом, и засоси Кали за меня! – напоследок крикнул он перед тем, как дверь окончательно закрылась. Лис вышел из комнаты и направился обратно к рамкам металлодетекторов. Забрав свои вещи из контейнера, он стал осматриваться вокруг. Быстро найдя взглядом нужную дорожку, Ник пошел по нет той. Это была желтая полоска на полу. Для посетителей. Для разного рода персонала были другие цвета. Интересное стилистическое решение, не более. Уайлд стал подниматься по лестнице на второй этаж. Там было куда унылее, чем на первом. Пустые обшарпанные коридоры. Рыжий направился вперед, проходя разного рода помещения. В одном из таких были две печи, а рядом каталки и куча черных мусорных мешков. По спине прошёлся холодок. "Если они не используют эти каталки, чтобы возить мусор, то тут точно происходит что-то нехорошее" подумал он и тряхнул головой, стараясь выбросить это из мыслей. И наконец дверь. Рядом была вешалка с кучей дешевых жёлтых жилеток. Ник взял одну и надел на себя, после чего открыл дверь. Снова солнце. Нужно было несколько секунд, чтобы адаптироваться и увидеть хоть что-то. И смотреть тут было на что. Уайлд оказался на балконе, а внизу были толпы заключённых. Они играли в футбол, веселились, был даже свой танцпол и музыкальная аппаратура, рецидивисты постарше проводили время за партиями в шахматы. Чёрт, это точно тюрьма? Так подумал бы любой увидевший это. Но Ник быстро вспомнил про план. Нужно было идти в женскую половину тюрьмы. Он побежал по балкону до самого конца, видя абсолютно все виды досуга местных жителей. Карты, качалки, избиения. – Даже не знаю, завидовать Уинтеру или сочувствовать ему, – сказал себе пол нос лис. Вскоре он добежал до края Наверняка тут и был женский блок. Благо рядом на стуле спал охранник в шляпе. Тут так много зверей в шляпе. Это уже походило на очередной фильм Клинта Иствуда или что-то из серии Хуарез. Не хватало только курительных трубок, револьверов и южных акцентов с постоянными "мать твою" междометиями. – Сэр, нужна помощь, – он тронул плечо сотрудника и тот сразу же проснулся, громко хрюкнул и поднял взгляд на незнакомца, – я ищу среди заключённых Мередит Кристалл. Волчицу. – У нас в блоке только одна волчица, – спросонок ответил охранник, потирая глаза, – остальных она просто выжала. Зовёт себя альфой. Самки, такие самки... Если это Мередит, то милости прошу. Он кивнул в сторону вертикальной лестницы неподалеку, взял карабин, что был рядом и подошел к краю. Видимо, это и была защита посетителей. Уайлд спустил лпстницу вниз и стал спускаться. Двор, в отличие от мужского блока, был безлюдным. Как раз по центру двора и сидела пожилая волчица в кресле-качалке. На ее голове тоже шляпа, глаза в тени от козырька, а в пасти стебель с каким-то ярким красным цветком на конце. Лис спрыгнул с лестницы и отряхнул лапы от пыли. – Миссис Кристалл! Волчица лениво повернула голову на голос и вытянула изо рта стебель. – Давайте сейчас вы не будете задавать никаких вопросов, а я выведу вас из тюрьмы, лады? – сказал он, встав перед старушкой. Та наконец заложила стебель за свое ухо и медленно поднялась с кресла, приподняв козырек шляпы. – Зови меня просто Мередит, – сказала она и кивнула ему, – так это ты жених моей внучки, да? – Ха! У нее и спросите, как только всё уляжется. Я за этим сюда и приехал. Лис направился обратно к лестнице и глянул на охранника сверху. – Мы можем подниматься, да? – сказал ему рыжий. – А, твою-то мать, это ты тот наш клиент, – он убрал карабин и вернулся в кресло, – да идите конечно, раз директор дал добро. Волчица подошла к лестнице и весьма бодро запрыгнула на нее, поднимаясь наверх. Ник лез следом. Дело за малым – выбраться. Рыжий вёл её по тому же пути, каким и пришел. Но теперь персонал молчал не от безразличия, а от страха. Видать на старости лет эта женщина дала жару в этой тюрьме, да так, что все её шугаются. Лис открыл ей дверь, все работники тюрьмы смотрели им вслед, пока они окончательно не скрылись. В здании послышались расслабленные выдохи. У Ника теперь новый спутник и новый путь, карты перетасовались. Вместо Уинтера под боком бабушка жены, а вместо бабушки жены нары мнёт Уинтер. И вместо тёмной холодной дороги от небоскрёбов и возни большого города солнечная жаркая дорога обратно.