Большая петля

— Большое вам спасибо! — громко поблагодарила я ребят, когда все четверо провели меня до женского общежития. Совершенно неожиданно, но весьма приятно, что взрослые парни решили провести время с нами, малолетками, но было весело послушать об их воспоминаниях и учёбе. Гину вроде тоже понравилось — он иногда что-то с интересом спрашивал и слушал, а иногда и его втягивали через силу в разговор, если тот не был слишком задумчив. Мы провели вместе завтрак, потом большую прогулку, обед, поиграли в парке, взяли лёгкий перекус, обошли всю территорию по кругу, повеселились возле библиотеки, потом зашли внутрь и я смогла попросить их прочитать мне что-нибудь интересное вслух. Потом мы поздно поужинали, так как слишком сильно засиделись за книгами и теперь ребята с Гином проводили меня до забора, за который, согласно правилам, им уже хода не было. — Мне было сегодня очень весело! — махнула я рукой. Ойкава и Хината утирали притворные слёзы, словно виделись мы в последний раз. — Не ревите, идиоты, — вздохнул Хаджиме. — Ещё увидимся, Рангику-чан, — попрощался он. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Ойкава-сан, Хаджиме-сан, Хината-сан, — чуть сильнее кивнула я уважительно, после чего перевела взгляд на своего друга. Тот выглядел весьма расслабленно, поэтому, не удержавшись, снова его обняла, целуя в щеку. — Спокойной ночи, Гин! Сладких тебе снов! — А как же мы?! — услышала я за своей спиной голоса весельчаков, но только рассмеялась. Подходя к крыльцу здания снова махнула рукой им напоследок. Они махнули в ответ, после чего отправились к себе. Проводив их взглядом, я только немного покачала головой, заметив, как Ойкава сильно треплет волосы Гина. Тот что-то сказал с хмурыми бровями, поправляя причёску, но и только. Улыбка не сходила с моих губ, когда я провожала их взглядами до самого последнего момента. Однако вскоре их фигуры свернули за угол, поэтому постояв ещё пару минут и дыша свежим воздухом весны — а почувствовалась она неожиданно сильно, но приятно, — повернулась к двери, собираясь её открыть. Будучи в своих мыслях я не сразу заметила прямо перед собой кого-то, поэтому закономерно врезалась. — Глаза разуй! — рявкнули мне сверху тонким девичьим голосом, хватая за плечо и пихая с дороги. Едва ли чудом я удержалась на ногах, поддерживая себя рукой, которой всё ещё держалась за дверь. От удивления и такой резкости я даже не успела толком среагировать. Только лишь и могла, что смотреть на куда-то спешащую фигуру. Даже не поняла, кто это был. Настроение было хорошим после прошедшего дня, хотя ситуация — такая неожиданная! — немного её испортила. Встряхнула головой, прогоняя странное наваждение. Улыбка вернулась на лицо, когда в кармане я нащупала ключ от комнаты на третьем этаже. Ни о чём особо не думая, я, немного мыча некий весёлый мотивчик, поднялась наверх. В общем зале краем глаза я заметила странное столпотворение, но особо не обратила на это внимание. Вставила ключ. Некстати пришло воспоминание об утре, но я только глубже вздохнула. «Ничего страшного утром не случилось» — напомнила я себе. — «Откуда соседке было знать, что в четыре утра к ней подселят новенькую?» Это помещение было её комнатой — я бы поступила точно также, если бы у меня было много вещей. И точно также бы пригласила кого-то на ночь. Если бы у меня была подруга, конечно. Потому что моим единственным настоящим другом за две жизни оказался Гин. Именно с такими мыслями я вошла внутрь, закрывая дверь на щеколду. Внутри никого не было — скорее всего соседка была внизу, вместе с остальными. Сколько точно времени я не знала, поэтому решила на всякий случай принять душ перед сном, чтобы потом можно было спокойно разложить свои вещи, ни на что постороннее не отвлекаясь. На краткий миг мне стало интересно — что там за женское собрание? — но после оно пропало. Если какое-то важное сообщение для нашего общежития, то я потом смогу у соседки спросить. Как раз можно будет завязать разговор и познакомиться поближе. Невольно я подумала о всех своих подругах и вообще девушках в своей жизни. Проще общаться с парнями, честно. Почему-то никогда ничего у меня не получается в этом плане. То не курю. То не ищу парня. То толстая. То тупая. То, наоборот, слишком умная и не даю списывать. Всё вечно идёт не так. Хотя не то чтобы с парнями у меня была крепкая дружба — скорее положительный нейтралитет. Это когда мы относимся к друг другу с приязнью, без какого-то негатива, с пониманием. Но слишком близко не сближаемся, потому что нет ничего общего, что могло бы нас сблизить. Вечером мыть голову не стала, так что надела свой ночной комплект и аккуратно сложило второе по красоте… кимоно? Халат-халатом, честно. Вообще, второе по красоте кимоно было у меня самым красивым кимоно. Я его купила уже как полгода назад, синее, с хризантемами, как подтвердил сегодня Гин. Яркое, красивое. Но первое место официально занимала именно та одежда, в которой я невольно признала что-то более официальное. В нём же я в начале зимы и ходила кланяться, прося устроить на работу. Трогать вещи без соседки было немного неуютно, поэтому не стала ничего убирать. Только с одного стула на второй перевесила, чтобы было куда сесть. Ведь и кровати заняты, и на полу где-то что-то есть. Да и все три стола завалены тетрадками-учебниками. Из своей сумки я достала единственный клубок ниток и крючок. Вязать меня научила ещё мама в детстве, хотя сказать это будет немного неправильно. Потому что она вязала на спицах, а сама я делать этого совершенно не умела. Уже в школе, в старших классах, на уроках технологии, в качестве проекта, я научилась вязать полноценно, сама, по роликам из интернета. Но «чувство вязания» — как бы странно это ни звучало — привила мне именно мама. Потому что она частенько вязала вещи, то мне, то себе, то брату. Папа вязанное не носил, да и брат раз на раз отказывался. А вот мы вдвоём частенько ходили в удобных свитерах. К сожалению, после учёбы в техникуме я перестала вязать, совсем. Но в этом новом мире приобрела — стырила, если быть точнее — необходимые вещи. Серый клубок ниток, подходящий крючок. Особо ничего и не вязала, просто чтобы хотя бы чем-то занять себя. На душе было легко. Занимаясь медитативным занятиям, мои мысли лениво и плавно скользили по следующему дню, прошлому, будущему, опять в прошлое. Внезапно я услышала резкий поворот ключа и поспешила встать — после ванны на щеколду изнутри я не закрывалась, только на ключ. Поспешила встать, чтобы поприветствовать соседку, как это здесь принято. От спешки едва успела положить свой клубок с десятком рядов на стул, где провела полчаса, не меньше. Потому что немного болела спина. Открылась дверь, практически одновременно с моим поклоном. — Здравствуйте, — поприветствовала я её, не смея поднимать глаз. Так было не принято делать по отношению к старшим. Снова хлопнула дверь. Глазами я смогла уловить её обувь, когда она прошла внутрь прямо в ней, разуваясь где-то на середине комнаты и заваливаясь, иначе и не скажешь из-за резкого скрипа, на кровать. Хорошо, что у меня были тапки. Девушка-соседка ничего не отвечала и что делать, кроме как выпрямиться, я не знала. Да, не по правилам, но и настолько унижаться не хотелось. — Кто тебе разрешил поднимать голову? — резко спросила она, когда я нечаянно встретилась с ней взглядом. Она рассматривала меня с недовольным прищуром, поджав губы. Лицо немного исказилось в каком-то неприятном смысле, исказив её красоту. Она вполне была красива: длинные блондинистые волосы и яркие голубые глаза, так сильно непохожие на размытые у Гина. От тона я невольно снова опустила голову, но уже не кланяясь до конца. Что делать не знала, так что невольно в душе поселилось весьма неприятное чувство. — Кто ты вообще такая? — Меня зовут Мацумото Рангику, — представилась я, на секунду поклонившись чуть ниже. — Меня ещё не приняли в Академию, но вскоре будут готовы документы. — А какого хрена тебя сюда заселили вообще? — недовольно спросила она на выдохе. Я невольно почувствовала, как идёт пятнами лицо. Ну, или готовиться пойти, не суть. Не было времени полноценно принять эмоции, потому что это было настолько неприятно, что от переполняющего разочарования даже немного глаза заслезились. Я прикусила губу, потому что невыносимо захотелось расплакаться, вот прямо сейчас. Вдох. Выдох. — Дежурная дала мне ключ от этой комнаты, — сказала я, исключительно благодаря выдержке не дав голосу задрожать. — Мне плевать! — внезапно закричала она, садясь на кровати. От крика я вздрогнула. — Слушай внимательно, — успокоилась она; голос был притворно ласковым. — Убирайся отсюда. Я замерла, окоченев. Невольно сглотнула, поднимая лицо к ней. Сказать мне было нечего — казалось, что голос вообще пропал. У меня даже никаких мыслей не было в голове, только сплошная пустота. Вакуум. — Чего стоишь? — спросила она. — Забирай вещи и проваливай. Мне плевать, куда ты пойдёшь, хоть на улице спи. Со мной в комнате ты жить не будешь. Ах да, — моргнула она, внезапно усмехнувшись. — Только посмей кому-то пожаловаться — и тебе не жить. Моя семья имеет не последний вес в обществе, но не хотелось бы беспокоить отца по пустякам. На мгновение я опустила взгляд, после чего, стараясь скрыть неуверенность, попыталась пойти на компромисс: — Но меня же заметят, если я во время комендантского часа буду на улице, — вышло немного тише, чем я надеялась и следующее я постаралась сказать более уверенно. — Я вообще не буду мешать; просто буду здесь спать, а в остальное время… В лицо мне прилетела какая-то вещь, заставив замолчать от внезапно вспыхнувшей боли — железо впилось в щеку, досталось даже зубам. Так как голова была всё же немного опущена, а взгляд устремлён в пол, я и не заметила, как на меня замахнулись, подойдя с вещью в руках. Была слишком погружена в свои мысли, чтобы глаза смогли уловить движение. Зрение немного затуманилось — удар отдавал глухой болью, а из-за места возле глаз было особенно чувствительным. Капли слёз не пошли, но риск был слишком высок, потому что от железки всё пульсировало. Я сглотнула. Дыхание стало тяжёлым — приходилось контролировать каждый вдох и выдох. — Я сказала, — начала она шепотом, но угрожающе, — Пошла вон отсюда! Лицо явно шло пятнами. В такой ситуации оно не могло не идти. Я стала чувствовать, как невольно дрожит тело, когда развернулась за своим старым и серым клубочком, которому исполнялся второй год со дня кражи. Пальцы тряслись, зрение размылось и я невольно шмыгнула носом, потому что дышать через него было тяжело. — Давай быстрее! — скомандовала та, устраиваясь на своей кровати. — Смотри только не расплачься — ненавижу сопли. Так как нитки были единственными вещами вне рюкзака, то собралась я быстро, выходя из комнаты. В коридоре уже было темно. Снова шмыгнув, я направилась в сторону уборной, смотря исключительно себе под ноги. Голову поднимать не хотелось, даже если здесь никого и не было, кроме меня. Глаза слезились сильнее и сильнее, но плакать решительно не хотелось. Мне было больше обидно за случившееся. За себя. Хотелось пожалеть за произошедшее. Завернуться под одеяло какое-нибудь мягкое, съесть что-нибудь вкусненькое. Обняться с какой-нибудь мягкой игрушкой, как я делала это всегда. На девушку и её слова было вообще всё равно. Говно на дороге жизни иногда случается, да. А вот что я ничего не могу поделать с этим — обидно и грустно. Это был как плевок мне в душу и хоть шёл он от человека мне совершенно незнакомого, на которого мне было плевать, это всё равно было очень неприятно. Очень-очень. В туалете я поставила свой рюкзак в самую дальнюю кабинку туалета, на крышку унитаза, благо они хотя бы нормальными здесь были, а не дырками в полу. Сама вернулась к раковинам, включая ледяную воду и промывая лицо. Первый раз. Второй. Третий. Невольно я кинула взгляд в зеркало, встречая пятнистое отражение. Пожала губы, аккуратно рукой прикасаясь к ране. Она… синела. Неудивительно, конечно, ведь лицо очень чувствительное место, но всё же. Я снова умылась, упираясь руками в раковину и следя за тем, как бежит вода. Спустя минут пять, не меньше, закрыла кран. На мгновение прикрыла глаза, восстанавливая дыхание… Когда совершенно внезапно земля под ногами исчезла. И я провалилась вниз.

***

Полёт оказался совершенно недолгим, так как меня поймали сильные руки, слегка спружинив. — Оп-па, — услышала я глубокий мужской голос и в испуге резко открыла глаза, что до этого момента держала закрытыми. Голос показался знакомым. Перед глазами оказался… — Гин? — удивилась я вслух, осматривая друга. Он был прекрасен. Такой красивый, что даже дыхание замерло. Моргнуть было сложно. Он улыбнулся. Почему-то это напомнило мне улыбку маньяка. Но в хорошем смысле — у Гина частенько она была, потому что глаза уж больно узкие, а рот немного большой. Такое уж у него, Гина, лицо. Второе, что я поняла, когда удивление немного прошло, так это что Гин был… взрослым. Ему было лет двадцать, не меньше! Он оказался высокий, сильный, а, более того — держал меня на руках. От последнего я очень смутилась, спеша дёрнуться так, чтобы меня поставили на ноги. Гин легко помог встать, медленно опуская, чтобы дать мне время сориентироваться. А ещё друг оказался не только взрослым, но и очень-очень высоким — наверное он был метра два, не меньше! Потому что мой рост заканчивался где-то на его пупке, отчего я снова немного смутилась. Оказавшись на домашнем полу, я наконец-то смогла оглянуться, неожиданно встречаясь со странными зелёными глазами на своём уровне роста. Это был мальчик с невероятно белыми волосами и странными зелёными глазами. Он стоял, скрестив руки на груди, а ещё практически скрещёнными бровями на лбу, так уж сильно хмурился. Я моргнула, внезапно заметив, что верхняя одежда его белая. Глубоко вздохнула, приходя в себя после случившегося: — Здравствуйте, — поклонилась я поспешно, потому что у меня не было совершенно никаких сомнений в том, что передо мной стоит капитан. Халат верхний был белым. — Меня зовут Мацумото Рангику. Мне запоздало пришло в голову, что халат у Гина верхний тоже был белым. Мысли, всё ещё очень взбудораженные после случившегося, быстро анализировали ситуацию, пытаясь прийти к какому-то решению. Но ничего кроме какого-то временного парадокса не пришло в голову. — Привет, — услышала я его голос. Невольно сложилось впечатление, что он пытался сделать его тоньше, более взрослым. — Рангику-чан… Меня зовут Хицугая Тоширо, можешь звать меня просто Хицугая. Я осторожно выпрямилась, сглотнув. Было немного страшно, но жутко интересно. — Приятно познакомиться, — кивнула я, аккуратно подтягивая руки на груди, чтобы сложить их, сцепив пальцы. По груди распространялся холод. Он вообще всегда был, но чаще всего я про него забывала, а сейчас, когда чувства были невероятно взбудоражены, складывалось ощущение резкости. Он даже переместился на кончик каждого пальца в руках, надавливая словно изнутри. И вообще, такое ощущение резкости от него ещё ни разу не шло. Я беспокойно надавила одной рукой чуть ниже своей груди, около солнечного сплетения. Ничего не изменилось. — А я Кира Изуру, — тихонько услышала я сбоку голос ещё одного мужчины, которого сначала даже не заметила. Он стоял немного дальше, чем я смотрела, так сильно погружённая в себя. У него тоже были светлые волосы, поэтому я невольно улыбнулась. Да и голос был намного мягче, так что я снова поклонилась, представляясь. Следом за мужчиной — Кирой — стояла ещё и женщина. Я невольно сглотнула, когда встретилась с её весёлым взглядом, потому что её лицо точь в точь повторяло то, что не так давно я увидела в зеркале. За исключением следа от железки. От неё чувствовался холод. Мой холод как-то странно на это реагировал, словно впереди стояла опасность. Но опасности от самой женщины — меня — не было. — Ты такая маленькая, — задумчиво сказал Гин, привлекая моё внимание. Я развернулась к нему, встав так, чтобы видеть и остальных, ведь было интересно же. На его комментарий я только улыбнулась. — Мне же только четырнадцать, — сказала я информацию, чтобы соориентировать их. Было ясно, что это меня притянуло к ним, так что чем больше расскажу, тем проще же мне будет. — Ты и сам только полгода назад был на две головы ниже меня. Он прищурился, а потом немного поправил мои волосы, чтобы не лезли на глаза. На мгновение я прикрыла веки, собираясь с мыслями. Эмоции постепенно стихали и мне становилось легче. Пятна с лица сошли немного раньше, а после холодной воды я успокоилась, так что получилось собраться. Его пальцы осторожно замерли возле больного места на лице. — Что случилось? — спросил он осторожно, словно я могла ему не ответить. Я открыла глаза, улыбаясь. Чуть выдавила смешок. — Я случайно упала, пока вещи раскладывала, — сказала под общим внимание, взмахнув рукой в сторону и закатывая глаза. Меня всё ещё с интересом рассматривали, обращая внимание на каждый вдох и взмах ресниц. Совсем немного было неуютно. — У соседки их просто много, а ждать, пока она придёт с какого-то собрания, слишком долго. Ну, а чужое трогать не очень хотелось, так что… Я замолчала, неуверенно пожав плечами, всё ещё смотря в его мутноватые глаза. Гин их сузил и мне впервые стало неуютно. Закралось нехорошее предчувствие. Словно он что-то понял. Понял, что я лгу. Было неприятно. Потому что врать ему мне совершенно не хотелось. А говорить правду — тем более. Я ещё сама не приняла ту ситуацию, которая произошла менее десяти минут назад. Я перевела взгляд на Хицугаю, а потом на помещение, потому что его взгляд был слишком пристальным. — А где я? Это был какой-то дом. Очень даже уютный, отметило сознание. Мы находились в очень просторной гостинной, что была разделена на три-две зоны — кухня, середина, где мы и стояли, а также диван и телевизор. Я обратила с неким интересом внимание на чёрный экран, но потом отвела взгляд. Это примерно двадцать первый век, не меньше. Только в этом времени были такие большие телевизоры. — Где? — спросила я, схватив Гина за руку и требовательно потянув. Его пальцы были длинными, немного тонкими, но сильными и крепкими. Он слегка сжал меня на мгновение, словно подбадривая. Держать саму себя за руку, или даже смотреть, не очень-то и хотелось. Слишком уж агрессивно реагировал холод внутри. Казалось, что только шаг вперёд — и будет неминуемый взрыв. Это напрягало, но я старалась не думать о плохом, потому что моя версия из будущего ничего не предпринимала. Значит, всё нормально. Хотя сама я — в этом не было никаких сомнений — стояла рядом и улыбалась вполне мирно, хоть и немного растеряно. Это я точно знаю. — Ты в будущем, — поспешил объяснить капитан Хицугая, возвращая моё к нему внимание. — очень далёком. Конечно далёком. Телевизор же есть! Телевизор! — Это я знаю, — сказала я, отмахнувшись — Что это за дом? Он очень хороший. — Это мой дом, — улыбнулся Гин. Я обрадовалась. — Правда? Как здорово! Можно я посмотрю другие комнаты? Я в спальню заходить не буду, честно. И в кабинет. Если он есть. — Невероятно вежливость, — внес вердикт капитан десятого отряда. — Интересно, что с ней стало в возрасте? — он обернулся с намёком к моей более взрослой персоне. Мы одновременно фыркнули, закатив глаза. Ясное дело, что если он капитан, то я — лейтенант. Хотелось бы ею быть. А раз я высокого ранга, то смысл кланяться всем подряд? Официоз я и так ненавижу. — Тоширо, ну ты же знаешь, как я не люблю это дело, — протянула она, на миг напомнив мне до жути канонную Рангику. Я даже замерла, анализируя её глазами. Нет. Это точно была именно я. Но… как будто бы и нет. Время. Явно время постаралось. Лет сто точно прошло. Я ведь не знаю, сколько лет было канонной Рангику, а сейчас явно период немного позже тех событий. — Рангику-чан, — подошёл ко мне Кира, немного наклонившись вперёд. Он был ниже Гина, так как мой друг был вообще выше всех в этой комнате, — Если хотите, я могу провести вам экскурсию. — Хорошо, — улыбнулась я, легко отпуская руку Гина и хватаясь за его ладонь, смело переплетая пальцы. — И можно на ты, вы ведь старше. Он был красивым. Его щеки немного покраснели на такой интимный жест и я улыбнулась сильнее, стараясь даже не моргать, чтобы не упустить и капли его эмоций. — А вы тут часто бываете? — ненавязчиво спросила его, когда он повёл меня в коридор. — Частенько, — ответил он. — Это замечательно, — прикрыла я на миг глаза. Взгляд Гина на этого мужчину не заметить было сложно. Как и точно такой же ответный. Ведь мой взрослый друг никак не отреагировал, когда я взяла за руку этого мужчину. Они доверяли друг другу. — Вы уж присмотрите за моим другом, а то он иногда может быть таким глупым, — вздохнула я, кося под несмышленого ребёнка. Заглянула в странную комнату, напоминающую мне что-то официальное. Как приёмная. Следующая была большим кабинетом, куда я не захотела заходить внутрь. — Я могу показать тебе всё, если хочешь, — привлёк моё внимание Кира, когда я остановилась у порога. — Не, не интересно, — отмахнулась я. На столе возле окна была фотография. Так как она была повёрнута ко мне деревом, то самой фотки я не увидела, но поняла, что это что-то весьма личное. Если зайду внутрь, то точно схвачу её в руки, слишком уж это интересно, так что не стоит. Это же будущее. Не хотелось бы портить его чем-нибудь эдаким. — Что здесь? — спросила я, тыкнув в закрытую дверь. — Спальня, — ответил он. — А здесь? — спросила я. — Гардеробная. Я обернулась с интересом на него. — Правда? — Да. Хочешь посмотреть? — спросил он, улыбаясь. — Нет, — покачала я головой. Он был явно растерян. — Мне нравится мысль, что у Гина в будущем всё хорошо. У него большой и тёплый дом, а ещё такой друг, как вы, который заботится о нём. Зачем мне смотреть его одежду или на его кровать в спальне? Достаточно знать, что она у него есть и он там часто спит. Кира внезапно округлил глаза, моргнув. — Это очень интересное мышление, — услышала я голос сзади. Там стоял капитан Хицугая. Я рассмеялась. — Скажите тоже, — снова рассмеялась. — Просто забота. Называйте вещи своими именами. Он тоже моргнул. Я направилась самостоятельно туда, где оказалась впервые, оставляя их за собой. Гин накрывал на стол — это были тарелки с каким-то супом, на что я скривилась. Тот суп в первую неделю своего сюда попаданчества я помню до сих пор. У меня живот после него три дня резало. Кажется, что именно эта боль в итоге и помогла мне так долго прожить, но всё же. Я из будущего сидела на мягком. Так как один диван был перед телевизором, то мною он и был занят. Мы пересеклись взглядами, но потом я отвернулась. Было нечего сказать и, такое ощущение, что ещё не время что-то спрашивать, а просто смотреть друг на друга казалось глупым. Я присела за стол — он бы круглым и большим, а мест хватало на всю нашу компанию. — А почему я в будущем? — спросила, виляя ногами. — О, — воодушевлённо обрадовалась я в будущем, вставая с нагретого места и присоединяясь к столу. Хицугая и Кира последовали её примеру, а следом подоспел и Гин, поэтому практически в одно время все уже сидели. — Это способность моего банкая. Я, как оригинал, могу перемещаться во времени, образуя временные петли. Также мне открыты параллельные и другие миры, поэтому даже если кривая нашего с тобой времени порвется из-за твоего путешествия сюда, то она не совсем исчезнет, а просто переместится на другую вариацию, создав копию. Все смотрели на меня. Я кивнула, спрашивая: — Путешествие идёт через порталы? — Да, — ответила я из будущего. — Ты поняла это? — удивился капитан Хицугая практически одновременно с ответом моего двойника. Теперь удивилась уже я. — Но это же просто, — пожала плечами. Кира рядом только покачал головой, словно он не удивлён. Или не может почему-то удивиться. Гин, кажется, слегка растерялся. — Я — оригинал, — подвела итог, пожимая плечами. — Всё, что возникает в результате моего решения в других вселенных, только копия. Призвав меня сюда, Рангику из будущего временно сделала себя копией. Но так как мы из одной линии времени, просто на разных его отрезках, как только я вернусь в прошлое, она снова станет оригиналом. Таким образом образуется временная петля и когда придёт время я просто сама начну её, сделав временно себя копией. Однако, если что-то во временной петле идёт не так, она сбрасывается и становится альтернативным вариантом — новым параллельным миром, где только лишь один поворот головы не в ту сторону мог создать её. Отличие в самой временной петле и создаёт эту альтернативную вселенную. В случае создания этой вселенной, я, как оригинал, остаюсь в исходной точке, а сама временная петля исчезает, так и не начавшись. Таким образом я всегда буду оригиналом, кроме времени во временной петле, так как призывая себя из прошлого, становлюсь копией. Установилась тишина. Рангику из будущего похлопала. — Я знала, что ты поймёшь! — обрадовалась она, начиная накладывать себе еды в тарелку. Остальные неловко последовали её примеру, я тоже. — Погоди, — обернулся Гин, кажется, уловив что-то непонятное. — Рангику, ты сейчас копия? — Ну да, — кивнула она. — Ведь оригиналом может быть только один из нас. Если в будущем, то есть сейчас, что-то случится не так с ней, — она легко махнула на меня рукой, — То меня просто не будет в этой вселенной. Но полноценно я не исчезну, а стану просто копией в другой альтернативной, практически зеркальной, вариации. — Это немного сложновато для понимая, — неловко сказал Кира. Я снова пожала плечами. Возможно, для него это было чем-то непонятным, но для меня, как девушки из двадцать первого века, то и дело читающей о попаданцах и временных петлях, это казалось естественным и простым. — Ты сказала, что тебе четырнадцать, — обратил внимание капитан Хицугая. Я перевела на него глаза, кивая. — Давно ты в Академии? Неволько сглотнула. — Я ещё не учусь в ней. Сегодня был первый день, как меня порекомендовал шинигами. Гин, помнишь его? — обернулась я. — Мы сегодня здорово погуляли с теми ребятами с пятого курса, осматривая территорию. — Ты только утром оказалась на территории Академии, верно? — уточнил он, чуть нахмурившись. — Ага, — кивнула я, приступая к супу. Есть суп не хотелось, но ничего другого на столе не стояло, что показалось мне странным. Спрашивать не стала. — Рангику-сан, а ты переместила меня… зачем? — спросила я, смутно понимая, что просто по имени я звать её не хочу, но и на «вы» обращаться тоже не горю желанием. Холод в груди яро сопротивлялся вообще какому-либо движению в её сторону. Противился жутко. Её холод явно реагировал также. Радовал невыносимо тот факт, что никто этого не замечал. — Поймёшь позже, — ответила она, подмигнув. — Хорошо, — улыбнулась я, возвращаясь к тарелке. — И… это всё? — с недовольным интересом спросил капитан Хицугая, словно что-то шло не так, как он думал, будет идти. — Тебе совсем не интересно, почему ты оказалась в будущем? — Зачем портить себе сюрприз в будущем? — удивилась я в ответ. — Мне интересно, конечно, но если не действовать осторожно, то это создаст альтернативную вариацию. И тогда самой этой петли не станет именно для меня, когда я вернусь обратно. Ну, для меня в будущем. — Верно, — кивнула Рангику из будущего. — Мы все останемся здесь, для нас ничего не изменится. А вот для неё — да. Так что петли может и не случиться для неё через какое-то время. Ну, ближе к моему возрасту. Взмах крыла бабочки и всё такое. — Взмах крыла бабочки? — переспросил Гин. Я рассмеялась. Рангику-сан тоже. — Это когда на одном конце планеты бабочка случайно сломала цветок, а через сто лет этот вид исчез из истории, — попыталась она объяснить, взмахнув рукой. Я невольно обратила внимание на открытую грудь, которая оказалась впечатляющих размеров. Мне тоже хотелось попробовать объяснить теорию бабочки, но эта идея возникла у нас практически одинаково и в голову больше ничего не шло для… альтернативы. Доели суп и Кира встал, убирая тарелки и кастрюлю в середине. Взамен он подал десерты, которые жутко напомнили мне трафлы — маленькие тортики в стеклянных стаканчиках. Не отводя взгляда от своей порции, я с большим интересом схватилась за стаканчик, рассматривая его со всех сторон. Уже шесть лет я не видела нечто похожего. Он явно был каким-то ягодным. Я люблю такие. Рангику-сан напротив меня достался точно такой же десерт и она сразу потянулась за маленькой ложкой в середине стола. Я последовала её примеру, как и остальные, хотя есть такую красоту было немного жалко. — Откуда ты знаешь про все эти временные петли? — спросил капитан Хицугая. Я моргнула недоумённо, обратив на него внимание. Достав ложку изо рта, ответила: — Но это ведь логично. Что-то вроде законов вселенной. Рангику-сан напротив рассмеялась. Холод внутри нас обоих вспыхнул чуть сильнее, но мы обе продолжали игнорировать происходящее внутри нас. Мужчины, все трое, только глаза закатили. Неудивительно, впрочем, меня это мало волновало. После первого десерта мне выдали второй, остальным ничего не дали. Не дура, так что ничего не спросила, принимаясь пробовать — он был ананасовым, тоже весьма неплохим. — Изуру, я тоже хочу, — протянула моя будущая версия, скосив глаза. — Ты свой вчера съела. И мой, кстати, тоже. — И мой тоже, — кивнул Гин. Моё будущее только фыркнула, но я ей уважительно кивнула — знает, где получить сладости. Капитан Хицугая за свою порцию не спросил, но весьма подозрительно скосил глаза на взрослую женщину. Вместо всяких слов та встала, включая телевизор и какую-то дораму. Что-то знакомое. Я прищурилась. Королева Чорин! Круто. Аккуратно я слезла со стула и поставила стакан у раковины. Звякнула тихонько ложка. Меня внезапно подхватили под подмышки сильные руки. Только лишь удивление не дало пискнуть, хотя глаза явно были как у совы. Этим кем-то оказался взрослый Гин, который подмигнул мне, когда я осторожно повернула к нему голову. Мы оба расположились на диване. Он прижал меня к своему боку. Рангику переместилась на кресло с левого боку, а капитан Хицугая — почему-то я не могла звать его как-то иначе, это казалось чем-то неправильным — на другое кресло. Подошёл Кира и совершенно неожиданно чем-то намазал мне щеку, куда раннее пришёлся удар. А ещё достал красное одеяло, накрывая меня сверху. Я благодарно кивнула, принимая неожиданную заботу. Потом он сел на левый мой бок, оставив немного расстояния. Все смотрели дораму. Я аккуратно прислонилась поближе к сильному мужскому телу, чувствуя лаймовый запах. Новый и непривычный, но прикольный. Гин приобнял меня рукой, пододвигая ближе и я невольно положила руку ему куда-то ниже груди. Сильной и накаченной груди. Стараясь держать своё дыхание нормальным, невольно почувствовала, как громко бьется сердце. Такие крепкие объятия, тёплые. Я поджала губы, потому что эмоции невольно зашкаливали. Медленно перевела взгляд на себя из будущего. Она уже знала дораму и поэтому смотрела на меня понимающим и лёгким взглядом. Потому отвернулась, закидывая ноги на одну из ручек кресла. Та уже была немного покосившейся, словно она не единожды использовалась именно ею. Мне стало ясно, почему я здесь. Потому что я понятия не имела, где ещё могла бы находиться всю ночь после того, как меня прогнали из комнаты. Потому что мне хотелось быть не одной, а с кем-то. Потому что хочется сладкого. Потому что когда мне грустно, я хочу завернуться в тёплое одеяло. Потому что хочу обнимать мягкую игрушку, не имея лучшего варианта. Пытаясь заглушить одиночество, прижимаюсь к стенке, словно я не одна. И как можно скорее заснуть. Чтобы настал новый день. Чтобы снова быть спокойной, держать себя в руках. Не трястить от переполняющих эмоций, не идти неприятными пятнами. Забыть на время и идти дальше. Именно поэтому она в самом начале сказала, что она — оригинал. Потому что это временная петля в несколько десятков лет. Если не сотен. У меня непременно должен быть банкай, чтобы создать эту временную петлю, чтобы я в будущем смогла призвать себя из прошлого. Именно тогда моё будущее — сейчас это её настоящее — будет таким. Без этой временной петли её жизнь сотрётся, словно никогда не было. Потому что она начинается с этой петли. Я прикрыла глаза, впитывая ощущение объятий, как губка. Тепло начинало погружать меня в приятный полусон, а лёгкий шум из телевизора только помогал этому состоянию. Хорошо. Мне очень хорошо. Было тепло. Сладость во рту заставляла улыбаться, а мягкое одеяло приятно прижималось к лицу. Казалось, что тело рядом защитит меня ото всех бед. Что я справлюсь со всем, чтобы не дала мне судьба. Что я смогу. Что я уже смогла — ведь оригинал, временно став копией, сидел на расстоянии трёх метров. Я уже смогла, осталось только немного подождать, а потом и оглянуться не успею, как у меня будет место, где меня всегда будут ждать. Где у меня есть своё кресло. Невольно чуть недовольно застонала, когда меня отстранили от крепкого тела и посильнее закутали в одеяло. Какой-то разговор шёпотом, смысл которого я не смогла уловить. А потом взяли на руки, куда-то унося. В нос ударил запах лайма, затем непонятный шорох и рядом снова кто-то лёг. Я склонила голову на надёжное плечо. Меня поцеловали в лоб, обнимая. Это самое лучшее, что когда-либо со мной случалось.

***

Было жарко. Я бессильно открыла глаза, давя зевок. Рядом лежал Гин. Он был в одних штанах и на минуту, кажется, я очень сильно зависла, пялясь. Он был накаченным. Бледная кожа. Кое-где шрамы. Осторожно я выбралась из мягкого одеяла, выходя в знакомый коридор, а потом на кухню. Хотелось выпить прохладной воды, потому что… жарко, даже несмотря на холод внутри. На кухне уже была Рангику-сан будущего. Я знала, что она там. Чувствовала. Она мне кивнула, ставя стакан на стол. Мы сели как можно дальше друг от друга, исключая любой вариант будущего, где могли бы прикоснуться к друг другу. Казалось, что даже воздух вибрирует от напряжения. Она ничего не говорила. А мне ничего не хотелось спрашивать, потому что всё казалось и так ясным. Да и что я могла бы у неё спросить? Меня не волновал Айзен. После прошедшего вечера уже есть вариант решения проблемы с соседкой. Я знала, что в будущем у меня всё будет хорошо. — Какие-нибудь советы? — чуть поджав губы, спросила на всякий случай. Она действительно задумалась. Её молчание было долгим, а я не собиралась торопить. Спешить было некуда. Она вздохнула, скинув волосы на бок. Полностью как в каноне, это меня до сих пор немного волновало, но… не то чтобы я так уж сильно пеклась о внешнем виде. У меня был небольшой комплекс на фоне прошлого, но с новым телом он уже не действовал. Потому что если бы я признала себя некрасивой — значит Мацумото Рангику из канона была некрасивой — а она была красивой. Без вариантов. Значит, я красивая. — Ха-а, — протянула она на выдохе. — Особо и сказать нечего, всё как-то само, да само. Иногда, конечно, было что-то, но… — Говно встречается, — вместе закончили мы. — Верно, — продолжила она. Ожидаемо. — Но, всё равно? — невольно спросила я, немного недовольно скривившись. — Будущее и параллельные, альтернативные вселенные? — Ага, — расстроенно сказала она. — Я сама расстроилась немного. Ну, мы обе, — закатила глаза она. — И чем же вам так не угодила эта способность? — услышала я недовольный голос и обернулась. Там стоял капитан Хицугая в своём капитанском халате. Как-то странно это прозвучало. Капитанский халат. Но по-другому не думалось. Судя по взгляду взрослой Рангику, она думала о том же. Мы невольно бессильно выдохнули. Явно привычка на всю жизнь называть эти накидки халатами. — Лёд круче, — сказала я, зная, что это наша общая мысль и Рангику-сан её не скажет. — Можно делать ледяных драконов, посылать громадные сосульки, всегда заморозить озеро и покататься на нём, даже мелкую крошку сделать снегом. Не тает мороженное, никогда не станет жарко. Я больше всего люблю именно зиму — она невероятно красивая. Его уши покраснели, как и скулы. Он кашлянул, кидая многозначительный взгляд на Рангику-сан, но та только старательно игнорировала его, задумчиво куда-то уходя. Он закатил глаза и сел на её место. Сделав вид, словно я ничего не заметила, продолжила: — Способность путешествовать в будущее или прошлое ничего не даёт. — Невероятные знания и способности, — закатил тот глаза, делая своеобразный комплимент-замечание. Я пожала плечами. — Обычно те, кто много знают, живут не так уж и счастливо. Знания только мешают. Да и то, что я узнала за сутки, было естественным будущим, к которому я и так стремлюсь. Рангику-сан только подтвердила, что оно обязательно настанет. А способность банкая на самом деле ничего не дала. Ну, почти. Казалось, он снова был удивлён и я не могла понять, почему. — «Будущее, к которому ты стремишься?» — переспросил он. — Что это? Теперь удивилась уже я. — Это то, что было вчера. Все счастливы. Я счастлива, Гин счастлив. Мои друзья рядом и тоже весело проводят время вместе, поедая сладости. Что ещё надо, чтобы быть счастливым? Он пристально смотрел на меня. Его брови не хмурились, он просто изучал моё лицо очень внимательным, недоверчивым взглядом. Но при этом словно ожидал что-то эдакое. — Твоё счастье странное, — сказал он, качнув головой и на миг прикрывая глаза. — Но оно твоё, этого не отнять. Я улыбнулась, довольно кивая. — Так что тебе дал банкай? Ты сказала, что он ничего не дал, а потом исправилась. Как бы ему ответить? — Он дал мне более ясную форму того, чего я хочу, — задумчиво сказала я. — Обычно это просто какие-то неявные мысли, которые изредка становятся чёткими, а сегодня я точно поняла, что хочу именно этого. Если вы станете параллельной вселенной, то я всё равно буду стремится к чему-то максимально похожему. Капитан кивнул, принимая ответ. — Доброе утро, — поздоровался Кира, заходя. — Доброе утро, — ответила я, улыбаясь новому лицу. — Утро, — чуть строго ответил капитан Хицугая. — Что хотите на завтрак? — Я на завтрак не останусь, — покачала головой, когда на мне скрестились взгляды. Их лица стали немного расстроенными. — Почему? — спросил Гин, прислонившись к дверному проёму. Я рассмеялась. — Потому что в моём времени меня будет ждать мой Гин и у нас будет свой завтрак. Вчера ведь так и не получилось провести время вместе, только вдвоём, — честно сказала я, потому что это было правдой. Они медленно кивнули. — Ты не перестаешь меня удивлять, Рангику-чан, — вздохнул он, подойдя ко мне. — А вот и я! — широко распахнула дверь Рангику-сан, — Я слетала в одну альтернативную вселенную и достала тебе пару халатов, пригодятся. — Чёрт! — воскликнула я. — Это же круто! Можно даже не платить за одежду! Просто создастся дополнительная вселенная, где эти одежды внезапно пропали! Это даже не кража! — А то! — подняла она большой палец. Мужчины закатили глаза, обречённо вздыхая. Это явно были споры будущего, так что я приняла с её рук (соблюдая отсутствие контакта как можно осторожнее) сумку, где явно была не только одежда. Потому что что-то чуть покатилось, я почувствовала. Нацепив её на спину, я кивнула взрослой Рангику-сан, а потом капитану Хицугае и Кире. Они ответили тем же, а потом я подошла обнять Гина. Он ответил крепкими объятиями. Я почувствовала себя так, словно могла свернуть все горы в округе, вот прямо сейчас. Невольно улыбаясь, развернулась к взрослой Рангику-сан. Она кивнула на середину гостинной и поэтому ноги сами повели меня в центр. Напоследок махнула всем рукой. — Большое спасибо! — сказала я. — Было очень здорово! Они улыбнулись в ответ, махая рукой. Рангику-сан взмахнула занпакто и рядом со мной открылся круг, куда я легко шагнула. Это был тот самый туалет, где я вчера провалилась в пол.