Я не могу без тебя.

Выбор уже сделан. Несколько недель я добивался этой дурацкой сделки, и в конце, когда эта идея уже стала казаться мне не слишком привлекательной, они наконец-то прогнулись. Чертовы русские. Лучше бы они никогда не показывались у меня на горизонте. Но бизнес есть бизнес, и я тщательно спланировал это соглашение, с прибылью от которого даже деньги от Макао покажутся смешными. Да, это господство над миром упустить нельзя. Сразу же встает второй вопрос, что делать с маленьким чудовищем, которое постоянно сует свой нос в чужие дела во время битвы за трон? Потому что прольется кровь. Много крови, а терять господство уже над завоеванной богатой территорией, которую я так бережно и долго окучивал, я точно не собираюсь. Конечно же, самым правильным решением было бы приковать его к кровати и надеть ошейник, чтобы «любопытной Варваре на базаре нос НЕ оторвали», но разум подает сигналы, что даже это здесь не сработает. От веселых мыслей меня отрывает звонок телефона, и сразу после поднятия трубки слышу льющийся голос Фейлона. - Слышал, у тебя на носу огромный улов, Асами? Что ж, удачи тебе, смотри, чтобы твою непослушную игрушку не отобрали большие дяди. На твоем месте я бы держал ее все время при себе. - Ты так вовремя, Фейлон. Слышать твой голос – это как подтвердить свое высокое положение. Однако, извини, мне надо бежать, развлечение с мальчиками у меня запланировано на вечер. Сбросив вызов, усмехаюсь про себя. Мда, мне интересно, неужто он и вправду о Такабе беспокоится? Хотя, жутко в этом сомневаюсь, судя по тому, к кому он пылает своей любовью. Так, шутки в сторону. Пока меня не завалили очередной порцией звонков, надо решить, что делать с мальчиком. Так, приказывать ему сидеть смирно дома несколько недель бесполезно, отправлять за океан – тоже не вариант. Значит только одно: дать ему его долгожданную свободу. Вот черт, мне совершенно не нравится это решение, но видимо, так будет лучше всего. Никто о нем не узнает, и он ни о чем не узнает. Идеально. Осталось снять с него именной ошейник. Ненадолго. А потом он опять будет моим. Сегодня вечером все решится. Я говорю тебе, что бросаю тебя. Обманчиво думаю, что ты начнешь прыгать и веселиться, что освободился от меня, но твое лицо выражает обратное. Как будто бы у тебя на глазах кого-то убили. Так, Асами, не дай его мордашке и своему внутреннему зверю испортить всю операцию. Рано утром оставляю тебя в кровати с тяжелым чувством, видя, что на твоих щеках засохли соленые дорожки от слез. Малыш, что ты делаешь со мной? Почему я чувствую, что что-то упускаю? Причем, что-то очень важное… Но не позволяю этому чувству отступить от плана, поэтому выставляю на стол все твои камеры, плюс те, что купил специально для тебя, потому что надеюсь, что они поднимут тебе настроение. Выдыхаю и выхожу из квартиры. Береги себя, малыш. Возвращение домой обернулось разочарованием, потому что ты оставил все «бонусные» камеры, и не остался со мной. Черт, черт, черт! Что это за мысли? Я же сам тебя прогнал! Тогда почему так неуютно одному? Что это за гнетущее чувство в груди? Так, не позволяй сомнениям отвлекать себя от работы! Остудив голову в душе, отправляюсь за компьютер и бесконечные звонки, чувствуя, что предстоит довольно долгая работа. Уже через две недели я почувствовал, как я скучаю по тебе. Раньше никогда такого не ощущал. Раньше я всегда знал, где ты, всегда мог поймать тебя, когда хотел, ты всегда сам подставлялся под удар, когда начинал скучать. А теперь я полностью понимаю, что этого делать НЕЛЬЗЯ, и ты не выскочишь, как белый кролик, и за тобой не погонишься, потому что тебя убьют. Ну уж нет, лучше я пострадаю сейчас, чем я буду страдать потом всю жизнь. Всю жизнь? Да, определенно. Ты останешься со мной на всю жизнь. Я так решил. Спустя три недели я все же вижу конец в этих бесконечных переговорах и проклинаю все на свете, потому что из-за невозможности увидеться с тобой у меня периодически срывает крышу. Слава богу, я могу себя сдержать на людях. Но дома… я сменил уже всю столовую посуду, потому что срываюсь из-за сраных мелочей и кидаюсь во все стаканами, чашками и тарелками. Это невозможно. Просто немыслимо. Я уже не могу без тебя, мой Аки. Мне невыносима сама мысль, что я не могу узнать, где ты, с кем ты, как ты. Конечно же, я предусмотрительно оставил рядом с тобой человека, который будет следить за тобой, но мне не позволено знать о тебе, потому что даже эту тонкую нить смогут проследить те, чье внимание совершенно не хотелось бы привлекать. Мда. Еще чуть-чуть и мы будем вместе. Месяц. Я не видел тебя целый месяц. Но сегодня спадет занавес с твоей жизни, и я наконец- то тебя увижу! Конечно, поначалу ты будешь брыкаться и плакать, но я сумею тебя успокоить. Я уже почти забыл, каково это, держать тебя в своих объятьях. На всех парах еду к тебе, взбегаю по твоей лестнице и с наслаждением слышу, как в твоей квартире отзывается дверной звонок. Слышу какое- то бормотание за дверью. Скрип половиц. Сердце начинает бешено биться, и я готов вырвать поскорее эту дверь с корнем. Дверь открывается… Я не узнаю тебя. Тебя даже нельзя назвать живым человеком. Ты ходячий труп. Сразу в голове проносится куча мыслей, но я вижу, что ты удивлен не меньше меня и намереваешься вот-вот потерять связь с реальным миром. Успеваю подхватить тебя перед тем, как ты соприкоснешься с поверхностью пола, подхватываю на руки, слыша стон сквозь обморок. Пытаюсь понять, отчего тебе больно, и ответ не заставляет себя ждать: окровавленный бок, который перевязан насквозь промокшим бинтом трудно не заметить. Что, черт подери, с ним произошло? Отношу его в комнату на кровать, спотыкаясь о гору бутылок. Мое нарастающее недоумение вперемешку со злостью почти сносят мне крышу, но пока я несу тебя, стараюсь сдержаться. Как только опускаю тебя, в моих руках оказывается телефон, и номер набирается просто на автомате. Гудок. Гудок. - Да, господин Асами? -А теперь время рассказать, что происходило c Такабой, пока я по какому–то недоразумению оставил его на твое попечение. С каждым словом, описывающим твои действия за этот месяц, зверею просто до предела. Что? Пил? Бросил работу? Взялся за странный заказ? Зачем? Зачем? Зачем? Это так на него не похоже! Что же так на него повлияло? Ответ приходит сам. Неужели я для него так много значу? Неужели он не смог жить без меня? В любой другой ситуации я бы был безумно этому рад, но не тогда, когда у моего любовника дырка в боку и он чуть ли не умирает. Успокойся, Асами. Все будет хорошо. Сделка завершена, поэтому ты снова сможешь забрать его к себе, делать с ним все что хочешь и никуда его больше не отпустишь. А сейчас пора наказать кое-кого, кто смотрит на меня глазами, полными недоумения. Пытаешься огрызаться? Ладно, я сам виноват во всем этом. Фейлон был прав. Этот ублюдок был прав… Увожу тебя в свою клинику, где мне детально рассказывают о твоих экспериментах над своим здоровьем. Вылетаю из кабинета, чтобы не разбить доктору нос. Сигареты. Сигареты. Где мои сигареты? Охрана тихо стоит в сторонке боясь даже подходить ко мне. И правильно делают. Я сегодня не в гуманном настроении, поэтому могут пострадать многие. Я. Во всем. Виноват. Если бы я не бросил его как маленького котенка, он был бы сейчас куда в лучшем состоянии. Возможно, положение пленника ему бы не понравилось, но зато бы он был жив-здоров. А не с простреленным боком, исхудавший, бледный и полуживой. Отвожу тебя домой и наливаю себе тройной виски. Все, он со мной, его больше никто не тронет. Надо успокоится. Ты смотришь на меня с ожиданием, а потом все-таки решаешься спросить: - Ты ничего не хочешь мне сказать, Асами? Что ж, придется быть откровенным, потому что я задолжал тебе. Начинаю свой рассказ и вижу, как у тебя выступают слезы. - Ты ублюдок, Асами! Знаешь, как мне было больно? Знаешь, как я скучал? Где ты был, когда я так нуждался в тебе? – кричишь ты, а у меня обливается кровью сердце. - Прости меня, маленький, прости меня... – единственное, что могу сказать я. Ты ни в чем не виноват, малыш, это все я. Из-за меня тебе было так плохо, я причинил тебе такую боль… Но больше я тебя никогда не оставлю… Никогда… Целую твое лицо, руки и, в конце концов, накрываю твои губы моими. Я безумно хочу тебя, но по медицинским причинам тебе сейчас нельзя напрягаться. А со мной тебе придется быть напряженным всю ночь… Я ласкаю тебя, познаю твое исхудавшее тело как в первый раз, пытаюсь держать себя в руках, но твои слова сносят мое самообладание к чертям: - Если ты не возьмешь меня прямо сейчас, я убью тебя! Больше я не помню ничего, кроме твоего горячего тела и языка. Просыпаюсь, потому что чувствую себя просто прекрасно, а не от того что мне приснился очередной кошмар. Под боком лежишь теплый ты, и ничего не может быть лучше в этом мире. Хочу немного поиграть с тобой, поэтому встаю из этого теплого рая, иду на кухню и готовлю тебе завтрак. На твой вопрос, где же столовые приборы, демонстративно показываю поедание булки руками. Боже, ты так соблазнительно ешь с моих рук, что я опять накидываюсь на тебя. После горячего и нежного секса ты набираешься смелости и спрашиваешь: - Ты ведь больше никогда не бросишь меня? Глупый, я собираюсь прожить с тобой всю жизнь! - Я никогда тебя не брошу. Обещаю. Успокаиваю тебя и устраиваюсь поудобней рядом. Да, любимый, теперь вместе навсегда.