Одно целое

С самого глубокого детства у них была или одна мозговая клетка на двоих (и так одна и осталась), или невероятно сильная миндальная связь. Они могли упускать половину слов (даже ключевых) в предложении и все равно прекрасно понимать друг друга. Люди вокруг в такие моменты смотрели на них как на поехавших, но какая разница. А иногда слова и вовсе были не нужны — достаточно посмотреть друг на друга секунд 10, и вот уже полноценный диалог с аргументами и обсуждением. После таких переглядываний окружающие иногда начинали задумываться — не владеют ли они телепатией? Телепатии не было и нет, только 400 лет вместе, миндальная связь и, возможно, одна мозговая клетка на двоих. Ситуация первая. Юг хотел бы быть сейчас дома и пить свой любимый холодный сладкий чай, но, к сожалению, жизнь невероятно жестока, так что он находился не дома, а за тридевять земель на очередном скучном саммите, который был абсолютно бесполезен и не нужен. Не то чтобы он хотел там быть, но выбора ему особо не давали — “встречи с союзниками — это важно”, видите ли. Особенно его раздражала эта ситуация потому, что обычно на такие саммиты ездил Север, а не он. Несмотря на то, что из них двоих Юг был более общительным и открытым (невероятно экстравертный экстраверт и еще более экстравертный экстраверт, социофобия и интроверты боялись их), с другими странами ему, что удивительно, было несколько сложнее ладить. Никто не знал почему. Это просто было так. В общем, находился он не дома и Севера не видел уже дня три, не переписывались с утра (что было той еще пыткой). Несмотря на это, в какой-то момент Юг явно почувствовал что-то не очень хорошее. Будто еще чуть-чуть, и их кухня сгорит к чертям. Благо, их миндальная связь не имела ограничений по расстоянию. Он сунул руку в карман своих брюк, достал оттуда телефон и сразу набрал родной и знакомый номер. В трубке раздались гудки. — Але? — послышалось по ту сторону провода, — судя по спокойному, а не восторженно-радостному тону, Север не посмотрел на номер, который ему звонил. — Даже не смей тесто замешивать и тем более в духовку ставить, ты спалишь кухню как в тот раз. Я завтра утром буду дома и все приготовлю. Так что отложи нахуй фартук и иди играть в Доту, или я вернусь и ударю тебя лицом о дверь с размаху, — в ответ была кратковременная тишина — Север обрабатывал поступившую информацию, как заторможенный компьютер (одна мозговая клетка на двоих, что поделаешь, мыслить иногда трудно). — И тебе привет, я тоже тебя люблю, — тон голоса был несколько ошеломленным, — но как ты, блять, узнал, что я готовлю? — опять тишина в трубке, на этот раз с другой стороны, — да, ты прав, чет я какую-то хуйню несу… Но вот в чем проблема... — он сделал небольшую паузу и осмотрел кухню вокруг себя, — ну, как там работа идет? Ситуация вторая. Пока на трибуне выступал президент, эти два оболтуса сидели на стульчиках у задней стены и залипали в телефоны в молчании. — Даже не смей шутить такое здесь, мы на публике, — Север прервал тишину и резко ткнул брата и по совместительству фактического мужа в бок локтем, заставив того закатить глаза. — Я даже не сказал ничего, — наигранно обиженным тоном возмутился Юг. — И что? Я все равно знаю, ты собирался пошутить шутку, за которую в нормальном обществе нахуй шлют. — И что? Мы же с тобой не нормальное общество, — с туповатой улыбочкой возразил он. Спустя пару секунд молчания, он выдал, — африкан-... Договорить ему не дали: Север зажал брату рот рукой и отвесил подзатыльник, хотя по нему было видно, что он уже понял продолжение шутки и еле сдерживал смех. — Дома такое шутить будешь, — ударив Юга еще раз, он снова обратил внимание на экран телефона — политическая сторона Твиттера сама себя не прочитает, в конце концов. Остаток речи президента они провели в тишине, хотя иногда и обменивались молчаливыми диалогами.