Не разбойники, а пираты!

*** Девушка поспешно шла по коридору поместья. Сейчас нужно было найти Ториса и прогуляться по саду. За эту короткую прогулку она могла убедить его в чем угодно и разузнать все что угодно, поэтому нужно было торопиться, пока на этого незадачливого паренька не надавил Феликс. Она вдохнула глубже и прокрутила в голове еще раз слова, которые должна была сказать Литве. Пусть ее мнение не имело прямого влияния, однако она отлично умела убеждать Ториса в правоте ее мышлений. А его мнение играло роль в судьбоносных решениях. Вдали послышались знакомые голоса, и она замедлила темп, стараясь, как можно тише шагать по деревянному полу, что бы те не прекращали разговор. С приближением она стала отчетливее и отчетливее слышать тему разговора. Сердце забилось чаще в предчувствии чего-то грандиозного и естественно конфиденциального. — Черт… почему ты раньше не сказал? — Поэтому я и сказал ее увезти. Она не должна знать о прибытии Брагинского. А тем более он не должен знать об исчезновении одной из сестер,— она резко остановилась, понимая, что речь идет о брате. Сердце бешено забилось и казалось, что оно сейчас выскочит из груди побежит прямиком в сторону родины. — Ты хочешь сказать, что он может ее забрать? — Нет. Не сможет, даже если захочет. Пока что слаб,— Украина очень удивлялась обыкновенной манере разговора Польши, а еще больше его серьёзному тону при обсуждении,— но в коалиционном соглашении вполне может напасть… — Тогда я пошел…— девушка сделала еще пару шагов вперед, подходя поближе к дверному проему. — Подожди, Лит…— она прикрыла рот рукой, чтобы не показать свое присутствие громким возгласом. Дело в том, что Польша подтянул к себе Литву и поцеловал его в губы. У Украины от этой мысли помутнело в голове, но она быстро сообразила, что нужно уходить отсюда. К счастью, рядом была еще одна комната, в которую девушка собственно и зашла. Послышались шаги за закрытой дверью, и она спокойно отвернулась, осматривая, что находится внутри. — Расставили все по местам? — Да, мы догоняем корабль,— Джек подошел к Артуру, оценивающе смотря на его сопровождающую даму. Белоруссия в ответ отвела взгляд в сторону, рассматривая преображенную палубу. Вокруг были клетки, расставленные в высоту с метра три, откуда выглядывало множество животных, в большинстве своем — курицы. Рядом лежали скрученные ковры и всякие мешки с сомнительным содержанием. Везде разгуливали вполне обычные моряки, чему очень сильно удивилась Белоруссия. Но повернув голову в сторону Артура, она заметила, что даже и он был одет простовато: короткая куртка серого цвета, бриджи аналогичного цвета, потрепанные башмаки. Только красный шейный платок с золотой брошью выдавал его статус и ранг. — Отлично. Приблизятся, тоже идем на косое сближение,— он двинулся в другую сторону, держа под руку девушку. Она старалась уверенно и живо шагать, но периодически сбивалась из-за неудобных туфель. Глаза бегло скользили по палубе, по доскам, по отверстиям, по клеткам, даже по морской воде – она старалась запомнить все до мельчайших деталей, что бы доложить об этом в Речи Посполитой,— интересуешься? Она отвернула голову, притворяясь, будто бы вопрос был направлен не к ней. Но Артура это не устраивало, и он резко остановился, поворачивая к себе Белоруссию. — Смотри не снимай,— он снял со своей шеи платок и прицепил его на шею девушки. Этот цвет не только идеально подходил под бордовое платье, но даже ярче подчеркивал богатство костюма. — А то что? — А то узнаешь, что будет…— он резко двинулся, хватая на сей раз за ладонь,— я не люблю шутить…,— ответить она ничего не могла, ведь повышающаяся температура понижала ее хладнокровность и колкость, поэтому она просто промолчала, покорно следуя за пиратом. Они поднялись по ступенькам выше на ют, где уже стоял Джек, рассматривающий вдали корабль. Из-за загущающегося тумана становилось все хуже и хуже видно море, но пиратов это не пугало, кажется, этих «разбойников» всему научила жизнь. — Ну-с, капитан, вот и добыча идет. Как делим? — Делишь кожу не убитого зверя, Джек? Если абордаж пройдет удачно, то я тебе скажу, сколько достанется лично тебе,— Джек хлопнул друга по плечу и кинул еще один взгляд на Наташу, точнее на платок на ее шее. — Юджин, левый галс!— мужчина покорно исполнил приказ, поворачивая корабль. Девушка повернула голову влево и вдали увидела знакомое судно. Она встряхнула головой, моргнув пару раз, однако голова предательски била тревогу по поводу привычного кораблестроения. Кто-то спустил последних два паруса за кормой, и движение корабля значительно ускорилось по приближению к корме. Она сглотнула, и сердце начало биться в унисон секундам, которые отсчитывала Наташа до столкновения. — С грот-мачты снять паруса!— Артур отпустил ее руку, делая несколько шагов вперед,— левый галс! Идем четко за кормой! Приготовиться к абордажу! У носа корабля столпилось человек пятнадцать, слушая приказы своего капитана. Сам Артур тоже хотел направиться туда, но все еще стоял на месте так, как помнил, что позади него Наташа. Но как только начала все четче и четче проявляться корма с различными деревянными росписями, то капитан вошел во вкус захвата добычи и немедленно скрылся с юта на бак поближе к своим подчиненным. Девушка слышала каждое слово, отдаваемое его экипажу, по поводу подготовки и невольно удивлялась такому умелому ведению захвата. Она и не заметила, как позади начал виться Джек, якобы присматривающий за драгоценной «вещью» капитана — все внимание было приковано Артуру. — Думаю, тебе следует пойти обратно в каюту,— девушка кинула презрительный взгляд на подчиненного Керкланда и не промолвила и слова,— я тебя могу проводить… «Отличная идея, но нужно скрыться без этого… змея…»— она направилась на заднюю часть кормы, рассматривая туманное море. Пират внимательно наблюдал за ее действиями и думал, как бы выманить ее на нижнюю палубу, пока до него не дошло – нужно скрыться из ее поля видения, а потом неожиданно напасть. Через мгновение «разбойника» уже не было на юте, и девушка в одиночестве глядела в непроглядную даль. «Голова кружится и еще и кидает в жар. Лучше, действительно спуститься в каюту…»— она развернулась в сторону лестницы, что бы спускаться, как корабль тряхнуло. Наташа мгновенно присела, смотря вдаль на нос. Корабль пиратов настиг торговое судно Российской империи, и сейчас команда пыталась закрепить нос на корме судна с помощью абордажных крючков. Судно, как могло, так и оборонялось, но на корме располагалось слишком мало пушек, и они были в невыгодном положении для выстрелов, поэтому все ядра промахивались по воде, создавая подводные толчки. Через секунду послышались взрывы на торговом судне, на корме поднялся дым, а кое – где скакали искры. Кто-то из экипажа перепрыгнул на юту захватываемого штурвала и убил управляющего рулем, победно вскрикивая: «Цепляй!» — Белоруссия узнала в этом голосе Артура. Еще один толчок и она подкатывается к лестнице, хватаясь за укрепления палубы. Судя по всему, пираты все же закрепили нос своего корабля за корму атакуемого, ведь там послышались выстрелы и звуки сабель, но этого девушка не видела – в голове помутнело. — Попалась…— резкий удар в спину и она падает на нижнюю палубу, катясь по ступенькам. От сильного удара голова начинает сразу лучше работать, однако на несколько секунд, за которые девушка заскочила в какую-то дверь. «Здесь должна быть каюта…»— но Наташа в спешке скрыться ошиблась дверью и сейчас оказалась в другом месте, совершенно не знакомом ей прежде. Длинный коридор плохо освещался, да еще и все плыло перед глазами от недавних событий. Девушка выхватила свой любимый нож из кармана платья, поворачиваясь к двери, которая тот час же открылась, и темный силуэт вошел внутрь, немедля двигаясь на Белоруссию. В руках у человека был какой-то обломок, которым он замахнулся для удара. Наташа немного присела и резким выпадом попыталась встромить нож в живот оппоненту, однако тот увернулся, зацепив руку девушки. Она быстро побежала назад по коридору вглубь корабля, оглядываясь на врага — человек все также уверенно преследовал ее. Решив, что нужно куда-то деться для неожиданности атаки она резко свернула в одно из помещений, становясь сбоку спиной к стене для нанесения удара. Однако когда девушка попыталась ударить противника, тот умело не только отбил нападение, но и вырывал из рук нож своим приспособлением. Холодное оружие прокатилось по полу и скрылось в темноте позади девушки. Она начала неуверенно отходить назад, понимая, что сейчас проиграет. Тело панически трусилось, ограничивая действия. — По-па-ла-сь! В тот момент, когда корабль тряхнуло, то мужчина резко двинулся на Наташу, замахиваясь обломком для удара по голове. Она смогла сделать еще один шаг назад от движений корабля, как получила приспособлением по голове, отлетая вбок и ударяясь головой об то ли стену, то ли тумбу. «Господи, даже на войне проще…»— она попыталась приподняться, держась за стену. Корабль еще раз трухнуло, и нападающий отступил на пару шагов назад. — Жива еще? Белоруссия потянулась рукой повыше и поняла, что это тумба, ведь наверху лежала доска и капуста, а рядом, значит, должен быть нож. Собирая остатки сил, она схватилась за край покрытия и встала, начиная искать что-то на столе, но требуемого ножа не было. Зато в блеклом свете можно было разглядеть сковородки, прикрепленные на стене. Выбора особого не было, и Наташа схватила самую большую сковородку, вспоминая удары Элизабет. «Гилберту сильно доставалось от этого грозного оружия»,— она прислонилась телом к тумбе и приготовилась к нападению, ведь парень снова двинулся на нее. Он еще раз замахнулся и ударил, но в этот раз она отразила удар вбок, отходя вправо, а противника направляя влево. Звук от столкновения был глуховатым, поэтому Наташа поняла, что оружие с одной стороны деревянное, а с другой — железное. Еще несколько шагов назад и девушка наступила на свой нож. Обрадовавшись удачи, Белоруссия наклонилась и взяла его в другую руку, как получила еще раз по голове. Сковородка упала на деревянный пол, а девушка следом упала на живот, стараясь немедленно подняться, но это не получалось – силы покинули ее. В глазах все плыло, и Наташа отлично понимала, что сейчас потеряет сознание, не смотря на слабый удар. Мужчина схватил ее за волосы и поднял на колени, смотря в глаза. — Живучая, я смотрю,— он выхватил из руки нож и оттолкнул ее от себя. Белоруссия упала на спину, как кукла, абсолютно никак не реагируя на поступающую боль в уровне головы,— а теперь – умри! Противник встромил нож в область сердца и несколько раз стукнул по нему для собственного то ли удовлетворения, то ли удостоверения в попадании. Наташа на миг распахнула глаза, а потом просто перестала двигаться, медленно прикрывая свои веки. Парень довольно кинул взгляд на убитую девушку и вышел из камбуза. Зажав ее рукой, он медленно побрел вперед, бесцельно оглядываясь по сторонам и чувствуя, как течет по пальцам горячая кровь, алыми каплями разбиваясь об землю. Рана еще свежая, недавние опыты в лабораториях лагеря давали о себе знать – швы никто и не думал накладывать, а рваные края не затянулись сами по себе, как было раньше, и теперь болели все сильнее. На руках виднелись многочисленные царапины, синяки и кровоподтеки, отчетливо заметные на бледной коже алые следы, оставленные ночным побегом под проливным дождем…