Мы ведь... Мы ведь тебя ждем...

Солнце ласкало лицо мальчика, лежащего в своей кровати. Сегодня у него день рождения и поэтому его никто не разбудил. Мама мальчика готовила завтрак, вкусные блины с мёдом. Из кухни донесся ласковый голос матери : -"Владик, сынок, пойди разбуди своего брата, а то он все пропустит"- Вова притворился спящим, дабы его якобы разбудили . -"Вставаай! -" жалобно пищал Владик, не в силах разбудить брата, который не просыпается даже если его ущипнуть. Кряхтя и потягиваясь, Вова наконец встал с мягкой и прохладной кровати. Теплый зелёный чай уже стоял на столе , разлитый в разноцветные кружечки. Печенье тоже уже стояло на столе. Оно было в заманчиво выглядящей упаковке, руки уже тянулись открыть коробочку с изумительным печеньем. Одним легким движением удалось снять крышку. Жаль, что отец прийти не смог. У него работа. Зато мама стояла рядом с Вовой, поглаживая его светлые волосы своей маленькой ладошкой. Быстро допив чай Вова и Влад хотели побежать гулять, но мама их приастоновила. Она хотела вручить подарок. В ее руках лежала небольшая шкатулка. Она была резная, деревянная. Приоткрыв коробочку, с неподдельным интересом, Вова увидел браслетик. Браслетик, о котором он давно просил. Такой же браслет красовался у его отца на руке, когда они в последний раз виделись (4 года назад). Поблагодарив свою маму, Вова чмокнул ее в щечку и побежал на улицу. В тот день было тепло. Лето на дворе. Вова был одет в синею футболку и голубые шорты , а Влад -в зеленую ветровку и шорты, телесного цвета. Мать (Мария) осталась дома. Мария не беспокоилась о детях, ведь она учила из правилам безопастности и прочему. Жили они в деревушке, окруженной полями и дорогами к другим деревням и выездом из деревни. В деревне все друг друга знали и поддерживали хорошие отношения. Даже полиция редко к ним заезжала, так как инцидентов никаких не было Ребятишки резвились в поле. Другие дети были в городе, так-что Влад и Вова играли вдвоем. Уже вечерело, а ребята до сих пор не пришли домой ни на обед, ни на ужин. Мария решила сходить по проведать ребят. На дорогах их не было, зато они часто играли на небольшом пустыре, вытоптанном уже очень давно. Пустырь находился примерно посередине поля, но туда было легко дойти. По дороге не должно было быть кочек, но сегодня было исключение. Мария обо что-то споткнулась и с глухим стуком упала на мокроватую землю. Было больно, но жидкость на земле была приятная и теплая. Дождей не было уже дней пять. Откуда здесь вода. Мария попыталась встать, а жидкость, словно густая смола, прилипла к ней вместе с землей. Проведя пальцем по щеке , Мария не сразу поняла, что что было. Кровь,сцеплённая с землей , потихоньку капала с руки. Может она ударилась и разбила голову? Два маленьких ботиночка выглядывали на небольшую тропинку. Лишь спустя время она поняла, это был Вова. Может это галюцинации? За полем послышался звон , по видемому, полицейской машины. Кто-то догадался ее вызвать. Приглушенный рев полицейской машины продолжал звучать, пока Мария продолжала смотреть на небольшой бордово-красный ручеек, текущий от ее сына. И вот, Мария сидела в полицейском участке, нервно постукивая ботинком по полу. Через час к ней подошли несколько полицейских. -"Они живы? "- спросила Мария, надеясь на положительный ответ, но последовало молчание. Оба полицейских , вздохнув, сели за стол, напротив женщины. Один из них молча достал пару-тройку фотографий. На нескольких из них был изображен Владимир, с перегрызенным нечеловеческой пастью горлом. Следы укусов и рваных ран указывали на нападение волков. Скорее всего он недолго мучался, по крайней мере на это была надежда . На остальных фотографиях был изображен так-же мертвый Влад. По словам полиции он увяз и захлебнулся в болоте. Старший сын Владимир скорее всего пытался прогнать волков, а Влад хотел сбежать. В итоге ничего не вышло у обоих. -" Вас считают в этом виновной, знаете ли вы это? "- спросил второй полицейский. Мария уже их не слушала. Она спокойно встала из-за стола и покинула участок. Придя домой она увидела Вову, сидящего за столом. Он был изуродован. Он плакал, и просил, что-бы она его нашла, что-бы откликнулась на его зов о помощи . Мария залилась слезами . Как она могла такое допустить? Смерть собственных сыновей. Такое перенести она не могла. Призрение со стороны соседей, смерть сыновей. Она была беспомощна. Решительно подойдя ко столу, Мария взяла нож и замознулась им в облость живота. Держа футболку зубами, Мария сильно стиснула челюсти. Зубы болезненно прорезали дёсна. Нож уже был над головой. Мария могла лишь вспомнить те прекрасные дни вместе с сыновьями. Нож, рассекая воздух, устремился вниз. Жизнь не пронеслась перед глазами. Не было боли. Было лишь приятное ощущение освобождения. Рухнув на пол, Мария чувствовала теплый ручеек, стекающий вдоль руки к ладони, огибающий металический браслет. Такой же браслет, как и у Вовы, как и у Владика. Даже слегка улыбнувшись, Мария засыпала то-ли от усталости, то-ли от чего то ещё. Веки медленно закрывались . Стоило лишь подумать о сыновьях, как на душе теплее. Может она встретит их как-нибудь ещё раз.