СОБОР. КНИГА IV. ☨ ПЕРВОРОДНЫЙ ФАНАТИЗМ ☨

— Оскар дома? — В пещерах с Фиелькой. — Нера? — Обустраивает пчёлке Пыточную. — Значит, ты одна? Ларри зашёл в дом Шиме и закрыл дверь на щеколду. Поцелуй набросился с жаром. Пятясь, я повела его в комнату на кровать Неры и Фронто. — А Жанин? — Шьёт Альфи новое постельное бельё. У нас есть час. Брюки с подтяжками и белая рубашка валялись на полу, как и моя юбка. — Я сниму с тебя эту маечку? — он навис надо мной, обнажённое тело приятно придавливало. — Можешь снять не только её. Лось набросился, как тигр, и перевернул меня на живот: — Не против, если начнём так? Очень хочу помять твою попку. — Разрешаю не только помять. — Обожаю тебя, — горячее дыхание обожгло шею. — У тебя гон начался? — Такова сущность лося. С Ларри у нас всё: виды, позы. Секс в сорок пять лучше, чем в пятнадцать, а возлюбленный в сорок девять жарче, чем в восемнадцать. — Я попозже приму твоё предложение пройти за кулисы, — он шлёпнул меня по левой ягодице. — Пока что, — Ларри лёг и схватился за груди, — моя ягодка на сцене. Ларри медленно вошёл и притянул к себе. Только что я лежала на животе, а теперь сидела у него на бёдрах и спиной чувствовала волосы на груди. Сильные руки прошлись по рёбрам и опустились на промежность. — Очень много частей твоего тела у меня там. — Что предпочитаешь оставить? — Всё. Я двигалась на нём, пока длинные пальцы поочерёдно, лаская малые губы, входили внутрь. Ларри нравился мой крест на шее. Он один из немногих, кто интересовался, как метка соединилась с плотью. — Луна, благослови человека на хорошую удачу и успех. С новой луной пусть ждёт его новая, счастливая жизнь. — Ты сейчас произнёс цыганскую молитву на удачу?! — Да, потому что собираюсь пробраться за кулисы, — Ларри перевернул меня на бёдрах и вышел. — А если я передумала? — я притянула за подбородок и поцеловала. — Ты? Проверим? — он посадил на себя и вошёл с пальцами. — Всё ещё хочешь? Я держалась за шею. Ларри помогал рукой, сжимая ягодицы, глубже насаживаться на кар. — Мне закончить? — в голосе сарказм. — Нет! — оргазм приближался, поэтому хотелось настигнуть пика в такой позе. — Я оторву тебе яйца, если ты сейчас выйдешь из меня! Паховая область загорелась, бёдра прошибла конвульсия. Большой нос уткнулся в ложбинку. Я продолжала биться в предсмертной агонии после того, как Ларри перестал в меня входить. Дары Кали Марии — поцелуи, которые покрыли тело Бутурлини. — Я могу сразу же продолжить, но не подаришь для начала особый поцелуй? — он откинулся на руки. Я опустила голову к жертвеннику. — Только… — Ларри выплёвывал воздух со стонами, — не переусердствуй… а то я… не смогу… — Что-что не сможешь? — я оторвалась от занятия, которое так его удовлетворяло. — Оставить белые капли на твоей груди. — Хочешь кончить мне на сиськи? — Обмазать соски. Пальцы обхватили основание члена: — Твой кар настолько священен. — Комплименты… я сейчас сгорю от смущения. — Главное — не перегори. Я отскочила к изголовью кровати, но Ларри поймал меня за лодыжку. — Повернись ко мне спиной, — произнёс бархатный голос. — Может, сначала подаришь свой особенный поцелуй? — я засунула его пальцы в себя. — Потом. В конце ты почувствуешь мой язык так сильно, как ещё никогда не чувствовала. Мы держались за железные прутья и получали наслаждение: Ларри — от нахождения во мне, я — от чувства его любви. Его бёдра соприкасались с моими, то и дело Ларри мял задницу, и я представляла, как длинные пальцы оставляют красные полосы на коже. Спина намокла от его пота. Ларри прижал меня к груди, обвил руками, как цепями Бутурлини, и с левой стороны кожу обдало холодом — серебряное кольцо морозило сердце. Ларри встал на одно колено и кивнул на кар. — Укушу, если начнёшь молиться. — А я тебя ужалю. — Ты больше не пчеловод, а лось. Он всегда будет пчеловодом, как бы не оттаскивай его от ульев. Семейное дело не вытащишь из-под кожи. Пока я угождала ему, он держал мои волосы и любовался процессом. — Тогда… тогда я упрусь головой тебе в живот, словно рогами, и ты не сможешь вырваться из моих губ. Я слегка его прикусила, но Ларри это понравилось. — Я благодарю Вселенную за дар любви! — он поднял руки. — Ведь предупреждала же! — Ты первой меня укусила. Ларри поднял мою голову и поцеловал, положил на спину и провёл каром между грудей. Когда первая капля коснулась кожи, я провела языком по головке. Соски покрылись спермой. Втирая её ладонями, Ларри опустил лицо под живот и остановился ниже лобка. Пальцы сковали талию, зелёные глаза смотрели с наваждением. Он не укусил меня, как я его, но язык, кажется, достал до матки. Ларри целовал грудь и водил каром по половым губам: — Понравилось? — Очень, — я приманила его, и, целуя меня, он улёгся на плечо. — Расскажи об Оскаре. Скажи правду. — Его нет. Он умер. — Когда? — Очень давно в Капелле Ману. — Как это произошло? — Глупо. Мы с Нерой хотели спасти его, а в итоге убили. — Почему ты мне ничего не сказала? — Сказать, что в теле твоего друга живёт Мелало? — Двухголовая ворона, которая заражает людей бешенством? — Я так назвала его, когда мы с Шиме поняли, что в человеке живёт второе существо. — Ты знаешь, кто внутри покровителя? — Родовой бес Морару. — Бабка?! — Ларри подскочил с груди и вытаращил глаза. — Да, он получил от неё дар, но этим даром оказался бес. Ларри смотрел на меня, будто что-то вспоминал: — Бабка Морару лечила людей, а её внук выбрал сторону губителя. Но знаешь что… иногда он помогал нам, жителям Собора. — Ему необходима жатва, в погоне Мелало найдёт призвание. — Считаешь, таким образом он успокоится? — Нет. Пускай нечисть мучает чужих людей, а не своих. Ларри лёг на меня и провёл носом между грудей: — Что он делал с тобой и Нерой? — Хочу, чтобы ты знал, — я взяла его лицо. — У дочери случаются психические припадки. Они появились, когда на её глазах отец… в общем… во время таких припадков Нера калечила Оскара. Видел, может быть, шрамы у него на плечах? — Нет, но слышал об этом. — Нера ничего не сделает Фронто. Думаю, она открылась ему, потому что стала спокойной и менее раздражительной. — Потому что начала заниматься сексом с Фронто? — Ларри! — я схватила за длинный нос. — Подсматриваешь за ними? — Конечно нет! Я к тому, что… он дарит ей любовь и нежность, да, он удовлетворяет её. Возможно, поэтому Нера потеряла психические припадки? — Она не покалечит его, — уверено произнесла я, — иначе Нера не простит себя за это. — Ты меня предупреждаешь, чтобы я не удивлялся, если когда-нибудь увижу шрамы на теле сына? — Не вини её за раны, а его — за молчание. — Как победить Мелало? В любом случае ты задумывалась об этом и за многие годы разработала план. — Я знаю, чего он жаждет. Как победить нечисть? Не могу сказать, мне нельзя думать об этом, потому что бес способен залезать в голову. Выключи мысли, Ларри, иначе он подчинит тебя. — Энтони в курсе? — Уже давно. — Что сказал пастор насчёт Неры? Он даёт гарантию, что отец не тронет дочь? — Я даю тебе такую гарантию. Ларри, — я убрала назад седые кудряшки, — придёт время, и Нера с Фронто поженятся. И тогда… — Ты увезёшь Мелало из Собора. — Далеко. — Не хочу тебя отпускать. Ларри оттянул губами кожу на груди и целовал, жадно глотая запах моего тела. Придёт время, и нам придётся с тобой расстаться. Я спасу тебя, а ты будешь страдать. — Приготовила бесу обед? — Да, в мои обязанности до сих пор входят кормёжка нечисти и уход за местом его обитания. Блин, ещё ежа искать на завтра. Возьму Тауншенда в помощники. Поздно вечером пойдём на поиски. — А ублажать теперь будешь меня? — Ларри сел и обвил моими ногами талию. Большие пальцы ласкали внутренние стороны бёдер. — Чувствую себя любовницей. — Скоро всё изменится. Я перестану бегать к тебе за сексом. — Отрекаешься от меня, Тауншенд? — я стукнула кулаком в живот. — Никогда. Отныне мы перестанем скрывать похоть. — А как же Жанин? — я откинулась спиной на кровать. — Жить надо по любви и любовью. Ларри поставил кулаки на уровень моих рёбер, склонился и поцеловал. Кар коснулся лобка, и я кое-что почувствовала. — Какой же ты дурак, — провела рукой по правому предплечью, где со временем цветная татуировка посинела и покрылась волосами. — Я сплю с мужчиной, у которого наколота мышка. — Попрошу не обижать её. Это Гаечка, и она мне очень нравится. — Ларри, кажется, твой… гаечный ключ… — Встал? — он запрокинул голову и заорал. — Мой кар настолько священен! — Я не откажусь от второго раза. — Ладно, — Ларри опустил взгляд на промежность и вошёл. — А когда мы закончим, собирай вещи. Так уж и быть, освобожу полочку в шкафу под твои платья и юбки. Мы занялись сексом в очередной раз, пока его жена шила постельное бельё человеку с татуировкой Вжика, а мой муж заговаривал зубы костяным гигантам.