стадия понимания наполовину пройдена

      Она, стоя рядом со стойкой ди-джея, которая находилась на выступающей поверхности, служившей своеобразной сценой, блуждала взглядом по толпе, пытаясь выцепить им темноволосую кудрявую макушку.       Пришли они с Кисой на эту тусовку, место проведения которой оказалась чья-то хата, как казалось, находящаяся за тридевять земель от города, вместе. Они даже оделись под стать друг другу, что произошло совершенно случайно.       Лиза переворошила весь свой гардероб в поисках того самого, цепляющего все взгляды, образа. На кровати был беспорядок из лежащих на ней плечиков и всевозможной одежды, которая явно сегодня не пришлась по вкусу брюнетки.       Записывая кружок в телеграмме, где была показана вся гора скомканной и разбросанной по всей кровати одежды, девушка жаловалась, что, не найдя нужного, она обрела завтрашнюю головную боль в виде уборки этого беспорядка. Киса Ахуеть, че у тебя так много одежды Миллионерша блять Теперь ясно куда все деньги сливаются И точно ли завтрашнюю? Зная тебя, эта гора может и месяц провалятся

Барс

Могу поделиться Не желаешь явиться на пати в коротенькой юбчонке?

Киса Я – нет, а вот ты, разумеется, да       В голове что-то щёлкает и Лиза вспоминает про свою чёрную юбку выше колена. Пока она едва не залезает с головой в шкаф, ища наконец-то нужную вещицу, начинает выстраиваться план дальнейших действий.

Барс

Кис, ты гений За сообщение с месячной уборкой уебу

Киса Эй-эй, полегче, мадам. Я вообще-то ещё очень молод и слишком сексуален, чтобы красоваться с синяком под глазом

Барс

Недельный макияж придаст твоей сексуальности большего шарма

Киса Значит ты уже не отрицаешь мою сексуальность?) Ещё бы, видела бы ты как пиздатейше я выгляжу)) По круче тебя буду

Барс

Э, ты берега не попутал? Солнц, сегодня я собираюсь затмить всех, кто там будет, своей красотой И уж поверь, все девчонки будут хотеть переспать со мной, а не с тобой))

Киса Полегче, милая. Не уверен, что ты справишься с такой огромной толпой девчонок)       Лиза хмыкает и переходит в чат с Ритой, которая поторапливает её, ибо та уже на стадии завершения своего макияжа.       Появляется она в той самой чёрной юбке и белой рубашке. Сверху накинут укороченный чёрный пиджак, на ногах капроновые колготки тёмного оттенка и чёрные ботинки. Дополняет этот образ чёрный галстук, который она нашла в самом дальнем углу ящика, а после ещё вспоминала, как правильно его завязать.       Когда она оставляет свою куртку среди огромной кучи других, выходит из тесного помещения, которое больше походило на подсобку, и сталкивается с Кисловым, который уже успел оставить её. Смотрят друг на друга, удивлённо моргая, казалось, поверить не могли.       На Кисе чёрная водолазка, в которой увидеть его является огромнейшей редкостью. Штаны такого же чёрного цвета, а на ногах самые обычные кроссовки.       — Чëрт, да мы же выглядим как брат с сестрой! – восклицает Басова после затянувшейся паузы, радостно улыбаясь. Ей определённо нравился такой исход событий.       Но только вот Киса совсем не по-братски по ней взглядом скользит, задерживая его на длинных стройных ногах. И только поэтому до него чуть позже доходит смысл сказанного его подругой.       Они действительно выглядят гармонично рядом друг с другом. Но Кисе хочется поспорить с тем, что они выглядят как брат и сестра. Они, совершенно наоборот, больше на пару похожи.       — Бля, Кис, тебе так идёт, ты бы знал, - она всё ещё разглядывает его. – Боюсь, ты не оставишь вообще никаких шансов другим парням на девочек. Сжалился бы, а.       — Бля, Лизк, это я боюсь, что ты не оставишь никаких шансов другим девчонкам на парней. Нарядилась так, что даже мне удержаться трудно рядом с тобой, – ухмыляется, ловя хитрый взгляд напротив. – Выглядишь как самая прилежная ученица. Вот че ты в школу в таком не являешься, я бы хуй пропустил хотя бы один урок.       Басова тянется за своим смартфоном и подзывает парня к себе, становясь напротив зеркала. Такое грех не запечатлеть на память, поэтому Киса кладëт свою руку ей на талию и притягивает ближе к себе. Выходит вполне неплохое фото, которое Лиза разглядывает минуту, не меньше, а после, улыбаясь, движется на поиски своей блондинистой подруги.       Оставив его там, возле зеркала, она больше его не видела, хотя тусовка со временем набирала обороты и находилась сейчас в самом разгаре.       Рядом возникает Локон и поэтому ей ничего не остаётся как обратиться к нему.       — Слышь, ты Кису не видел случаем? – старается перекричать громкую музыку, чтобы её было хотя бы немного слышно.       — В последний раз видел я его рядом с баром, дальше не знаю, потерял с поля зрения.       Басова кивает и отходит от него, спускаясь с импровизированной сцены, всё-таки решив проверить бар. Там она находит Риту, которая в открытую заигрывает с каким-то пареньком.       Лиза улыбается, ведь прошло наверное минут двадцать, как она её оставила одну.       — Ритусь, ты Кису не видела? – поворачивает её к себе, привлекая внимание. Парень недовольно сверлит брюнетку взглядом и настроение его, определённо, подпорчено.       — Только тут был вместе с Хэнком. Оба, как мне показалось, нажрались уже, возможно, под кайфом. – наклоняется к её уху, чтобы слышно было.       — Спасибо, родная. – чмокает в щëку и отходит в сторону диванов.       Там то удача и решила повернуться к ней лицом, ведь находит она своё потерянное кудрявое чудо. Он сидит, откинувшись всем телом на спинку дивана, потирая переносицу, в компании парней и совсем немного девушек.       Лиза подходит и забирается на него, стараясь сделать это максимально аккуратно, ибо своё бельё на показ пьяным телам предоставлять не хочет совершенно.       Киса немного вздрагивает, затуманенным взглядом глядя на Басову. Опомнившись, он притягивает её к себе вплотную, ибо замечает с какой заинтересованностью заглядываются на девушку окружающие их парни.       — Чë смотришь? Не про твою честь, блять. – оставляет свои руки на бëдрах брюнетки, чуть сжимая их. Лиза улыбается, ведь нравится, когда Ваня ограждает её от подобных особ.       — Ки-и-ис, ты чë такой какой-то не такой. – берёт его за щëки, немного повертев его голову, с прежней улыбкой оставаясь.       — Это в каком смысле? – немного прикрывает глаза, наслаждаясь касанием.       — Вялый какой-то что-ли. – перемещает руки ему за шею, заключая в замок. – Напился уже?       — Конечно, Лизок, а ты че думала? Туса в самом разгаре. И уж поверь, в постели я нихуя не вялый. – тянет её немного на себя, утыкаясь носом в девичью шею. – Но спать хочется пиздец как.       Басова всё ещё улыбается, а желание Вани поспать вызывает в ней ещё большее веселье. Немного отстраняет его от себя и короткими поцелуями осыпает лицо, заставляя того прищуриться и начать улыбаться.       — Не спа-а-ать! Может, пойдём уже отсюда? – видит, как он потирает глаза.       Ваня, на удивление, соглашается легко и просто. Обычно его не вытащишь с дома, пока вся движуха не закончится. Ну или пока не оттрахает какую-нибудь девочку на один раз.       Пробиваются сквозь толпу и заходят в то самое помещение, в котором лежали куртки. По пути Кислов замечает несколько направленных мужских взглядов на прелести фигуры своей спутницы. И он уверен, что не будь его рядом, то кто-нибудь из них да подкатил бы к ней, вовлекая в танец.       Пока Киса ищет их куртки, Басова пишет Рите, что уже уходит. После и Мелу, чтобы тот приглядел за блондинкой. Она девочка, конечно, не маленькая, но если вдруг что, то пусть рядом будет кто-то из друзей Лизы. В особенности ещё было бы неплохо, если это будет Меленин.       В самом конце уже открывает чат с Геной. Мысленно отвешивает себе подзатыльник, ведь ему надо было написать самому первому.

Барс

Генааааапп Заберти нас

      Лиза старалась писать разборчиво, без ошибок, ведь алкоголь, выпитый за этот вечер, всё же давал о себе знать.       Зуев тут же появляется в сети. Гендос Окей, адрес тот же?

Барс

Дап

      Басова сообщает Кисе, который уже оделся и держал её куртку в руках, что Гена приедет за ними. Он кивает и наконец отдаёт ей куртку. Та быстро натягивает её на себя, чуть пошатываясь и от этого хихикая.       Выходят на улицу, ибо предложение Кислова покурить было самым разумным именно сейчас. В лицо сразу же ударяет холодный апрельский воздух и Лиза немного натягивает воротник куртки, буквально прячась в нëм. Уголки губ на лице Вани медленно потянулись вверх.       Ну нельзя так на неё смотреть. Нельзя лезть в её личную жизнь и быть уверенным, после серьёзных разговоров по душам с кулаками с какими-то ублюдками, которые не раз хотели провести ночь с его подругой, что после такого разговора уже точно не тронут её.       Он объяснял себе, что его забота, накатывающая злость, когда кто-то клеется к ней и пытается залезть под юбку, его беспокойство за неё это всего-навсего от того, что она его лучшая подруга и он, как лучший друг, желает ей всего самого наилучшего. Поэтому он уж точно не допустит чтобы она по морозу ходила без шапки, ведь заболеет же; не позволит, чтобы кто-то её обидел, ведь улыбка у неё красивая, нельзя, чтобы она исчезала с её лица; не позволит какому-то уроду зажать её у стены, ведь ему хочется, чтобы это сделал именно он.       Встряхивает головой и наконец достаёт сигарету. А Лиза взгляда его упорно не замечала всё это время: была увлечена перепиской с Геной и сигаретой в руке.       Киса сегодня не напился, чётко соображает. Просто устал он от чего-то, вот только от чего сам пока не понял. Так устал, что огромное количество алкоголя в себя влить не может. Ведь пока он будет в пьяном бреду, не сможет присмотреть за подругой.       Опять она. Кажется, везде она.       Снова встряхивает головой, но уже более рассеяно. И это уже не остаётся незамеченным.       Лиза поворачивает голову в его сторону и наблюдает. Видит какую-то совсем печальную усмешку на его лице и опущенный взгляд.       — Кис, ты че, не уж-то так сильно напился? – подходит ближе к нему и кладёт руку на щëку, усмехаясь.       Да, напился. Напился чем-то намного крепче, чем дешёвый алкоголь. Чем-то, что туманит его мальчишеский разум, когда она рядом оказывается. И это чем-то он свято отрицает, не верит самому себе, что ему это свойственно.       — Прикинь, я даже уже практически не пьяный. Протрезвел. – усмехается, глядя в зелёные глаза, похожие на лес. Причём лес дремучий такой, если Киса теряется в нём, уходя с головой, ни о чём не жалея. Чувствует, что так правильно будет.       — Стареешь, Вань, стареешь. – алкоголь из её организма тоже потихоньку уходить начинает. – Я тебя не видела сегодня почти весь вечер. Где ты был? Я, может, соскучилась, не видя твоë наглое лицо.       А он был рядом и держал её в своём поле зрения, не давая ускользнуть.       Видел, как она к Ритке в начале подошла, как обняла её и ушла вместе с ней к бару. После же наблюдал за их безудержными танцами, иногда переходящие в слишком интимные.       И видел он, когда Рита отошла, что какой-то худощавый парень свои руки грязные на талию её положил, а она, улыбаясь, предприняла попытку выскользнуть из его рук. У неё-то получилось, а вот у парня этого – нет. Попал он в цепкие руки самого Вани Кислова, а после его увидели уходящего с разбитой губой и синяком под глазом.       — С Хэнком дичь всякую мешали и втюхивали её всем желающим и нет. – отворачивает голову и клуб дыма выдыхает. Лиза зачарованно наблюдает, уж слишком живописно выходит.       — А мне намешаешь? – улыбается и забирает сигарету из его рук, затягиваясь.       — Твоё желание – закон, и исполняется без очереди.       — Ловлю на слове. – трясет пальцем с аккуратным ноготком перед его лицом. – Это насколько мы уже старые, если даже не нажрались в полнейший ноль? – складывает руки на груди и едва заметно хмурится.       — Не переживай, я всё исправлю. Только следи за собой, а то я может и не пьяный, но всё ещё очень сексуальный. Боюсь, не сдержишься и накинешься на меня.       — Как будто ты будешь этому не рад. – закатывает глаза, ведь чего-чего, а самолюбия у Кислова не отобрать. – Стоп. Ты боишься быть изнасилованным мной? – на лице она изображает удивление, но улыбка предательски всё же появляется.       И она смеётся. Смеётся так, как умеет только она. Смех её для Кисы самым лучшим звуком является, пусть она даже об этом не догадывается.       А может и догадывалась, только Киса этого не знает. Для неё он был самым лучшим, во всех планах: грубый, холодный, вечно собранный и готовый к любому исходу событий. Терпеть правда не может его самолюбие, но это только повод для очередных подколов.       — А может это ты не устоишь передо мной? Извини, но выгляжу я сексуальнее тебя.       — Как будто ты будешь не рада этому. – она возмущённо смотрит на него, набирает воздуха, чтобы съязвить, но никто не позволяет ей этого сделать.       Все мысли и колкости её из головы выходят ровно в тот момент, когда холодными губами он выбивает их, оставляя полнейшую пустоту. Не позволяет осознать происходящее и поэтому проводит языком по нижней губе, окончательно срывая стоп-кран. Целует её, как не целовал никого до этого: слишком чувственно, слишком правильно, слишком не в его стиле, но и он сегодня сам не свой, поэтому можно.       Она не противится, наоборот, больше к нему тянется. Хочет, чтобы между ними не было ни единого сантиметра расстояния. Хочет, чтобы это не прекращалось. Хочет, чтобы целовал он только её. Хочет, чтобы на теле ощущались только его прикосновения.       — Сказала же, что не устоишь. – произносит она, когда Киса от губ её отрывается, тяжело дыша.       Дыхание сбилось у обоих и теперь стоят они, касаясь носов друг друга.       — Сказал же, что рада этому будешь.       И не ошибается ведь. Не ошибается, когда снова целует; не ошибается, когда пробирается руками под распахнутую куртку и тянет за талию на себя; не ошибается, когда на носочки она становится, желая ближе быть; не ошибается, когда рукой одной по ягодице проводит, а после сжимает её, в ответ получая тихий стон прямиком в губы.       И всё таким правильным кажется: и шипперские записочки от друзей, где красовались маленькие рисунки Кислова и Басовой вместе; и намёки от окружающих, по типу «да смотри же ты и глаза разуй, они созданы друг для друга, жаль только, сами этого не понимают». Но теперь понимают, всё понимают, но не верят до конца.       Всë кажется таким ненастоящим, таким сказочным и таким хрупким. И сколько этих «кажется» ещё есть.       Но считать они их не хотят. Вместо этого они продолжат целоваться, а потом будут разбираться, что с этим делать. Не пустят всё на самотёк, потому что Гена станет свидетелем нежного поглаживания щеки девушки, при этом находясь слишком близко к её лицу Кислова. А Гена не дурак, всё поймёт, но пока промолчит.