Привилегии проигравших

Перед смертью никак не надышишься НЮ — Я убегу

Арс звонит уже на следующий день. Как и предсказывал Сергей. Была суббота, Дима пораньше ушёл из бассейна и сейчас готовился к занятиям в своей комнате. — Почему? — спросил вчера Дима, прежде чем уснуть. — Ты же его предупредил сегодня не играть. Значит, скажет, что играл в субботу. Может, ещё сделает тебя виноватым, что ты своим звонком напомнил ему про покер, а он так хорошо держался. — Так он точно не скажет. И он ошибся. Арс в целом очень много всего сказал, когда Дима отказался помочь. — Прошу, хоть попробуй попросить его, — говорит Арс, когда понимает, что не выйдет обвинить Диму в своей игровой зависимости, надавить на травму детства и припомнить всё, чем парень его угощал, начиная с третьего класса. — Нет, Арс. Я ещё расплачиваюсь за твой первый долг, со вторым тебе помог Сергей. Давай с третьим справляйся сам. — Меня убьют, Дим. Дима хочет заверить, что не убьют, но просто вешает трубку и продолжает учиться. И мысль, которая его посещает через пару часов, вдруг оказывается очень ужасной. На часах семь вечера, и Сергей, если и находится в доме, то точно не в спальне, а по третьему этажу Дима не ходил и не успел изучить, что скрывается за остальными дверьми и насколько уместно тревожить. Поэтому Дима пишет сообщение: «А если Арс от отчаяния что-то с собой сделает?» Дима гипнотизирует телефон минут двадцать, пока не приходит ответ. «Не сделает». «Откуда такая уверенность?» «До этого я вроде не ошибался». Дима откладывает телефон, но приходит ещё одно сообщение: «Сегодня на ужин спаржа. Ты любишь спаржу?» «Не особо, но если с каким-нибудь мясом, то нормально будет». «Если не возражаешь, можем сгонять до шашлычной здесь на шоссе?» — приходит ответ от Сергея. «Просто я тоже не очень люблю спаржу», — добавляет мужчина. «Можно», — отвечает Дима. На учёбе всё равно не получается сконцентрироваться, а шашлык кажется аппетитнее чего угодно. «Через двадцать минут в гараже». Дима переодевается и, уже выходя из комнаты, оставляет телефон на письменном столе. Не хочется даже теоретической возможности повторения сегодняшнего разговора с Арсом.

* * *

Они выбирают место рядом с камином в уголке уютного кафе и принимаются ждать заказ. В помещении довольно много людей, но столики располагаются далеко друг от друга, и никто не мешает. Приглушённый свет, свечи на столах и потрескивание огня в камине создают очень уютную атмосферу. — Без телефона, — удивляется Сергей, наверное, уже заметив, потому что обычно Дима держит свой смартфон в руке или на столе. — Звонил Арс. Мне припомнили даже зефир, который я ел у него на дне рождения в детстве. — Даже зефир, — Сергей улыбается официантке, которая принесла им напитки и приборы. — Ну, а вы? Тоже играете, у вас наверняка есть, на что играть. Почему с вами такого не случается? — Может, случалось, как знать, — Сергей отпивает немного из стакана с колой. — Просто нужно понимать, что азартные игры — это лишь развлечение. Например, мне нравятся машины, но я же не вкладываю в это хобби все свои деньги и не влезаю в долги. Трачу ровно столько, сколько могу потратить на хобби, как на статью расходов. А такие как Арс думают разбогатеть, не прилагая усилий. Но правило «казино всегда выигрывает» подкреплено не только жизненным опытом тех, кто проиграл, но и элементарной математикой. Ведь даже если в рулетке ставить на чёрное или на красное, кажется, что шансы пятьдесят на пятьдесят, и все забывают, что может выпасть зеро. Можно было бы спросить, как же Сергей будет убеждать в этом Арса, но про друга сейчас говорить не хотелось. Дима ещё раз осматривается вокруг, стараясь запомнить как можно больше из атмосферы этого вечера. — Слушай, я всё хотел спросить, — Сергей ждёт, пока Дима снова посмотрит на него. — А вам в медицинском трупы показывали? — Да, — Дима устраивается на кресле поудобнее. — Это же довольно быстро происходит. Можно дальше и не продолжать учиться, даже если человек гений по всем академическим стандартам. — И как ты отреагировал? — Я скорее думал о том, как в морге холодно, чем о том, что я их боюсь. Приятного мало, но не смертельно, — отвечает Дима и по улыбке Серёжи тут же понимает, что подобрал не совсем то слово. — То есть смертельно, но не для всех участников тех лекций. Серёжа продолжает улыбаться, ничего не говоря, наверное, только потому, что приходит официант и ставит закуски на стол. — Недавно я узнал, что вы не сразу на медицинском учитесь на конкретную специальность. Нельзя прям с первого курса объявить, что хочешь стать хирургом. — Объявить, конечно, можно. Но да, сначала общие знания. А в каком контексте вы это узнали? Диме вдруг становится интересно, что или кто ещё, кроме него самого, связывает Сергея с медицинскими университетами. — Если честно, я просто хотел зайти на сайт твоего университета и посмотреть, что они там вообще предлагают и логичным путём выяснить, что же ты выбрал. А потом пришлось несколько углубить своё исследование в этом вопросе. — А вы что закончили? — Я учился, но не окончил. И это не самый хороший пример. — Вас это беспокоит? — Что я не получил диплом? Ну, вряд ли мой работодатель его потребует, — усмехается Сергей. — Есть плюсы быть главным. Ну, а так, вроде нет, но сейчас, отвечая тебе, хочется побыстрее перевести разговор на другую тему. Так что, получается, меня это немного волнует. — Просто вы бы могли учиться сейчас. — Как ты себе это представляешь? — А что? Меньше деловых встреч в клубах и казино — больше учебников. Пара лет — и никакой больше неловкости в подобных разговорах. — Просто пойти учиться? — Сергей берёт небольшое канапе с тарелки с закусками и вертит перед глазами. — Да. — Как-то глупо звучит. — Ничего не глупо, — уверенно заявляет Дима. — Глупо — это когда, приехав из большого дома в хороший ресторан на дорогой машине, нужно испытывать неловкость перед каким-то студентом. — Ты не какой-то студент, — Сергей тут же переводит взгляд с канапе на Диму. — И ты прав, это бы реально решило проблему. Есть же какие-то заочные отделения. Приносят горячее, а в зал входит шумная компания, и магия вечера разрушается громким смехом и криками. — Ну что, домой? — Давайте хоть счёт пополам разделим? — спрашивает Дима, с готовностью достав бумажник. — Не-а, — качает головой Сергей, быстро вкладывает в кожаный конверт несколько купюр и тут же отдаёт его официанту. — И не надо на меня так смотреть. Сам посуди, вряд ли бы эта встреча состоялась, не будь между нами уговора. А значит, мы тут по моей вине, а значит, заплатить за ужин — это меньшее, что я могу. — Вина — не то слово. Они выходят на улицу и вдыхают морозный воздух. Хотя на одну секунду Диме кажется, что он почувствовал запах весны. Становится совсем темно, на стоянке — тишина, и проезжающие по шоссе машины лишь иногда нарушают эту тишину. — Не то? Сергей и Дима встают у багажника машины, будто откладывая момент, когда предстоит разойтись в разные стороны и сесть каждому на своё сидение. — Однозначно нет. — Но ты бы здесь не оказался, не будь этого уговора. — Как и вы. Но вы же меня не вините, — Дима интонационно выделяет последнее слово, — за то, что мы здесь. — Однозначно нет. И Дима вроде и понимает, что это странно — просто стоять и смотреть на Сергея в тусклом свете фонаря и ничего не говорить. Но это как в детстве — засмотреться на что-то и будто потерять связь с реальностью ненадолго. Но со стороны кафе раздаётся особенно громкий крик от слишком весёлой компании, и Дима моргает. — Домой? — спрашивает Дима. — Домой, — кивает Сергей, и они всё же расходятся по разные стороны машины.